Покажи зубки, Чжун Ли

      Моракс с трудом открыл глаза. За последнее время это простое действие стало почти невыполнимым. Не хотелось просыпаться. Не хотелось видеть этот мир. Не хотелось существовать. Каждый день обещал мужчине лишь боль и ничего больше. Через секунду Архонт вдруг осознал, что на запястьях нет сковывающих гео энергию кандалов. Он резко вскинулся и огляделся. Маленькая комнатка бамбукового домика. Кровать. За окном восходит солнце. Где он? Моракс взялся за голову, которая довольно сильно болела.       — Проснулся? — послышался голос из темного проема. Сощурившись, мужчина смог различить там силуэт юноши.       Тарталья медленно двинулся в сторону очнувшегося божества, но стоило ему приблизиться на расстояние вытянутой руки, как Архонт тут же стал отодвигаться, и почти упал с достаточно узкой кровати. Сильно не задумываясь, Чайльд тут же подскочил к Мораксу, ухватил того за руки, не давая упасть на пол.       — Чего ты такой дерганный? Я тебе ничего плохого не сделал. Наоборот, между прочим, спас, — обиженно пробурчал парень и потянул мужчину на себя, чтобы тот сел.       Архонт поднял безжизненные глаза на Тарталью и ничего не ответил. Он не знал, что стоит говорить. Он не смел ничего говорить. За каждым словом следует боль, за каждым действием следует боль, эти два правила за год в плену мужчина накрепко усвоил.       Чайльд хмуро взглянул на зажатого полудракона перед собой. Это существо по своему поведению даже отдаленно не походило на могущественное божество. Парень принюхался и брезгливо поморщился. От Моракса откровенно воняло. Но это и неудивительно, вряд ли ему устраивали ежедневные омовения, пока держали в плену.       — Вставай, пойдем тебя мыть, — юноша фыркнул и несильно потянул за собой мужчину. Как ни странно, тот не сопротивлялся и послушно пошел за Предвестником, слегка прихрамывая.       Когда оба вошли в ванную, Тарталья перенес горячую воду из металлического чана в деревянную бадью при помощи своего Глаза Бога. Парень подтолкнул Моракса к воде, сбросил с себя пиджак и рубашку, оставаясь обнаженным по пояс, чтобы не намочить одежду, пока он будет отмывать Архонта. Чайльду, как старшему брату, было не впервой кого-то мыть, это не было чем-то непривычным для него. Бывший архонт послушно залез в воду и зашипел от боли, когда горячая вода коснулась еще свежих ран.       — Ты собираешься мыться в этих тряпках? Раздевайся, давай, — командирским тоном произнес Предвестник. — Или ты стесняешься? Чего я там у тебя такого не видел, что не нашел бы у себя? Или драконо-люди слишком отличаются от обычных смертных?       Не произнеся ни слова, Моракс стал медленно стягивать с себя те обрывки ткани, что еще оставались на его теле. Остатки одежды держались на нем скорее только из-за запекшейся крови. Окинув взглядом обнаженное тело, Тарталья про себя отметил, что почти везде виднелись следы ранений различной давности, от совсем свежих и до превратившихся в шрамы. Парень нажал на плечи Архонта, заставляя того погрузиться в воду, которая уже помутнела от пыли, грязи и крови. Чайльд аккуратно проводил руками по израненной коже, не желая делать мужчине больно. Пытки не входили в планы юного Предвестника. Тело Моракса в различных местах было покрыто небольшими участками черно-золотой чешуи. Тарталья считал, что она будет жесткой, но прикоснувшись понял, что чешуя мягкая и слегка скользкая, в целом довольно приятная на ощупь.       Когда пальцы дошли до талии, Чайльд заметил, что чешуя становится жестче и плотнее, переходя в массивный хвост. Юноша тихо хмыкнул и продолжил приводить Архонта в порядок, то и дело улавливая изредка срывающиеся всхлипы. Тогда Тарталья старался касаться нежнее, и всхлипы сходили на нет. Оставив Мораксу халат, парень вышел из ванной, натягивая на себя пиджак. Он считал, что мужчина с халатом уж точно справится сам.       Чайльд устало зевнул и пошел в комнату, которую определил под свою спальню. Сев за стол, парень осмотрел оставленные с утра бумаги и устало вздохнул. Он не может здесь долго находиться, хотя бы потому что отсюда связываться со Снежной достаточно проблематично. В идеале ему стоит отплыть из Ли Юэ, чтобы уже на месте решить, что делать с Мораксом. Но проблема была в том, что Кэ Цин явно не позволит им уплыть на корабле Снежной. Надо найти другой, надежный способ покинуть страну.       — Она не станет нас здесь искать, если ты об этом волнуешься, — послышался позади тихий низкий голос, заставивший Предвестника слегка вздрогнуть.       Гео Архонт смотрел на юношу своими безжизненными глазами и опирался о стену спиной, словно боялся упасть. Мужчина провел рукой по мокрым волосам, убирая их назад, и осел на пол, положив руки на согнутые колени.       — Ты о Кэ Цин говоришь? — с интересом переспросил Тарталья.       Моракс утвердительно кивнул.       — Почему ты так считаешь? Разве ты не Бог, покровительствующий Ли Юэ? С чего бы ей, одной из Цисин, позволять мне забрать тебя с собой? — парень приподнял одну бровь и скрестил руки на груди, полностью поворачиваясь на стуле к вошедшему.       — Меня не существует, — хрипло произнес мужчина. Казалось, что эти слова приносили ему боль.       — О чем ты? Я тебя не понимаю, Моракс, — раздраженно произнес Чайльд, он не отличался терпением к подобным пустым фразам.       — Чжун Ли, не Моракс. Эту оболочку зовут Чжун Ли, — глухо ответил Гео Архонт.       — Хорошо, — юноша поднял руки вверх. — Пусть будет так. Ты не хотел бы мне объяснить свои слова, Чжун Ли?       — Как думаешь, какое отношение будет к божеству, которое не может помочь своим верующим, и, даже наоборот, нуждается в их помощи? Именно таким меня выставила Кэ Цин. Я лишь хотел поговорить с людьми Ли Юэ, а она подло выстрелила в меня. Летальная доза яда, вызывающего бешенство и помутнение разума, может подействовать даже на Бога. Я напал на своих же людей…       — Это я знаю, но почему ты сказал, что она не будет тебя искать? Объясни уже нормально! — Тарталья медленно начал закипать.       — Кэ Цин убедила всех, что я ослаб, что больше не могу помогать людям, — мужчина рвано выдохнул. — Люди желали мне помочь, поэтому Цисин создали новые храмы, под покровительством культа. В силу Моракса перестали верить, о нем стали все меньше вспоминать. Кэ Цин добилась своего, добилась того, что я стал богом без верующих, поэтому я не нужен никому в Ли Юэ, никто не помчится меня искать.       — Но как же члены культа в пещере?       — Ты знаешь, какой Глаз Бога у Кэ Цин? Электро, — Чжун Ли поморщился. — Электричество может действовать непосредственно на разум людей. Это невероятно сложно, но Кэ Цин смогла овладеть этой техникой. Чтобы никто не помешал, она переписала все воспоминания приближенных, стоящих на страже. Они знали, что обязаны защищать что-то внутри, а меня видели как пустое место. Иначе к Кэ Цин возникли бы вопросы.       — Звучит фантастично и нереалистично. Зачем ей поступать так со своим богом? И разве жители Ли Юэ так быстро забудут о своем боге? — пораженно развел руками Тарталья.       Парень встал на ноги и подошел к окну, встревоженно смотря на дворик перед домом. Не сказать, что он боялся. Хорошее сражение ему никогда не мешало, но ситуация с культом сильно напрягала. Чайльду казалось, что еще секунда и вся армия Ли Юэ явится сюда.       — Вера людей слаба, если от бога нет пользы, — Моракс опустил взгляд и тихо вздохнул. — Можешь не верить в мои слова, я бы и сам в них усомнился. Но я готов поклясться своей жизнью, что Кэ Цин сюда не явится. Если мы появимся в гавани, то да, нас арестуют, под каким-либо предлогом, но открытую охоту не объявят. Чем дальше от города, тем безопаснее.       — Откуда ты вообще все это знаешь, если был взаперти? — фыркнул Тарталья, опираясь руками о подоконник и переводя взгляд на сидящего у стены мужчину.       — Кэ Цин говорила. Она постоянно говорила, когда приходила. Рассказывала, насколько я бесполезен, — с каждым словом голос Чжун Ли становился все тише. — В четыре утра и семь вечера по четным числам. В пять вечера по нечетным. Ровно час и сорок три минуты. Тринадцать из них на приветствие и все остальное для…       Голос Архонта оборвался. Его тело задрожало и он обхватил себя за плечи, громко и рвано задышал, словно начал задыхаться. Чайльд испуганно сделал шаг вперед, потом еще один, и, оказавшись рядом, сел на корточки перед мужчиной. Конечно Предвестник понимал, что заключение в течение года не может пройти бесследно, но не подозревал, что оно окажет такое сильное влияние на Моракса.       — Эй, что с тобой? — как можно мягче произнес Тарталья, обычно он разговаривал таким тоном лишь с Тевкром, когда тот плакал из-за чего-нибудь. — Тише. Успокойся. Дыши, Чжун Ли. Чжун Ли. Ты меня слышишь? Ответь.       Но ответа не было, мужчина дрожал и смотрел куда-то сквозь парня. Чайльду может было бы вовсе все равно, что с этим Архонтом, но его миссия теперь включала в себя выяснение того, как достать Сердце Бога из этой промежуточной формы Моракса. Без участия Архонта у Тартальи вряд ли это получится. Парень ничего не смыслил в строении тел богов.       Чайльд мягко положил руки на чужие ладони и несильно сжал. Чжун Ли поднял слегка испуганный взгляд на юношу, а потом стал медленно успокаиваться. Больше мужчина ничего не говорил, лишь затравленно смотрел на Предвестника и время от времени нервно бил по полу концом хвоста. Тарталья на руках отнес мужчину в его спальню и оставил под одеялом.       Пусть парню было до жути интересно, что же такого сделали с Архонтом, раз он стал таким, но Чайльд понимал, что вряд ли получит ответы в ближайшее время. Насильно вытащить информацию явно не выйдет, так что остается лишь ждать. Взъерошив рыжие волосы, юноша прихватил мешочек с морой и вышел из дома.       Вернулся Предвестник уже ближе к ночи. От него слегка веяло вином. Это был не противный запах, исходящий от пьянчуг, а лишь легкий флер недавно выпитого напитка. В руке у Тартальи была небольшая корзина с фруктами. Парень поставил ее на стол в гостиной и тут же направился в ванну. Отмокая в теплой воде, Чайльд сильнее задумался о том, что же ему делать дальше. Эта мысль ни на секунду не покидала его.       — Этот Чжун Ли и правда настолько разбит? — прошептал вслух юноша. — Уверен, что он все также лежит в своей постели и даже не пытался сбежать. Даже проверять гидро ловушку смысла нет.       Тарталья не понаслышке знал насколько может измениться восприятие человека, когда тот заперт в ограниченном пространстве без надежды выбраться. Предвестник еще несколько раз окунулся в воду и вылез из нее, обмотав полотенце вокруг бедер. Он вышел из ванной комнаты и тут же направился к Мораксу. Мужчина и правда лежал на кровати, даже позу не сменил. Чайльд сел рядом и влажной рукой провел по чужому лбу, убирая челку. Чжун Ли явно надо было постричь.       — Ты как? Живой еще? — тихо произнес юноша, видя, что Архонт не спит. Ответа не последовало. — Если захочешь есть, на столе лежат фрукты. Я не знаю, что ты ешь и нужно ли тебе питаться, но… Возьмешь, короче.       Тарталья встал с постели и пошел к себе. Няньчиться со взрослым мужчиной — последнее о чем он мечтал. Но парню хотелось быть с ним помягче, учитывая как с Мораксом обращались в плену. У него самого были родители, братья с сестрой, он мог опереться на них и их любовь, когда вернется. У Чжун Ли же сейчас не было никого, Тарталья был единственным человеком, с кем у него сейчас был непосредственный контакт.       Когда юноша переоделся в чистую одежду, купленную чуть раньше в городе и собрался лечь спать, из соседней комнаты послышался грохот падающего на пол тела. Чайльд испуганно вскочил на ноги и ринулся в спальню к Архонту. Чжун Ли стоял на коленях перед окном и водил острым осколком от разбитой вазы, что лежала рядом, по запястьям, оставляя кровоточащие порезы.       — Какого черта?! — выкрикнул Тарталья, тут же отбирая осколок и ударяя мужчину хлестко по лицу. — Ты вообще с ума сошел?       — Старые надо сменить новыми, — тихо прошептал Моракс не поднимая глаз.       Парень зло взглянул на изрезанные запястья и заметил, что новые порезы находились ровно в миллиметре от старых, едва заживших, которые заканчивались лишь там, где начинались следы от наручников. Будучи скованным, мужчина вряд ли сам мог наносить себе эти раны, а значит… Чайльд медленно опустился на колени перед Чжун Ли и мягко обнял, прижимая к себе. Он слишком сильно понимал сейчас Архонта. И понимал, насколько тому нужна поддержка, чтобы хотя не совершить слишком глубокий порез, и не уничтожить все планы Чайльда.       — Ты больше не в той пещере. Здесь нет никого, кто будет вредить тебе. Даже я… Прости, что ударил. Я испугался. Тебе больше не надо сменять старые раны новыми, тебе больше не надо страдать, — тихо зашептал Тарталья, чувствуя как подрагивающее тело неосознанно прижалось к нему.       За Мораксом надо следить, иначе он может испортить абсолютно все…