Бред-хорошая вещь

Утро, птички поют, солнышко давно встало, и Фло, мирно сопящий на диване с Микеле на коленях, начинает просыпаться от вибрирующего мобильника в кармане. Вытащив аппарат, француз посмотрел на экран. Дов. Только Флоран собирался взять трубку, как мсье Аттья сбросил звонок. Хмыкнув, Фло посмотрел на часы и понял, что он уже на час опоздал. Переложив голову Микеле на диван, Мот поскакал к выходу, схватив куртку и ключи от машины. В зеркало он не посмотрелся. Забегая в театр, Фло столкнулся с Довом. - Мот, ты что... - начал ругаться Аттья, но увидев лицо Фло, украшенное цветами и звездами, чуть не засмеялся. Пытаясь убрать улыбку, режиссер мягко продолжил: - Мы уже час репетируем. Иди отнеси вещи и быстро на сцену. Флоран кивнул и помчался в сторону гримерки. Дов в это время, хохоча в голос, ушел на сцену. - Ребята, - начал Аттья, разговаривая со всей труппой, – Сейчас появится Фло, он сегодня.. очень необычный. Пожалуйста ничего ему не говорите. Просто любуйтесь. Через 5 минут появился Фло. Гримерка была закрыта, поэтому свои вещи он кинул за кулисами. - Всем привет, - сказал Флоран выходя на сцену. На сцене находились Солаль и Маэва. Мэлин, увидев ходячий холст, спряталась за Со и засмеялась. Солаль же пытался сохранять спокойное выражение лица. - Привет, Фло, как дела? - сдерживая улыбку, сказал "папа". - Эээ... да, вроде нормально! Только не выспался, - ответил тот. Маэв засмеялась ещё громче. Солаль держался как мог. - Ну, ладно, мы пойдем! Удачи тебе, - сказал Лоран и, схватив Мэлин за локоть, утащил за кулисы. Появившийся из ниоткуда, Дов объявил о том, что труппа начнет с репетиции второго акта. И вот приходит момент, когда Сальери должен напугать Розенберга. Фло выходит из тени, и Ямин хохочет на весь зал. - Да что, блин, происходит? - взорвался Фло - Ничего страшного, цветочек ты наш, - сказал Ямин, и все рядом стоящие засмеялись. - Ты в зеркало на себя смотрел? - спросила Мел, все ещё смеясь. Фло непонимающе на неё посмотрел и провел рукой по лицу. На подушечках пальцев остались черные следы. Когда Мот посмотрел на свои пальцы, его глаза превратились в два огромных блюдца, он помчался к зеркалу. Увидев всю красоту, что на нем нарисовал Микеле, Фло мысленно проклял его и начал оттирать маркер. Через десять минут его лицо было чистым, но красным от интенсивного вытирания. Вернулся Флоран с обиженной миной и продолжил репетицию. Вернувшись домой, Фло застал Микеле на кухне. Тот готовил ужин, и по запаху что-то очень вкусное. - О, привет, как репетиция? - поинтересовался Мике, увидев Мота в дверном проеме. - Ты, художник хренов! Ты какого черта из меня полянку сделал?! - кричал Фло. Локонте удивленно посмотрел на француза: - Что я сделал? - Ты меня изрисовал, я пришел на репетицию с рассадой на лбу и звездой на носу, - ответил Фло, а Микеле прыснул, - Тебе, значит, смешно? Сейчас ты у меня попляшешь. Микеле, поняв, что надо спасаться, выбежал из кухни. Фло за ним. Гонка была недолгой, потому что на повороте Микеле занесло, и он "уехал" в ванную комнату, при этом споткнулся о порог и упал, благо, без происшествий. Фло воспользовался этой ситуацией и сел на Микеле, придавив коленями его руки. Мот убрал волосы со лба Микеле и начал творчество. Через несколько минут на лбу Локонте красовалось солнышко, пара облачков, и травка. - Да свершится месть! - заявил Фло, закрывая маркер. - Нет, ты, конечно, молодец. Но, может быть, ты встанешь с меня? Мне вообще-то тяжело. И поза какая-то... не очень приличная, - сказал итальянец. - Ой, точно, прости, - проговорил Фло и, встав с Мике, помог ему подняться. Микеле посмотрел на творение Флорана. - Мда... художник из тебя - так себе, - сделал вывод итальянец, рассматривая свое отражение и улыбаясь, - Зато идея классная. Солнышко на лбу у солнышка. Фло усмехнулся и направился на кухню. - Ты меня кормить-то собираешься, солнышко? - язвительно спросил Фло. - Ой! Ужин! - подлетев на месте, Локонте помчался на кухню. Вечером Микеле уснул сам, без уговоров Фло. Мот даже удивился, он боялся, что опять будет ночь "очередного припадка мсье Локонте". Флоран просто еще не знал, что его ожидало ночью. Фло в момент затишья решил расслабиться. Запланировав себе теплый душ и мягкую постельку, Мот схватил полотенце и радостно пошел в ванную. Расслабившись после теплых объятий воды, Фло с умиротворенной улыбкой лег спать в гостиной. Через пару мгновений Мот провалился в царство Морфея. Пока Флоран видел второй сон, Микеле же, наоборот, проснулся и начинал свое вечернее веселье. Не найдя француза у себя в комнате, Микеле проверил