Амаранты в твоём саду

Следующая неделя учёбы прошла не так уж и легко, как ожидали многие. Атмосфера отяготилась специализированными предметами на уровне ЖАБА, объём работы которых, вероятно, был примерно с глубину школьного озера. А из-за длинных свитков с домашними заданиями и многочасовыми занятиями невербальной магии, которая относилась одновременно к нескольким урокам, и вовсе разыгралась мигрень. Своё добавляли стычки между друзьями, оказавшимися по разные баррикады взаимопонимания. — Почему он себя так ведёт? Гарри ничего не ответил, ссылаясь на то, что вопрос был риторическим, продолжая внимательно отслеживать траекторию полёта Вейзи, которого хотел взять новым охотником в слизеринскую сборную. Панси, стоящая рядом с ним на квиддичном поле, поёжилась от пробирающего потока ветра. Неделя почти заканчивалась, с того момента, как Панси решила познакомить друзей-сокурсников со своей девушкой, магглорождённой ученицей Рейвенкло, Гермионой Грейнджер. Честно заметить, одобрения не произошло. Парни выдавили скупую вежливость, а уже по пути в подземелья, между троицей едва не грянул скандал. Гарри сухо подметил, что чистота её крови плохо совмещается с происходящим в мире магии, а Драко так и вовсе заявил, что она переступила грань. С тех пор, второй вообще не желал с ней пересекаться, что было взаимно, а первый просто дал понять, что его это мало касается. — Сейчас для такого не время, — просто сказал Гарри, на секунду посмотрев на неё, после чего снова вернулся к своим наблюдениям. — Для такого не определяется подходящее время, если ты не знал, — холодно заявила Панси, сложив руки на груди, — Мне что, откладывать свои чувства подальше, ведь окружающие меня волшебники помешаны на чистоте крови? — Да прихлопни же меня, Моргана, — возвёл он глаза к пасмурному небу, после чего всем телом повернулся к Панси, понизив тон, — Дело не в том, что я или он безмозглые помешанные на чистоте крови, а в том, что это совсем не безопасно, понимаешь? Вейзи шумно спустился рядом с ними, после чего подбросил свою метлу в воздух, походя на само олицетворение напыщенности. — Освободите место на поле для вратарей, — бросил Гарри, не обращая на того особого внимания. Кто-то неподалёку разразился тихими недовольствами, но капитан команды снова решил обратиться к Панси, как его тут же от этого отвлёк подоспевший слизеринец-семикурсник, Ургхарт, охотник из старого состава команды. — Поттер, — окликнул он, приближаясь прогулочной походкой, — когда ты будешь проверять ловцов? — А ты что, хотел попробоваться на место ловца? — Ну, — неопределённо пожал плечами Ургхарт, — я больше охотник, чем ловец. Но, мне было бы интересно. — В любом случае, у команды уже есть ловец. Ургхарт вскинул брови, сначала посмотрев на Панси, а потом на Гарри. — Малфоя здесь даже нет, — возмутился он, сделав шаг назад, — Неправильно составлять команду по старой памяти или потому, что он твой хороший приятель. Панси цокнула губами, услышав знакомую фамилию, принялась рассматривать свои ногти, украшенные толстым слоем чёрного лака. — Я и без тебя знаю, Ургхарт. Малфой и Харпер уже прошли повторные отборочные, чего не скажешь о тебе. Ургхарт принял сказанное, покачав головой, и медленно покинул поле. Гарри резко втянул прохладный воздух в свои лёгкие, ощущая подступающее раздражение, аккомпанировавшее с усталостью, наконец повернулся к Паркинсон: — Возвращайся в замок, Панс. Не хватало, чтобы в тебя ещё бладжер прилетел. — Только если ты постараешься, это и будет. — Так и сделаю, если продолжишь заниматься тратой моего времени. Самодовольно-подбадривающая ухмылка слетела с её кукольного лица, а пухловатые губы изумлённо распахнулись, делая её похожей на рыбу, выброшенную жестокой волной на сушу. — Хорошо, — наконец выпустила она смешок, медленно разворачиваясь в сторону выхода с поля, — Встретимся в Большом зале. 6 лет назад — Пойдём уже, пока нормальное купе не заняли, — быстро проговорил мальчик, своей бледностью походивший на кусочек фарфора. Гарри не очень уверенно поджал губы, в последний раз оглянувшись в окно поезда, на удаляющиеся фигуры мамы и тётушки Цисси. — Думаешь, про мою маму будут говорить плохие вещи? Очевидно, Драко, мальчика напротив, вопрос поставил в секундный