О чём ты жалеешь?

Я встретил кое-кого. Забавно, правда? Я ведь встречаю сотни людей (никогда бы не подумал, что однажды моя реальность станет такой), но писать о каждом мысли не возникало. Только он отличается от остальных, поэтому мне захотелось поделиться. Другой подумал бы, что это месть или издёвка, но ты, уверен, одобрил бы эту тему разговора. Недавно меня пригласили на премьеру одного из коллег. Обычно отказываюсь — не люблю шум. Мне хватает собственных показов (всё ещё ставлю (всё ещё по привычке и в память о тебе; такой вот я человек) и даже ездил в тур, только со сценаристом — брать на себя всё оказалось тяжело (и недостаточно интересно)). А тут решил развеяться и заодно посмотреть на новое лицо в индустрии. Он появился недавно, но уже взлетел. Режет ухо, когда кого-то сравнивают с тобой — отчасти захотелось прийти и из-за этого. По сути он такой же, как и другие. И он, и спектакль, и афтепати — никакой разницы. Те же люди, те же разговоры, те же попытки найти финансирование, те же напитки. Думал, понаблюдаю за молодёжью полчасика и домой. Не вышло. Подошёл он. Певец, актёр. Сыграл в спектакле, блистал на вечеринке после. Вышло очень хорошо, он выделялся на фоне остальных. Потом, когда мы разошлись, вспомнил, что он бывал и у меня, но я всегда был слишком занят, чтобы даже запомнить имя. В основном мы говорили об искусстве. О современном прочтении классики (мне понравился его взгляд, он близок к тому, как ставлю я), о людях, которые играют, не имея таланта, но имея стремление. Это явно не про него, и он об этом знает. Кто-то постоянно пытался привлечь его внимание, но он смотрел только на меня. Я отвык от обожания, и это немного пьянило. Я слушал, кивал и думал, что, пожалуй, буду не против, если разговором мы не ограничимся. Без обязательств, конечно же — твоя школа. Да и не готов я к отношениям. Так мне казалось, но он оказался упрямым и чертовски терпеливым. Ты бы давно бросил. Да и я тоже. Чёрт знает, чего он так привязался. Я не против, просто не понимаю, зачем ему это. Я привык общаться с разными людьми, много раз у меня случались долгие ночные беседы, переходящие в утренние, поэтому я не придал тому разговору значения. Да, было хорошо, иногда я забывался, и мне казалось, что я говорю с тобой — настолько легко мне было. Но ты напоминал о себе в деталях (даже в банальном выборе слов, которыми ты бы никогда не говорил о театре), словно мог быть против нашего сближения. Смешно. При жизни ты постоянно пытался меня с кем-нибудь свести, если уйдёшь первым. Я хотел продолжить вечер, но он сказал, что ему рано вставать. Теперь уже думаю, что соврал, чтобы завлечь меня сильнее. Но тогда я просто дал свой личный номер, не сомневаясь, что он ему не пригодится. А он взял и написал тем же вечером. Просто спросил, как прошёл день. Никогда не любил такие вопросы, но ответил — посмотреть, что будет дальше. А дальше мы созвонились и проболтали до глубокой ночи. На следующий день он пригласил меня на ужин. И снова напомнил тебя. Красиво говорил, внимательно слушал. Напоил вином, предложил посидеть на втором этаже, где был отдельный закрытый от всех небольшой зал, попытался поцеловать. Я был не против, но позвонил Кихён, и я вдруг испугался и воспользовался предлогом. Потому что почувствовал, что это не просто актёр, которого было бы неплохо заиметь в своём спектакле, а человек, который мне симпатичен. Первое время я не проявлял инициативу и лишь пассивно принимал всё, что он давал. Совсем как с тобой, хоть он и младше на семь лет. Потом привык, вошёл во вкус. Мне не хватало его, если он пропадал, а он радовался проявлениям моей симпатии, как ребёнок, и это подкупало. Он абсолютно не в моём вкусе, но на сцене источает такую энергию, что я не могу оторваться. За столько лет я видел много талантливых людей, но редко кто способен превратить эпатаж в нечто привлекательное, а не отталкивающее. У него это выходит удивительно гармонично. А может, мне только так кажется, потому что я неравнодушен. Недавно он выпустил альбом. Я послушал его в первый же день и был страшно разочарован: настолько я не понимаю то, что он делает. А для него ведь это важно. Повезло, что не приходилось встречаться — несколько недель продвижения у него совсем не было времени. Но потом я так соскучился, что расслушал несколько песен и теперь могу назвать их своими любимыми. Правда, не уверен, что это моё отношение к музыке, а не к исполнителю. Мы встречаемся пару раз в неделю. Чаще всего ходим в рестораны и разговариваем. Иногда сидим у меня или у него. Всё невинно — мой максимум поцелуи и объятия. Мне их достаточно, а он не просит ничего другого. Если я узнаю, что он с кем-то спит… Хотел написать, что ничего не скажу, но, хоть мы и не обсуждали наш статус друг для друга, мне было бы неприятно. Что ещё сказать. После стольких лет одиночества чувствую себя странно, когда вспоминаю, что свободное время больше не такое уж и свободное. Но мне нравится. Думаю, я готов сделать следующий шаг. Не познакомить с Кихёном, конечно — это пока слишком личное, хоть он и знает, что у меня есть сын. Но дойти до близости не только духовной. Не одноразовой, а постоянной. Тогда, вероятно, придётся признать, что у нас отношения — поэтому я и медлю. Не хочу, чтобы всё становилось серьёзно, и боюсь испортить то, что есть сейчас. Чтобы не превращать письмо в сентиментальную записку, напишу немного про Кихёна. Мы сблизились, и это неописуемо радует меня. С тех пор как появилась Элис, я часто у них бываю. Она настаивает, а он… Хочу верить, что он тоже этого хочет, но мы о таком пока не говорим. Пишу «пока», потому что Элис хорошо на него влияет — сам факт того, что мы общаемся, тому доказательство. Не знаю, что между ними, но однажды в телефонном разговоре он намекнул, что они не спали. После истории с Ирон неудивительно. Надеюсь, она поможет и с этим. Мне она нравится. Взбалмошная, спонтанная, яркая, но честная и справедливая, если можно так назвать. Уверен, понравилась бы и тебе. Ну вот, снова ком в горле. Я всё ещё очень скучаю. Ты ушёл слишком рано.