гостиную. Видя мило сопящего Мота, Микеле злорадно усмехнулся и снова убежал в комнату. Вернувшись через минуту с огромным количеством подушек, опять же маркерами, причем не с одним, а с целом набором, ковбойской шляпой, какой-то палкой, бумагой и веревкой. Раскидав все вокруг себя (при этом Микеле даже не пытался быть тихим, он делал все с таким грохотом, что, наверное, даже его мама слышала, но Мот спал как медведь), и начал творить "злодейство". - Подъем, бледнолицый! - заорал Микеле, кидая в Фло скомканную бумагу. Мот поморщился и перевернулся на другой бок, повернувшись к Микеле своей... филейной частью. Локонте решил воспользоваться этим и кинул в его "булки" вилку, точнее, палку. Фло проснулся и немного опешил. Во-первых, потому, что у него на голове была шляпа, но это полдела - его руки и ноги были связаны. - Вставай, бледнолицый, я поведу тебя на суд к вождю, - серьезно сказал Мике. Фло, все ещё находясь в состоянии сна, не мог понять, в чем дело. - Эээ... Что происходит? Почему я связан? Что эта за шляпа? И кто ты, курица? - обращаясь к Микеле начал Фло. Локонте и правда выглядел как курица. Как разукрашенная курица. С яркими черными глазами, цветными волосами, перьями, торчащими отовсюду, и "агрессивным" взглядом. Да, за эти дни Микеле себе набрал целое собрание кличек: Микеланджело-Моцарт-единорог-попугай-одуванчик-индеец-курица-Локонте. - Я не курица, я Мик-храбрый голубь, - гордо произнес "голубь". - Голубь? - переспросил Флоран, - Почему голубь? - Потому, что я первый, кто осмелился съесть парижского голубя, - ответил итальянец. - Что?! – испугано прокричал Фло и хотел было вскочить с дивана, но забыл, что нужные части тела связаны, и распластался на полу. Микеле же начал бить себя в грудь и издавать звуки как Тарзан. Фло, пару раз стукнувшись головой об пол, подполз с больному и уронил его на себя. - Ну ты и слон, - кряхтя произнес француз. Микеланджело, упав, начал смеяться. - Ну, Фло... Ты мне всю игру испортил. Я бы тебя к вождю отвел, - обиженно начал Микеле. - Чисто теоретически, кто выступает в роли вождя? - спросил Фло и сразу же добавил, - Только не говори, что на кухне Со сидит и наблюдает за этим идиотизмом. Микеле только сильнее засмеялся. - Нет, что ты! Сейчас покажу, - сказал Мике и умчался на кухню за вождем. Через пару секунд он вернулся с тем самым шариком с мордочкой. - Он должен был тебя судить. - И это твоя благодарность за то, что я тебя оживил? - обращаясь к шарику, обиженно спросил Флоран. Усмехнувшись итальянец сел рядом связанным Фло. - Ну, не ругайся, зато я тебе благодарен, - улыбаясь сказал Микеле и поцеловал Мота в нос. Смутившись, Фло попытался улыбнуться. - Может, ты меня развяжешь? - спросил Флоран. - А зачем? Ты сейчас такой милый, беспомощный! - с хитрой ухмылкой произнес Локонте и ушел в другую комнату. - Локонте, башка ты разноцветная, быстро развяжи меня! - прокричал Фло. - А волшебное слово? - Быстро. Петух ты недорезанный, – зло произнес Мот. - Я обиделся, - пропищал Микеле. - Господи, ты решил поиздеваться надо мной? Или что? Где я так провинился? Я же никого не убивал, я даже ни одну лягушку не съел! – обращаясь к потолку, разглагольствовал Фло. - Я все ещё обижен. И если ты будешь разговаривать с потолком, то всю ночь пролежишь связанный. - Дорогой Микелюшка, будь так любезен поднять свою пятую точку, подойти ко мне, твоему лучшему другу, и развязать, иначе я включу Сальери и отравлю тебя нахрен! - сказал Фло. Из комнату выплыл Микеле и, все ещё обиженный, подошел к Флорану: - Ты больше не будешь меня обижать? - Нет, не буду, - все больше злясь, произнес Мот. - Хорошо, я отпущу тебя. Но ты меня покатаешь, - серьезно сказал Микеле и развязал руку пленнику. - Что?! Ты совсем свихнулся? Я тебе не лошадь. - Ты моя собственность, - заявил Микеланджело. - Что?! - брови Фло улетели на Марс, - Какая ещё собственность? - Ну, вот же, - указывая на надпись на животе, сказал итальянец, - Так что катай меня, моя лошадка, - слово "моя", Микеле выделил. – Ну, Фло! Ну, Флоша-лошадь, ну, пожа-а-алуйста, - стал канючить Локонте. - Хорошо, только не ной, - сдался Фло. И он покатал его. И ещё долго катал, пока просто не свалился без сил. - Спасибо тебе, Фло, – гладя свою "лошадь", сказал Мике, - За то, что ухаживаешь, отдельное спасибо. - Нет, больше я тебя катать не буду, я устал, - размазавшись по полу, сказал Флоран. - Спи, моя лошадка, - произнес Микеле. И Мот уснул на полу. Мике не оставил свою лошадку мерзнуть на твердом и неудобном полу и принес ему одеяло и подушку и... лег рядом. Не оставлять же такую лошадку одну. Украдут.