Больно смелый

— О чем ты хотел поговорить? — спросил Лу Цинкианг, убедившись, что ученики остались болтать снаружи. — Хотел поспрашивать тебя о третьем принце империи Тао. Что ты о нем знаешь? — Лан Веньян держал в руках книгу, используя палец как закладку. Заголовка мужчина не увидел — книжка больше напоминала чьи-то записи. — Почему тебя интересует третий принц? — с подозрением спросил он. — Сложно объяснить, но... думаю, он тоже не последнее лицо в предстоящей... истории, — заклинатель жестом пригласил гостя сесть за стол. — Говорю только в виду необходимости: еще будучи в своем мире, я наткнулся на одну новость. В ней говорилось о том, что автор собирался написать продолжение этой книги, и одной из главных фигур обещали поставить именно третьего принца. Вот я и спрашиваю — что ты о нем знаешь? — Почему ты не сказал об этом ранее? — мечник с видимым раздражением помедлил, но затем занял свое место у столика. — Потому что это была информация на уровне слухов. Я и позабыл бы вовсе, если бы на днях не пришлось останавливаться с принцем на одном постоялом дворе. Его внимание показалось мне слишком пристальным. — И как много ты еще можешь упустить из виду?! — Достаточно! — строго глянул Лан Веньян. — Не знаю, как у заклинателей, а у нас, обычных людей из того мира, многое забывается как ненужная информация! Я уже рассказал все самое важное, — сквозь зубы процедил заклинатель в светло-зеленом ханьфу. — Так ты расскажешь мне, что тебе известно, или нет? Если нет — не смею занимать твое время. Лу Цинкианг зло посмотрел на новоиспеченного Лан Веньяна. Да, он и вправду не так уж сильно отличался от своего предшественника — та же скрытность, почти та же раздражительность и полное неуважение... Вот только выбор информаторов у мечника был невелик, да и Лан Веньян, исходя из имевшихся фактов, помнил о книге больше Сиа Лианга и был заинтересован в предотвращении катастрофических событий. — Заклинатели, как правило, не вмешиваются в дела империи, но кое-что известно всем, — Лу Цинкианг стал само благоразумие. — Третий принц, Тао Донг, самый младший ребенок Императора. Он с самого рождения слаб здоровьем, поэтому как претендент на престол не рассматривается и никаких важных должностей не занимает. Полагаю, при дворе подозревают, что он не дотянет до тридцати, — мечник ненадолго замолчал, пытаясь вспомнить что-нибудь еще. — Многие говорят о его выдающихся умственных способностях и миролюбивом нраве — народу он нравится, любимец публики. Однако... возможно, сам Император Тао недолюбливает третьего принца. — Почему? — Лан Веньян пока пытался понять, за что в биографии второго главного героя можно было уцепиться. — Этого я сказать не могу, но я редко слышал, чтобы третий принц принимал участие в каких-то важных событиях. Чаще всего вместе с Императором появляются кронпринц, второй принц или дочь Императора Тао. — А Императрица? — Мать третьего принца, мертва. Император Тао ныне — вдовец. — М... а гарем? — Бесполезен. Содержится только для формальностей. Лан Веньян задумался: казалось бы, вот оно! Почти наверняка второй главный герой будет похож на первого, ведь отомстить за мертвую мать — святая миссия каждого третьего протагониста героических похождений! Да еще и нелюбимый отпрыск! Так как принц не обладал достаточным здоровьем, можно было подумать, что сюжет второй книги заключался в дворцовых разборках. Возможно, новый главный герой мог даже стать неплохим императором. Вроде бы, живучая версия, оставалось лишь выяснить, что случилось с его матерью. — А как умерла Императрица? — Официально — от болезни. Но умерла она в стенах дворца, так что нельзя быть точно уверенным. — Мгм. — Это что-то дало? — поинтересовался Лу Цинкианг, наблюдавший за шустро бегающим взглядом заклинателя в светло-зеленых одеяниях. — Да, — Лан Веньян задумчиво приложил книгу к нижней губе. — Думаю, да. Может быть, этот принц не так опасен для заклинателей или людей, как мне показалось с самого начала, но... это лишь предположение. Не могу дать стопроцентной гарантии. — Сто... что? — переспросил лорд пика Веймин. — Проценты. А... Хочешь