тупик, от чего он в упор посмотрел на Гарри. — Знаешь, — начал он так, будто бы говорит свою самую-самую тёмную тайну, из всех, какие знал, а может быть, так и было, — про моих родителей тоже часто говорят что-то плохое. Но это не имеет значения, если ты знаешь, что это не так. Гарри посмотрел на него с проблеском изумление своих ярких глаз, которые отчётливо выделялись на фоне всего остального. Голос Драко зазвучал твёрдо: — Если кто-то так сделает, давай придумаем ему ужасную месть? На лице Гарри наконец появилась одобрительная улыбка, когда он увидел протянутую в свою сторону руку. Не долго думая, он пожал её в ответ, следуя за ним дальше по коридору. В одном вагоне они наткнулись на ранний дуэт, сулящий начало большой дружбы, из девочки низкого роста, чьи ноги свисали с лавочки, что постоянно поправляла рукой свои недлинные тёмные волосы, и мальчика-итальянца, на лице которого играли волны безразличия ко всему происходящему вокруг. — Драко! — восторженно вздохнула она, после чего перевела любопытный взгляд на Гарри, стоящего рядом с ним, специально сузив глаза, будто бы подозревая его в чём-то. Наверное, так делал кто-то из взрослых в её окружении. — Это Панси, — кивнул Драко в сторону девочки, как-то устало, а потом в сторону мальчика, — а это Блейз. Кажется, он меня ненавидит. Блейз посмотрел на него таким взглядом, будто бы говорил «Ты не ошибаешься», а потом заинтересованно посмотрел на Гарри, но более сдержанно. — Кажется, я видела твою маму в газете. Твоя фамилия Поттер? Гарри удивлённо нахмурился, неожиданно встретившись с таким вопросом, он сел на лавку рядом с Блейзом и Драко, с мыслью держаться ближе к последнему, поскольку знал его больше всех. — Да, — наконец сказал он. Из неё вырвалось тихое «О», но она дальше продолжила: — Мой отец назвал твою маму монетой. Не знаю, что это значит, но наверное, что-то не самое хорошее. Вероятно, если я права, мне не стоит дружить с тобой. Она вздёрнула подбородок, снова посмотрела на Гарри таким взглядом, какой переняла у взрослых. Драко заёрзал рядом, уже желая облить её своей острой речью, что начиналась с фразы «Заткнись», но Гарри его перебил. — Я и не нуждаюсь в твоей дружбе, — холодно ответил он, — можешь идти к своему отцу. На лице Панси отобразилась обида, и она отодвинулась подальше от края лавочки. — А моя мама вышла замуж в пятый раз, — наконец заговорил Блейз, натягивая расслабленную улыбку, — и вот недавно она снова похоронила своего мужа. * * * Драко сквозь пальцы пропустил пряди своих волос, другой рукой устало подперев подбородок. — Думал, что не успею на ужин, — пронеслось над его головой, а уже через секунду рядом появился Поттер, перекидывая ноги через лавочку, — Что тут? — Салат, заправленный соком водорослей, — кисло отозвался тот, и Гарри мгновенно отодвинулся от той тарелки, — Как прошли отборочные? Живот нетерпеливо скручивался от голода, и Гарри поспешил наполнить чем-нибудь свою тарелку. — Неплохо, Блетчли — вратарь. Тебе бы тоже не мешало прийти туда, если честно. Гарри метнул быстрый взгляд в противоположную сторону: Панси сидела за несколько человек от них, увлечённо переговариваясь с Дафной Гринграсс. — А что, — очаровательно усмехнулся Драко, поставив кубок с каким-то напитком на гладкую поверхность стола, — выбросишь меня из команды? — Конечно, — тем же приёмом ответил ему Гарри. — Так и знал, Capitaine [Капитан], — промурчал он, перейдя на французский, — К слову, забавно, что из-за проведения твоих отборочных, Снейп избавил нас от одного урока. Куча слизеринцев без дела протаскались. — Да, вот только в любой другой раз вряд ли он разрешит. Это же Снейп. — Он же по уши влюблён в твою маму. Используй боевые приёмы! Гарри тихо рассмеялся: — Какие приёмы, например? — Например… например, — помедлил Драко, размышляя. После чего резко приблизился, пальцами пробегаясь по его колену. Гарри от удивления застыл, смотря прямо перед собой, чувствуя на лице горячее дыхание. — Профессор Снейп, — начал он вкрадчиво, значительно понизив свой голос, сделав его тише настолько, что слышал его только он сам и Гарри, — позволите ли вы мне пропустить пару уроков? Это очень срочно! Брови Гарри поползли вверх, но он поддержал странную игру, пытаясь повторить твёрдый голос своего