Нас больше чем один. Конфликт колец

Реборн затягивает омегу в глубокий развязный поцелуй, урча от наслаждения, когда Тсунаёши стискивает его бока до синяков. Альфа отрывает от него, громко задушено мыча, когда Тсуна особенно сильно вбивается внутрь, ускоряя амплитуду толчков. Феромоны наполняют воздух, создавая сложную и уникальную симфонию запахов. Кёя стискивает себя сильнее, ускоряясь, подстраиваясь под темп Тсунаёши. Один вид того, как Тсуна вытрахивает из Реборна всю спесь, неимоверно возбуждал, доводил до исступления, вызывая рычание сквозь стиснутые от приближающегося второго оргазма. Реборн выпрямляется, откидываясь назад, и облокачивается руками об омежьи бёдра, начиная самостоятельно двигаться, сбавляя темп, пока не насадился полностью одним сильным толчком и не кончил, бурно орошая себя и живот Тсуны белыми подтёками. Альфа успевает сделать всего пару вздохов, как его привлекают к себе и глубоко целуют. Тсунаёши хватает всего пары движений в сжимающее нутро, слушая хриплые стоны уставшего супруга, чтобы кончить внутрь. Тсуна лениво проводит рукой по его спине и целует в волосы, зарываясь в них носом и втягивая насыщенный запах горького шоколада, где явно чувствуются нотки какао с корицей и бергамотового чая — отголоски, что теперь навечно с Реборном, феромонов его супругов. Кёя приваливается рядом, успевая поцеловать Реборна в лопатку перед тем, как распластаться на кровати. Тсунаёши поворачивает к нему голову, получая нежный в своей лености поцелуй от Кёи. — Покурить бы сейчас. — Хрипло произносит Реборн, жмуря сонные глаза. Его голос звучит тягуче, словно густой мёд, который медленно стекает с ложки. — Тебя на ручках отнести? — С учтиво-вежливым интересом интересуется Кёя, принимая полулежачее положение и опираясь на ладонь. — Неужели в своём возрасте ты испытываешь такую значительную слабость? — Ха-ха. — Альфа выразительно закатил глаза. — Как ни странно, но, когда речь идёт об интиме, мой возраст тебя не трогал. У тебя двойные стандарты, дорогой. Тсунаёши мелко хихикает, утыкаясь в шею Реборна, обнимая его сильнее. Реборн бросает на него ласковый взгляд и поднимается, садясь рядом. Ерошит волосы и тянется, разминая мышцы. — Утро, начавшееся с хорошего секса, самое лучшее, да? — Тсунаёши любовно осматривает начавшие наливаться желтизной синяки на талии и бёдрах альфы. Реборн издаёт удовлетворённый звук, прежде чем, красуясь своей наготой, встать, не стесняясь спермы, что стала вытекать из него. Он медленно наклоняется, чтобы поднять пижамные штаны с пола. Неожиданно раздаётся стук в дверь, моментально развеивая соблазнительную атмосферу — Реборн цокает языком и быстро надевает штаны, пока Кёя закутывает Тсуну в тонкое одеяло. Реборн открывает дверь, недружелюбно улыбаясь сонно выглядящему Емитсу — Реборн моментально меняет выражение лица на более ехидное, замечая сонные круги под глазами своего тестя. — Нана зовёт на завтрак. — Произнёс Емитсу, окидывая его хмурым взглядом, задерживаясь на синяках в явной форме ладоней. — Спускайтесь. — Скоро будем. — Реборн закрывает дверь и хмыкает. В отличие от них, что хорошо спали ночью, Емитсу погряз в последних приготовлениях к Конфликту: от встречи последних высокопоставленных гостей до проверки школы на безопасность и пригодность арен. — Ладно, поднимаемся.

d(￣ ￣)