знать о процентах? — угадал иномирец. — Да, — без раздумий ответил Лу Цинкианг. — Ладно, сейчас. Нужно найти чистый лист... * * * Сиа Лианг и Ли Жонг все еще стояли снаружи, отвернувшись друг от друга и с вынужденным интересом разглядывая окружение. Шао Деминг, ранее сидевший около окна, закрыл ставни и затих, так что юноша не стал его беспокоить, продолжая томительное бездействие наедине со своим недо-знакомым. Едва ощутив усталость в ногах, он сразу же присел на деревянный пол галереи, оказавшись лицом к лицу с личным учеником Лан Веньяна. Наверное, только Сиа Лианг ощущал дикое неудобство от того, что ему казалось необходимым завязать хоть какую-то беседу. Он довольно долго молчал, постукивая подушечками пальцев по ладони другой руки и соображая, чего бы такого сказать. И вот, когда он только собрался раскрыть рот, чтобы спросить, как дела у молодого человека, во дворик вошел Ян Шен. Сиа Лианг облегченно выдохнул и вскочил с места. Ли Жонг, в свою очередь, приветственно кивнул ученику, прошел к дверям и постучался. — Можно, — раздался голос Лан Веньяна, после чего Ян Шен и Ли Жонг зашли внутрь. Сиа Лианг вновь остался сидеть в тишине, оставленный и ненужный. Тряхнув головой, он отбросил это неуместное наблюдение. Кругом было слишком тихо, отчего время тянулось куда медленнее, подобно старому дегтю. Парень поднял глаза к голой кроне невысокого дерева и подпер голову рукой, уходя в свои мысли. Ветка. Кривая ветка. Тонкая ветка. Ветка с трепещущим листочком. Все черные и похожи на иссохшие пальцы, пытавшиеся закрыть высокое безоблачное небо. Похожее дерево было дома у Криса. Сиа Лианг сложил руки на груди и прислонился к одной из деревянных колонн. Он упер взгляд в голую крону, но больше ничего не видел, полностью погрузившись в воспоминания своей прежней жизни, уже такой далекой и почти нереальной. То дерево росло на маленьком дворике, к которому выходили панорамные окна из столовой и кухни. Когда оно сбрасывало свою листву, ребята видели такие же черные кривые ветки на фоне затянутого облаками белого неба. Это всегда выглядело довольно тоскливо. Как и весь дом Кристиана, слишком большой и пустой для одного подростка. Впрочем, его друзьям это было даже на руку: родителей часто не бывало дома, и все они — Сиа Лианг, Тео, Итан, Лотта, Джесси и сам Крис — ошивались у него в гостях. В холодное время года они проводили там практически любую свободную минутку, оставались с ночевой, так же нередко устраивали гулянья, и каждый раз то тоскливое дерево словно бы напоминало Сиа Лиангу — как только они покинут этот дом, тут снова станет холодно, тускло и одиноко. Крис, похоже, думал так же, потому как друзей звал он часто. Возможно, если бы сам Кристиан не рассказал юноше историю этого дерева, тот бы не обращал на него такое внимание. Но это случилось. Это произошло однажды, теплой летней ночью. В тот раз они собрались все шестеро, чтобы устроить марафон по мультсериалу о повелителе стихий, и Сиа Лианг, уже посмотревший его ранее, заснул в процессе. Проснувшись посреди ночи, он обнаружил вокруг себя груду спящих тел, раскиданных по всему дивану и мягкому ковру. Разложенные кресла, куча подушек с одеялами, чуть душный воздух, кофейный столик со всякими пустыми обертками и бутылками, пульты, телефоны, рюкзаки, горевший экран телевизора — судя по всему, ребята остановили просмотр на пару серий позже того, как юноша вырубился. Спросонья Сиа Лианг уже привычно захотел пить. Он потянулся, протер глаза и аккуратно вывернулся из-под руки Тео, с кошачьей осторожностью вставая с кресла. Оставшись без опоры, Тео немного поелозил, упал на середину кресла и обхватил заброшенную ногу Итана, который раскинулся на полу. Лотта с Джесси в обнимку разместились на диване. Кристиана нигде не было. Как у себя дома, уже не ориентируясь на ощупь, Сиа Лианг миновал небольшой коридор и вышел в столовую, когда заметил Криса, сидевшего на крыльце маленького дворика. Одинокая фигура высокого парня со вздорно стоявшими золотистыми волосами разместилась на скинутом сиденье для садовой скамейки. Сиа Лианг