Встретимся после смерти

Пронзительный звон будильника безжалостно резал уши. Сяо Чжань вскочил с кровати и его нога отозвалась резкой болью. С тихим стоном учитель снова сел на кровать и выключил будильник. Зато сон как рукой смыло. Во сколько он вчера лëг? Художник аккуратно встал, по стеночке прошëл к столу, на котором лежал его графический планшет и посмотрел результат своих ночных стараний. Пять картинок за одну ночь? Да ещë очень удачных. Хорошо он вчера поработал. На художника снова начали находить воспоминания о Ван Ибо. И как его так угораздило? Времени об этом думать не было. Нужно спешить в школу и вымаливать у госпожи Лин рабочие дни. Ходить с прежней скоростью он пока не в состоянии, так что нужно выйти пораньше. Сборы в попыхах не мешали ему регулярно любоваться новым контактом, слегка краснея при каждом взгляде на него. Добраться до школы оказалось намного сложнее, чем думал Сяо Чжань. Кажется, рана раскрылась и начала кровоточить, но сейчас не было времени, чтобы это проверять. Он ввалился в кабинет директрисы. Госпожа Лин уже находилась на месте и была ошарашена его приходом. —Сяо Чжань! — Женщина взволнованно подбежала к художнику и усадили на кресло. — У тебя отпуск! Да ты ещë и ранен. Зачем пришëл сюда? Тем более в таком состоянии. Ты с господином Ван? — Женщина осмотрела кабинет в поисках спутника художника. Сяо Чжань отрицательно покачал головой. Похоже, это клеймо прикрепится к нему теперь очень надолго. Такая "близкая" дружба с таким большим человеком явно не останется незамеченной. И покоя Чжань в этой школе тоже скорее всего не увидит благодаря постоянным обсуждения устаревших окон, да и кондиционер бы надо поставить. А потом гениальная идея попросить всë это у господина Ван. Просить естественно придëтся Чжаню, ведь у них такие хорошие отношения, мужчине бизнесмен точно не откажет. Сяо Чжань мысленно досчитал до десяти и выдохнул. —Госпожа Лин, я пришëл один. Как раз хочу поговорить об этом отпуске. Можно его как-нибудь отменить? Я сейчас не могу просто так бросить работу. Директриса удивлëнно вскинула брови. Впервые она видела, чтобы кто-то отказывался от отдыха. Конечно, найти учителя рисования так внезапно, да ещë и посреди учебного года очень сложно, но зато намного безопаснее, чем сейчас вернуть Сяо Чжаня на работу. Отправить его в отпуск попросил сам Ван Ибо, ослушаться которого никто и никогда не смел. Это равносильно мучительной и долгой смерти. Каким бы замечательным учителем Чжань не был, сколько бы инициативы не проявлял, своя шкура была гораздо важнее. Мужчина умолял госпожу Лин чуть ли не на коленях (и, возможно, встал бы на них если бы не нога), но женщина продолжала настаивать на своëм. Воля Ван Ибо — закон. Если Чжаня за это просто "накажут" (как считала женщина, исходя из вчерашней сцены, развернувшейся перед ней), то она может лишиться работы без шанса на нахождение другой. И это в том случае если над ней сжалятся и сохранят жизнь. Оба упëрто стояли на своëм, однако госпожа Лин придумала способ выкрутиться из этой ситуации. —Сяо Чжань, с тобой точно всë хорошо? — Теперь учитель понял, что слегка перегнул с напором и теперь походил на сумасшедшего. — Давай я сейчас позвоню господину Ван, он приедет и заберëт тебя. Вместе с ним и решим вопрос с твоим отпуском. —Нет! — Художник всë понял. Ближайшие два месяца придëтся выживать на заказы артов. — Не нужно. Я позвоню ему сам. До свидания. Сяо Чжань направился к выходу. —Давай я тебе помогу. Госпожа Лин уже почти дошла до него, но учитель сказал, что справится сам. Сяо Чжань закрыл за собой дверь и услышал облегчëнный выдох директрисы за тонкой стеной. По пути домой Сяо Чжаню пришлось зайти в магазин. Работа работой, а кушать всë равно хочется. И так сегодня не позавтракал, ибо нечем. Даже любимый кофе закончился. Такая неприятная новость с утра, будто земля из под ног. Тем более, когда практически не спишь. Мужчина снова пооблизывался на курочку и