Часть 4
29 мая 2021 г., 23:20
— Плевать мне на них! — надрывно прокричал Леонардо и, утихомирив рык, с отчаяньем позвал: — Вернись ко мне!
Чем быстрее он бежал к Еве, тем дальше ее фигура удалялась от него. Воздух вокруг, казалось, уплотнялся, становясь тягучим и вязким, практически непреодолимым. Он пробирался к ней через невидимые опутавшие его сети, прикладывая все свои силы, но это нечто мешало дотянуться до нее. Снова рывок, и он прорывал собой черное пространство, подобно движениям в толще заледеневшей воды. Он бил эти невидимые стены кулаками, они хрустели под кровоточащими костяшками, будто бы ломающиеся кости. Светящийся ореол вокруг Евы потускнел, а стремительно сгущающаяся тьма из сотни искореженных мертвых тел подобно капкану сомкнулась над одинокой фигурой резким беззвучным хлопком.
— Нет!
Острая боль пронзила руку, и Лео раскрыл глаза, услышав, как тяжело и часто он дышит. Капля от влажной испарины сползла со лба, и первое, что он ощутил, было живое и теплое тело любимой, мирно спящей в его объятьях.
Один и тот же сон, мучивший его в кошмарах, о котором он уже успел позабыть, вдруг снова объявился.
«Она жива и всегда будет рядом. Я больше ее не отпущу», — как заговоренную мантру, лидер несколько раз проговорил про себя успокаивающие слова.
Лео приподнялся на локте, разглядывая в полумраке девушку. Легким и ласковым касанием пальца он отодвинул прядь волос с лица Евы, погладил мягкую кожу на скуле, любуясь безмятежностью спящей. Она действительно была жива и рядом с ним. Когда-нибудь он в это окончательно поверит. И больше не будет кошмаров, а боль, призрачным эхом блуждающая по закоулкам его груди, затухнет и бесследно исчезнет.
В ночной тишине продолжало гулко биться его сердце, и непрошенные воспоминания вернули Леонардо в тот злополучный день, когда он решил оставить Еву в «Лазурных вершинах».
Все прошлые доводы до сих пор звучали в голове лидера разумно и убедительно в контексте «правильности». Но он не представлял, что стало бы с ним, реализуй он до конца задуманное. Лео считал, что справился бы с разлукой. Ведь Ева была бы жива и счастлива в окружении себе подобных людей и при поддержке Рона — юнца, ставшего бы для нее идеальной партией. Так он тогда думал, убеждая себя и Сью.
— Забери ее. Еве тут плохо, ты же знаешь.
— Она привыкнет, — Лео отжал оранжевую кнопку на рации и обернулся в сторону башни, в которой стоял дозорный стрелок. Отдать должное Иерониму — парень ответственно относился к выполнению своих обязанностей и прочесывал взглядом подножье леса. Синие глаза неотрывно следили с высоты за широкоплечим юношей. Леонардо ненавидел его ровно так же, как и свою убежденность в единственно верном пути.
— А если вдруг она совершит глупость? Сбежит?
Ему бы хотелось этого: поддаться порыву, выполнить любую просьбу желанного существа, но он не мог лишить ее такого шанса, уникального в своем роде — начать новую правильную жизнь, перестать скитаться по свету и обрести теперь уже доступную ей возможность будущего в безопасном месте.
— Просто будь с ней рядом, хорошо?
Сьюзан молчаливо выжидала, впрочем, как и обычно, когда не соглашалась с лидером. Он знал, что саботировать его решение подруга не станет, она поступала умнее: находила поводы для десятков последующих «а если», способных в конечном счете переубедить кого угодно. Разве лишь за исключением самого Лео.
Предплечье левой руки нещадно жгло, но лидер не обращал внимания на боль. Свежая рана от шальной пули продолжала кровоточить сквозь белые бинты, напоминая ему, что он не успел добежать до Евы. Не успел, потому что слишком долго колебался. Должен был наплевать на всё и забрать Еву с собой. Но опоздал. Благо люди поселения подоспели и спасли его девушку от участи быть растерзанной мертвецами. В тот самый момент он доподлинно и ясно осознал, что ей будет лучше с людьми из «Вершин», чем с ним. Ей не нужен тот, кто пребывает в сомнениях.
— А если у них не сложится? — из рации донесся голос Сью и шелест перебираемых ею бумаг.
Непробиваемый парень мог бы вызвать восхищение. Он не отступался, получая в свой адрес то колкости, то равнодушное молчание, то пренебрежительно короткие ответы, способные остудить даже адову лаву. Каждый раз наблюдая за этим, Леонардо не мог сдержать ликования, ведь его любовь была верна ему.
