Ошибка богов

Высокий всадник в тёмном меховом плаще въехал на рыночную площадь Шуршели. Зоркие светло-зелёные глаза оглядели строения и безошибочно вычислили постоялый двор. Под взглядом этого воина съёживались и затихали, уж слишком суров был. Войдя в общий зал, он жестом подозвал к себе хозяина. — У вас остановился молодой человек лет семнадцати, в хорошей одежде, волосы тёмные, глаза серые? — На втором этаже, третья дверь налево. Заперся, второй день не показывает носа. — И вы не входили к нему? — Нет, не моё дело соваться к господам. Высокий метнул злобный взгляд на хозяина. — А если он ранен? Болен? Где запасные ключи от дверей? В голосе воина слышалась злость и тревога, и хозяин, втянув голову в плечи, резво метнулся за ключами. В неосвещённой комнате на огромной кровати разметался юноша, почти ребёнок. Даже несведущему было понятно, что у него жар. Сухие губы, взмокший лоб, пряди длинных волос свалялись в сосульки, постельное бельё под ним промокло от пота. — Если он умрёт, я вам головы поотрываю! Лекаря! Воды, свежее бельё, камин растопить! Если принц умрёт… При этих словах ужас охватил владельца постоялого двора. Принц! Сам принц! Интересно, который из четверых? Камин был растоплен, бельё сменено, вытерт служанкой досуха разболевшийся юноша. Воину было принесено лучшее вино и мясо, больному принесли горячий отвар из ягод и трав. И только лекаря не было в Шуршели… ни лекаря, ни мага, ни ведуньи-травницы. Ник Седрин на свой страх и риск поил принца целебным отваром, обтирал, отогревал ценнейшим мехом огненных лис — вся деревенька уже была поставлена на уши приездом принца, и в срочном порядке отыскивалось всё необходимое для его высочества. Седрин платил щедро, ибо если умрёт принц, то и ему не сносить головы. Чёртовы наследники престола! Старший, Лоэри, сбежал так хитро, что следы его не мог обнаружить даже он — опытный следопыт, отличный охотник. И только третий принц каким-то неведомым образом уверенно взял след старшего брата. Седрин даже подумал, что у братьев сговор, и он их застанет вместе где-то недалеко от столицы. Но следы уверенно повели на север, от всех людных мест подальше. Размытые и нечёткие отпечатки Лоэри Седрин стал различать только очень далеко в скалах, видимо, там принц уже не старался прятаться. А вот младший совершенно не скрывал своё передвижение. Именно поэтому сейчас ещё есть кого поить отваром и согревать одеялом из огненных лис. — Скажи-ка, трактирщик, а молодой человек лет двадцати не проезжал здесь несколько дней назад? Смуглый, темноволосый, красивый. — Господин посланник императора? Как же, проезжал, он даже, вероятно, успел до снежной бури доехать к Отшельнику. По крайней мере, мы всей деревней молимся об этом Шурмашели. Думаю, если доехал, то вскоре император получит магическое письмо с ответом. — Посланник императора? Ты уверен что это был не принц? — Для принца он слишком прост, господин. Одежда добрая, но не нарядная, без гордыни со всеми разговаривал, не стеснялся спросить советов охотников, так что какой там принц? Человек он, конечно, воспитанный в благородстве и щедрый, но комнату взял самую простую и пищу ел как все, в общем зале. — Из этого ты сделал вывод, что он не может быть принцем? Седрин даже загордился наследником престола, так ловко обведшим вокруг пальца и его, и этих добрых людей, а они ой не дураки. — Ну… — хозяин замялся. — Вот сей юноша сразу запросил лучшую комнату и деньги не в руку отдал, а кинул на стол. А Господин посланник не так, тот в ладонь вложил и руку пожал, и благодарил за советы и гостеприимство. Так что нет, не принц, из благородных, но попроще он. Теперь Лоэри вне досягаемости. Но Ник всё-таки написал письмо и отправил с разовым магическим зарядом императору. Сейчас оставалось только ждать, что уляжется буря и Оррис придёт в себя. Ночью наступил кризис. Принц задыхался, то скидывал с себя одеяло, то кутался, то просил посадить его. В груди его слышались хрипы. Он затих, только когда Седрин уложил его на свою грудь полусидя, обнял и укрыл. Оррис согрелся и уснул в тёплых руках, ощущая рядом живого человека.