пошëл к своей любимой лапше быстрого приготовления. Сегодня можно пошиковать и взять лапшу со вкусом говядины. При каждом шаге нога напоминала о себе ужасной болью. Сяо Чжань привык терпеть. Вот и теперь он воинственно переносил эту боль. Могло быть и хуже. Пуля могла попасть в кость и та бы треснула или даже сломалась. В таком случае он был бы не в состоянии даже в туалет самостоятельно сходить, не то что в магазин и Ван Ибо не сжалился бы над ним и забрал к себе, где его ждала бы неминуемой смерть. Художник вышел из магазина, расплатившись за свою покупку, из-за чего на телефон сразу пришло уведомление, сообщающие о пользовании карточкой. Сяо Чжань с печалью посмотрел на скудные цифры на своëм счету. Зато его работа доставляла учителю огромное удовольствие. Обе работы. Мужчина посмотрел на ресторан, мимо которого ковылял. Здесь даже простой кофе стоит в два раза больше его месячного заработка с обоих работ. Здесь всегда отдыхала, заключала сделки, подписывала контракты богатая элита. И что такое престижное место забыло в таком отдалëнном и бедном районе города? Может поэтому оно здесь и расположено? Здесь практически никого нет. Тихо и спокойно. Сяо Чжань хмыкнул, посмотрел на лапшу быстрого приготовления, вздохнул и пошëл домой. Он не сожалел, что беден. Он сожалел, что настолько глуп и загнан, что отправляет семье все свои деньги, забивая на собственные нужды. Однако несмотря на все свои старания, изменить он это не в силах. Каждый раз, получив зарплату бежит отправлять деньги родственникам, будто дрессированная собачка. А он человек. Об этом, может, и забыли, но он от этого не перестал быть человеком. Ван Ибо вовремя посмотрел в окно. Его взгляд упал на красивого прихрамывающего парня. Такого знакомого. Даже слишком знакомого. Парень использовал всë своë оставшееся зрение и интуицию, чтобы понять где он видел этого мужчину. Когда бизнесмен наконец-то разгадал личность незнакомца, он уже всем телом вжимался в толстое стекло. Сяо Чжань! Какого хрена он ходит? —Господин Мэн, простите, но у меня появились неотложные дела. Мы с вами можем перенести встречу? Напишите мне время и место смской. —Дела? Появились прямо сейчас? Ван Ибо быстро собрался и убежал, игнорируя ошарашенный взгляд господина Мэн, которого парень сам пригласил с предложением сотрудничества. Каким именно предложением сказать он не успел. Оба понимали, что ни о каком сотрудничестве после такого поступка и речи быть не может. Ибо профессионально кладëт на всë болт. Когда несогласие партнëров ему мешало? Просто заставит. Невелика потеря. А вот Сяо Чжаню нельзя слоняться одному с простреленной ногой по улице пешком. —Чжань-гэ. Сяо Чжань обернулся, посмотрев на вход в ресторан. Сначало он подумал, что ему просто послышалось, но не могло же такое ещë и привидеться. Может начались галлюцинации от боли в ноге? Не важно. Почему-то хотелось, чтобы эта галлюцинация не исчезала. Чжань почувствовал какое-то тепло внутри, что хорошо грело и блокировало боль в ноге. Ибо такой красивый и дикий, но в то же время невероятно грациозный и эстетичный! Как таким вообще можно быть? Улыбка сама собой нарисовалась на счастливом лице. Интересно, сможет ли мужчина почувствовать запах? Нужно проверить, когда Ибо подойдëт ближе. Скорее бы подошëл. Сердце учащëнно забилось, возвращаясь к вчерашнему темпу. Ван Ибо уже успел привести себя в порядок, поправить волосы и одежду, прежде чем выйти. Пробежал он не так уж и много, поэтому отдышки не было. Парень спокойным и уверенным шагом приближался к Сяо Чжаню. На его лице был гневный оскал. Бизнесмен явно был очень сильно чем-то рассержен. Сяо Чжань ощутил запах знакомого одеколона. Как же он скучал. —Ибо... Ван Ибо с не менее грозным видом поднял Чжаня на руки. Тот побоялся возражать. Тем более, когда Ибо так зол. Мужчина ещë удивляется тому, что вчера он остался жив даже после всех своих недовольств. Бизнесмен притащил Сяо Чжаня к своей машине и посадил