Даже после того, как он ее бросил.
— Мы уедем. Я скажу ей об этом сегодня, — Лео выключил рацию. Если бы так же легко он мог выключить свои чувства. Если бы так же легко он мог объясниться.
«Уходи, прошу. И не приходи снова», — слова, давшиеся ему с нечеловеческим трудом. Тот день должен был стать их последним, в который Ева видела его. Лидер долго брел назад, концентрируясь на каждом своем шаге, удаляющем от нее. От самого дорогого, что у него было.
Она должна его понять. Пусть не сразу, но со временем она бы разгадала его мотив. Все это было только ради нее. Каждый его поступок только ради нее. Лео принес в жертву свои мечты, позволяя Еве открыть для себя новые.
Лидер в прыжке взобрался на крышу «Тартаруги», игнорируя распахнутую входную дверь, устало присел на край в конце длинного трейлера и включил экран планшета с системой видеонаблюдения. Ева продолжала совершать обход на пару с Роном. Динамики камер не способны были донести до него суть их разговора. Леонардо оставалось лишь наблюдать за силуэтом любимой, пока она не скрылась в «слепой зоне».
Он скорее почувствовал, чем услышал появление гостя на крыше. Рафаэль плавной поступью прошел ближе к нему, чиркнул спичкой о коробок, протяжно вдохнул, и с выдохом в воздухе растворились терпкие нотки табака. Брат молчал и не предпринимал попыток заговорить на единственно важную тему, Дамокловым мечом висевшую над склоненной головой мастера катан.
Настойчивость Рафаэля могла сравниться с упертой убежденностью Лео, и видимо, тот догадался о причинах подавленности лидера.
— Всё? — кратко спросил Раф. Лео вместо ответа лишь ниже склонил голову, отводя профиль лица чуть в сторону от пристальных глаз.
Брат в несколько глубоких тяг прикончил сигарету и запустил тлеющий окурок в разгорающийся костер.
Мутанты следили не только за судьбой Евы, но и за Сью, понимая, что долгожданное воссоединение семьи провалилось. Значит, все еще оставался шанс вернуть их прежнюю жизнь, как и было раньше: четыре брата и две дорогие им девушки. Чем не образец идеальной семьи?
— Мы всё ещё можем…
— Нет, — Лео прервал Рафаэля, не дав договорить то, что и так безостановочно вертелось у него в голове. Они все еще могли быть вместе. Уехать из этого места, забрав с собой Сью и Еву.
Лидер покосился на здоровяка, смотрящего в даль сосновых вершин, и думал, как бы на его месте поступил Рафаэль. Любил бы он так же сильно Еву, выбери она темпераментного брата? Терзался бы тот сомнениями и запрещал бы себе думать о ней? Сбегал бы и сторонился её, как делал он сам? Смог бы ее оставить?
Он изучал профиль Рафаэля: жесткий и грубоватый, с россыпью шрамов и залегшей между надбровных дуг хмурой складкой.
Отчего-то Лео был уверен, будь лидером не он, а второй по старшинству брат, они бы не оказались здесь, продолжая бессмысленно выжидать в лесах. Рафаэль бы наверняка прямо сейчас вдавливал гашетку в пол, выкручивая реле магнитолы на полную, и вволю бы голосил на пару с Евой рок-баллады, мчась к побережью по проложенному ею маршруту.
Будь она с ним, между ними не было бы постоянной недосказанности. Прямолинейность брата в выражении мыслей и поступков не оставила бы девушку равнодушной. Выбери бы она его. Сколько же много «бы»… Ева была бы счастлива рядом с его младшим братом? Точно лишь одно — Рафаэль бы ее не бросил. Ни тогда, ни сейчас. Не позволил бы какому-то парню ухлестывать за ней. Конечно, доставив тем самым немало хлопот братьям и Сью своей ночной вылазкой, где бы весьма доходчиво объяснил пареньку, что не следует досаждать вниманием даме его сердца. После чего пришлось бы срочно эвакуировать девушек с лакшери-отеля.
Вот так легко и просто решал свои проблемы Рафаэль. Порой грубо, порой небрежно и совершенно не дипломатично. Будь у него девушка, ей бы повезло с таким парнем, как Раф. Еве бы повезло, выбери она его, а не лидера.
Лео почувствовал себя до ужаса отвратительно беспомощным и недостойным на фоне младшего брата. Тот бы не кривил душой, расставляя по полочкам все варианты для Евы. И она бы согласилась быть с ним. И он бы не отпустил ее.