Тсунаёши придирчиво осматривает Рёхея, напоминая своим поведением многодетную мамочку, что провожает ребёнка на утренник. Сасагава смущённо ерошит волосы, когда Савада поправляет ему спортивную кофту. — Тсуна, экстремально нечему волноваться! — Улыбается он беззаботной улыбкой. Ни у кого из Семьи не возникло даже искры недоверия, когда Тсунаёши произнёс, что первым бой будет между Хранителями Солнца, хотя представители организации Червелло умолчали практически всю существенную информацию. Эта организация оказалась загадкой даже для нынешнего внешнего советника — тайная, подчиняющаяся непосредственно Девятому Вонголе, этакие непредвзятые судьи. Тсуна хмыкнул на этом, интуиция слабо тренькнула — на месте Ноно он бы им безоговорочно не доверял. Тсунаёши проникновенно смотрит прямо в глаза своего Солнца. — Тебя ждёт профессионал своего дела. — Он приподнимает его руку и кладёт на его ладонь два кастета. — Если ты пропустишь через них Пламя, их хватит на десять минут перед тем, как рассыпаться. Рёхей решительно стискивает их, понимая всё волнение Тсунаёши. — Спасибо, Небо. — Кивает он, будучи необычайно серьёзным. — Я уже не тот. — Он показывает на шрам, что пересекает левую бровь. Савада притянул к себе ближе, согревая не только телесным теплом, но и нежным, мягким небесным огнём, а потом запечатлевает поцелуй на лбу, недалеко от кончика шрама. Он помнил, как Солнце рассказывал ему историю его получения, слёзы Киоко, перепугавшегося от проигрыша брата — противник был намного старше, сильнее ребёнка, так ещё и не один. Сасагава с того дня не хочет видеть ни слезинки близких людей. Он должен быть сильным. Тсунаёши выходит вслед за Рёхеем из его комнаты, спускается вниз, где их ожидала Семья, и идут к школе, что окружает туманный барьер, чтобы гражданские не увидели настоящее. Они вошли на территорию разношёрстной толпой, Тсунаёши не стал настаивать на одном стиле, этакой «форме», оставив своим Хранителям индивидуальность и удобство — успеют ещё к более официальной одежде. Стоял шум неспешных голосов, что не слышно за воротами. Недалеко от входа в школу был замечен боксёрский ринг, окружённый стальной сеткой, а рядом с ним «трибуны»: хотя скорее это можно было назвать рядами удобных дорогих кресел со столиками и официантами. Тсунаёши это больше напоминало театр под открытым небом, нежели выбор наследника. Девятого Тсунаёши увидел сразу: рядом крутился Ангел в образе Россо и издевался над Дино, что незадачливо попался под его загребущие ручки. Подойдя ближе, стали заметны и другие высокопоставленные люди: клан Хибари, Семья Томасо с Наследником, Каваллоне, несколько из семёрки Сильнейших, свободные известнейшие киллеры и ещё пара представителей дружелюбных Семей из Альянса. Тсунаёши заметил нервозность Хаято, что точно знает, в обществе каких сливок они оказались. Омега сжал его плечо, послав тёплую улыбку для непривыкшего к такому Урагану. Мукуро рядом, гордо выпрямив плечи, пошёл с походкой от бедра, демонстрируя привлекательную задницу в обтягивающих кожаных брюках. Хроме рядом с ним. Чуть в стороне особняком стояли Вария, разнося вокруг себя грозную ауру отчуждённости, создавая образ грозных киллеров. Тсунаёши, идя поздороваться с Девятым, поймал на себе убийственный взгляд Занзаса — в мыслях тут же всплыла мысль: «Ангела на него чтоли натравить?» «Я ему передам.» — Моментально прозвучал леденяще довольный голос Демона. Тсунаёши только улыбнулся шире, игнорируя взгляд. С обоих боков шли его супруги, а сзади оставшиеся Хранители, тем самым охраняя Босса со всех сторон. Ноно, радостно улыбаясь, привлекает его в свои объятия, словно дедушка внука, что так давно его не видел. — Совсем красавцем стал. — Он расцеловывает его щёки. — Как я и говорил, Лаур, прекрасный юный омега. Тимотео похлопал Тсунаёши по плечам, демонстрируя его Боссу Семьи Томасо. — Да-а. — Тянет Лаур, вертя в руке бокал с вином. — Даже жаль, что наша договорённость так и осталась только на словах. Савада явно ощутил в его словах натянутые нотки раздражения. Ещё бы. Королевская Семья. Реборн делает шаг ближе и целует руку Тсуне. — Мне ни капли не жаль, что я смог забрать себе такое сокровище. — Хищно усмехается он, прожигая дона Томасо пренебрежительным взглядом, обещая адские муки любому, кто покусится на любого из его супругов. Ноно посмеивается в усы, только подошедший Емитсу поджимает губы, ничего не говоря. Раздаётся неожиданный среди светской болтовни звон разбитого бокала и заразительный яркий смех. — Тогда спорим?! — Выкрикивает Россо, отпрыгивая от злющего Босса Варии на пару метров. — Если ты не боишься, Занзас? — Чёрт с тобой, красный мусор! — Рычаще выкрикивает Скайрини, рыже-красное Пламя горит в его глазах, причудливо подсвечивая и без того винную радужку. — Я даже знать не хочу, что натворил Ангел… — Совсем тихо прошептал Тсуна, что его слышал только стоявший вплотную Реборн. — Но придётся. — Также тихо шепнул ему альфа, смотря на это с предвкушением.

d(￣ ￣)

