Нас больше чем один. Конфликт колец

Тсунаёши, обменявшись с Кёей поцелуем, освобождает ему ванну и, вытирая на ходу волосы, идёт по коридору. Зайдя на кухню поставить чайник, замечает взрослого Ламбо, что тихо пьёт подогретое молоко. — Привет, Босс, — махнул он лениво рукой. — Завтра тяжёлая ночь? Ты хитро улыбался в будущем. Тсунаёши, хихикнув, кивнул. — Конфликт Колец. Бой Грозы. — Проговорив, он пошёл ставить чайник. Ламбо поморщился. — Совсем не помню. — Вздохнул он, растянувшись на столе. Он немного помолчал, пока Тсунаёши не сел за стол, подперев голову рукой. — Совсем лень. Тсунаёши выгнул одну бровь. — Какой ужас. — Ты всегда меня понимал, Босс. — Прикрыл глаза Хранитель. Тсунаёши только закатил глаза на это. — Я всё равно не чувствую, что именно тебе придётся сражаться. Ламбо скупо улыбнулся. — Я, кажется, понимаю почему. — Произнёс он и растворился в розовом дыму. За место него за столом спала его младшая версия, что, скорее всего, даже не заметила перемещения. Тсунаёши покачал головой и поднялся, чтобы отнести Бовино в кровать.

d(￣ ￣)

Проливной дождь идёт с самого обеда, не прекращаясь. Тсунаёши поджимает губы, ведя Ламбо за руку к школе. — Я нахожусь в шаге от того, чтобы отказаться от боя. — Интуиция? — Чуть наклоняет голову Мукуро, держа неоново-фиолетовый зонтик с улыбающимися смайликами. — Здравый смысл. — Угрюмо отвечает Тсуна. Ламбо поднимает на него беззаботный взгляд и шкодливо улыбается. — Я его задолбаю. — Он бросает взгляд на Хаято. — Прямо как того Глопудеру. — От коровы дебильной слышу. — Резко отвечает Хаято, даже не посмотрев на него. Говоря больше по привычке. Такеши стискивает плечо Гокудеры, и на удивление Ураган не сбрасывает его руку. Тсунаёши даже отмечает, что тот немного ближе к нему наклонился. Они все волнуются за самого младшего из Хранителей. В отличие от всех они остались стоять на крыше перед огороженной территорией для битвы, а не ушли в специально оборудованный класс для удобного просмотра происходящего. Вария была с ними на другом конце арены, не оставив Левиа-а-Тана. Все ждали только Червелло, что явились ровно секунду назначенного часа. — Арена для сражения оборудована громоотводами, — начал один из омег. — Для схватки между Хранителями Грозы. Они были идентичны в своих чёрных дождевиках, полностью потеряв хоть какую-то индивидуальность. — Название поля битвы: «Электрическая цепь». — Подхватил его второй Червелло. Стоило им договорить, как с неба точно в громоотводы ударяет молния, озаряя всё вокруг ярким светом. Запоздалый грохот грома оглушал. Тсунаёши сильнее поджал губы и прижал к себе Ламбо, что за сегодняшний день понял одну истину: легче перетерпеть гипер-опеку Неба, чем начать вырываться — всё равно не выйдет, только больше ещё достанется. — Пол «Электрической цепи» покрыт специальными проводниками. — Червелло указал на засветившийся под действием молнии пол. — Молнии, попадающие в громоотводы, попадают в них и становятся на порядок мощнее. — Они знали, что сегодня будет гроза. — Хаято зарычал сквозь стиснутые зубы. — И поэтому установили это. — Да начнётся битва за звания Грозы Вонголы! Реборн кладёт свою руку на плечо Тсуны, и тот с трудом разжимает пальцы, отпуская Ламбо. Бовино, воспользовавшись возможностью, убежал. — Великий Ламбо сделает это! — Засмеялся тот на бегу и выставив кулак вперёд, копируя вчерашнего Рёхея. — Экстремально сможешь! — Выкрикнул Сасагава, подбадривая его. — Давай, идиотская корова! — Также громко выкрикнул Гокудера. Две Грозы встали друг напротив друга, ближе к середине арены, куда им указали Червелло. Снова ударяет молния. — У-у-х. — Тсунаёши выпускает воздух сквозь стиснутые зубы. — Если бы я не знал про возможности Ламбо, сейчас бы пристрелил этих Червелло. Реборн хмыкнул. — Электрическая кожа. Попав под удар молнии, Ламбо никак не пострадал. Бельфегор усмехнулся, сразу заметив живучесть мелкого вонгольца, и решил раззадорить Леви-а-Тана. Все знали, на сколько Леви предан Занзасу, и если он услышит… — А он больше подходит на роль Грозы. …то сгорит от зависти. — Ламбо, базука! — Кричит Тсунаёши, замечая, как Леви-а-Тан моментально приходит в неистовство и действительно сможет навредить ребёнку. Ламбо убегает от Леви, испугавшись, и, выудив момент, достаёт базуку десятилетия и использует её. Всё заволокло дымом — Леви растерянно остановился. Из рассеявшегося дыма показался девятнадцатилетний Ламбо. — Вро-о-ой! — Крик Скуало был не менее оглушающим, чем гром. — Кто это, нахрен?! Посторонний! — Нет. — Спокойно отвечает один из Червелло. — Это обладатель половинки кольца из будущего. — Мы признаём его кандидатом и продолжаем битву. Маммон с Бельфегором переглянулись, оба заинтересовавшись разработками Семьи Бовино. Ламбо еле уворачивается от стремительной атаки Леви-а-Тана. Он останавливается прямо напротив Тсунаёши с Семьёй и подмигивает им. — Это не мои проблемы. И использует ещё раз базуку десятилетия. Двадцатидевятилетний Ламбо выглядит мощнее. Более грозным и сильным, внушая трепет неподготовленным. Он ласково улыбается Семье. — Пора и размяться.