Только вот Лео не такой.
В отражении брата лидер увидел свои сомнения, которые вот-вот разрушат монументальность его воззрений. Нельзя было этого допустить.
Он резко поднялся и спрыгнул с крыши, скрываясь в лесу, еще долго ощущая прожигающий взгляд Рафаэля на своем панцире.
Этим же вечером он бы лучше самовольно вырвал свое сердце, если бы только мог. Да, собственно, оно и так уже разбилось по его вине.
Заметив странное волнение Евы, метавшейся по всему лагерю, а после предупреждающий клич Сью по рации, он сорвался с места и еле успел доплыть до тонущей девушки. Он мог бы повернуть назад и взять ее с собой, но…
«Мы все несем бремя ответственности. За каждый свой шаг. За каждый свой поступок. За… за то, с чем мы готовы будем жить».
«Жизнь без тебя взамен на твое будущее — это справедливая и честная цена», — то, что он не мог озвучить. И Лео платил свою цену за ее счастье.
Но она так не считала.
Тонкие холодные пальцы цеплялись за пластрон, слезы в карих глазах причиняли невыносимую боль, но Лео должен был уйти. И ушел. Только вот не смог уехать.
Проходили дни. Камеры видеонаблюдения одна за другой тухли, погружая экраны мониторов во тьму, в которой он сам пребывал.
А после всё исправил Рафаэль.
Лео перекатил Еву на бок, укрыл простыней обнаженную девушку и тихо вышел из комнаты. Глубоко вдохнув ночной воздух, лидер прошел мимо капитанской рубки, заглянул в проем и увидел спящего Дони, развалившегося в кресле рулевого. Решив не тревожить брата, Лео прикрыл за собой дверь и направился к корме.
Баржа стояла на якоре, слегка покачиваясь на спокойных волнах. Морская идиллия не приносила умиротворения в тяжелые раздумья о прошлом. Все мы совершаем ошибки. Но из них есть те, которые будут преследовать нас до самого конца, настолько глубоко въедаясь в память, что и не вытравить.
Лидер запрокинул голову, взглянув на равнодушное звездное небо, и почувствовал на себе взгляд. Не сразу, но он заметил фигуру неподалеку от себя. Рядом с Кристоффом сидел кот, белым пятном, отчетливо выделяющимся в лунном свете.
— Умудрился сдвинуть балку с засова?
Лео обратился к Току долгим задумчивым взглядом. Кот мяукнул. Был бы тут Раф, тот бы понял, что за фраза скрывалась за однотипными ответами механического создания.
— Одному ему только известно, почему Ток покровительствует тебе, — Лео повернулся к парню, кивнув в сторону кота.
Кристофф продолжал сидеть, прислонившись к противоположному борту кормы, и не спускал с мутанта глаз. Лидер же облокотился о перила, разглядывая темную зеркальную гладь воды. Серебряная лунная дорожка пересекала море, уходя тонкой линией к ночному горизонту — границе, практически неотличимой от неба.
— Она важна для меня, — не смотря на человека, он продолжил говорить, — больше, чем можно вообразить. Несколько раз я чуть не потерял ее по своей вине. Я знаю, что тогда ты помог Еве, не дав догнать тем троим людям, — Лео из-за плеча взглянул на Кристоффа и, помедлив, спросил: — Почему?
Парень неровно повел взглядом по барже и, казалось, неловко пожал плечами. Ничего другого Лео и не ожидал от него. Бессловесный персонаж повел себя вполне предсказуемо, сохранив молчание. В любом случае, лидер хоть и не сказал этого, но был благодарен человеку за оказанную помощь.
Тревожные остатки от последствия ночного кошмара постепенно выветривались, и Леонардо, глубоко и умиротворённо вздохнув, направился в свою каюту.
— У нее плохо получается выживать, — брошенная вслед фраза остановила мастера катан. Он медленно обернулся к Кристоффу, наконец-то услышав, как звучит голос незнакомого человека. — И у тебя не лучше.
Лео скептически оглядел паренька, не понимая упрека в свой адрес. Ненадолго опешив от подобной наглости, он собрался переспросить, что тот имел в виду, но Кристофф пояснил:
— Даже голубя сбить не смог.
— Я получил травму головы от взрыва гранаты и… солнце в тот день так ярко светило… — запнувшись, лидер замолчал, понимая, как нелепо выглядят его оправдания перед юнцом. Да и вообще, он вовсе не обязан был отчитываться перед незнакомцем. Тот ни черта не знал, через что и как Лео и его семье пришлось пройти.
