Если

Разгоняя наваждение, Тэхён помотал головой. И откуда в нём эта драматичность? Пожалуй, он просто не привык к таким разговорам. Конечно, Минхёк тоже мог сказать что-нибудь об отношениях и симпатиях, но у него это всегда получалось холодно, цинично, как будто на самом деле ни один из озвученных романов его не трогает. Может, в его жизни просто не было такой влюблённости, как у Чонгука к… Юсону? Парню. Когда это произошло? Разве Чон интересовался парнями? Хотя, Чонгук ведь не говорил, что он интересуется. Просто рассказал про Юсона. Тэхён помотал головой снова. Он только сильнее запутывался. Попытавшись переключиться, Ким поставил плейлист для практики. Сначала сделал растяжку, потом попытался танцевать, но продолжал возвращаться в разговор с Чонгуком. В то, как он телом заканчивал свои мысли, делал их более значимыми, ощутимыми. С Юсоном Чон тоже танцует. Как-то по-особенному, не так, как с Тэхёном, который «давно не друг». Впрочем, теперь, они, кажется, дружат. Или завтра опять будут игнорировать друг друга? Последний вариант понравился Тэхёну больше. Зачем ему знать о делах Чонгука, о его успехах или неудачах? Зачем слушать про Юсона, который испортил Чонгука, вызвав в нём нетрадиционные влечения к своему полу. «Я чувствую себя особенным, когда он рядом; смотрит на меня так, словно я — единственный во всём мире». Чонгуку, пожалуй, льстило поклонение. Наверное, и Тэхёну оно бы пришлось по душе. Мунбёль не баловала его даже банальным вниманием. Неудивительно, что Чон влюбился. В парня. Это всё ещё казалось диким. Когда это произошло? Задумавшись, Тэхён не сразу уловил, что у его танца появилась идея. Резкие, несвойственные ему движения, движения вдохнувшего в него страсть к танцу (танцу ли) Чонгука, выделяли ритм песни, которая прежде никогда не вызывала желания что-то рассказать. Наклон, поднятая рука, устремившаяся вверх голова, тело напряжено, а затем резко падает, будто Тэхёна подстрелили. Так и есть. В голове крутился сюжет о человеке, которого поймала шальная пуля чужой перестрелки. Откуда эта история? Как из неё выбраться? Тэхён остановился и переключил песню. Незнакомое чувство жгло грудь. Потанцевав ещё немного, Ким собрался и ушёл. Настроения не было, тело казалось деревянным и больше не слушалось. Никогда не слушалось, если он пытался думать над тем, как двигается. Дома он был около девяти. Не хотелось заниматься ничем. Надо бы подготовиться к семинару по истории искусств, но никакая информация не запоминалась. Тэхён смотрел танцевальные практики, чтобы отвлечься, но мысли блуждали вокруг какой-нибудь чепухи. Вроде ужина, о котором Тэхён кое-как вспомнил, когда, осматривая комнату, думал о Чонгуке. Спустя почти год они вроде как общались, но впечатления от этого были скорее неприятные. У них разная жизнь, разные увлечения. Столько необсуждённых историй теряется в памяти, если вы пропадёте на неделю, две, месяц. Они давно друг другу чужие люди. Но то, как легко Чонгук пошёл на контакт, как легко Тэхёну было с ним — не это ли лучшее свидетельство, что Тэхён неправ? Они всё ещё на одной волне, хотят рассказывать и слушать истории своего прошлого, настоящего, будущего. Тэхён осёкся. Разве? Это говорил не разум, а утратившее голос сердце, которое снова училось видеть. Около десяти Тэхён решил позвонить Чонгуку. Он и сам не мог объяснить, откуда возникло это желание и что оно значило. Просто хотелось удостовериться, что Чон в порядке. Этот Юсон… Кто знает, что у него в голове? Тэхён не всегда понимал даже себя, а тут