Ошибка богов

Они объезжали княжество, стараясь возродить к жизни как можно больше людей. Лоэри словно черпал силы из окружающего мира, его энергия восполнялась, и часть он ухитрялся отдавать своей половине. Достаточно было въехать в любое из сёл, как оно на глазах оживало. Квиту отпускал души тех, чьи тела были разрушены, но там, где тело ещё было относительно целым, действовала магия жизни, что волнами шла от Лоэри. Принцу не приходилось даже подходить к каждому, достаточно было просто некоторое время побыть рядом. Поэтому ехали они неторопливо, останавливались поесть в небольших харчевнях и с удовольствием смотрели, как зомби вдруг становились вполне здоровыми румяными людьми. Молва о них бежала впереди. Между делом Лоэри, как временный правитель княжества, осматривал дома, хозяйства и вникал в особенности местного быта. Он заметил, что деревянные с каменными фундаментами дома были выкрашены то в белый, то в коричневый цвет. Так жители научились разделяться на живых и зомби. Живых здесь было больше, чем в столице, а зомби были в основном из тех, кого поставили на поддержание порядка и управление. Принц отдавал распоряжения о последующем обустройстве, уведомлял о новой системе управления, перераспределял полномочия. В его образе что-то неуловимо менялось, и Квиту всё отчётливее осознавал: где-то он уже видел это.

***

Вечером утомлённый Лоэри спал, уткнувшись носом в плечо Квиту. Дыхание было ровным, сон глубоким. Бог смерти какое-то время лежал, рассматривая любимого, а затем тихонько произнёс: — Ниар… — М-м? — протянул Лоэри, не просыпаясь. — Ниар, я люблю тебя, — произнёс Квиту отчётливо. — И я тебя люблю, спи, Рысик. У Квиту словно камень с души упал, он прижал к себе принца и счастливо улыбнулся.