Настало время человека в маске оглядеть с ног до головы двухметрового мутанта и неудовлетворенно покачать головой.
— Вам, непутевым, нужна была помощь.
— Что, прости? Непутевым? — все, что смог выдавить из себя ошарашенный лидер, между прочим — один из лучших бойцов, оставшихся на земле.
«О, лучше бы ты продолжал быть молчаливым чудиком» — хмуро подумал Леонардо, сжимая кулаки и пытаясь утихомирить праведный гнев в собственной груди.
— Решил поехать за вами и…
— На чем? — грубо прервав, мутант постарался совладать с лицом и разжал кулаки. Он бы непременно заметил за собой слежку, к тому же любую машину требовалось заправлять топливом, а срок годности дизеля и уж тем более бензина практически подходил к концу.
— На мопеде.
— На мопеде? — недоуменно повторил лидер за парнем, не укладывая в голове этот простой ответ и пытаясь представить, как некто рассекает пустоши, кишащие зомби, на скромной двухколесной табуретке.
— Экономичный, легкий, незаметный и практически бесшумный, — голос Кристоффа был спокойным и предельно чётким. И это как раз-таки резонировало с тем, как он выглядел в пугающей маске и поношенной одежде: совершенно ненормальным и вряд ли психически стабильным.
— Видимо, ты узнал, куда мы прибыли, — заключил Лео и получил в ответ кивок. — Так почему же не объявился?
— Там был второй — здоровяк в красной бандане. Охотник. Он о вас позаботился.
Лео скривился при слове «позаботился», как будто бы он действительно был не способным ни на что. Лидер решил прервать разговор, поскольку его чувство собственного достоинства могло не выдержать дальнейших признаний Кристоффа его несостоятельности как защитника и добытчика. А это побуждало его немедленно доказать человеку противоположную истину.
— Чтобы ты знал, я тоже неплохой охотник, — лидер вложил в эту фразу все остатки спокойствия и уравновешенности, что у него были.
— Голубю об этом скажи… — пробубнил парень и отвернулся от мутанта, нервно касаясь двумя пальцами обтесанной маски.
«Лучше передам ему привет через тебя» — было бы не самым подходящим ответом, и старший в черепашьем семействе сдержался от ответной колкости, плотно сомкнув челюсть, на которой заходили желваки.
Ниндзя внимательно оглядел паренька, заново изучая необычного пассажира баржи. Тому все еще была присуща скованность движений: напряженных, слишком резких и дерганных; но вот говорил он на удивление спокойно и лаконично.
— Тебя вообще не смущает, что я разумная ходячая черепаха? — неожиданно для самого себя высказался Лео, пожалуй, даже с нотками обиды и возмущения, разводя руками в стороны.
— Мау, — отозвался Ток, продолжая сидеть рядом с Кристоффом и вполоборота равнодушно смотреть на лидера.
— У каждого — свои проблемы, — парень пожал плечами, обращаясь скорее к коту, а не к представителю мутантов.
Лео хотел бы возмутиться, что даже посторонний человек каким-то образом понимает Тока. Или же все они притворялись, а кот просто так себе мяукает? Да к черту эти полуночные разговоры! Сегодня с него достаточно бесед по душам, и Лео покинул корму.
Что же, по крайней мере, хоть парень пошел на контакт, и если не считать содержание диалога, то это было неплохим началом.
