Смех совершенства

      Вэй Ин, кажется, впервые в жизни не захотел чем-то делиться с Цзян Чэном. Тот странный день был таким нереальным. Словно опасаясь, что это был морок, странная иллюзия, Вэй Ин запихнул свои воспоминания глубоко в сердце, отказываясь показывать их другим. А веточка Чешуи огненного дракона была доказательством, что всё это не сон. Вэй Усянь пока не знал, что делать, если Лань Чжань забыл или отказался от своих слов, не оповестив людей ордена о том, что ему разрешено срывать немного травы для личных нужд, поэтому бережно хранил отобранные красные листья в небольшой шкатулке. Только несколько штук он тщательно перемолол в приправу. Страдания от пресной еды Облачных Глубин закончились, но чтобы не сдавать себя, сейчас Вэй Ин оказался в небольшой забегаловке Цайи вместе с Цзян Чэном и Не Хуайсаном. К тому же, вино всё ещё было под запретом, поэтому это был неплохой шанс насладиться Улыбкой Императора.       Трое приятелей распивали вино, и Вэй Ин шутил как обычно, пока не приключилось нечто из ряда вон выходящее. Какая-то смелая девушка, довольно симпатичная, кстати, подошла к Цзян Чэну и предложила прогуляться. Тот, естественно, отказал, смутившись, но таким образом до этого просто дурачливый разговор свернул в обсуждение симпатий.       — Вы не представляете, как сложно найти девушку, хорошо разбирающуюся в искусстве. Особенно в моём ордене. Максимум, что от них можно добиться — это обсуждение узоров на сабле.       — Да ладно тебе, Не Хуайсан, у тебя запросов явно меньше, чем у Цзян Чэна.       — Это потому, что жена главы ордена должна быть лучше всех, — буркнул упомянутый.       — А-Чэн, ай, не дерись! Мы же не о будущих жёнах говорим, а о девушках. Потому что такими темпами, когда ты найдёшь эту идеальную жену, она тебе откажет, потому что ты полный профан в отношениях и ухаживаниях!       — Будто ты у нас мастер.       — Эй, я довольно популярен у девушек!       — И при этом до сих пор нецелованный.       — Просто та, кому я подарю первый поцелуй, должна быть особенной!       — Вэй-сюн, — вклинился в обычную для семьи Цзян перепалку Не Хуайсан, — а тебе вообще кто-нибудь нравится?       — А? — удивился Вэй Ин. — Не знаю, — задумался он, перед внутренним взором мелькнул смутный образ прищуреннх золотых глаз. — Да в этом Гусу и девушек-то нет, где мне найти ту самую?       — А из парней?       — Что? — взревел Цзян Чэн. — Да как у тебя бесстыдства хватило, Хуайсан?       — Ну, а что? — пожал плечами тот. — Я слышал, что нынешнему главе Вэнь нравятся и мужчины, и женщины. Да и Цзинь Гуаншань по слухам не только в койках девушек бывает.       — Ну ты сравнил. Главе Вэнь можно всё, а Цзинь Гуаншань главная шлю… известен своим распутным нравом.       И пока Не Хуайсан и Цзян Чэн приводили друг другу аргументы, Вэй Ин ушёл в свои мысли. В его голове во всех подробностях воссоздалась картина смеющегося Лань Чжаня. К щекам прилил жар. После увиденного в Лань Чжаня правда сложно не влюбиться. Правда… Сложно… Не влюбиться… А он? К нему это относится? От странных размышлений разболелась голова. Вэй Ин допил вино и притворился пьяным, уговаривая Цзян Чэна донести его до Облачных Глубин на спине. Тот согласился только придерживать горе-пьяницу по дороге, прекрасно понимая, что брат не настолько пьян, насколько хочет показать.       От странных мыслей хотелось отвлечься, но в ордене Лань это было просто невозможно, поэтому Вэй Ин до ночи промаялся бездельем. Он правда хотел сделать что-то полезное, даже взялся за новый талисман, но собственные размышления сбивали с толку и мешали. Отбой уже прозвучал, и Цзян Чэн завалился спать, а Вэй Ин всё вертелся на кровати. Кажется, в этот раз она была такой неудобной не из-за аскетизма, а просто всё сейчас казалось неудобным. В итоге Вэй Ин решил прогуляться и тихо выскользнул из комнат учеников.       