вообще какой-то неизвестный человек, которому, похоже, нравится Чонгук. Нравится в каком-то неправильном смысле, о котором Ким старательно пытался не размышлять, но размышлял всё равно. «Нравиться». Что это значит? Тэхёну нравились белые цветы. Любые — совсем без разницы. Тонкие или крупные жёсткие лепестки, переходящие в зелёный стебель, капельки воды из пульверизатора. В доме они часто были — мама тоже танцевала: балет. Её уважали коллеги, боготворили поклонники, обожал отец — самый нетворческий член семьи, работающий в строительной фирме. И все дарили цветы. И немного конфеты. Они Тэхёну не нравились. Тэхёну нравилась Мунбёль. Даже, пожалуй, больше чем просто нравилась. Он был влюблён. Сейчас чувство немного ослабло, но Ким всё ещё был неравнодушен. Неужели Юсону Чонгук нравится так же? Но это ведь тоже пройдёт? Всегда проходит. Чонгук не ответил. Сбросил. Ким позвонил снова, снова сбросили. — Что за… — нахмурился Тэхён. — Какого хрена? Нет, теперь Чонгук должен прибегать по первому его зову. Они ведь пытаются дружить — так это и должно работать. И Тэхён, конечно, тоже постарается, если не будет занят. Ким присмирел. «Занят»… Видимо, Чон занят. Юсоном? Что они делают? Интересно или наоборот не хочется знать? Неосознаваемая месть велела набрать номер Мунбёль. В отличие от Чона, она подняла трубку. Правда, разговор получился пустой, скучный. Дела хорошо, ничего нового, долго не сиди, ты тоже, спокойной ночи. Разве что «люблю тебя» Тэхён оставил при себе. Теперь это неуместно, они ведь расстались. Но, если так и дальше пойдёт, могут опять сойтись. Мунбёль отвечает на звонки и сообщения — это хороший знак. Просто чудесный. Только никакого удовлетворения это Тэхёну не принесло. Он всё ещё был на что-то зол. Чёртов Чонгук. Как он смеет скидывать, когда ему звонит Тэхён? В двенадцать, когда Ким уже (беспокойно) спал, раздался звонок. Увидев имя Чонгука, Тэхён не задумываясь сбросил. Чего он звонит? Ещё и в такой час. Чёртов, чёртов Чонгук! Поставив телефон в самолётный режим, Ким накрыл голову подушкой. «Класс. Теперь я ещё и не усну. В жопу такую дружбу». Но Тэхён уснул быстро. Спал без сновидений, проснулся по будильнику, чувствовал себя разбитым, но всё равно вышел на пробежку. Аппетита опять не было. Чонгук напомнил о себе только в обед. Как ни в чём не бывало подошёл к столу, за которым сидели Тэхён и Минхёк, и заговорил. — Эй! — Чон возбуждённо подёргал Тэхёна за плечо. — Я звонил, прости, наверное, было поздно? Набрал сразу, как мы разошлись. КимТэ?.. Ким продолжил ковыряться в своей тарелке, но соблазн поднять глаза на Чонгука был велик. КимТэ. Точно. Юсона Чон называет КимЮ. Ему, видимо, безразлично, какой Ким перед ним. — Оу, вы снова общаетесь? — удивился Минхёк. Чонгук попытался заглянуть в лицо Тэхёну, а потом вскинул бровь и, явно погрустнев, хмыкнул. — Видимо, снова нет, — он постоял ещё несколько секунд и отошёл. — Мы, конечно, плохо знакомы, — заговорил Минхёк, — но я не замечал у него признаков психических расстройств. Как так вышло, что он считает вас друзьями, а у тебя по этому поводу иное мнение? — А тебе какое дело? — взорвался Тэхён, порывисто вставая. Тарелка со звоном опрокинулась. — Чего неймётся? Дружим или нет — какое вам всем дело? — Угомонись, самурай, — усмехнулся Ли, откидываясь на спинке стула. — Я безопасности твоей задницы не угрожаю. — Что? — Тэхён непонимающе уставился на Минхёка и сел, не замечая, как бульон из-под лапши капает ему на штаны. — Мой гей-радар зашкаливает, когда я вижу Юсона