Хочу быть там, где нет страха

      В 8:00 Чонгук входит в офис своей компании в дорогом костюме, идеально подчеркивающим его спортивное тело. А уже в 9:00, после совещания, Чонгук вникает в документы, которые принес его секретарь, по его же требованию. — Чонгук, зачем ты во вторник уволил Им Юхана, он отлично справлялся с должностью заместителя директора? — прямо с порога задает вопрос вошедший. — То, что он систематически опаздывал на 10 минут разве не весомая причина? — ровным тоном произносит Чон, не отрывая взгляда от документов. — Ну, знаешь ли, за 10 минут ничего катастрофического не случилось бы. У него есть дети, пока одного в садик, другого в школу, понятно почему он опаздывал, — Мин Юнги проходит в кабинет и садится на диванчик, который располагался недалеко от рабочего стола Чонгука. — Это его не оправдывает. Если он хотел бы работать в этой компании, мог бы нанять няню. — После того, как первого его ребенка похитили, а после убили, получив выкуп с опозданием, он не доверяет посторонним людям и сам отвозит и забирает детей. Мог бы и войти в его положение. — Основная причина, что он неграмотно оформил документы с нашими партнерами из Италии и из-за этого компания потеряла прибыль, та сумма небольшая. Но мне и тебе пришлось это исправлять. Я знаю, что он твой хороший друг, однако для меня он сотрудник, который был не в состоянии справиться со своими обязанностями. — В тот день, ровно девять лет назад он последний раз видел своего ребенка, перед тем как он с няней вышел из дома. У тебя нет ни капли сочувствия. С каждым днем работать на тебя становится все труднее и труднее. У меня сложилось мнение, что ты видишь ошибки каждого. — Вместе с требованиями растут их зарплаты. Я никого не гружу сверхурочной работой, пусть выполняют то, что прописано в контракте. — Ты не исправим, ладно у меня есть дела, я пошел, — Мин направился к двери. — А и еще, через два часа встреча с Сон Юра, я не смогу присутствовать. — Что? — Юнги останавливается, — ты предлагаешь мне одному идти? А тебя не смущает тот факт, что она только из-за тебя согласилась на эту встречу. — Какая неудача, придется ей терпеть твое общество. — Чонгу-у-ук, — с надеждой в голосе произносит Юнги. — Я сегодня очень занят буду, у меня появились неотложные дела.              Спустя минут 20 Чонгук выходит из офиса и садится в машину. У него в планах на сегодня вообще не было пункта «работа». Ведь оставлять Кима со своей прислугой — проигрышный вариант: на контакт он с ними не пойдет — страх не позволит. Также он не знает, что у того на данный момент в голове. Вчера он его с трудом вызвал на диалог, но он был немногословен, а вот его действия, напротив, прекрасно передавали его мысли. Особенно ярко запомнился случай, как тот решил сигануть в окно.              «Наверное, Тэхена будут пугать посторонние, даже если они будут держаться на расстоянии. Может самому купить необходимую одежду? Хотя я не знаю его размеров, он явно худее меня. Плюс ко всему я не знаю его предпочтений в одежде, ему может не понравиться фасон или цвет, худший исход — и то и другое. Думаю, нужно сделать так, чтобы в магазине никого не было кроме нас и пары консультантов».       Оказавшись дома, он сразу идет на кухню и садится за стол, на котором остался кофе (домоработники никогда не выливали его, зная, что он частенько пьет этот напиток холодным после работы). Чонгук пьет его, наслаждаясь, ведь он был еще и без сахара, что доставляло удовольствие. Что ж, у всех свои причуды, и он не исключение.       Затем, открыв планшет, он все же решает выполнить кое-какую работенку, при этом мужчина остается на кухне. В случае, если Тэхен спустится, то он сам предложит парню позавтракать, и Тэ будет спокойнее видеть его, так как с ним уже знаком.              Около 12 часов дня Тэ открывает глаза и сразу отмечает, что выспался. Первый раз за долгое время он просыпается не от боли и не от кошмара. Лежа в мягкой постели, он сладко потягивается, мечтая проваляться в этой кровати целый день. Но перед этим было бы здорово перекусить, однако ведь его никто не звал, а значит, перекус точно отменен.       