Ошибка богов

Имя у охотника было. Он разрешил называть себя Вит. На вид ему можно было дать лет тридцать, но на нём словно лежала какая-то печать древности. В его речи вдруг проскальзывали слова столетней давности, или он начинал напевать мотив давно забытых песен. Сначала он казался принцу просто профессиональным убийцей, потом гениальным охотником, затем уже непревзойдённым учителем. С ним можно было говорить бесконечно и обо всём. Лоэри интересовался историей, задавал тысячи вопросов о законах и магии, о политике и управлении, о животных и растениях. Охотник отвечал на всё с такой лёгкостью, словно сам управлял государством, создавал растения и придумывал животных. При этом Вит блестяще владел любым оружием. Скорость его реакции была невероятной. Всё больше вопросов крутилось в голове наследника. Кто этот человек, достойный быть королём и хранящий портрет его прадеда? Не внебрачный ли потомок Ниара Великолепного, который, по слухам, не любил свою законную супругу и каждую ночь сбегал от неё куда-то? Его прадед Ниар был выдающимся правителем, это он создал империю в том виде, в каком она существовала сейчас. Подавив бунт в Пуштамуше после внезапной смерти тирана Аскера, он твёрдой рукой поставил на место зарвавшуюся аристократию, навёл порядок в армии, ввёл новую налоговую систему. После к Киаро были присоединены несколько соседних княжеств. Император был деятелен, умён, весел. Зачастую запросто приходил на рынок проверить качество товаров и пообщаться с народом. Аристократы несколько раз покушались на его жизнь, но всегда терпели неудачу. Ходили слухи, что у императора телохранителем был демон. А вот наследник был только один — Оррис, дед Лоэри, унаследовавший ум и характер отца и внешность матери, императрицы Эрианы. С императрицей и наследником была связана какая-то непонятная история. Вроде бы Ниар женился тайно, ещё в юности, на служанке в замке своего деда, а потом уехал в столицу делать карьеру. Поговаривали, что императрица перед смертью прокляла мужа, который избегал её спальни. Но принц не решался задавать наставнику такие вопросы. К тому же Вит всё больше восхищал его. Такой теплоты у него не было даже в отношениях с братьями. Правда, с Орри он всё-таки общался довольно близко, но ведь тот ещё совсем ребёнок, хотя и умён не по годам. В хорошую погоду они выходили на охоту. Лоэри был неплохим следопытом и сам осторожен, как зверь. Вит давал ему всё более сложные задания, но не позволял убивать зверей ради самой охоты. Поначалу это казалось принцу глупостью. Но постепенно он учился видеть мир глазами учителя, впитывая от него уважение к жизни любого живого существа, находя красоту в природе. Каждый день Вит обязательно посещал тот каменный сарай, что стоял почти у самого дома. Ключ от него он держал всегда при себе, словно в этой глуши кто-то мог покуситься на его сокровище. Окна-бойницы были высоко, и Лоэри не мог заглянуть внутрь каменного строения. Но однажды утром учитель был как-то особенно рассеян. На завтрак вдруг оказалась недоваренная овсянка, сам Вит не ел, смотрел в пол и ковырял ложкой, а потом ушёл охотиться один. Лоэри поудивлялся такому поведению, но затем растопил плиту, доварил кашу и пошёл бродить по двору, ища чем бы занять себя. В очередной раз обойдя каменный сарай, он заметил ключ в замке и никак не мог удержаться от любопытства. Входя, он ожидал увидеть что угодно, от несметных сокровищ до лаборатории алхимика, но никак не саркофаг из белого мрамора. Это оказался склеп. Внутри было чисто, а на гладком камне виднелись вмятины, словно это не мрамор, а воск, что оплавился от близкого пламени. На полу у саркофага был отпечаток колен, будто кто-то стоял на коленях в мягкой глине, а потом она засохла. Лоэри пощупал пол — это был камень. На голове шевельнулись волосы. Чертовщина какая-то. Он попытался поднять крышку саркофага, но она была слишком тяжёлой. Тогда он стал рассматривать остатки орнамента, что вился по краю. Это было очень странным: повторяющийся элемент брачной вязи его рода. Здесь был похоронен кто-то из Кейс-Кендаллов. Вероятно, Вит — потомок королевской крови. Озадаченный принц поскорей ушёл из странного склепа.