***

Утром они проснулись от ехидного: — Солнце выше крыш, влюблённые, народ на площади собрался вас благодарить, а вы всё дрыхнете. — А, черти тебя забери, Мортелиус, мы только часа три как уснули. Нам нужен отдых. — Мне пойти сказать собравшимся, что боги любили друг друга ночь напролёт и сейчас не могут ног собрать? — Сейчас встанем, — проворчал Лоэри. — Вит, как ты терпишь рядом с собой эту ехидную… Кстати, давно хотел спросить, кто он? Демон? Мо за окном хмыкнул. Квиту нехотя поднялся и принялся одеваться. — Мо сводный брат Шена, — ответил он, уже застёгивая на себе кожаный панцирь. — Как так? — Лоэри даже уселся обратно на постель от удивления. — А вот так. Сестричка моя не первый раз развлекается вселением в человеческое тело. И первый эксперимент был крайне необдуманным. Душа человека должна покинуть тело, чтоб в него могла вторгнуться иная сущность. Когда вселяют демона, используют стабилизирующие артефакты, но боги могут и без них. Главное, чтобы было удачное тело. Шу влезла в тело очень слабого и больного ребёнка, что умирал от болезни сердца. Девчонка, правда, была княжной. Это и привлекло Шу. Она излечила тело, зажила хорошей жизнью, новоприобретённые родители души не чаяли в дочке и были очень рады выздоровлению. Жениха нашли достойного, замуж отдали. Шу всё было интересно, она плыла по течению, а вот мужик достался ей жестокий. Он намеренно хотел довести её. Брак был договорной, от жены были нужны только приданое и часть приграничных земель. Но Шу не обращала внимания на это. Физическая сторона любви её интересовала как эксперимент. Она легко гасила боль, воспринимала его жестокость как нечто само собой разумеющееся. Беременность тоже восприняла легко, словно не понимая, что её болезнь влияет и на ребёнка. Князь же, даже узнав что она беременна, не посчитал нужным поберечь жену. Когда я нашёл возможность добраться до неё, было уже поздно. Тело женщины было истощено, плод слаб, но я увидел его источник. Было понятно, что она не сможет родить. Тогда я стал искать новое тело для малыша и нашёл только котёнка. Тело Шу умерло, а я выкрал племянника и скрылся в горах. — Стал Отшельником? — Да. Стал искать редкие камни и металлы в Светлогорье, учить Мо. Вскоре меня заметили местные пастухи, рассказали своим. Люди начали приходить, интересоваться, покупать мои изделия. Именно в ту эпоху я создал много амулетов и артефактов. Это было моё первое и самое кратковременное пребывание в человеческом теле. — Почему? — Так вышло, что ближайшим к Шу подходящим умирающим был старик, тело было порядком изношено, даже при всех моих возможностях я не смог поддерживать его больше пятнадцати лет. Но этого хватило, чтобы Мо подрос и смог сам вселиться в следующую свою форму. Как ты понимаешь, в горах у меня был не большой выбор, поэтому Мо очень долго пришлось жить в шкуре чёрного медведя. Он немного одичал за сто с лишним лет. И хотя тело старика и кое-что из ценностей он сумел закопать, но некоторые из артефактов были украдены из пещеры и попали в неблагонадёжные руки Аскера, который тогда был главарём какой-то банды. А тут ещё Шу заскучала и вновь решила посетить мир. В этот раз она сделала правильный выбор и родилась обычным младенцем в зажиточной семье столицы. Она даже не помнила, кто такая на самом деле. Родители только удивлялись редкому дару дочери — стоило ей погладить больную голову — боль уходила, раны заживали, если она их промывала. Вообще в их доме никто не болел. — Как же сознание вернулось к ней? — А так, шла по улице вечером симпатичная синеглазая девчушка, несла тючок с тканями и пуговицами, а тут пьяные гвардейцы ищут приключения. Перепугалась девчонка, когда к ней под юбку полезли, да и сказала от всей души: «Да чтоб вы сдохли, подлецы». И они все тут же попадали. — Мёртвые? — Нет, она же не может дарить смерть. Но в тот момент к ней вдруг пришло осознание того, кто она на самом деле. И знаешь, она не вспомнила про ребёнка. — А она помнила свою прежнюю жизнь? — Смутно. Но меня узнала сразу. — Ты тоже заново родился? — Да, чуть позже сестры. Хотел изучать кузнечное дело, подгадал, чтоб стать сыном кузнеца. — Получилось? — Отчасти. В десять лет отцу пришлось отдать меня в орден наёмников. В шестнадцать я встретил в лесу матёрого чёрного медведя, услышал его слова, обращённые ко мне, и понял, кто я. Пришлось вселить Мо в коня, чтоб иметь возможность быть с ним рядом. — А что было дальше? — Дальше… — Квиту взглянул на принца, что стоял до сих пор босой и в одних штанах. — Дальше я буду рассказывать, только если ты поторопишься одеваться. — Прости, заслушался, — Лоэри принялся обуваться, и Квиту продолжил. — А дальше я узнал от Мо, что часть артефактов была украдена. Сопоставив это с тем, что династия на троне королевства сменилась, а Аскер уже слишком зажился, сделал вывод, что у тирана какой-то из моих артефактов. Поехал искать и встретил… Лоэри вдруг побледнел и уставился на спутника. Зелёные глаза бога смерти испытующе смотрели на него. — И встретил меня… Рысь, скажи, давно ты понял…? — Недавно. У меня были подозрения. Но ведь ты, Лоэри, — правнук Ниара, вот я и не смел поверить своим ощущениям. Думал, память меня обманывает, думал, наконец спало вековое проклятие и я снова могу любить. — Прошлая жизнь сейчас осознаётся мной очень смутно… Но почему же ты жил в этой глуши? Ведь сколько я помню, ты был советником при Оррисе Первом. — Потому что я не мог жить там, где всё напоминало наши самые счастливые годы. Кроме того, твой саркофаг… — Тот, что стоит теперь в бывшем охотничьем домишке? Я теперь очень рад, что не смог открыть его. Не хотелось бы видеть свой... хммм… скелет. — Так ты всё-таки пронюхал о нём? — Я оделся, пошли к людям. На короткий миг он прижал к себе Квиту и поцеловал крепко в губы. Сейчас он Лоэри, бог возрождения, он точно это знал.