и Чонгука вместе, — мечтательно вздохнул Ли. — Такие невинные… Обожаю это состояние перед первым разом, — покашляв, Минхёк вернулся к Тэхёну. — Ты же из-за этого так разнервничался? Тоже заметил и теперь опасаешься, что один раз гей — всегда гей? Вряд ли это работает так. Мне показалось, он действительно хочет с тобой дружить. Тэхён промолчал. Значит, наклонности Чонгука и Юсона — совсем не секрет? Или Минхёк блефует? Он умеет и любит манипулировать, вынуждая людей откровенничать. Но Тэхён не так прост. Нет, он не скажет, что совсем не волнуется за сохранность своей пятой точки, не станет спорить, утверждая, что совсем не нервничает, не будет спрашивать, почему Минхёк уверен, что между Чонгуком и Юсоном ничего не было. «Состояние перед первым разом». Тэхёна передёрнуло. Он снова встал. — Пойду… — …переоденусь, — подсказал Минхёк. — У тебя штаны протекли. Либо ты был так зол, что перестал себя контролировать, либо ты пахнешь соевым соусом. Лучше бы второе, потому что от первого сложнее отмыться. — Ага, — рассеянно кивнул Тэхён, не оценив каламбур Минхёка. Повезло, что следующей парой была практика. Не повезло, что это будет совместная пара с Чонгуком. И Юсоном. Вернее, с их группой, но сейчас Тэхён соберётся с духом и… поймёт, что он идиот? «Что, в сущности, случилось? Он пошёл на свидание, ты позвонил, он, очевидно, занимался тем, чем обычно занимаются на свиданиях — тебе ли не знать, КимТэ? — и ты обиделся? И сейчас он просто пытался рассказать, как всё прошло. Будь я хорошим другом, порадовался бы за него, а не обижался, что между любимым человеком и мной выбрали не меня. Ведь я делал так тоже. Много раз. Правда, вот к чему это всё в итоге привело». Тэхён переоделся и сел на скамейку раздевалки. Теперь стало стыдно. Это снова вызвало мысль, что общение с Чонгуком не приносит никакого удовольствия. Наоборот. Только негатив. Но общаться всё равно хотелось. Обычно Тэхёну нравились совместные занятия. Опыт двух преподавателей, новые люди и их уникальные движения, которые потом можно будет использовать в своей хореографии. Или наоборот — сделать вывод, что так Тэхён делать не станет. Полезно. Да, очень полезно. Ещё бы не Чонгук, который стал красной тряпкой для Тэхёна. Раньше Ким и не замечал, как близко они сидят. То есть, Чонгук и Юсон. Неприлично близко. Ким повернул голову налево. Минхёк был совсем рядом, но это не выглядело не так, иначе. Почему-то. Тэхён старался смотреть только на своё отражение, но продолжал улавливать взаимодействие Чона и Юсона. Они хорошо смотрятся вместе. Гармонично. Потому что между ними есть химия, делающая дуэты успешными. Но, когда за пятнадцать минут до конца пары хореографы, Тэмин и Пьёнгон, предложили в импровизации использовать полученные знания и выбрать пару, Тэхён решил разбить прекрасный дуэт. — Можно выбрать партнёра из другой группы? — спросил Тэхён. Впервые за полтора часа взгляд Чонгука метнулся к нему. Непонимающий, растерянный. — Так даже лучше, — мягко улыбнулся Тэмин, проследив за направлением внимания Кима, но ничего не сказав. Если бы Тэхён решил дать Тэмину прозвище, он назвал бы его пантерой. Огромной дикой кошкой, следящей за своей жертвой, чтобы в момент слабости произвести атаку. К счастью, Тэмин был тактичен и не нападал при всех. Да и чего бояться Тэхёну? Он просто хочет поговорить с Чонгуком. Или предложить Юсону — посмотреть на реакцию Чона? И заодно познакомиться с будущим парнем друга. Если верить Минхёку, к этому всё и идёт. Или послать их всех и остаться с Минхёком?