***

Вечером за ужином оба долго молчали. Вит смотрел в пол, словно был обижен, и снова не прикасался к еде. Тогда Лоэри решил растормошить его и начал травить байки, что во множестве рассказывал его конюх после своих пьяных вылазок. В конце концов учитель вслушался, сначала хмыкал, а потом начал заливисто смеяться. Потеряв бдительность, он взглянул на Лоэри и увидел испуг в зелёных глазах ученика. И было чего испугаться — глаза охотника горели золотым огнём загробного мира. Лоэри силой воли подавил испуг и сделал вид, что всё как обычно. Ничего особенного. И тут же принялся рассказывать про враля-мужика, которому товарищи связали руки, чтоб не врал про размер рыбы, а тот ладонями развёл: «Но глаза у неё были вот такие!» И оба засмеялись как ни в чём не бывало. Перед сном Вит ещё раз внимательно взглянул огненным взором в глаза принца, и тот вновь выдержал этот взор. Не испугался, не отпрянул, но и не пошёл на зов. Что это? Сила воли или устойчивость? Вит всю ночь ломал голову. Человеческое тело не давало читать чужие мысли, а проклятие Шурмашели не давало даже слышать молитвы. Он оглох, теперь он слышит только произнесённое слово. Возможно, мальчишка просто влюблён в кого-то, поэтому зов блокируется естественным образом. Что ж, тем лучше, всё равно он больше себе не позволит лишить империю первенца с кровью истинного императора.

***

Весна пришла в горы тёплая и радостная. И вместе с весной приехали первые гости — мужчина, у которого Лоэри покупал одежду в Шуршели. Торговец обрадовался, увидев парня. — А я всё переживал, доехал ли господин до Отшельника. Тут остались? А как же служба? — В этом и заключалась воля императора, я должен научиться кое-чему у Учителя, — не моргнув соврал Лоэри. — А про вас спрашивали после вашего отъезда. Генерал Ник Седрин, знаете такого? Он и его высочество принц Оррис почтили нас своим присутствием в эту зиму. — У вас был Ор... принц? Что ему понадобилось в такой глуши? — Не могу сказать, господин. Возможно, принца потянуло на приключения. — Они всё ещё в Шуршели? — Нет, по первым проталинам за ними был прислан военный эскорт, и они отбыли в столицу. — Сейчас позову учителя, — Лоэри поторопился в дом предупредить охотника о госте, но тот уже выходил в своей хламиде с висящими из-под капюшона седыми прядями. Теперь почти каждый день стали приезжать посетители. Просители везли с собой дары, и принц понял, откуда у отшельника были всевозможные припасы. Кстати, торговец забрал шкуры и меха, что накопились у них с зимней охоты, и пообещал привезти в следующий раз всё по списку Отшельника. Ехали верхом, даже женщины. Принц старался не лезть на глаза женскому полу. Один раз показался — Отшельник так сверкнул на него из-под капюшона, что мороз прошёл по коже. Молодайка уж очень была пригожая и сразу начала стрелять глазками в красавчика–ученика. Эти огненные глаза словно преследовали его теперь. Но Вит был по-прежнему разговорчив, добр и заботлив, только старался не выпускать из виду своего подопечного. А Лоэри старался всё ближе подобраться к тайне Отшельника. И хотя в каменный склеп он больше не заходил, но всё-таки тщательно осмотрел весь дом. У Вита было много хорошего оружия в кладовых, он его и не скрывал от ученика, даже показал, как открываются тайные замки. Теперь принц частенько пересматривал содержимое всех футляров и сундуков, надеясь найти нечто, что могло бы указать на происхождение Вита. Но ни гербов, ни драгоценных камней не было, хотя оружие было воистину отличным. Также принц изучил портрет прадеда. Он всматривался в детали, прописанные очень талантливой рукой художника, искал общие черты лица Ниара и Вита, но больше видел в прадеде себя, своего отца и братьев. Детали и факты всё собирались по крупинке и, вероятно, в скором времени принц решился бы на откровенный разговор, но некоторые события помешали этому.