***

Крели и Седрин бок о бок ехали по небольшой горной тропе. Дороги как таковой не стало, и они разведывали, сможет ли здесь пройти войско. Путь оказался сложным, узким и опасным, а разговор ещё опасней. — Ник, ты ходишь по очень тонкой грани. — Ты это о чём, Ирв? — О тебе и принце. Ник зыркнул на приятеля из-под бровей. — Это не твоё дело, Крели. — Не моё, но если ты не дурак, не продолжай эти отношения, Ник, ни к чему хорошему это не приведёт. Даже если он не против, он сын императора, тебя просто прирежут и утопят в канаве, если вас застанут. — Поздно, Ирв, — усмехнулся Ник. — Я уже влез в это по уши. Он закатал широкий рукав рубахи и показал плечо. — Ничего себе! Это что за странная татуировка? Необычный цвет, словно золотом подкрашено. — Видимо, ты никогда не присутствовал при одевании императора, Ирв. Это брачная вязь Кейс-Кендаллов, и теперь я один из них. Но тут они услышали какие-то звуки и затаились. Некоторое время спустя раздалось цоканье копыт. Ник показал Ирву два пальца. Тот молча кивнул. Два всадника неторопливо ехали по горной тропе, и всё внимание разведчиков было направлено на них, поэтому они синхронно вздрогнули, когда из-за деревьев к ним выбежала большая чёрная собака. Она села, уставилась на них, склонила голову на бок. Ник и Ирв не двигались. — Мо, иди сюда, — послышался с тропы очень знакомый обоим голос, — и веди Ника с Ирвом, я буду рад их видеть.

***

Лоэри расстелил на камнях кусок грубого холста и выкладывал из сумки еду: медовые яблоки, пироги, сыр, жареное мясо. У разведчиков даже слюни потекли от такого количества домашних вкусностей. Расселись. Квиту наблюдал и сравнивал поведение всех персонажей, что сошлись за этим импровизированным столом. Ирв Крели дождался, когда принц первым возьмёт яблоко, потянулся к мясу и пирогам и стал есть со здоровым аппетитом военного — быстро, молча, откусывая большие куски. Ник Седрин достал нож, начал аккуратно отрезать кусочки яблока, он словно зеркалил принца, только чуть медленней ел. Между делом он и Лоэри задавали друг другу вопросы, аккуратно выясняя, для чего оказался в этом месте каждый из них. В обоих чувствовалось воспитание, что даётся только в домах истинных аристократов. Сам Квиту решил скопировать Ирва, взяв кусок мяса и пирога, принялся тщательно жевать. Лоэри несколько удивлённо глянул на него, но промолчал. — Итак, император решил присоединить земли княжества, — продолжил он разговор с Ником. — Войско далеко? — В дневном переходе, — отвечал Седрин, слегка привирая. Войско стояло в двух днях пути в небольшом местечке Йолли, дорогу разведывали три группы. Принц ухмыльнулся, он умел распознавать ложь, кроме того, превосходно слышал Мо, который тут же прокомментировал: — Брешет генерал, судя по запаху от их одежды — дня два с половиной. А Квиту тут же добавил: — В двух днях перехода только небольшое хозяйство Йолли, там несколько семей держат стада овец. Возможно, ты его помнишь. — Как думаешь, для чего он врёт мне? Я же наследник престола. — Возможно, он не хочет чтобы ты доехал до отца? Лоэри пристально посмотрел в глаза Нику, и тот невольно вздрогнул. Кому как не ему знать всё о первом наследнике, но этот взгляд… Это был не упрямый зелёный взгляд сильного волчонка, это был царственный синий лёд коронованного льва.