Пролежав еще минут десять, Тэхен направился в душ. После надевает чистую одежду, оставленную вчера Чоном, и садится на подоконник, устремив взгляд вдаль. Он отмечает, что он, скорее всего, в загородном доме, а это весьма сильно осложняет побег, так как вряд ли вблизи имеются автобусные остановки. Та даже если и были, то денег так или иначе нет, и они ему точно не полагаются. Вывод один: придется пойти на преступление, «заняв» их у Чона тайным способом. А пока что необходимо быть покладистым.              «Здесь мне нравится, я бы навсегда остался в этом доме, далеко от городской суматохи. Но проблема заключается в том, что если я все-таки останусь, отказавшись от побега, то рано или поздно Чонгук возьмет меня против моей воли. Не думаю, что он будет долго ждать. И вчера то возможно была его игра, правила которой сегодня могут круто измениться. Когда он войдет нужно ли вставать на колени? Скорее нет, чем да. Попробую играть по правилам, установленным им. Может тогда не будет много боли. Когда появится шанс бежать, мне придется полагаться только на себя, действуя в одиночку. А с другой стороны — куда мне бежать? Допустим выйдет, и я даже смогу добраться до города, но что меня там ждет, я же никому не нужен. Образование толком нет, только школу закончил, а обучение в колледже стоит денег, но даже если выйдет поступить на бюджет, то проживание, питание, одежду не смогу себе позволить. Стоп! О каком поступлении идет речь, ведь у меня даже документов нет. А на возобновление нужна немаленькая сумма. Можно конечно же найти подработку, но вопрос остается, где мне жить? Ни знакомых, ни друзей у меня нет. Мне придется остаться здесь в любом случае, ведь если по-тихому взять нужную сумму на первое время, то Чонгук заявит в полицию, а после этого меня даже нелегальщики не примут на работу, кому нужен сотрудник без документов и у которого проблемы с законом? – Тэ тихо заплакал, сейчас его за слезы не накажут. Больно стало от мысли, что ему придется остаться в этом доме, гадая сколько выдержки в запасе у Чонгука. – Так спокойно, Тэхен, пока ты в относительной безопасности. Чонгук точно работает в городе, а значит далековато от тебя».       Тэхен чувствует, что заперт не только в доме Чонгука, но и в обстоятельствах своей жизни.              Просидев за планшетом, внося правки, Чон благополучно потерял счёт времени. Вернул его в реальность звук входящего сообщения. Открыв телефон, он прочитал смс от Юнги: переговоры с Юрой прошли «шикарно» — по крайней мере, если целью было обсудить Чонгука под прикрытием деловой беседы, ведь половина вопросов была про него. После этого откровения мужчина глянул на время — 14:27.       Поговоривши с работниками Чон выясняет, что те не видели сегодня парня: тот за целый день ни разу не показывался из комнаты.              «Значит, он так и не выходил. Вчера выглядел выжатым — мог проспать полдня, но не до такой же степени. Интересно, сколько он еще собирается прятаться? Игнорировать можно что угодно, кроме реальности — рано или поздно ему придётся выйти. Да и посмотреть на него все равно хочется. Жаль, пока без рук».       Чонгук рассуждает просто: если лишний раз не давить, через пару дней тот сам начнет привыкать. Сначала доверие, все остальное потом. В постель добровольно он, конечно, не ляжет. Но на такой случай есть запасной вариант — напомнить о Донвоне. Возвращать его никто не собирался, полагая, пары намеков будет достаточно.       «Айщ, без головной боли с ним, похоже, не обойдётся. И все же он мне нравится. Вот только визг, страх в глазах и вечные попытки вырваться — не то, на что я рассчитываю. Удовольствие должно выглядеть иначе. Он слишком дорого обошелся, чтобы разочаровывать», — выйдя из раздумий, Чон направился к Тэхену. Спланированное само себя не реализует.              Зайдя в комнату, он видит Тэхена: тот сидит на подоконнике с закрытыми глазами. Прислонившись спиной и затылком к стене, он не слышал, как открылась дверь. Шаги Чона были беззвучны.       