на пассажирское сидение, потом обогнул автомобиль и сел на водительское. Машина тронулась. —Какого хрена ты разгуливаешь по городу пешком с раненой ногой? — Ван Ибо почти кричал. —Я вышел в магазин. — Робко проборматал Чжань. Бизнесмен кинул на него испепеляющий взгляд. —Я же сказал звонить мне если что-то понадобиться! Машина остановилась на светофоре. Сяо Чжань виновато опустил голову вниз и смотрел на замок кофты, с которым играл руками. Руки. Он на мгновение покосился на руль и снова перевëл взгляд на замок. У Ван Ибо такие красивые руки. —Прости, — прошептал он. Художник почувствовал знакомое тëплое прикосновение к своей голове. Он невольно дëрнулся навстречу, но сразу же осëкся. Прикосновение настолько нежное, ласковое и приятное, что Чжань немного забылся. Он с опаской посмотрел на гремлина, тот уже не казался таким страшным, как минутой ранее. В нëм узнавались нежность и любовь. Ван Ибо смотрел на чужие волосы и осторожно поглаживал мягкие пряди. Мышцы Чжаня расслабились. Бизнесмен провëл горячим пальцем по гладкой скуле. —Ты же понимаешь, что опасен сам для себя? — Голос Ибо был мягким и ровным, лицо спокойным и увлечëнным. Он говорил это с такой интонацией, будто расхваливал Чжаня, делая ему комплименты. — Хоть представляешь насколько сильно я хочу забрать тебя к себе? Ты тоже хочешь ко мне? — Сяо Чжань отрицательно покачал головой. — Тогда почему даëшь мне причину забрать тебя? Сяо Чжань молчал. Он просто смотрел на Ван Ибо. Какой же парень красивый. Почему прикосновения такие лëгкие и еле ощутимые? Волосы на голове не дают пальцам Ван Ибо пробраться к коже, не допуская неприятного чувство и пропуская только тепло чужих рук. Хочется ещë, но мужчина не рискует шевелиться. — Хочешь домой? — Продолжил Ибо. Сяо Чжань кивнул. — Тогда попроси, как вчера. — Парень провëл большим пальцем по губам художника. Сяо Чжань даже почувствовать этого прикосновения не успел, что было в общем-то не плохо, ведь неприязни он тоже почувствовать не успел. На светофоре давно зажëгся зелëный свет и сзади сигналила куча машин. Ван Ибо как всегда забил на всех и на всë. —Можно... Можно мне домой? — Ибо вскинул бровь. Взгляд смотрел не в глаза, он был направлен прямо в душу. — Папочка, можно мне домой? Сяо Чжань аккуратно приблизился к парню. Рука того переместилась на шею учителя, оглаживая высокое горло свитера, отчего художник дëрнулся и облокотился своей рукой на чужое колено. Лицо Чжаня мгновенно покрылись румянцем. Он робко приблизился к Ван Ибо и... тут же смущëнно отвернулся к окну, снова начав терезать ногтëм свою ладонь. Всë-таки он не может. Ван Ибо положил свои руки на руль. Без прикосновений бизнесмена стало холодно, Чжань терпел. Ван Ибо откашлялся, будто только что был в забытие, а сейчас опомнился, и продолжил прежним тоном, которым встретил Чжаня у ресторана: —Ещë одна такая выходка и я заберу тебя к себе. Я больше не разрешу просить. Это понятно? Сяо Чжань кивнул. Машина наконец-то поехала. —Понятно. —Хороший мальчик. — Самодовольно заметил Ибо, ухмыльнуышись своей любимой гремлинской ухмылкой. Сяо Чжань боялся посмотреть в сторону водителя. Стыдно было даже не от того, что он решился даже попробовать и этим, возможно, обидел Ибо. Вовсе нет. Хотя от этого тоже, но не так сильно. Если бы мужчина мог переместить во времени, то скорее всего сделал бы тоже самое. Было стыдно оттого, что Чжань хотел попробовать. Он никогда никого не целовал. Кожа на губах обычно намного нежнее, что если она не вызовет такого раздражения? Или засохшие раны на губах Ибо слишком твëрдые и нервные клетки Чжаня не примут их за кожу, тем самым не вызывая раздражения? А ещë Сяо Чжань жалел, что не попробовал лизнуть губу. Эта идея просто возникла у него в голове на ровном месте и ему захотелось воплотить еë в жизнь, но он этого, естественно, не сделал. Ван Ибо ведь был бы не против если бы учитель попробовал? А что если против? Что если это только ещë сильнее