налил в "свой" стакан воды из графина, быстро хлебнул и вышел к другу, чтобы составить ему компанию. Раздвижная стеклянная дверь открылась с характерным звуком, и блондин в растянутой домашней одежде апатично обернулся, затем снова уставился на зеленое дерево, окруженное ясным ночным небом с яркой луной. Сиа Лианг заметил в ухе друга белый наушник и, ничего не говоря, сел рядом с ним. Кристиан практически сразу протянул другу второй наушник, и вскоре музыка заиграла одна на двоих. Снова эта песня. Почти наверняка, Крис снова думал о родителях — порой его можно было поймать за этим. Сиа Лианг отклонился чуть кзади и заметил стоявшую поодаль десертную тарелочку с окурками. Он посмотрел на блондина, неотрывно следившего за шелестом листьев и движением звезд, а затем на его руку, сжимавшую сиденье. Сиа Лианг покрепче ухватился за эту руку, тоже переводя взгляд на темную листву, на что Крис обхватил ладонь обеими руками и положил ее себе на колени. Сиа Лианг просто был рядом и пытался развеять одиночество друга. Плейлист состоял из лениво-грустных песен разного мотива, но с похожим смыслом. На плеере успело смениться две или три композиции, прежде чем молчание было прервано. — Однажды я спилю это дерево, — голос блондина был нетипично ровным. — Зачем? — Мне оно не нравится, — снова последовало недолгое молчание, прерываемое лишь собачьим лаем где-то вдалеке. — На нем человек повесился. Вон на той сломанной ветке. Я случайно услышал, когда мы покупали этот дом. — Жуть. Предыдущий владелец? — Ха-ха, вроде бы. Поговаривали, что хороший человек был, но... наверное, мало кто его знал. Зато богатый был, как черт, дом с нуля отстроил, — парень показал за спину. — Только вот все равно повесился, а приехавшие родственники сразу дом продали вместе со всем хламом (я находил пару личных вещиц). Несложно догадаться, что он одинокий был. Может быть, такой же помешанный на работе, как и мои родители. Но, опять же, он-то повесился — значит, что-то его не устраивало в жизни. А вот мои родители чувствуют себя просто замечательно со своей компанией, будь она проклята, — Кристиан снова нервно посмеялся. — Кто вообще оставил бы дерево висельника в доме с ребенком? Или я преувеличиваю? Хер на меня забили и ездят "по очень важным сделкам". У них каждая сделка и встреча — важные. Ай-й, — парень раздраженно махнул рукой, знатно измотав себя мыслями о предках. — Тоже на них хер забью. Вырасту, заведу свою семью и спилю эту корягу. Поставлю качели. Для сына или дочери. Во дворе снова стало тихо. Взгляд Сиа Лианга бегал по черным очертаниям листьев, слишком размытых в ночи, по едва уловимому свету фонарей далеко снаружи двора, по дальним звездам, разглядеть которые мешал лунный свет, и, в конце концов, на саму луну — такую высокую и мягко-яркую, как холодная платина. Позади снова послышался звук открывавшейся двери. Сиа Лианг обернулся и увидел Лотту, чуть взлохмаченную, в изношенной футболке и коротких шортах, завернутую в одеяло. Девушка сделала пару босых шагов и аккуратно села между парнями, накидывая на них согретое одеяло. Крис поднял ее ноги от холодного бетона и положил их себе на колени, после чего все трое сели кучнее, придерживая одеяло и сокращая пустые места между друг другом. Лотта приобняла друзей за шеи, мягко чмокнула каждого в щеку и положила голову на плечо Кристиана, сонно прикрывая глаза. Сиа Лианг снова возвел глаза к небу, ощутив, как Крис обхватывал его ладонь за спиной девушки. В наушнике снова заиграла та песня. Юноша мельком глянул на блондина — тот теперь тоже смотрел на небо, позабыв о дереве, и взгляд его уже не казался таким напряженным. [Принято задание "Мертвые похитители".] — голос Системы внезапно вырвал Сиа Лианга из печальной неги воспоминаний. Поморщившись, он с трудом встал, снова рассматривая ухоженный дворик с унылым деревом. Позади послышался шум, и вскоре наружу вышли Ли Жонг, Ян Шен и Лу Цинкианг, явно озадаченный чем-то. Мечник поднял голову и многозначительно посмотрел на ученика — видимо, требовал пояснений по полученному заданию (Лан Веньян мог тонко намекнуть).