Блуждая по округе, Вэй Ин только иногда прятался от патрульных. Спускаться в Цайи не хотелось, а тихая атмосфера ночи в Облачных Глубинах неплохо отрезвляла и упорядочивала мысли. Вэй Усянь и сам не знал, как ноги принесли его к библиотеке, но очень удивился, когда понял, что там горит свет. Он уж даже грешным делом подумал на вора старинных манускриптов и решил тихо глянуть. Внутри была женщина. Красивая женщина бесстыдно одетая только лишь в нижние одежды. Она сидела за столом в окружении книг и что-то писала, тихо размышляя вслух.       Вэй Ин был уверен, что не выдал себя ни шагом, ни вдохом, но женщина внезапно вскинула голову, уставившись своими прозрачно-голубыми глазами в его сторону.       — Ты уже должен спать, — резко сказала она.       — Вы тоже, — не остался в долгу Вэй Ин, — да ещё и на женской половине.       — Для меня закон не писан, — усмехнулась женщина. — Ты чего на наказание нарываешься?       — А Вы сдадите?       — Не сдам, но есть и другие.       — А у них силёнок не хватит меня найти.       Странная перепалка нравилась Вэй Ину всё больше, как и его собеседница.       — Тебе повезло, что наследники клана сегодня не дежурят, — усмехнулась она, склонив голову, Вэй Ин правда забеспокоился, что пламя свечи сейчас подожжёт её каштановые волосы.       — Так чего тебе понадобилось в библиотеке ночью? Пришёл красть древние манускрипты?       — Тоже мне, будто днём не хватает этой книжной пыли.       Наглый мальчишка удостоился оценивающего взгляда.       — А, так ты тот печально известный Вэй Ин? Хоть что-то интересное в эту скучную жизнь привносишь.       — Оу, спасибо за комплимент, — задорно усмехнулся хозяин дурной славы.       Разговор сошёл на нет, и Вэй Ин заскучал. Он присел у руки женщины и глянул на записи.       — Вау, а я думал, что приз за самый ужасный почерк уже у меня в руках.       Женщина глянула на собственные записи.       — Ну не всё же быть тебе первым, гений ордена Цзян. Раньше у меня был почерк лучше, просто я перестала следить за ним.       — А чем Вы занимаетесь? — всё-таки поинтересовался Вэй Ин, смотря на странные знаки, которые порой прерывали непонятный текст.       — Ищу лекарство от безумия, — криво улыбнулась женщина.       Диалог вновь прекратился. Смотря на изящный профиль неожиданной собеседницы, когда она не улыбалась и была сосредоточена на записях, Вэй Ин не мог не вспомнить Лань Чжаня. Они были похожи. Вэй Ин встряхнул головой. Ну вот, теперь везде мерещился Лань Чжань. Только, казалось, отвлёкся от мыслей о нём, и вот опять. Хм, а ведь ночной компаньон пусть и выглядела молодо, явно была как минимум ровесницей Лань Цижэня. И отношения у неё наверняка были. В голову Вэй Ина пришла глупая идея. Настолько, что если бы он не был так измотан странными мыслями, то никогда бы не озвучил её вслух. Но, в конце концов, излить душу незнакомому человеку всегда проще, чем близкому.       — Как понять, что ты влюбился? — на одном дыхании спросил Вэй Ин.       Женщина явно удивилась неожиданному вопросу и оторвалась от своего занятия, повернувшись к собеседнику.       — Ты обратился немного не по адресу, но я знала людей, влюблённых до безумия, и знаешь, уже сам твой вопрос подтверждает то, что ты влюблён. Люди не задумываются о таком до того, как влюбятся.       — Почему это?       — Потому что когда ты не любишь, это сразу понятно, у тебя нет чувств, мешающих рассуждениям, и ты сразу можешь понять, что этот человек тебе в романтическое плане безразличен. Ты же не размышляешь о таком по отношению к другу или брату?       — Нет.       — Вот видишь. Как только ты думаешь, а не влюблён ли ты, ты влюблён.       Кажется, Вэй Ин уловил мысль, но легче от этого не стало.       — Когда ты задаёшься таким вопросом не единожды, значит, что твои чувства противоречат чему-то, что появилось у тебя раньше. Возможно, ты влюбился в друга, и твоя память о вашей дружбе не даёт помыслить тебе о влюблённости, ведь ты считаешь, что это будет предательством дружеских отношений. Возможно, подсознательно ты боишься отказа. Может быть, в тебе конфликтуют долг и чувства. Я не знаю, но это уже случилось, и отрицать бессмысленно.       Какое же неприятное чувство, когда чужой человек читает тебя, как открытую книгу.       — Другой вопрос — влюблённость это или любовь? Влечение и страсть или зарождение чего-то большего и светлого? Что ты чувствуешь к тому человеку?       Одна часть Вэй Ина хотела отказаться от дальнейшего разговора, другая говорила, что речи неожиданной собеседницы очень умны и могут помочь. Вэй Ин пожевал губу и неуверенно начал:       — Он… Этот человек очень красивый. И сильный. Добродеятельный и твёрдый в своих убеждениях. Он очень красиво смеётся. И улыбка ему к лицу. Он очаровательно смущается. Мне бы хотелось укусить его алую мочку уха, а после в извинение поцеловать, — голос Вэй Ина дрогнул и закончил он совсем тихо, — в губы.       — Ты ни разу не подумал, чтобы затащить его в постель?       — А так можно? — распахнул глаза Вэй Усянь.       — Ну да, — пожала плечами женщина, — а в чём проб… Погоди. Тебе понравился парень?       — Что? Нет! — вскинулся Вэй Ин, возмутившись, а потом опустил голову. — Да, — прошептал он, ожидая осуждения или хотя бы удивления.       — А, понятно. Не пренебрегайте смазкой и растяжкой, — посоветовала она.       — Что?       — Что? А, погоди, посиди здесь, я сейчас вернусь, — она ушла, дав Вэй Ину время успокоиться.       Его так просто… Приняли? В мыслях было удивительно пусто.       — Вот, — вернулась женщина со стопкой книг, положив её прямо перед Вэй Ином. — Изучи как-нибудь, чтобы не попасть потом в лазарет с деликатной проблемой. Ах да, судя по твоим словам, ты именно влюбился. Не души в себе это чувство, оно может стать основой крепкой любви, — отстранённо сказала она, вновь садясь за записи.       Вэй Ин пару мгновений отупело смотрел на непремечательные обложки книг. А потом вспыхнул, поняв, что ему принесли.       — Откуда это в библиотеке Облачных Глубин?!       — В библиотеке Облачных Глубин есть всё, — пожала плечами женщина.       Смущённо убрав книги в мешочек цянькунь для дальнейшего ознакомления, Вэй Усянь подождал, пока мысли не то что придут в порядок, хотя бы просто появятся.       — Почему Вы так спокойно отнеслись к этому?       Женщина перевела усталый с печалью на дне взгляд на него.       — У меня были два друга, влюблённых в друг друга. К сожалению, их история любви закончилась довольно трагично. Не хочу, чтобы чью-то чужую влюблённость постигла та же участь.       В словах сквозила удушающая печаль, и Вэй Ин понял, что лучше оставить его неожиданную помощницу в делах любовных одну. К тому же, он и так ей мешал продолжать свои исследования.       — Спасибо Вам. Большое, — откланялся Вэй Ин, на что получил лишь кивок, и ушёл.       Вернувшись в свои комнаты, всю оставшуюся ночь Вэй Усянь размышлял, пялясь в потолок, что делать с неожиданно-негаданно возникшими чувствами.       И всё-таки… Смеялся Лань Чжань совершенно прекрасно.