выбесит парня? Лучше тихонечко посидеть и посмотреть в окошко. Орешек не отреагировала, когда Ван Ибо и Сяо Чжань привычном для них образом вошли в квартиру. Второй раз еë не удивишь. —Чжань-гэ, ты говорил, что ходил в магазин, но у тебя ни одного пакета в руках. Обманул меня? Сяо Чжань помотал головой. —Не обманул. — Он вытащил из дипломата коробку лапши быстрого приготовления. —Ты это ешь? Сяо Чжань кивнул. Ван Ибо без разрешения хозяина разулся и пошëл в кухню. Не то, чтобы он сам таким не питался (на самом деле у него самого дома ничего кроме доширака нет), просто в голову закралось интересное подозрение. Он открыл холодильник — пусто, морозилку — тоже пусто. Пролазал по всем шкафчикам. Там удалось найти только кошачий корм. Парень развернулся к Чжаню, вновь прожигая его гневным взглядом. Затем он смягчился, улыбнулся и защебетал милым и довольным голосом: —Помнишь я говорил, что если ты ещë раз сделаешь глупость, то я заберу тебя к себе? Сяо Чжань почувствовал, что его ноги подкашиваются и отказываются держать тело. На этот раз не из-за раненной икры. —Я дум... —Собирай вещи. Тело будто окаменело. Стало трудно дышать. Сяо Чжань пытался разобрать отчего именно: страха или предвкушения? Язык не слушался. Мужчина не мог сказать ни слова. Он услышал шаги Ибо и поднял голову. Тот направлялся к нему. Мужчина громко сглотнул. В следующие мгновение он почувствовал знакомое тепло, снова оказался под защитой, в своëм безопасном и неприступной коконе. Ван Ибо правой рукой обнимал чужие плечи, а левой пржимал к себе тонкую талию. Сяо Чжань вышел из состояния оцепенения и ответил на объятье Ибо, прижавшись к нему как можно крепче. Было слишком хорошо и спокойно, чтобы отпускать горячее тело. Учитель уткнулся носом в шею бизнесмена и запах одеколона ударил по чувствительному органу. Сяо Чжань ещë никогда не ощущал себя так уютно, как в объятьях Ван Ибо. —Ты наверняка проголодался. — Произнëс наконец парень. Художник угукнул ему куда-то в шею. — Поехали. Я тебя покормлю. Сяо Чжань снова угукнул. Он почувствовал, что можно расслабиться и полностью довериться Ибо. Пока он рядом с Чжанем точно ничего плохого не случится. Тëплая рука переместилась с плеч на волосы, перебирая мягкие пряди. Если бы Сяо Чжань мог замурчать он бы непременно это сделал. Он спрятал ослепительную улыбку в изгибы шеи Ибо. —Сначала нужно осмотреть твою рану. — Сказал наконец Ибо. Они переместились в спальню. Бизнесмен аккуратно усадил учителя на кровать и задрал его левую штанину. Он осторожно разбинтовал еë. Ткань была мокрой, вся нога красной. — Никуда не поедем. Я закажу что-нибудь на дом. Где аптечка? —В ванной. — Ответил Сяо Чжань и указал на нужную дверь. Спасибо излишней предусмотрительности (ну или повышенной тревожности) художника за огромное количество бинтов, ваты и пластырей. Ван Ибо нашëл эти запасы и перебинтовал ногу Чжаня. Так нежно, боясь причинить хоть малейшую боль. Прикосновения к коже практически не ощущались. Художник не мог вспомнить хотя бы одного момента своей жизни, когда к нему относились с такой заботой и трепетом. Затем парень взял бинты и пошëл в кухню, чтобы выкинуть. Там же позвонил куда-то и заказал еду на дом. Чем именно сегодня будет ужинать мужчина он не представлял, во всех блюдах, которые сказал Ван Ибо ни одного знакомого названия. Парень вернулся в комнату и сел рядом с Чжанем. —Доставщик приедет не больше, чем через двадцать минут. — Парень посмотрел на ногу Сяо Чжаня. — Почему ты себя так не бережëшь? Художник не знал что ответить. Он пожал плечами. Человек, которого боится вся страна только что с трепетом перевязывал ему ногу. К такому повороту жизнь Чжаня не готовила. —Почему ты это делаешь? — Тихо спросил Чжань. — Почему так заботишься обо мне? —Потому что я хочу о тебе заботиться. Ибо усмехнулся. Что за ответ? А что он должен был сказать? Правду? Что Сяо Чжань его совсем не боится и не боится смерти, поэтому Ибо его и не убил? Что Чжань кажется слишком знакомым, родным и важным для бизнесмена? Что у Сяо Чжаня очень красивая улыбка, на которую хочется смотреть вечно? Что Сяо Чжань очень мило смущается, когда пытается поцеловать.