Тайны Хогвартса

Спустя пару недель подготовки всё наконец было готово. Бывшая лаборатория близнецов как нельзя лучше подходила для осуществления мести: она была скрыта от людских глаз за потайной дверью в заброшенном крыле замка и, к тому же, защищена множеством заклинаний — от Скрывающих до Шумоизолирующих. Инструменты пришлось заказывать совой, благо бизнес Уизли процветал, и денег хватило. Теперь дело оставалась за малым — заманить туда Пэнси и её подружек. Гермиона взяла эту роль на себя. Со дня нападения слизеринки не упускали шанса подколоть бедную девушку на тему её чувствительности и намекали на скорое повторение. Всё это время гриффиндорке приходилось передвигаться по школе исключительно в компании Джинни или одной из её подружек, опасаясь осуществления угроз. Но вот настал час расплаты. Гермиона неспешно прогуливалась по ночным коридорам Хогвартса, как и в тот злополучный день, с той разницей, что теперь-то она была готова. Когда из-за угла вынырнули слизеринки, она внутренне подобралась, стараясь унять волнение. — Долго же ты от нас бегала, Грейнджер, — ехидно улыбаясь, произнесла Панси. — Но теперь ты точно попала. И поверь, лучше бы тебе не сопротивляться — целее будешь. Гермиона тут же рванула с места по направлению к лаборатории. Сзади послышался топот ног, чуть отстающих от неё, но уверенно догоняющих. «Только бы успеть. Только бы успеть, — билась одна-единственная мысль в унисон с колотящимся сердцем. — Они настроены очень серьёзно. И очень злы» — Стой, не то хуже будет, — послышался гневный голос Паркинсон, заставивший гриффиндорку ускорить темп. — Петрификус Тоталус! — Заклинание просвистело мимо, едва не задев плечо девушки. Следующее тоже не достигло цели, поскольку Гермиона вовремя успела вильнуть в сторону, краем глаза заметив направление движения палочки. «Ну, последний поворот, и…» — Куда она делась?! — слизеринки остановились, пытаясь отдышаться после долгого бега. — Смотрите, тут какой-то гобелен на стене, — Трейси указала на каменную стену рядом. — Я слышала, в Хогвартсе много секретных комнат, спрятанных так. Может, она там? — Наверняка, — прогудела Миллисента. — Сидит там и трясётся в ожидании нас. — Тогда не стоит заставлять нашу заучку ждать, — заявила Панси и, отпихнув подруг с дороги, первой шагнула в тёмный проём с палочкой в руке. За ней последовали и остальные слизеринки. Как только последняя из них зашла в комнату, дверь захлопнулась со всей силы, отрезая путь отхода. — Эй, что за дела?! — воскликнула Паркинсон, оказавшись в полной темноте. Люмос зажечь не получалось, а палочку вдруг что-то вырвало из рук. В следующую секунду её откинуло к стене, где на руках сомкнулись кожаные браслеты, заставив её повиснуть на них, как тряпичная кукла. Судя по вскрикам подруг, их участь была такой же. Как только тьма рассеялась, Панси увидела шестерых гриффиндорок во главе с Грейнджер и младшей Уизли, стоявших у противоположной стены и зловеще поигрывающих палочками. Сердце Паркинсон сжалось от страха, предчувствуя беду. И не зря — девушки одновременно взмахнули ими, и вся одежда слизеринок оказалась на полу. — Прекратите немедленно! Обещаю, мы никому ничего не расскажем, если вы нас сейчас отпустите! — визгливым голосом заверещала Панси. — Мы вас больше никогда не тронем! Только отпустите! — Отпустить? — Джинни наигранно подняла бровь. — А вы хоть раз кого-то отпускали? Тогда какой разговор? Вы, девочки, зарвались и как никто заслуживаете наказания. Остальные гриффиндорки разделились по двое и подошли к дрожащей от страха Трейси и мрачной Миллисенте. Рыженькая же вместе с Гермионой остановилась напротив Паркинсон. — Начали! — скомандовала Джинни, одновременно с этим доставая из кармана мантии перья и касаясь ими нежной кожи подмышек Панси. Остальные сделали то же самое, и комнату огласил громкий смех слизеринок. Гермиона тем временем добралась до живота Паркинсон и теперь выписывала на нём узоры, пока её противница дёргалась и извивалась в их руках. Панси же смеялась так, как никогда в жизни. Она успела уже много раз пожалеть, что решила помучить заучку той ночью, ведь та оказалась мстительной сучкой. Ещё и подружек своих позвала, которые теперь с методичностью обрабатывали перьями тела других девушек. Панси краем глаза видела, как плачет сквозь смех Трейси, умоляя прекратить щекотку, и как Милли громогласно хохочет из-за юрких пальчиков, исследующих её бока. Неожиданно она заметила, что Девис развернули лицом к стене, из которой выдвинулись две деревянные полочки с ремнями на концах. Ноги Трейси поставили на них и закрепили ремни на щиколотках так, что она вынуждена была оттопырить попу, которую сразу же принялись щекотать гриффиндорки, иногда забираясь в интимные места. Слушая усилившийся визгливый смех подруги, Панси не сразу заметила, что её ноги широко развели и теперь закрепляли в поднятом положении на свисающих верёвках. Саму же девушку уложили спиной на выдвинутую доску и привязали к ней ремнем под грудью. — Ты же не забыла про обещанное наказание? — Джинни взвесила в ладони паддл, до этого лежавший на столе. Второй она протянула Грейнджер, принявшей инструмент с охотством. Слизеринка не успела