***
Майки отряхнул руки и критично осмотрел плод своего труда. Раньше ему не приходилось самостоятельно сооружать домашнюю утварь, ведь у них был Дони — мастер на все руки, а также Раф, способный на плотнические деяния. Позаимствованные детские столики, доски и палки, которые он раздобыл в заброшенном пионерском лагере, слились в нечто, напоминающее большой стол: вроде бы ровное полотно и четыре ножки. С учетом того, что у него из инструментов был только гаечный ключ, несколько гвоздей да изолента, вышло вполне сносно, в общем, как для продвинутого новичка. Наручные часы подсказали ему, что настало время отправиться в гости к Хоуп. Не то чтобы у них была запланирована эта встреча после вчерашнего знакомства со всей семьей, но отказом девушка не ответила. И как раз он сможет преподнести подарок для бабули Лупе — «месу». Торцом водрузив ношу на плечо, Майки бодрым шагом направился к дому девушки. «До чего же шикарное место», — не переставал размышлять мастер нунчак и по совместительству — начинающий плотник. Он подумал, что бы еще такого починить в доме Хоуп? С учетом того, что он оказался единственным мужчиной поблизости, он волею судьбы был призван обеспечить дам своим ремонтным мастерством. А это означало, что у него появился повод как можно чаще захаживать к Хоуп. Неожиданный звук мотора вывел Майки из составления воображаемого списка по починке ветхого жилища, и он, оглянувшись по сторонам, сиганул вместе со столом в ближайшие кусты. А вот и патруль, о котором говорила девушка. Кубинские мужчины в белых майках, черных беретах и камуфляжных штанах вырулили на утрамбованную дорожку, ведущую к дому его подруги. Сочная густая зелень тропических зарослей была идеальной маскировкой. Сквозь широкие листья ниндзя следил за двумя патрульными, один из которых остался за рулем старенького неопределенной марки джипа. Встреча оказалась недолгой. Они перекинулись несколькими фразами, Хоуп кивала в ответ, и на том встреча закончилась. Патрульный, перед тем как вальяжно уйти прочь, подбросил несколько раз какую-то блестяшку в руке, после потрепал девушку по макушке, взъерошив локоны на ее голове. Ниндзя пришлось заскрипеть зубами, чтобы не окликнуть мужчину и не объяснить, что лучше бы тому держать свои лапы при себе. Майки дождался, пока джип скроется за ближайшим поворотом, и вышел из укрытия. — Хей! — он поприветствовал девушку, и та, видимо, не услышав его приближения, подпрыгнула от неожиданности, чуть не споткнувшись и не завалившись на песок. — Ты… — Хоуп растерянно посмотрела по сторонам, убеждаясь, что они находились одни, — ты бы лучше не приходил сюда днем. Тебя могли заметить. — Да нет, я прятался в тех кустах, — Майки указал назад и добавил: — а точнее — находился в стратегическом укрытии. О! И вот еще, смотри, что принес. — Откуда ты взял стол? — удивилась девушка. — Не взял, а сам сделал, — гордо сообщил ниндзя. Вот только поместить стол на законное место в кухне Майки помешал проем двери. Какие-то десять дюймов препятствовали протолкнуть шедевр его творения в помещение. Он обошел дом со всех сторон, но ни задняя дверь, ни проемы окон не были достаточно широки. — Если вот снять дверь и наличники, то, может быть… — Нет. Мы не будем разрушать мой дом, чтобы впихнуть туда это, — Хоуп подала голос, перестав удивленно наблюдать за метавшимся мутантом. — А если снять кровлю с крыши и через нее… — Нет. Получив категорический отказ, Майки перестал суетиться, с сожалением оглядев стол и неподходящий проем двери. Все опять выходило совсем не так, как он планировал… — Ну это даже неплохо, — искра неугасаемого позитива вновь загорелась в нем, и он продолжил: — стол можно оставить на веранде и, — с улыбкой обратился к Хоуп: — может быть, чаю? Девушка колебалась, а он продолжал источать уверенный оптимизм. Благо, она недолго сомневалась и пошла на кухню. Майки не знал, можно ли ему было пойти за ней следом, потому лишь переступил порог и остался стоять в маленькой прихожей. Бабуля Лупе мирно спала в кресле-качалке, а Хоуп доставала чашки и жестяную банку с чаем. Его беспокоило, что она все еще подозрительно косилась на него, пока всыпала в заварочный чайник сухие чайные листочки и заливала их кипятком. Каждый раз, когда на него падал ее взгляд, он старался как можно лучезарнее улыбаться ей в ответ. И даже это не помогало снять общее напряжение. Но ничего, ниндзя был уверен, что