Ибо? Что парню нравится, как ластится к нему Сяо Чжань, когда Ибо его обнимает. Что ему легко и комфортно рядом с Сяо Чжанем? Что от Сяо Чжаня не хочется отходить и на шаг? Что Сяо Чжаня хочется обнять и никогда не отпускать? Увезти к себе и запереть там, сделав своим? Не со статусом парня. Он должен придерживаться репутации безжалостного головореза, который не знает о существовании чувств. Вместо этого Ван Ибо говорит тоже самое, но не так подробно. Вроде ответил, но в тоже время не соврал. Бизнесмена, конечно, мало заботило мнение окружающих, но они с Чжанем ещë слишком мало знакомы, поэтому Ибо мог легко спутать чувства. Нужно подождать и посмотреть изменятся ли они. Сяо Чжань почувствовал себя бессмертным и положил голову на плечо Ибо. —Ничего не бывает просто так. Ты хочешь меня задобрить, чтобы я ставил хорошие оценки Му Чжоу. Парень усмехнулся и обнял художника, устраивая его на своëм плече поудобнее. —Этого я больше не хочу. Я подумал над твоими словами и пришëл к выводу, что ты прав. Дери с него три шкуры, а если будет пытаться подкупить или угрожать, то сразу звони мне. Сяо Чжань задумался. Он уткнулся носом в чужую шею и обхватил талию Ибо. Боже, как же учителю нравится запах этого одеколона. Ответные объятия не заставили себя ждать. —Неужели ты испытываешь чувство вины? Ван Ибо уже не усмехнулся, а засмеялся. —Думаешь, что у такого человека, как я, может быть совесть? Сяо Чжань согласно кивнул. Парень удивлялся его милоте и притягательности, смотря на этого взрослого мужчину прижавшегося к нему и превратившегося в маленький комочек счастья. Как котëнок. —Что? Ван Ибо понял, что своë сравнение произнëс вслух. —Котëнок. То есть кошка. Еë тоже нужно покормить. Я насыплю ей корм, а ты постарайся поменьше двигаться. Бизнесмен растерялся? Почему замешкался и не сказал правды? На памяти парня это первый такой случай. Ван Ибо точно хочет этого человека себе. А если он что-то хочет, то непременно это получит. Любым способом. Сяо Чжань не хотел расцеплять этих объятий. Ван Ибо тоже. Поэтому они оба остались на месте. Не надолго. У парня в кармане завибрировал телефон и ему пришлось выйти в кухню. Орешек побежала за ним, когда он зашуршал кормом в коробке. —А без меня вы этого сделать не можете? — От этого крика художник вздрогнул и поджался, в голове крутилась флешбеки из детства, мужчина почувствовал, что начал дрожать. Ибо даже голос не повысил, но звучало это крайне громко и устрашающе. Парень никогда не разговаривал так с Сяо Чжанем. Даже когда злился. — Убожества. Какого хрена на меня работают такие ущербные недееспособные люди? Отправлю вас к конкурентам, чтобы вы портили работу уже там. Ван Ибо вернулся в комнату и сел рядом с Чжанем, взяв его руки в свои. Учитель заметил, что руки парня немного больше. Неприязнь прикосновений никуда не делась, за что Сяо Чжань был готов проклинать, но не знал что именно. Своë тело? Своë прошлое? Своих родственников? Судьбу? Он отдëрнул руки и с милый улыбкой положил их на чужие плечи. Ибо не предал этому жесту особого значение и положил свои большие ладони на тонкую талию Чжаня. Мужчина сдержал облегчëнный выдох. —Чжань-гэ. — Бизнесмен мило улыбался и говорил ровным и спокойным голосом. От прежнего гнева не осталось и следа. — Мне срочно нужно уехать. Еду я уже оплатил, так что просто прими заказ. И ещë собери вещи. Я заберу тебя завтра утром. Не утром. Днëм. Выспись хорошенько. Сяо Чжань кивнул. Ибо провëл рукой по его волосам и обнял. —До завтра, Чжань-гэ. Выход найду сам. Ван Ибо быстро ушëл. В квартире сразу стало тихо и пусто. Одиноко. Сяо Чжань с глупой улыбкой смотрел на икру, которую парень с такой осторожностью забинтовывал. Смотрел минут пять. Осторожно проводил кончиками пальцев по ткани. Этому