d(￣ ￣)

— Я успел. — Хрипловатым голосом истинного искусителя говорит Ламбо, протягивая полноценное кольцо Небу. — А иначе ты бы отлучил меня от сладкого, Босс. — Смеётся он. Кольцо падает с его руки, а пространство заполняет дым. Все стоят в оцепенении. Двадцать лет. Разница всего двадцать лет. Маленький Ламбо испуганно дрожит и шмыгает носом от слёз, смотря на всех растерянными глазами. Вария молчит. Это молодое поколение… Занзас бросает на них нечитаемый взгляд. Они смогут стать ещё более жуткими монстрами, чем они. Он это явно понимает и без всем известной вонгольской интуиции. И это должны понимать те, кто сейчас смотрит на них с экранов телевизора в классе ниже. Червелло объявляют следующий бой. — В это же время завтрашней ночью произойдёт битва Ураганов! Хаято ухмыляется, его Пламя пляшет красными искрами по волосам от предвкушения. — Я ни за что не буду хуже этой коровы, Тсунаёши! — Он показывает ему большой палец. — Вы можете на меня положиться! — Ещё бы, ку-фу-фу-фу. — Мукуро кладёт локоть на его плечо, облокачиваясь. — Я столько сил потратил, душу вложил в твои тренировки. И если ты сильно покалечишься, я удвою энтузиазм на перевоспитание. — Отстань, извращенец. — Гокудера отталкивает его. — Я выиграю и посвящу свою победу Десятому! — Снова та же песня… — Тсунаёши приложил руку ко лбу и покачал головой. — А я-то думал, мы уже ушли от этого прозвища…наивный. Хроме ободряюще похлопал его по плечу, наблюдая, как Хаято переключился на улыбающегося Такеши, что что-то ему сказал, раззадоривая и без того взрывной нрав Урагана. — Я экстремально уверен в твоей победе! — Шумные. — Кёя схватил Тсуну за руку и потянул на выход. — Дождь закончился, но всё равно легко заболеть, зверёк. Реборн одобрительно кивнул головой, подхватывая Саваду под второю руку. — Может вообще стоит греть тебя с двух сторон. — Хитро усмехнулся он. — По опыту знаю, что обнажёнными легче согреться. Кёя закатил глаза, а Тсунаёши только наигранно вздохнул. — Будешь сегодня приставать, отправлю спать на диван. — Тсуна бросил на него строгий взгляд. — Сегодня спим. Реборн состроил моську безвинно обвинённого в развращении юного омежки священника. — Ни в коем случае, любовь моя, я чисто беспокоюсь о твоём здоровье.