скоро вся неловкость между ними продет и она привыкнет к его виду. Наконец все было расставлено на веранде, и они присели за стол друг напротив друга, держа в руках чашки. Майки решил развеять тишину между ними и спросил: — Слушай, а где все ваши зомби? — Нет их у нас, перебили всех еще несколько лет назад, — Хоуп пожала плечами и снова опустила взгляд, о чем-то размышляя. Обычно Майки мог непринужденно разговаривать часами, совсем не заботясь, устраивает ли тема собеседника, но от витавшего между ними неловкого напряжения ему сейчас ничего не приходило в голову. — Зачем ты приехал? — внезапно для него спросила Хоуп. Майки удивленно посмотрел на девушку и медленно вернул чашку на стол, так и не отхлебнув из нее. Что она имела в виду? Зачем он приехал сегодня днем или зачем он вообще заявился на остров? — Ну как… Увидеть тебя, — чуть вопросительно произнес мутант, пытаясь понять по ничего не выражающему лицу девушки — верно ли он ответил? Она продолжала задумчиво рассматривать деревянную столешницу. Майки потратил большую часть времени, шлифуя поверхность стола. И сам не понимал, почему ему было приятно наблюдать, как Хоуп водила пальцем по плавным узорам древесных полуколец. Он старался, вложил в эту четырехножную конструкцию все свои умения. Хоуп неожиданно для него подняла глаза. В этом взгляде не было ни отвращения, ни страха, лишь любопытство. Вместо того, чтобы неловко отвернуться, он, пусть и глупо, улыбнулся в ответ, засветившись, как лампочка, словно бы увидел перед собой явление седьмого чуда света. Она по-прежнему рассматривала его, но скорее удивленно и с интересом. — И чего ты ждешь? Ее вопрос застал Майки врасплох. Вся идиллия, установившаяся на одно мгновение, стала постепенно рушиться. Теперь он ощутимо занервничал. — Когда остынет чай, — ниндзя безуспешно попытался вернуть на свое лицо улыбку, опасаясь того, к чему могла клонить Хоуп. Она приподняла свою чашку, не сводя с него глаз, вдохнула терпкий аромат, подула, разгоняя пар, и сделала глоток. — Ты наслаждаешься последней щепоткой. Больше чая не будет. Ему потребовалось время, чтобы понять суть ее фразы. И тут же весь давящий на его грудь груз в момент испарился. Он даже не мог припомнить, когда испытывал подобную легкость. Майки звучно расхохотался, спугнув при этом пару пестрых птиц на соседнем дереве. — Да я тебе привезу столько чая, что можно будет в нем купаться! Я серьезно, — он пригнулся к столу, азартно взирая на ухмыляющуюся девушку, — одна нога тут, другая там! Пара недель — и у твоего порога будет запас лучшего индийского чая на целую жизнь! Хотя… — он прервался и с не меньшим лукавством испытующе посмотрел на Хоуп, — есть идея получше. Девушка в ответ вопросительно приподняла бровь, ожидая предложения. — Мы можем с тобой вместе отправиться за ним. Почему бы и нет? — Майки отодвинул напиток в сторону, широко расставив локти на столе, и воодушевленно продолжил: — Нас ждет отличное путешествие! Поплывем на моем «Соколе Тысячелетия» и будем мы с тобой как Хан Соло и его верный напарник — Чубакка. — Чувствуется, что роль волосатого громилы ты отвел мне, — безошибочно угадала Хоуп. — Детка, да брось, Чуи крут! — Твой Чуи всю дорогу только и делает, что мычит! — Зато как многозначительно он тянет «у-у-у», — ниндзя игриво повел бровью под маской, но с лица Хоуп стала спадать улыбка, и она откинулась на спинку стула, безрадостно смотря на поверхность стола. — Эй, Кокосинка, что не так? — Майки хотел было протянуть руку, чтобы коснуться пальцев девушки, сжимавших теплую керамику, но вовремя остановил себя, молчаливо дожидаясь её признания. — Слушай, я же не имел в виду отправиться в саму Индию, да и с тамошним перенаселением дела с зомби у них вряд ли в порядке. Мы можем поплыть ко мне домой в Техас. Познакомлю тебя с семьей. Увидишь Лео с Евой, Рафа и Дони, Сью и целое ирландское семейство. Они тебе понравятся. Обещаю, что не позволю Лео будить тебя в самую рань, покажу лучшие изобретения Дони, а Рафа к тебе и на пушечный выстрел не подпущу, — фыркнул Майк, пробубнив: — он, кто бы что ни думал, считает себя тем еще мачо. И там у нас большой дом. А если захочешь, я покажу тебе всю страну. Отправимся в дорожные приключения на «Тартаруге». Или поплывем на Гавайи. Или… Хоуп украдкой взглянула на Майки и покачала головой. Она отказывала ему, и кажется, он понимал почему. — Да, ты права, еще рано