интереснейшему занятию помешал звонок в дверь. Доставка. Мужчина уже забыл о еде. Живот заурчал, вспомнив о своих физиологических потребностях. Сяо Чжань поднялся с кровати и офигел от боли. Как он ходил весь этот день? Учитель подошëл к входной двери, открыл доставщику и забрал заказ. Из пакета пахло очень вкусно. Его дизайн показался мужчине знакомым. Он прочитал надпись и застыл. Название того самого ресторана для элиты. Эта еда стоит целое состояние! Да Сяо Чжань в год столько денег на еду не тратит, сколько Ван Ибо потратил на этот обед. Капец. Как художнику это съесть? Пакет он точно в рамку поставит и будет его потом детям показывать. Надо было ещë с доставщиком сфотографироваться. Сяо Чжань понял богачей. Еда была нереально вкусная. Но она всë-таки не стоила таких денег. Мужчина надеялся, что у него не заболит желудок от такой еды после многомесячного питания лапшой быстрого приготовления. Порция была настолько большой, что этого точно хватит ещë и на ужин. Сяо Чжань положил остатки в холодильник и принялся за карточки. Вещи завтра утром собрать успеет. Музыка в наушниках. задавала нужный настрой и помогала с работой. Внезапно она прекратилась. Сяо Чжань посмотрел на экран телефона, ему звонил Не Хуайсан. —Чжань-Чжань, открой дверь, я уже несколько минут тут торчу. Сяо Чжань вскочил с места и побежал открывать другу, тот налетел на Чжаня с бешеными глазами. —Я сегодня разговаривал с Мин Е, который брат Мин Ли, которая работает в этом... Как его? В этом дорогущем ресторане нашего района и он сказал, что сегодня Ван Ибо послал важного хера, с которым хотел заключить сделку, чтобы вылететь и на руках унести какого-то мужика. Там у всех присутствующих челюсти отвисли! Я сразу понял, что тот мужик — это ты. А ещë на этот адрес заказали дорогущий обед, оплаченный с счëта Ибо! —Какое же трепло работает в элитном ресторане. —Это ты ещë предположений не слышал. Не Хуайсан ехидно улыбнулся. До Ван Ибо ему, конечно, далеко, но и его ухмылка тоже ничего хорошего не предвещала. Сяо Чжань заметно напрягся, присаживаясь на стул в кухне. И когда они успели переместиться в кухню? —Какие предположения? — Выдавил наконец Чжань. —На самом деле их не так уж много. — С энтузиазмом начал Не Хуайсан, поудобнее укладывая руки на стол. — Кто-то говорит, что ты его парень, а кто-то, что секс-раб. — Чжань поперхнулся слюной и закашлялся. Когда он закончил, друг продолжил. — Но большинство за первый вариант, потому что слишком дорого ты ему сегодня обошëлся. Но в одном сошлись все мнения. Ты прихрамываешь из-за слишком бурной ночки с Ван Ибо. Сонный тоже из-за этого. Таких новостей Чжань точно не ожидал. А что если он этим испортит Ибо репутацию? Блин. Надо же так попасть. Теперь он к этому ресторану и близко не подойдëт. Не Хуайсан немного умерил свой энтузиазм, не увидев радости на лице художника. —Чжань-Чжань? Что-то случилось? Сяо Чжань кивнул. —Он прикоснулся к моим рукам. Теперь от улыбки и игрового тона друга не осталось и малейшего следа. —И как? —Я не успел почувствовать. Сразу отдëрнул руки. Уже по привычке. Не Хуайсан понимающе кивнул. —Ты говорил, что тебе было приятно, когда он тебя обнимал. Может с ним сможешь? Попробуй дать ему шанс. Учитель отрицательно покачал головой. Нужен ли вообще Ибо этот шанс? —Знаешь, этого я и боюсь. Что если он мне действительно... Я не смогу. Подавленным тон и опустившаяся голова. Поникший и разбитый. Не Хуайсан мысленно снова материл его родителей. Всех родителей. Нужно же довести до такого человека... Почему ему попадались такие семьи? —Чжань-Чжань. Что если с ним ты сможешь? Что если сможешь побороть всë это? Снова отрицательное качание головой. Сяо Чжань начал елозить. Не Хуайсан выжидал. Он знал, что учитель хочет что-то сказать. Пусть он сам скажет. —Я завтра переезжаю к нему. Офигевший крик "ЧТО, БЛЯТЬ?" слышал весь дом. Впервые с того времени, когда Сяо Чжань стал жить самостоятельно он рано лëг спать.