декана: — Разумеется, нет. Мистер Поттер, что Вы себе позволяете? — Но, профессор, — серебристые глаза Драко оказались прямо напротив, и показалось, что он сжал колено своими пальцами крепче, — посмотрите в мои глаза и подумайте ещё раз. Они ведь похожи на глаза моей матери, не так ли? Драко рассмеялся, отстранившись. А Гарри нервно сглотнул, поправив на себе слизеринский галстук, который и без того был идеально заправлен. На лице загорелся совсем лёгкий, едва заметный, румянец, скорее всего, от неожиданности. — Я думаю, — наконец восстановил он дыхание за пару секунд, обращая на себя внимание Драко, который особенно усердно поглощал содержимое кубка, — Снейп мгновенно вернётся к должности зельевара, и тогда прямо в горло мне прольётся какой-нибудь смертельный яд. — Да ну, — выглядел Драко теперь всё так же безупречно спокойно, — он не захочет расстраивать миссис Поттер. Он смотрит на неё щенячьим взглядом? Гарри выпустил смешок, подумав, что ложка наверняка упала под стол, когда они разыграли это шоу-представление между собой: — Понятия не имею. Наверняка они бы не допустили меня до такого. Драко согласно ухмыльнулся. Он окончательно отодвинулся от еды, прихватив с собой зелёное яблоко, собираясь покончить с ужином. — Ты уже всё? Гарри кивнул, действительно опустошив ранее наполненную едой тарелку, тоже подхватил яблоко. — Пойдём отсюда. Покинув территорию Большого зала, совместно с группой учеников других факультетов, они лениво переговаривались о всяком, включая школьную рутину и письма, которые успели получить. Уже приняв решение свернуть в сторону подземелий, они наткнулись на крайне шумную компанию из гриффиндорцев. Они запускали небольшую искорку, вероятно, приобретённую в лавке Уизли, передавая её из рук в руки. Драко довольно оскалился, кончиком своей волшебной палочки указывая на значок старосты, что проворно поблёскивал у него на груди. — Так-так, — протянул он, и гриффиндорцы вопросительно повернулись в его сторону, — Минус пять баллов с каждого, за использование магии в коридоре. И ещё минус пять, за приобретение этого в лавке, запрещённой директором школы. — Почти пятьдесят баллов, — прошептал кто-то из них изумлённо. — Иди к чёрту, Малфой, — вышел вперёд Симус Финниган, надвигаясь на Драко. Тот и с места не сдвинулся, крутя палочку между пальцев, тем самым сохраняя дистанцию. — Минус двадцать баллов за неуважение к старосте. И, подожди-ка, — он склонил голову в бок, морщась от чего-то, — от тебя невероятно воняет. Минус пятьдесят баллов за то, что Финниган пьян. Хотя, вообще-то, я должен донести декану. — Что сделает декан, если я врежу тебе, и ты покатишься в свои мерзотные подземелья? Поделиться новостью об этом с твоей мамочкой, да? А что насчёт тебя, Поттер? Гарри, до этого засмотревшийся на что-то в стороне, услышал обращение к себе и снова повернулся в сторону разбирательств. Финниган, стоящий прямо рядом с Драко, неотрывно глядел на него так, словно тот держал в руке слизня. — Ходят слухи, твоя мать прислужница Того-кого-нельзя-называть. И вы с ней просто предатели, да? Что-то внутри Гарри щёлкнуло от возрастающего внутри гнева, и он уже не помнил, с какой скоростью оказался рядом, сжимая в руке палочку, чтобы наслать на него какое-нибудь злобное и долгосрочное проклятье. Всё, что удерживало — рука Драко, перекрывшая ему проход. — Лучше не трогай его, — сказал он, не спуская с Финнигана глаз, — иначе придётся снять баллы с тебя. Гриффиндорцы о чём-то пошутили, громко рассмеявшись, но не были услышаны. — Какие же обязанности она выполняет, Поттер? Хватка Драко заметно ослабла, а направление палочки стало более отчётливым, и Гарри уверенно шагнул вперёд. Но перед ним вырос Рон Уизли, которого, вероятнее всего, и не было здесь с самого начала. — Эй, — осторожно сказал он, удерживая его за плечо, — Малфой же сказал, что он пьян, завтра он уже забудет весь бред, который ляпнул сейчас, а вы только зря проблем на себя нахватаете. Не трогайте его, правда, слышишь? Гриффиндорцы снова сошлись смехом, а после Симус Финниган бросил непоправимое: — А твоя, Малфой? — усмехнулся он, обернувшись к своей компании, — Как думаете, матери Малфоя и Поттера вдвоём подрачивают Тому-кого-нельзя-называть? — Конфундус! — Вердимилиус!