Когда—нибудь ты поймёшь

Интересно, что хуже то как он ведет себя сейчас или то, как было раньше? Морти выебывался, слал нахуй, харкался кровью и задыхался, но это больше походило на борьбу, чем сейчас. Сейчас Морти просто лежал, отказывался вставать, самостоятельно есть и к нему снова пришлось подключить аппаратуру. Рик сидел в его комнате, спиной к кровати и курил. — Воняет… — До сих пор не привык к запаху? Ну, ты и сопля, Морти… Морти молчит и через пару минут начинает хрипло посапывать. Снова уснул. Все возвращается к тому, как было, когда Морти только очнулся. Хотя сейчас даже хуже, тогда он хотя бы боролся. Все это больше напоминало те дни, когда морти еще не очнулся. Его день вновь повторял предыдущий. Проснуться, проверить Морти, умыть, покормить, наладить аппаратуру, ввести лекарства, следить за реакцией организма на препараты, покормить еще раз, проклинать свою жизнь, ввести еще препараты, следить за реакцией, поесть, проверить Морти, покормить, умыть, проклинать внука, извиняться, проклинать себя, покормить, ввести лекарства, проследить, нажраться и уснуть. С одной единственной, но значительной разницей, теперь ему отвечали. Теперь это хотя бы не казалось таким бессмысленным… Рик все чаще замечал пустоту в глазах внука, его безразличие, смирение. Он просто смирился и продолжал дышать. Рик часто задумывался почему так, почему все сложилось блять именно так? Его ли все это вина, конечно его, чья же еще?.. Тупого Джерри? Который не замечал очевиднейших вещей, стараясь делать вид, что все нормально, как тот песик с мема в горящем доме. У него ведь семья по швам трещала, работы нет, дети ни во что не ставят, а родители к старости нашли себе недолюбовника-недосиделку. Конечно же это его никак не оправдывало и жалости Рик к этому чмошнику не испытывал, тем более, что тот испортил жизнь его дочери. Для Морти, Джерри когда-то был примером, как и для всех детей, но потом он вырос, начал все понимать, видеть, какой же его отец соплежуй. Он выглядел комично и вызывал в Морти стыд. Тем более, что в моменты, когда ему действительно нужна была поддержка, Джерри не давал ее, высмеивая и унижая или неся полнейшую чушь. У Морти не было примера отца, в какой-то степени этим примером стала Бетт. Бетти, она была умнейшим ребенком, талантливая, веселая, пусть и немного асоциальная, но взрослая жизнь очернила в ней все ее таланты, отобрала мечты и подсунула бестолкового муженька и двух детей, с которыми она конечно же не умела обращаться. Это и ее вина тоже? Примера хорошей семьи у нее к слову тоже не было, тем более, она в принципе не собиралась заводить ее. Она была хорошим ребенком и никудышной матерью, все что ей оставалось вдариться в работу, чтобы хоть как-то оправдаться перед самой собой. Но это так же ничего не меняло для детей. Матери у них не было, они росли сами по себе. Саммер повезло уродиться более самостоятельной, с многими чертами от мамы, конечно внимания в детстве ей не хватило, что повлекло за собой постоянные попытки понравиться всем вокруг, но, когда ей все же удавалось получить желаемое не осознанно отталкивала его от себя. Но в целом к жизни приспособилась. Но Морти?.. Он был не таким, очень привязчивым и зависимым от мненея окружающих, тем более родителей, от которых не получал ничего, кроме использования его прилипчивости для поднятия своей самооценки. Наверное, поэтому он так и привязался к Рику. Рик был главным, был твердым, умным и был рядом. Он всегда возвращался за ним, показывал, как сильно Морти нужен ему, сам тащил за собой. Морти почувствовал, что в нем нуждаются, получил желаемое и стал зависим от него. Тогда Рик не придавал этому значения, им просто было круто вместе. Может быть если бы он был чуть внимательнее?.. Если бы давал Морти больше свободы и не пользовался его привязанностью, тогда всего этого можно было бы избежать?.. Комнату заволокло сигаретным дымом, оранжевые лучи солнца скользили все ниже, оставляя за собой холодную ночь. Осень. Рик засмотрелся на вечернее небо, сквозь пленку дыма. Поднялся с пола, перевел взгляд на спящего внука. Кто же из нас для тебя все испортил? Он спустился вниз, сел на диван, откинулся на спинку. За спиной пустой, холодный, запылившийся дом. В кармане своего халата он нащупал какую-то таблетку, наверное, одна из тех, что он давал Морти. Недолго думая, закинулся. Картинка в его глазах поплыла, засверкала и растеклась в неразборчивую жижу. Он наконец, расслабился и смог ненадолго забыться. Время исчезло, пустого дома не существовало и не было никакого умирающего Морти, и его самого больше не было. Блаженное ничто поглотило его в своей бесконечности. Только тишина, спокойствие и плывущий вихрь ярких красок. Больше нет ничего и никого. Только стук сердца и приятная пульсация в висках. Рик не раз задумывался над тем, чтобы забить на все хуй. В усмерть ужраться, накуриться, какой-нибудь хуйни, пустить яд по венам и застрять в этом состоянии, потерять рассудок, себя. Все что угодно, лишь бы жизнь не казалась на столько паршивой, на сколько она и является. Из искусственного успокоения, как и всегда его выдергивает шум со второго этажа. Что-то, а точнее кто-то ебнулся. Он выстреливает в пол пушкой, картинка перед глазами еще расплывается, мысли спутанные. Рик прыгает в портал. Кровать пуста, простыни смяты, следы крови, выдернутые трубки и разломанные иглы. — Сьебись, нахуй!.. Шипит Морти свернувшись на полу, не умело вырванные иглы, оставили на теле множество кровоточащих ран, а какие-то вообще сломались и остались в его теле. Должно быть пиздецки больно, но Морти лишь хрипит и озлобленно смотрит на деда. — Сам нахуй иди, Морти. Наверное, через чур спокойно отвечает Рик и открывает новый портал, заходит в гараж. Материться, находит шприц с ускоренной регенерацией. Надо у этого долбоеба по всей комнате распихать. Возвращается в комнату, Морти выглядит еще хуже. Бледный, затихший, забившийся у подножья кровати в пятнах растекающейся по одежде и полу крови. Рик подходит к нему, мир снова приобретает ясность и показывает на сколько же он говно. Морти пихает деда в колено и шипит, Рик конечно увернулся, но прихуел. — Сдохнуть решил? — Отъебись… Рика это пиздец разозлило. Он тут жопу рвет, чтобы этого долбоеба на ноги поднять, а ему оказывается только оно и надо, сдохнуть поскорее?! Хуй тебе, Морти! Рик хватает пиздюка за рука, тот скулит и пытается отдернуть ее. Конечно, его жалкие попытки вырваться ничего не дали, но Рик отпускает. Морти смотрит на него теперь с опаской и не пониманием. — Сдаешься?.. — Морти молчит и отводит от него взгляд, не желая видеть его сейчас. Его злость, обиду, его боль. — Блять, Морти, ну почему?.. — Снова тишина и Рик не выдерживает. — Почему, нахуй, я спрашиваю?! Морти?.. — почти с мольбой протягивает он, и срывается. — Это позиция лузера, Морти! Это позиция Джерри! — Не говори мне о нем! Наконец, подает он голос. Рик знал, что тот ответит, он знает, как на него надавить. Знает, как больно ему говорить о семье. Прекрасно понимает, что для него значит их поступок. И Рик продолжает давить. — Ах, не говорить?! Потому что тебя бросили?! — Морти хмуриться. — Тебя бросили Морти! Джерри, Бетт, даже ебанная Саммер! — А ты нахуя остался?! Морти тоже знает на что давить и Рик замолкает, не сводя с него напуганного, злого, растерянного взгляда. Морти не смотрит, протягивает руку и забирает шприц. Рука совсем ослабла и дрожит, шприц выпадает, он снова тянется за ним. Рик садиться на колени и протягивая ему руку, просит шприц. — Дай…

