the absence of the eye of God

— Чайльд, — произнёс холодный, низкий женский голос, отразившийся эхом по полупустому залу. Не дожидаясь следующих слов, мужчина опустился на одно колено, опустив голову вниз перед Царицей. Последний раз Тарталья оказывался в таком положении несколько месяцев назад, когда отчитывался о своём последнем задании лично Крио Архонту. За это время в приёмном зале Царицы ничего не изменилось: ледяные полы всё также отражали поверхность над собой; трон, на котором восседала высокая женщина, находился в том же идеальном состоянии; даже поза Царицы была точно такой же, как в прошлый раз. Смотря на неё, Тарталье казалось, что она сама выкована изо льда: её кожа была настолько тонкой, что при желании можно было разглядеть сердечно-сосудистую систему — настолько она была схожа с хрусталем. С другой стороны, Аякс задавался вопросом, зачем наделять кровеносной системой существо, обладающее бессмертием? Лишь от Первого Предвестника он узнал, что это лишь иллюзия, которую Крио Архонт создала в своём теле. — Да, Ваше Величество? — его голос не был схож с тем, который слышала его семья при бытовом диалоге. Сейчас в нём не было ни намёка на веселье, он звучал твёрдо и уверенно, может, немного хрипловато из-за низкой температуры в зале. Женщина, восседавшая на троне из такого же льда, была очень высокой, выше Тартальи или любого другого мужчины в Снежной. Её лицо абсолютно ничего не выражало, оно было застывшим, лишь глаза могли сказать, в каком настроении она прибывала. Однако её ярко-голубые глаза, которые пронизывали до последней косточки в тазобедренном суставе, почти всегда смотрели остро и гордо. Из-за такого взгляда большинство приходящих к Царице чувствовали себя некомфортно и даже ужасно. Чайльд был своего рода исключением, он был готов на всё ради своего Архонта и ему было глубоко плевать, как она будет на него смотреть. Ему не нужны были её восхищение или похвала — ему хватало того, что она позволила служить себе и выполнять все её приказы. Можно было бы подумать о том, что у Одиннадцатого Предвестника явный фетиш к тому, чтобы над ним доминировали, но это было совершенно не так. Тарталья не смотрел на Царицу, как на женщину. Он видел в ней лишь сильного правителя, которому хотелось служить до конца жизни. Аякс всегда отзывался о ней, как о нежном и добром правителе, несмотря на то, что его отзывы не соответствовали действительности. Но даже так мужчина был твёрдо уверен в своих словах, дополняя, что после одной трагедии Царице пришлось ожесточить свою нежную натуру ради обычных жителей Снежной. — Пора начинать действовать по плану «Семь королевств». — её голос звучал приказно и был пронизан льдом, как и всё её тело и душа. — Синьора уже отправилась в Мондштадт для заключения договора. Твоя цель — Ли Юэ, регион Властелина Камня. — Только мирное подписание договора о переходе региона в ваше управление Вам подойдёт? — спросил Чайльд, заранее зная ответ на этот вопрос. Царица не сводила с него глаз во время их аудиенции, будто пыталась прочитать его мысли. — В Ли Юэ сейчас небезопасно… — начала Крио Архонт, не давая чёткого ответа на поставленный вопрос. — По моим думам, Адепты захотят проучить слишком наглых людишек из Цисин. Воспользуйся этим. Тарталье так и хотелось спросить о том, действительно ли Адепты существуют и не легенда ли это?Однако он понимал, что подобные вопросы он сможет задать другому человеку и явно это будет не Царица. — Да, Ваше высочество. — поднимаясь на ноги и откланиваясь, произнёс Предвестник. — Педролино посвятит тебя в детали. — на секунду замолчав, женщина продолжила. — Не забывай, для чего мы это делаем и кто наш враг, Чайльд. Ступай.

