Легенда о Преступнице

      «Итак. Что дальше? Хороший вопрос…» — она шла, неся на плечах небольшую сумку с документами, фотографиями и веером, размышляя над последними в дорогу словами госпожи.       — Ох, дитя, прости, но ты больше не можешь считать это место домом.       — Это я поняла, когда осознала, что дочь Кицунэ. Не переживайте, я исчезну.       — Куда ты исчезнешь? Идём, соберись в дорогу. Уезжай в другой город, начни новую жизнь. В конце концов, с такими данными ты поступишь в любой вуз страны.       — Хватит тешить меня, я знаю, на что иду. Теперь покоя мне не видать.       — Несомненно. Город полон преступности… — Мэй собрала вещи, Кинуё дала ей денег и коротко обняла на прощание.       «На первое время в гостинице, а дальше я подумаю. Если меня всерьёз будут преследовать, то каким образом я уеду из города? Что делать? Что делать…» — этот вопрос и жуткое видение завёрнутого в белую ткань тела не давало уснуть девушке полночи в маленьком дешёвом гостиничном номере.       Утро девушка встретила болезненно, поняв, что забыла закрыть форточку на ночь и продрогла под ветром, не понимая, почему всё случившееся действительно реальность, не узнав место, в котором проснулась.       «Только заболеть не хватало для полного счастья…»       Мысли, лезущие в голову, не давали покоя даже при свете дня. Спустившись за завтраком, она продолжила размышлять, борясь с желанием завернуться в одеяло и больше никогда не вылезать из-под него.       «Меня преследуют. Так. Я ничего не знаю о своих преследователях. Так. Я абсолютно одна. Так. Я ничего не знаю о криминале в нашем городе, и чем моя мать насолила этим гангстерам. Так. Никакой информации в интернете нет. Мне нужна помощь. Пункт три, я совершено одна, не имея возможности на кого-либо положиться».       Она схватилась за заболевшую голову, оглядев зал, в котором завтракала. Болтающие стайки туристов, телевизор с новостным каналом, транслировавший вчерашнее громкое ограбление бара «Хейва то Оча», слова равнодушного ведущего о том, как важно беречь себя и своих близких, и фотографии… Фотография знакомого здания.       «Стоп-стоп-стоп… Что?! Это же то самое, без стёкол…» — И она полезла в рукава за фото, с которыми не разлучалась со вчерашнего вечера. Оно действительно было один в один. Но она прослушала за своими мыслями, где это находится. Пришлось открыть сеть…       «Это относительно недалеко. Я же ничего не потеряю, если съезжу туда? Максимум, жизнь. Или здоровье. Кстати, на меня охотятся. Хотя, не много ли чести?.. Кто знает, что там? Но оно же неспроста везде фигурирует… Будто меня туда ведёт сама судьба. Вооот и стала я жалким фаталистом, надеющимся на проведение…» — Мэй иронично усмехнулась своим мыслям, поднимаясь в номер за сумкой и проездным билетом. Что-то подсказало забрать собранную сумку, благо, она не была забита, и все важные вещи. «Всё-таки мутный какой-то отель. Или у меня уже паранойя. Во всяком случае…» — и Мэй отправилась на поиски не отмеченного на картах здания из красного кирпича.       Оно было достаточно нетипичным для многоэтажек, в другом стиле, может, потому и было заброшено.       «Ёкай его знает, но меня напрягает моя прямая с ним связь, впрочем, похоже, придётся привыкать к связям, о которых я не подозреваю…»       Путь до нужного района не занял долгое время. А пешая прогулка до темноты, в поисках необходимого здания по глухим улочкам занял много нервов. Квартал явно был неблагополучный, что тут могла забыть одинокая девушка? Перцовый баллончик, что она благоразумно приобрела по пути, не вылезал из слегка запотевшей тонкой ладони. И вот она напротив него. Достав фото, сверилась ещё раз… «Да, это оно. И… Мне надо войти. А если там облава? Или притон? Всё, хватит, иначе я так и не войду». Сумеречный свет ещё проникал в зияющие пустотой выбитые окна, и место ворот занимал огромный вход, выложенный кирпичом, ни намёка на двери. Больше он напоминал несостоявшийся гараж.       «Фух. В бой».       