ничего ответить, так как сразу оба удара обрушились на её несчастную попку. Девушка закричала, но её вопли потонули в общем смехе подруг. Горящая задница мешала думать о чём-то, кроме порки, и потому Панси не сразу почувствовала, как что-то протискивается в оба её прохода. Спустя мгновение эти инструменты начали вибрировать, щекоча слизеринку изнутри. Казалось бы, верещать сильнее невозможно, однако она убедилась в обратном. Шлепки возобновились и, действуя в унисон с вибраторами (изобретением близнецов для своего нового «взрослого» отдела в магазине), неожиданно доставляли Панси болезненное удовольствие. Сквозь смех начали прорываться стоны, заставляя девушку чувствовать себя ещё унизительнее. В то же время Миллисента беспомощно наблюдала за поркой подруги, пока саму её щекотали под мышками и на ступнях. Гриффиндорки явно знали, что делали, потому что от смеха даже у Булстроуд пошли слёзы, хотя она тщетно старалась их сдержать. Когда она чуть привыкла к ощущениям, девушки тоже подвесили её ноги широко разведёнными и принялись перьями обрабатывать её интимную зону. Миллисента всячески старалась сомкнуть бёдра, она вертелась так, что верёвки трещали, но пытка никак не прекращалась. Рядом вопили Панси и Трейси, при взгляде на которых, ощущения у слизеринки усиливались. Подруги уже охрипли от смеха, но их всё щекотали и щекотали, возбуждение росло, и, наконец… — А-ах! — Каждая из пленниц с небольшой разницей во времени бурно кончила с громким стоном. Вот только их противницы и не думали останавливаться. Гриффиндорки взяли баночки с какой-то мазью и принялись аккуратно её размазывать по безвольно повисшим на верёвках слизеринках. — Что вы делаете?! — охрипшим голосом спросила Панси, у которой даже сил на сопротивление не осталось. — Вам должно понравиться, — отозвалась Джинни, мило улыбнувшись девушке. — Фред и Джордж — весьма талантливые изобретатели. Стоило их попросить помочь нам в щекотке, как они прислали эту чудесную смесь, — рыженькая покрутила в руках банку. — Она начнёт действовать минут через пять. «Невероятные ощущения гарантированы», — прочитала она этикетку. — А для большей остроты… — Уизли повернулась к Гермионе, кивком подзывая её ближе. — Это научит вас думать, прежде чем подвергать таким мучениям других, — Грейнджер извлекла из кармана ещё четыре вибратора и по очереди направилась к Милли и Трейси, пытающихся отдышаться от смеха. — Нет! Пожалуйста, не надо! — Вновь заголосила Трейси, когда ей в задницу начали вставлять прибор. — Я больше не выдержу! Отпустите! — Об этом надо было думать, когда присоединялась к этой компашке, — раздвигая ей половинки для лучшего проникновения, отрезала одна из подруг Джинни. — К тому же, не ты ли щекотала меня до потери сознания по велению своих подружек? Теперь вот терпи. — И, шлепнув её по бледному заду, она вернулась к ждущим у стены подругам. — Удачной ночи, сучки! — Джинни издевательски помахала рукой слизеринкам, скрывшись вместе с другими девушками за дверью. — Эй! Вы не можете нас здесь оставить! — истерически завопила Панси, изо всех сил дергая руками, но безуспешно. — Они же не всю ночь там провисят? — с сомнением спросила Гермиона, поглядывая на закрытую дверь, когда они оказались в коридоре. — Даже если и так, то они заслужили, — скривив губы, отозвалась гриффиндорка, шлёпнувшая Трейси. — Меня так щекотали, а потом Снейп с утра ещё и баллы снял за «непрезентабельный вид на уроке». Все они гады Слизеринские! — Мазь действует полчаса, а вибраторы реагируют на сильное сжимание, — успокоила Джинни Гермиону. — Верёвки отпустят их где-то через сорок минут, так что всё с ними будет нормально. — А нас точно не накажут? — Грейнджер всё ещё сомневалась в успешности их выходки. — Братья заколдовали эту комнату так, что любой, вошедший сюда, задумай он рассказать об увиденном, сразу лишался бы возможности сделать это. Воспоминания становятся мутными, и их невозможно уловить даже опытному легилементу, — похвасталась рыженькая. — То есть они будут всё помнить, но рассказать никому не смогут? — уточнила Гермиона. — Ага. Написать, передать воспоминания — ничего. Я пробовала, так в голове сразу такая каша образуется, будто бладжером по голове стукнули. — Фред и Джордж действительно гении! — восхитилась другая гриффиндорка. Так, болтая, они дошли до гостиной, где уже разошлись по своим спальням, как раз успев лечь спать до комендатского часа. У слизеринок же дела были не столь радужными. Как и было обещано, мазь подействовала через пять минут после нанесения, заставив измотанных пленниц верещать пуще прежнего. Всё тело горело от нестерпимой щекотки, а когда девушки рефлекторно сжались, включились вибраторы, добавляя ощущений изнутри. Как бы слизеринки ни кричали и ни звали на помощь, дверь не открывалась, и им оставалось только наблюдать за мучениями друг друга, сгорая от унижения из-за чувства беспомощности. Когда верёвки, наконец, упали, девушки буквально рухнули на пол и трясущимися пальцами вытащили ненавистные вибраторы, откинув их в сторону. С трудом держась на ногах, они натянули сваленную в углу одежду и поплелись в подземелье, дружно решив никому не говорить о пережитом унижении.