Сейчас лицо Тэхена было спокойным — он выглядит расслабленным, его настроение нисколько не совпадает с сегодняшней погодой: затянутым серыми тучами небом и градом. Чонгук еще раз отмечает, что парень действительно красив. А понимая, что он уже отдал за него весьма приличную сумму вручило основание записать Тэхена в личную собственность. — Чонгук? Что вы здесь делаете? — протараторил Тэ, подскакивая с места, смотря на Чона расширенными от удивления глазами. Парнишка был весьма растерянным. Поводом обернуться послужило чувство, что за ним кто-то наблюдает. — Интересный вопрос, — Чонгук усмехается. — Давай подумаем вместе. Подсказка: это мой дом. — Простите, я не… я думал вы на работе, а вы… вы…. — Тэхен не знает, как закончить мысли, которые не выстраиваются в логическую цепочку. Потому предпочитает ждать действий со стороны темноволосого. — Как видишь, я здесь. Хотя, можно сказать, ты не совсем ошибся в своих догадках, — Чон делает шаг за шагом, приближаясь ближе к Тэ. Но когда тот, отойдя от окна, вжимается в стену, мужчина понимает, что достаточно сократил дистанцию, и сейчас лучше остаться на таком расстоянии, — я был на работе утром. Уладив все свои дела, вернулся. Помнишь, я говорил вчера, что тебе нужно купить одежду? Так вот, сейчас появилось подходящее время, но, — мужчина складывает руки на груди, — оказалось, что ты еще не то чтобы не обедал, ты даже не завтракал. Знаешь, я беспокоюсь по этому поводу. — Извините, Чонгук, я… я не знал, позволено ли мне выходить из комнаты? — Не помню, чтобы ограничивал тебя в действиях настолько. Я не запрещал тебе выходить из комнаты — только не сбегать. Единственное правило — мой кабинет. Туда без моего разрешения не заходят, он всегда закрыт на ключ. Ладно. Достаточно разговоров. Тебе нужно поесть. Чон разворачивается, собираясь выйти, но Ким так и остается у стены. — Нет. Так не пойдет. — Он садится на кровать. — Сядь. Тэхен понимает без лишних объяснений и осторожно опускается рядом. — Я понимаю, ты меня боишься. Но я хочу другого — чтобы ты начал доверять. Я не причиню тебе вреда, если ты сам не заставишь меня это сделать, например, побегом. Но если ты умный, должен понимать, что бежать бессмысленно. У меня много людей, тебя найдут. Чон замолкает на секунду. — Я не пытаюсь тебя напугать. Просто хочу, чтобы ты понимал, как все устроено. Мне не важно, кем ты был раньше. Мне важно, кем ты будешь рядом со мной. Ты не будешь ни в чем нуждаться: сможешь носить те вещи, которые нравятся, есть еду, которую хочешь, сможешь побывать в местах, о которых мечтал. Со мной тебе ничего не угрожает, со мной ты будешь в безопасности.              «Это шутка такая? Хм, звучит, как правда. Точно, он же не любит криков и сопротивления. Теперь понятно, он хочет, чтобы я добровольно лег с ним в постель, в обмен обещает сладкую жизнь. Выкупил меня у хозяина, сейчас же пытается купить мое тело у меня. Если подумать, то многие так и живут: отдают свое тело за комфорт. Но я не смогу, я пытался преодолеть себя в прошлый раз, даже алкоголь не помог. Я уверен, что не смогу взять под контроль эмоции, они не дадут мне расслабиться и выполнять то, что захочет в постели Чонгук. Как минимум я начну кричать, вырываться, как максимум — попробую ударить его…» — Тэхен? — Чонгук щелкает пальцами одной руки перед глазами задумавшегося мальчишки, от чего тот вздрагивает, отшатываясь назад при этом зажмуривая глаза и зажимая в кулаки края своей футболки. — Ты чего? Я просто пытался привлечь твое внимание этим жестом. Не ожидал такой реакции. — Простите меня, Чонгук, — еле выговаривает эТэхен. — Все в порядке, тебе абсолютно не за что просить прощения. А сейчас тебе нужно поесть. Пошли, — Чонгук встает и направляется на кухню. Тэхен следует за ним.       «Все вырулилось достаточно неплохо. Хорошо, что он оставил подобную тему, сказать же ему мне нечего. Ладно, сегодня он уже эту тему поднимал, а значит вряд ли повторит, я надеюсь. Лучше об этом не думать, пока Чонгук не спросит. А когда снова заговорит об этом, я попрошу время подумать», — именно эти мысли в голове у Тэ.              «В принципе от такого предложения трудно отказаться. Но все же я дал ему время, пускай пока подумает. Чон Чонгук, ты просто идеален. Думаю, когда будем ехать в магазин, то в машине я спрошу его положительный ответ», — хвалит себя в мыслях Чонгук.              