***

Они сидели на диване в зале. Точнее Рик сидел, а Морти лежал, устроившись у него на коленях, как на подушке, закинув ноги на подлокотник и щелкал каналы. Рик забил себе неземной дури и курил. Они сидели так уже около часа, может больше, ничего не говоря. Морти под через чур сильными обезболивающими, Рик под хер пойми какой наркотой с хер пойми какой планеты. — Почему ты еще не повесился? Прерывает тишину Морти, каким-то странным спокойным голосом. Рик выпускает густые белые кубы дыма и уголки его губ ползут вверх. — На столько заебал тебя? — Я не о том… просто не понимаю… Рик не отвечает, растрепывает и без того спутанные волосы Морти, тот притворяясь недовольным, пытается убрать ладонь с головы. Рик закрывает глаза и сквозь стиснутые в улыбке зубы, пропускает еще дыма. — Дай мне — говорит он, протягивая руку к самокрутке. Рик с секунду смотрит на него, прикидывая в голове все за и против, и отдаёт ему сигарету. Морти никогда ничего подобного не пробовал, даже обычной сигареты в руках не держал, так что закашливается при первой же слабой втяжке, когда дым даже не успевает коснуться горла. — Сопля зеленая… — Ухмыляется Рик, и забирает ее обратно, вдыхает сам, чуть притягивает паршивца за щеки, выпуская белые кубы дыма тому в лицо. Конечно, эффект гораздо слабее, но Морти, кажется и этого хватило, зрачки заволокло голубой пеленой, взгляд расфокусировался, следя за чем-то существующем только в его голове. На самом деле, это не так плохо (по меркам Рика) явно лучше, чем ебать себе мозг. Укурутиться и забить на все хер, гораздо привычней чем говорить о неудачной попытке внука прикончить себя меньше чем с часу назад. Да, и какой в этом смысл? Это уже произошло, так зачем говорить о том, что нельзя изменить? Рик и без разговоров, мог понять, что творить в голове пиздюка. Семья бросила, друзей не осталось (да, и не было особо никогда), здоровье похерено, в целом жизнь послала его нахуй. И все что у него осталось, это пустой дом и ебанутый дед. Расклад так себе. Многие на его месте поступили бы также, так что какой смысл Рику в это лесть? Так они и сидели каждый думая о своем, в тишине некогда наполненного шумом дома.