Червелло выходят неожиданно, появляясь будто из неоткуда, и останавливаются напротив ринга. — Приветствуем дона Вонголу и всех его гостей. — Говорит один из двух омег, что различаются только длиной волос. — Да начнётся «Конфликт конец»! За их спиной вспыхивает свет, полностью освещая ринг, и слово берёт второй. — Первый бой, выпавший по жеребьёвке, произойдёт между Хранителями Солнца. — Особый ринг, приготовленный специально для Солнца. Уникальный в своём роде. Луссурия, необычайно яркий, хорошо сложенный бета. Он издаёт весёлый смешок, сразу находя глазами Рёхея среди молодого поколения Вонголы. — Ну что, поиграем, милашка? — Экстримально! — Вскидывает кулак вверх Сасагава, воодушевленный хорошим спаррингом. — Замутим круг? — Беззаботно говорил Такеши, когда Рёхей уже готов был подниматься на ринг. — Или что-то типа того? — О! — Сасагава моментально оборачивается. — Давно мечтал такое сделать! Энтузиазм Солнца можно было ощутить физически, поэтому неудивительно, что в круг встали даже Кёя с Мукуро, заражённые на какое-то время плещущейся через край энергией Сасагавы. Только когда Рёхей стоял уже на ринге, они отошли, вообще не понимая, как на это согласились. Тсунаёши расслаблено облокотился об Кёю — в отличие от многих десятое поколение не собиралось садиться, оставаясь рядом с рингом. У Савады было такое чувство, что Луссурия специально в начале захотел ослабить бдительность, сделав несколько неуместный комплимент телу Рёхея, но их всех Мукуро с Ангелом готовил — чтобы смутить, надо сделать что-то более экстравагантное. Даже заверив, что заберёт потом его с собой в Италию, не заимело нужного эффекта. — Я думаю, тут не наши издевательства подействовали, а просто тупость самого Рёхи, ку-фу-фу-фу-фу. — Засмеялся Мукуро, цепко наблюдая за ними. Но тут неожиданно свет стал сильнее, полностью ослепляя. Бой начался. Червелло незамедлительно раздали всем присутствующим солнечные очки. — Гадство. — Ругнулся Гокудера, стискивая кулаки. Луссурия незамедлительно пошёл в бой, воспользовавшись своим преимуществом — он никогда не снимал красные солнцезащитные очки, что сейчас стало его козырем. Но неожиданно для всех Сасагава увернулся. — Молодец. — Расплылся в горделивой улыбке Тсуна. — Просто молодец. Реборн навалился на Кёю со спины под его недовольный циканье, но Облако не стало его скидывать. — Беру свои слова назад, это была не непосредственная тренировка, которую можно перенести. — Вот тебе и наглядная демонстрация, что меня надо постоянно слушать. — Да. — Реборн отстраняется от Кёи, тянет на себя Тсуну, целуя его руку. — Любовь моя, я вечно буду тебя слушать. Рёхей с закрытыми глазами успевает несколько раз увернуться от шустрого Луссурии, но пропускает удар, откланиваясь в сторону. Сасагава пытается прислушиваться, вспоминая, как несколько месяцев назад, ещё до нового года, Тсунаёши что-то такое делал. Завязывал им глаза, заставляя ориентироваться чисто на слух и интуицию. И ему действительно удаётся поймать его, ударив по щеке, отправляя в воздух. Вот только это было обманным манёвром, Луссурия, воспользовавшись этим, наносит удар с воздуха, который блокирует Рёхей и попадает точно рукой по колену варийца — тому, где установлен стальной щиток. Но. Тсунаёши расплывается в ехидной улыбке. Рёхея откинуло назад, но неожиданно для всех стальная пластина потрескалась в нескольких местах. — Теперь у него не будет двойного преимущества. — Хмыкает Савада, наблюдая, как по кастетам, что он дал Сасагаве, пробежало Солнечное Пламя. Луссурия издаёт удивлённо-панический вопль, но Рёхей, не дав ему оправится, наступает. Вариец уходит и, прыгнув, пытается нанести удар, Сасагава пытается блокировать, но неожиданно для всех его валит на ринг удар в спину. Луссурия хохочет, красуясь. — Неужели ты думал, что всё будет так просто, милашка? Рёхей перекатывается и тутже встаёт на ноги. — Достаточно! — Кричит со стороны Коллонело. — Давай! Все силы! — Экстри-и-им! Сасагава расплывается в скалящейся улыбке, с новым рвением несясь на Луссурию, и бьёт, но тот легко уклоняется. Рёхей скалится сильнее под звук разбитой лампы. — Я лишу тебя всех твоих приемуществ! — Кричит Сасагава, умудряясь ударами в воздух уничтожить все прожектора. Мукуро смеётся в голос, наклоняясь. — Да ладно! Тсунаёши кивает. — Только он мог додуматься использовать соль от пота так. И пока Луссирия был отвлечён, Сасагава успевает нанести ему удар, задев немного — на месте удара тут же появляется сильная гематома. Вариец шипит. Рёхей его загоняет в угол скоростью и частотой ударов, не давая больше воспользоваться ногами. — Я ни за что не проиграю! — Пробивает он его блок, попадая точно по лицу. — Во имя экстрима! Луссурия в нокауте. Объявлена победа Рёхея под недовольный вопль Занзаса. — Следующая битва Грозы!