Во время того как Тэ обедал, Чонгука рядом не находилось, так как у последнего позвонил телефон, и он предпочел говорить у себя в кабинете. После того, как светловолосый доел, он поставил чашку на пустую тарелку, а после взял в руки, чтобы помыть за собой.        — Оставь на столе, в доме есть кому убирать, — от слов Чонгука, который только вернулся послеразговора, парень роняет тарелку с чашкой из рук, которые падают и разбиваются с характерным звуком.       Именно звук и картинка разбитой посуды пробуждают воспоминания, которые молниеносно проносятся в голове мальчишки. Он вспоминает, что когда-то в доме хозяина разбил дорогую, как потом выяснилось, посуду по своей неуклюжести, и тогда он был сильно избит по рукам, которые за несколько минут до этого Донвон порезал осколком битого стекла, чтобы это поярче ему запомнилось и впредь подобное не повторялось. — Прошу прощения, Чонгук. Это… это случайно… я… я сейчас все уберу, — у Тэхена начинают трястись руки, и он пытается это скрыть, сжимая в руках ткань футболки, а после наклоняется, чтобы поскорее убрать стекло, пока до этих самых осколков не добрался Чонгук. — Замри на месте! — произносит Чон повышенным голосом.       Тэхен испугавшись, делает небольшой шаг назад, а после, опомнившись (ведь ему приказали не двигаться, а он шагнул назад), возвращается практически на место, порезавши при этом палец на ноге. Картинка прошлого также служит причинной слез и сильной дрожи во всем теле.              В этот момент Чонгук оказывается возле Кима, который сразу зажмуривает глаза, берет его на руки, замечая, что тот не то чтобы не в обуви, он даже без носков. Затем, обойдя стекло, Чон проходит в гостиную, попутно приказывая своему работнику принести аптечку и осторожно садит Тэ на диван. — Я… я п…правда не нарочно, это вышло с…случайно, — слезы не перестают падать с глаз, дыхание учащается, становясь прерывистым, а дрожь в теле только усиливается. Его истерика вполне обоснована. Вот только Чонгук даже не догадывается, что именно послужило причиной. — Я знаю, — спокойно отвечает Чон, беря руки парня в свои, — посуда — пустое, куда важнее ты. — Господин, я принесла аптечку, — привлекая внимание, произносит женщина. — Оставь здесь, — домработница кладет аптечку на столик возле дивана и покидает гостиную.       Чонгук берет аптечку, и вместо того чтобы сесть рядом, опускается прямо на пол, на дорогой ворс ковра у ног парня. Он достает перекись, затем вату. Смочив ее, он осторожно устраивает ногу Тэхена у себя на колени и обрабатывает порез на большом пальце, при этом он дует на рану. Тэхен все это время вжимается в спинку дивана, наблюдая за его движениями, почти не дыша. Завершив обработку, Чонгук достает еще пластырь и аккуратно наклеивает его на порез, разглаживая края подушечками пальцев. — Небольшой парез, заживет быстро. Ты как? — спокойно спрашивает мужчина. — Спасибо, Чонгук, я в порядке, — Тэхен чувствует растерянность: его впервые за долгое время не ударили за оплошность. — По правде говоря, твоя реакции меня немного насторожила. Я могу узнать с чем это связано? — присаживаясь на диван рядом, интересуется Чон. Пару секунд парень смотрит на Чонгука, обдумывая то, стоит ли вообще мужчине рассказывать. В том месте, откуда его забрали, никого не интересовало, что и с кем произошло. Его учили отвечать на вопросы, вот только, не научили, что говорить на сказанное "я могу узнать?" Но после он опускает голову, все же решаясь рассказать. — Я испугался... подумал, что вы, Чонгук, меня накажете, — не поднимая головы отвечает Тэ. — За разбитую посуду? — Чонгук слегка хмурится. — Там... была дорогая посуда. Хозяин так злился, когда я ее разбил и сделал пару парезов на ладонях, — он смотрит на свои руки, на которых сейчас не осталось и следа, — наверное, наказание было соответствующим.       Чонгук молча смотрит на него несколько секунд. — Ты больше не у него. И если говоришь о Донвоне, то называй его по имени. И такое "наказание" за бытую посуду — не норма.       Он поднимается.       — Пойдем. Купим тебе одежду.       ***              Зайдя в магазин следом за Чоном, парень с восхищением рассматривает интерьер, одежду и персонал. Он замечает, что, кроме них и двух сотрудников, здесь никого нет. Впрочем, это не удивляет — об этом было сказано еще в машине: других покупателей не будет.