***

«Кто наш враг…» — пронеслось эхом в голове Предвестника, наблюдая за тем, как миллелиты объявляют о чрезвычайной ситуации в городе и просят не покидать свои дома. Когда Аякс только вступил на службу Фатуи, он думал, что их настоящие враги это Архонты из других регионов. Немного повзрослев, парень начал считать, что это Орден Бездны. Здесь он не ошибся, Бездна действительно считалась одним из самых страшных врагов не только для Снежной, но и для всего Тейвата, которого нужно было уничтожить. Но у Царицы были свои старые счёты, которые она не могла спустить с рук. Поэтому врагом номер один остаётся Небесный Порядок. По словам Крио Архонта — это безымянные боги, которые не участвовали ни в создании Тейвата, ни в великой войне, как и в других войнах тоже. Но именно они приложили свою руку к исчезновению расы Каэнри’ах и к созданию Ордена Бездны, якобы для уравновешивания порядков Тейвата. План «Семь королевств», разработанный Царицей и Первым Предвестником, является первым шагом к уничтожению Ордена Бездны и Небесного Порядка. Крио Архонт собирается взять под контроль все семь регионов для ведения войны, и неважно, мирным способом или же не совсем. Чайльд по началу задавался вопросом, почему его правитель не хочет заключить договор с другими Архонтами? Ведь так было бы гораздо проще и не пришлось бы применять силу. Лишь через какое-то время Предвестник понял две вещи: первая, что никого не интересуют такие глобальные цели. Каждый Архонт варится в собственном мире и его мало волнуют проблемы за границами собственных владений. Например, правитель Инадзумы — Райдэн Сёгун — её ничего не интересует, кроме постоянства своего правления, поэтому она выпускает глупые указы и разбирается лишь с мелкими проблемами (по мнению Царицы). Или же Анемо Архонт, который бросил свой регион на произвол судьбы, аргументируя это свободой своих желаний (за это Крио Архонт не переносит Барбатоса). Даже если объяснить им всем всю серьёзность ситуации, никто из них не оторвётся от выдуманных ими же проблем. Вторая вещь — нет лучше военного лидера, чем Царица. Архонт самых холодных земель, в котором выживает сильнейший, будет вести людей за собой намного лучше, чем другие Архонты. Поэтому сегодня цель Предвестника подписать договор с лидером группировки Цисин, о том, что регион Ли Юэ переходит в подчинение Крио Архонта. Этот день наконец-то настал: сколько ему приходилось сидеть в тишине и ждать, пока Адепты соизволят действовать? Конечно, это были лишь мысли Царицы, но она никогда не ошибалась ещё на памяти мужчины. И в этот раз тоже. Прошло чуть меньше недели с боя Итэра и Люмин, но по ощущениям прошло несколько лет. Над городом располагалась огромная тёмная туча, в которой плавал Нефритовый Дворец. На коже уже ощущались первые капельки дождя, но этого было явно недостаточно, чтобы заставить Тарталью развернуться и отсидеться в доме. — Господин Предвестник, каков план действий? — прозвучало со спины мужчины, что заставило его обернуться. Обычно к нему так обращались лишь подчинённые, но теперь так обращался и Итэр. Тарталья ощущал всю ту ненависть, которая исходит от подростка к нему, и ему это даже частично нравилось. Когда тебя ненавидят, но и сделать тебе ничего не могут — не прекрасное ли чувство? Парень не только прожигал взглядом мужчину, но и делал различные подлянки, якобы случайные: например, нагрел пустую чашку, чтобы Чайльд обжёг себе руку или сильно заточил лезвия бритвы, чтобы мужчина потом несколько дней ходил с царапинами на лице. Тарталья в свою очередь не спешил пресекать такую деятельность, ему было интересно, как далеко может зайти его ученик. Не так уж и далеко, ведь самой жестокой подлянкой оказалась яма, вырытая во дворе и прикрытая листвой, в которую Чайльд успешно провалился. Правда, самым неприятным моментом было не смывать с себя грязь, а каждый раз при попытке остаться с Люмин наедине получать облом от её брата, который всячески не давал им побыть вдвоём. Наверное, из-за последнего он понимает, что долго так тоже продолжаться не может и ему придётся поговорить с Итэром, но точно не сегодня. — Все мои подчинённые остались в банке, я приказал им не высовываться оттуда. — Чайльд начал рассказывать план действий, — Наша с вами цель помочь Цисин отразить атаку Адептов. — Помочь? — непонимающе переспросил Итэр. — Именно, что помочь, — ответил мужчина, вглядываясь в надвигающуюся бурю. — Если мы внесём больше пользы, чтобы сохранить город, чем Цисин, Нин Гуан придётся подписать со мной договор. — Так уверены, что она согласится? — самодовольно хмыкнул подросток, подходя к краю крыши. — У неё попросту не будет выбора, а если даже она попробует сопротивляться, то мне придётся немного надавить аргументами. Другими словами, чем больше мы сделаем, тем больше шансов, что уже завтра мы вернёмся в Снежную. Последнее предложение Тарталья сказал, не подумав, и лишь когда он осмыслил сказанное, он почувствовал, как у него ёкнуло сердце. Нет, он бесспорно хотел домой, увидеться с семьёй, но… по возвращению из Ли Юэ, Люмин и Итэр перестанут быть его учениками. Люмин, кажется, тоже это понимала — сжатая ткань платья в кулачке говорила сама за себя. — В таком случае, мы сделаем всё возможное, господин Предвестник. — ядовито выплюнув последние два