строить планы, надо, видимо, сначала отремонтировать дом. И… — Майки осенила догадка, такая же легкая и светлая, как накатившая на берег лазурная волна. Он шлепнул себя ладонью о лоб, улыбаясь, как мальчишка. — Ну, конечно же! Мы возьмем с собой бабулю Лупе и Нику. Куда же без них, верно? Так даже лучше! — Майк, это невозможно, — Хоуп прервала его веселье, прямолинейно разрушая выстроенные ниндзя мечты. Мутант на долю минуты задумался и вопросительно взглянул на Хоуп. О «невозможности» он многое знал. И сам факт его существования говорил, что нет ничего невозможного. Сила, упорство и труд, с которыми они выживали, боролись и в итоге обрели счастье — вот те необходимые и непреложные доказательства, что в этой жизни очень многое возможно. Ему оставалось лишь убедить в этом Хоуп. — Разве? — он мягко улыбнулся, с теплом посмотрев на девушку. Она не решалась ему ответить, и ее неуверенность была очевидна. — Я понимаю, что порой страшно что-то менять в своей жизни. И поверь, я слышу, как мои слова могут звучать со стороны. Мол, на тебя свалилась с неба черепаха и предлагает отправиться невесть куда, оставив свой дом. Но… — Майки оглядел шаткое строение. Створка окна услужливо скрипнула, намекая, что еще немного, и она рухнет под бременем прожитых лет, — я лишь хочу показать тебе мир. Безопасный, надежный и чертовски увлекательный. Тебе больше не придется делать все то, что не нравится. Если, ну, не знаю, ты будешь скучать по пальмам, то я выкопаю парочку, и мы их с собой заберем. Сью посадит их у нас во дворе. Раф соорудит веранду, где бабуля будет отдыхать в кресле-качалке. Да и детишки вам обрадуются. А я так вообще буду счастлив быть с тобой. Майки не удавалось уловить, смотрит ли Хоуп на него с недоверием или с опасением. Девушка поспешно оглянулась по сторонам, прислушиваясь к звукам. Но тут никого, кроме них, не было, ниндзя не имел привычки расслабляться и чутко следил за обстановкой вокруг себя. — Я не могу с тобой поехать, — она поникла, виновато склонила голову, закусив уголок рта. — Не беда, — тут же бодро отозвался Майки, — значит, решено — я остаюсь. Знаешь… нам ведь даже не обязательно отсюда уезжать. Главное, что ты будешь рядом, и этого мне достаточно. Построю нам бунгало, будем вечерами играть в монополию, только предупреждаю, я в этом мастер. — И тебе нельзя здесь оставаться, — вмиг девушка стала серьезной. Микеланджело нравилась прямолинейность Хоуп. Она никогда с ним не юлила, не скрывала своих мыслей и чувств. Если ей что-то не нравилось, то она без промедления говорила об этом. Но сейчас он не мог ее понять. Нехотя и осторожно Майки задал вопрос: — Ты хочешь, чтобы я уехал? — Да, — ее тихий и при этом твердый ответ больно резанул слух, и Хоуп продолжила, прямо посмотрев в лицо ниндзя: — здесь для тебя небезопасно. Майки осмотрел ближайший открытый периметр, скорее задумчиво, нежели целенаправленно выискивая опасность. Предостережения девушки на фоне райского тихого уголка выглядели неубедительными, но Майки не стал пренебрегать ее тревогой. — Если ты о патруле, то не переживай, мое искусство «Хенсоджатсу» прокачано до полного левела. Да и к тому же с парой-тройкой ребят с мачете я справлюсь. И не из таких передряг выбирался. Хоуп хотела оспорить его, но Майки прервал девушку: — Давай так, просто на один вечер забудем, что я тот, кого все хотят загарпунить при первой же встрече, и мы с тобой просто поужинаем вместе? Всего лишь один ужин. Завтра вечером. Ладно? — Майки в ожидании поджал губы и смог полноценно задышать, лишь получив кивок в ответ.***
Лео выловил третью по счету рыбу и как-то уж слишком напоказ сгрузил очередной улов в таз, косясь в сторону Кристоффа, к слову сказать, совершенно равнодушного к стараниям лидера. Это только еще больше развеселило Дони. Он тоже маялся от безделья, но день обещался быть интересным. И перед ним сейчас разыгрывался второй акт представления. Ева явно что-то задумала. Она приблизилась к поручню, облокотилась о перила, выгибая спину, и кто бы мог подумать? — совершенно случайно с ее плеча приспустилась лямка майки. Она что-то сказала лидеру, но тот был слишком увлечен рыбалкой и лишь кивнул в ответ, не посмотрев на девушку. Ева не была намерена сдаваться. Повернувшись спиной к поручню, она приподняла и согнула ногу, опираясь ступней о борт, передумала, опустила, натянула край майки вниз, представляя на обозрение плавные