***

— Ваше величество! Короткий тычок кулаком в грудь. Лоэри лишь слегка наклонил голову — равный-равному. — Сын. Миовир так же сдержанно кивнул. — Давно не виделись, отец, нам необходимо поговорить без свидетелей. Тут Лоэри увидел Орриса и просиял искренней улыбкой. — Брат! Оррис шагнул к нему и прижался, сжимая в объятиях самого близкого из братьев. Их оставили одних — императора и его сыновей. Миовир долго молчал поджав губы и гневно разглядывая старшего. А Лоэри улыбался Оррису, оценивая, как тот возмужал за зиму. Оррис тоже счастливо глядел на брата, замечая все изменения. Им бы хотелось поговорить друг с другом, но оба вежливо ждали слов императора. — Ты подвёл нас, Лоэри Кейс-Кендалл, в ответственный момент ты поступил как глупый простолюдин и более не достоин быть наследником империи. Оррис вздрогнул, перестал улыбаться, а Лоэри лишь пожал плечами. — Я и не собирался быть императором, отец, у тебя есть более достойные сыновья для этого. — Я должен тебя наказать… Ты подвёл свою семью и государство. — Нет. Когда-то я уже говорил тебе, что хотел бы иначе служить империи, чем водружать на себя корону. — Кажется, ты забыл, что не получил согласия в тот раз. Мне придётся тебя запереть и подумать, как с тобой поступить. — Позволь сказать, отец… — Нечего разговаривать, я отправлю тебя под стражей в Пуштамуш, где ты будешь ждать моего решения. — Ты не смеешь так поступать, я не подвластен тебе. — Ты мой сын! Мой подданный! — Нет, с некоторых пор я — правитель княжества Ченкале. Миовир даже растерялся от этих слов. — Кто? — Ты услышал меня. Теперь от тебя будет зависеть, войдёт ли княжество в состав империи или будет жить своей жизнью. В обоих случаях я буду жить там, как правитель или как наместник. — Ты смеешь ставить мне условия, мальчишка? Если некромант убит, значит, земли там почти пустые — приходи и бери голыми руками. — Ошибаешься, там достаточно людей, чтобы оказать сопротивление твоим войскам, которые, кстати, вряд ли смогут быстро пройти по горным тропам. Я даю тебе время принять правильное решение, отец. Мы можем вернуться в столицу и подписать договор, а можем расстаться здесь. В любом случае твои люди будут живы. — Хорошо… я выслушал тебя… Лоэри. Кстати, твоя невеста стала женой Риана, так что можешь искать себе другую. — Я очень рад за них. — А я не очень, сын, — Миовир был даже рад, что Лоэри оказался таким пронырой и победителем, ибо наказывать его не хотелось. — Ты был бы идеальным императором Киаро, ты мыслишь иначе. Риан другой, он не удержит власть в руках, слишком подвержен влиянию окружения. К тому же, ты первенец, а значит, сила крови у тебя. — У тебя есть ещё сыновья, — Лоэри слегка кивнул в сторону серьёзного Орриса. Миовир тоже перевёл взгляд на принца. — Что ж, об этом можно подумать. Укрепить его власть браком с какой-нибудь подходящей княжной, учится он быстро, характер твёрдый… — Я не могу жениться, отец, — сказал вдруг Оррис и покраснел, опустив глаза. — Почему это? Тебе уже восемнадцать, выбор у тебя будет большой, — он осторожно глянул на старшего. — Я умею признавать свои ошибки и не заставлю тебя принять наш с матерью выбор. Пригласим погостить девушек, присмотришься, пообщаешься, выберешь. — Дело в том, — Оррис торопливо стянул камзол и приспустил с плеча рубашку. — Я не смогу. Лоэри прикрыл лицо ладонью, а император вскочил с кресла, в котором сидел. — О, проклятие Шурмашели! Кто она? Ты что, успел спутаться с простолюдинкой в той деревне? Оррис, отвечай же! Кто она? Принц молчал, только умоляюще глядел на брата. Тогда Лоэри, чтобы понять, чего опасается брат, осторожно спросил: — Орри, если вас связывает клятва, значит она член семьи, кем бы ни была. Отец примет её. Так ведь? Он глянул на отца. Миовир кивнул. — Конечно, если вы связаны клятвой, я приму её в семью, вероятно, это необычная девушка, раз вас связало золотой вязью. Но тут Лоэри словно озарило. Оррис долго жил в Шуршели вместе с Седрином, а что если… Ведь он сам был влюблён в Ника. — Орри, это Ник? Принц вздрогнул и испуганными глазами уставился в лицо брата. — Что??? — взревел вдруг Миовир. Быстрее молнии взметнулся кинжал и вошёл в горло испуганного мальчишки.