Когда—нибудь ты поймёшь

Рик уже все решил, ему просто нужно было немного времени на передышку. Немного подумать, хотя бы немного побыть на едине со своими мыслями, но он не мог даже этого. На него давил бесконечный гул машин и тишина остальной части дома. Его давило осознание своей абсолютной беспомощности. Как давно Рик перестал обращать внимание на пустоту этого дома? А как давно он вообще опустел?.. Возможно, ему бы стоило поговорить с Саммер, но та скорее всего и слушать не станет, пошлет куда подальше и будет проклинать до самой смерти. И будет права. Но так продолжаться уже просто не может. Больше нельзя тянуть, нельзя. Морти должен проснуться. Последний месяц, так решил Рик. Если Морти не очнется или хотя бы не будет никаких улучшений, он отключит аппарат. Отключит Морти. И вот этот день он сегодня. Последний день месяца, без 15 минут двенадцать. Рик сидит на полу у кровати в центре комнаты, прижав к себе колени и закрывая лицо рукой. В другой тлеет сигарета. Вся комната в окурках. Никаких изменений, совсем ничего, не хуже, не лучше. Осталось совсем немного времени, Рик реалист, эти оставшиеся 10 минут ничего не дадут. Но он обещал ровно месяц. Пусть день подойдет к концу, он обещал. Обещал Морти!.. — Хотя бы пальцем дерни. — шипит он умоляюще, поднимая взгляд на кушетку — хоть что-то… Но конечно его не слышат. Конечно ничего не происходит. И он снова опускает голову. Минута тянется растягивается на часы, но и она заканчивается. Рик поднимается. Подходит к машине. Это просто, снять движок и всё. Всё. — Пошел ты нахуй Морти! Это никогда не закончиться, да, уебок ты мелкий?! Рик одергивает руку от машины, смотрит на мирно спящее лицо внука, и его трясет, ему смешно. Его трясет, он не может. Он просто не может этого сделать. Рик не может остаться один. Остаться без Морти. Пусть так. Пусть он остается овощем. Пусть он просто лежит тут. Лишь бы остался с ним, лишь бы оставалась крупица надежды, которая все равно ничего не значила. Рик знал это, понимал, насколько глупо все это и ему было смешно. Даже если Морти никогда не очнется, похуй, Рик потратит всю жизнь на поддержание того, кто уже давно мертв. Он никогда не сделает этого. Рик смеется, смотря на умиротворенное лицо внука, его голос дрожит, как и он сам. — Иди нахуй, Морти, ты просто не можешь этого сделать…