Медленно шагая, беспрестанно оглядываясь, она вошла в пыльное, высоченное здание, вход в которое ничем не был занят. А поодаль от света находились какие-то нагромождения, напоминавшие мебель или какую-то технику, старую и пыльную. Фонарик, купленный там же, где и баллончик, испускал слабый и рассеянный свет, впрочем, Мэй услышала какие-то шорохи и без него. Она едва сдержала вскрик, навострив уши, выключив фонарь и прижавшись к стене, поняв, что это шаги. «Какие-то слабые. Мужские. Но лёгкие, едва слышные, если б не шаркание. А это… вздохи, судорожные. Будто ранен. Может, стоит…» — она отлипла от стены, и вдруг резко вновь оказалась к ней прижата. «Дежавю…». И она осеклась. Парень, что снова возвышался над ней, ей уже был знаком. Только сейчас его взгляд был ещё злее и колючей, чем она раньше видела.       — Поздновато фонарь вырубила. Не хочешь выдаваться — не светись. Это на будущее. Ясно? — она вновь молча кивнула, и он мягко отступил на шаг, но уже не так плавно, как в первый раз. Она видела, как с него течёт кровь…       — Ты сбежал?       — Как видишь. Куда интересней, что ты тут забыла? Но об этом позже. Ты же всё равно оказалась тут не случайно. — и он глазами указал на наплечную сумку.       — Всё-то ты видишь… Ты вообще кто?       — Кадзу. Ты?       — Мэй. Но твоё имя так много мне дало.       — А больше тебе и не нужно. Пока что. Идём уже.       — Куда ещё?       — Ты ничего не получишь от названия места. Что ты тут искала?       — Ответы. Не нашла. — отрезала девушка.       — Не расстраивайся, погнали.       — Ты же ранен, как ты добрался сюда от участка в другом районе?       — А ты всегда такая любопытная, или только когда волнуешься?       — Не знаю, наверно, второе.       — Так и думал. — и он стремительно, будто не обращая внимания на ранение в области рёбер, молча двинулся между нагромождениями. «Это заброшенный склад?.. Тогда почему он так популярен среди преступников?..» — размышляла Мэй, пытаясь ступать хоть немного настолько же тихо, как это делал её спутник. «Поразительно, так даже танцоры не ходят. Откуда такие навыки? Может, он представитель тайной организации клана ниндзя, возродивших своё кровавое ремесло?..» — она старалась не сбиваться с шага. Каждый шорох гулко раздавался эхом, но под Кадзу была словно не земля, а пух. Вдруг он остановился в тёмном пустом углу, немного чище остальных мест в здании. Мэй растерянно огляделась…       — Включи фонарь. Свети здесь. Сссс… — он коротко прошипел сквозь зубы, пытаясь поднять крышку от люка. И тут они уловили голоса снаружи…       — Кадзу? Это кто?       — Приятели. Не болтай, лезь.       — Ёкай, за тобой хвост, а тут тайный ход, они не найдут дорожку крови?       — Умею заметать следы, шевелись.       — Что ж… — она направила фонарь вперёд, подмечая, что кровь с Кадзу действительно не шла. — Ты как?       — Нормально. Двигаем.       — Теперь понятно, что в этом складе особенного…       — Итак, загадочная, поведаешь, что тут забыла?       — Хм… С чего начать?       — С начала, как водится.       — Знаешь Кицунэ?       — Знаю. — он удивлённо-вопросительно посмотрел на неё. — Это начало?       — Я её дочь. — рубанула Мэй новостью.       — Хмм… Тебе уже 18? — он почему-то задал наводящий вопрос, не слишком поражённый узнанным.       — Пока нет. Хотя… Я не знаю своего реального дня рождения, так что, теоретически, возможно. — она сглотнула, переосмыслив свои слова, и горло отозвалось колющей болью.       — Так, теперь по порядку. — Меня нашли наставницы, когда была младенцем, в старом полуразрушенном здании, там же при мне было несколько фото с ней и мужчиной, предположительно моим отцом, и фото этого склада. Меня решили ошарашить этим известием ночью, после того, как я вернулась из университета в бар, на свою смену… Потом… Я убежала, была в ужасе, ведь они врали мне всю жизнь, но при этом дали возможности учиться и вообще жить, а потом… Я вернулась в бар, а там… Ограбление… И За-Виран, он узнал меня по фотографии матери, схватил, собирался увезти куда-то, а потом тётя Сумико пыталась его остановить и он её… — и она замолчала, злясь на себя из-за откровений перед практически незнакомцем, вновь переживая боль потери Сумико, но чувствуя облегчение от того, что говорит об этом.       — На твоих глазах? — спросил он тихо.       — Да.