изгибы вершин груди, и с лукавой улыбкой обратилась к Лео. Ниндзя опять кратко кивнул, продолжая сосредоточенно крутить ручку катушки и подтягивать блесну, чтобы снова закинуть ее вдаль. Она все же согнула ногу в колене, опираясь о борт, и чуть развернулась к Лео, чтобы на этот раз ниндзя-рыбак увидел, что именно ему настойчиво желают донести. Одной рукой Ева закручивала локон волос на палец, игриво о чем-то щебеча. И о чудо! Лео обернулся к девушке, только вот в тот самый момент подул ветер, и она теперь отмахивалась и отплевывалась от попавших в ее рот волос. — Вот же дурень, — усмехнулся Раф, присаживаясь недалеко от Дони, — даже не видит, что его кадрят. Дони еле заметно улыбнулся на реплику брата. Его ожидал третий акт спектакля. Как можно тише он вскрыл пачку с кукурузными чипсами, закинул парочку оранжевых загогулинок в рот и с интересом стал наблюдать за происходящим рядом с ним. К Рафу подошла Дэя, мелодично напевая себе под нос. Рыжая девушка немного неловко и угловато, но стараясь придать своим движениям естественности, облокотилась о стену рубки и, закручивая локон на палец, будничным тоном обратилась к сидящему у ее ног Рафаэлю: — Может быть, пойдем и приготовим на обед рыбу? Раф повел головой, наткнулся на девушку и не сразу сообразил, что та уже некоторое время ждала его ответа, продолжая зачем-то играться с кудряшкой. Подобной привычки за ней он ранее не подмечал. — У тебя что, бездонный желудок? Там целая кастрюля на плите. Иди спагетти сначала доешь. Ощутимый пинок в бок помешал Рафу продолжить следить за недогадливым старшим братом. И не успел он возмутиться, как Дэя выпалила: — Да я тебе их под подушку запихаю! — она развернулась, как вихрь, взметнув рыжей шевелюрой, и направилась в сторону кухни. — Вот черт, а ведь запихает же… — здоровяк подорвался и помчался за решительно настроенной бунтаркой. Донателло остался на пару с котом, они переглянулись, и Ток с непроницаемым выражением косматой мордашки обратился к нему: — Мау. — Что? Решил меня закадрить? — шутливо прищурился Дони, поправляя очки. Планшет в его руках издал сигнал. Гений посмотрел на входящее от Тока сообщение, его ухмылка померкла, и он с укором обратился к коту: — Я тебя не учил таким словам. Животинка без тени раскаянья за кошачью брань посеменила к Кристоффу, а финальная сцена представления закончилась тем, что лидер сделал правильный выбор. Леонардо посмотрел на парня в маске, которому хотел доказать свою состоятельность в качестве добытчика, без сожаления отбросил спиннинг и подхватил Еву на руки, унося в каюту.***
Лео прижимал к себе Еву, удерживая на весу. Он не мог оторваться от поцелуев, увлекающих его за грань реальности происходящего. Лидер не переставал поражаться тому, как она влияла на него, как столь тонкие и хрупкие пальцы могут с силой сжимать его плечи, вонзаясь ноготками в стальные переплетения мышц, принося с собой миллионы крохотных разрядов электричества, заполняющих мириадами взрывов все его тело. Порывистое дыхание обдавало его теплом, окутывало, словно океан, все его мысли, теряющиеся под напором ее желания. В такие моменты, как сейчас, он переставал себя сдерживать, властно беря ее под свой контроль. Только в действительности все было наоборот: он безоговорочно следовал, увлекаемый ею. Лео подчинялся каждому её стону, каждой неозвученной просьбе, лаская податливое тело руками, прикусывая нежную кожу плеч, ощущая, как она выгибалась дугой и прижималась бедрами к его паху. В нетерпении он стянул с Евы майку, чувствуя торсом тепло ее спины, прикрыл на мгновение глаза и задержал дыхание, уткнувшись лицом в макушку, чтобы сдержать свой собственный стон, похожий больше на рык, рождаемый в его груди. Лео услышал свое имя из ее уст и больше не мог сдерживаться. Обхватив девушку за талию, побуждая выгнуться для него, он приспустил с нее тонкую эластичную ткань штанов и повел головкой набухшего члена, с осторожным напором входя в ее влажное нутро. Ева настойчиво повторила его имя. В который раз? Пульсирующая кровь, стучавшая в висках, мешала внятно соображать и слышать. Словно бы под воздействием препаратов, лишающих воли, он заставил себя остановиться и приготовился исполнить ее команду, какой бы она ни была. — Земля! Она обхватила его за шею и придвинула ближе к себе. Через иллюминатор, затуманенный от дыхания девушки, Лео увидел очертания далекого берега Кубы.