слова, поклонился Итэр и спрыгнул вниз. Они находились на одной из крыш домов в Ли Юэ, несмотря на то, что первая оборона была распределена за пределами города. Тарталья не видел смысла идти аж туда, все равно у того отряда нет шансов на победу. Мужчина более чем уверен, что основные боевые действия будут проходить не в городе, а над ним. — Ая… кхм, Тарталья, — девушка позвала Предвестника, заставляя того не просто обернуться, а подняться на ноги и подойти к ней. — Мы правда уже завтра можем вернуться в Снежную? Чайльд подошёл достаточно близко, чтобы прикоснуться, но недостаточно, чтобы это выглядело как домогательство с его стороны. Люмин была немного напугана, что выдавал её бегающий взгляд. — Ну… не совсем. Ещё будет немного бумажной работы, но я думаю, что в течении нескольких недель… — Аякс видел, как с каждым его словом взгляд золотистых глаз потухал всё сильнее, становился всё безысходнее. — Люми. Девушка подняла голову, когда услышала своё имя и почувствовала, как чужая рука легла ей на голову, начиная поглаживать её по волосам. Улыбнувшись краешками губ, Аякс наклонился и оставил быстрый поцелуй на губах у девушки. После того, как Люмин отвела смущенный взгляд, Предвестник продолжил: — Подписание этого договора очень важно для всех нас… поэтому давай сейчас сосредоточимся на приказе Царицы, а после обсудим возвращение в Снежную. В ответ девушка кивнула головой, а в её глазах загорелась решимость. Ничего больше мужчина не успел сказать, как услышал громкий грохот. Обернувшись, он увидел почти что над собой огромную прозрачную платформу, на которой начинала разворачиваться битва с одним из Адептов. Люмин хватило лишь взгляда Тартальи, после чего она тоже спрыгнула на землю и направилась к появившейся платформе. Адептов должно было быть три и, скорее всего, каждый из них будет нападать на разную часть города. Они хотят разбить Цисин на несколько групп, чтобы показать их лидерам, насколько они слабы по одиночке. Поэтому Тарталья, недолго думая, решил отправить своих учеников на разные платформы и самому отправиться на третью, последнюю. Сначала он беспокоился о том, что их могут убить в настоящем бою, но с другой стороны их задача вмешаться уже в самом конце. К тому же, если кто-то будет стоять на грани жизни и смерти, они подадут сигнал ветровым потоком, чтобы Чайльд смог вовремя помочь им. Направляясь к третьей платформе, которая появилась прямо над главной площадью, Чайльд вспоминал о том, как боялся, что Цисин смогут справиться и сами. В тот момент Люмин подала отличную идею, которую он без сомнений утвердил в их плане. Главное, чтобы они не заметили раньше времени, кто им под ноги «палки» бросает. Однако сейчас, ощущая, как по оголённым участкам кожи попадает вода от сильного дождя, Тарталья внутренне ликует. Это значило то, что один из лидеров группировки уже не сможет вести бой в полную силу из-за своего элемента — Кэ Цин со своим Электро Глазом Бога точно не противник в таких условиях, её саму током поджарит. Вопрос с тем, как остаться незамеченным на пустой платформе тоже быстро решился. В течении последней недели Чайльд усердно учил своих учеников полностью сливаться со своим элементом. Многие владельцы Глаза Бога сказали бы, что так умеют лишь те, кто используют в бою катализатор, но Чайльд явно не был такого же мнения. Если сильно постараться и захотеть, можно и на Луну полететь — великая пословица Снежной, которой руководствовался Тарталья в момент обучения. И возможно действительно так оно и есть, ведь сейчас Люмин в прямом смысле была ветром — прохладным ветром, кружившимся на месте, рядом с начинающийся битвой между Адептом и… стоп, что, оно похоже на страуса? Это явно была птица на высоких длинных лапках, окрас её пёрышек был белым, но где-то можно было увидеть и голубой оттенок. Напротив этой птицы стояла Кэ Цин с явно недовольным выражением лица. Вокруг неё находилось несколько миллелитов и пару неизвестных людей из группировки Цисин, которые дрожали от страха или от холода. Итэр лежал маленьким и явно не заметным камушком на краю платформы, чтобы не раздавили случайно. На его территории боя находилась секретарь Цисин — Гань Юй, тоже несколько человек из стражи и всё. Напротив них стояла птица с непонятной окраской, на высоких лапках. В их случае ситуация не выглядела напряжённой или так казалось из-за спокойного выражения лица Гань Юй? В любом случае, Итэр явно не знал, чего ожидать от этого боя. Над самой большой платформой, расположившейся над центром Ли Юэ, висела маленькая капля, сливавшаяся с остальным потоком капелек. Тарталья выбрал очень хорошую позицию для наблюдения: он видел, как с правой стороны от него стояла Нин Гуан, позади которой витал Гео элемент, а с левой находился Адепт, сильно напоминающий оленя. Бой должен был начаться с минуты на минуту и Предвестник уже был в предвкушении: прошло много времени с последней захватывающей битвы. Не хотелось думать о собственных проблемах, планах Царицы и заговорах Предвестников — хотелось лишь насладиться боем со стороны — а если повезёт, то и поучаствовать в нём. — Жалкая девчонка. — произнесло первое существо с платформы, вокруг которой парила Люмин, взмахивая крылом и поднимая бурю в сторону Цисин. Кэ Цин, не ожидавшая такого начала, чуть было не улетела вниз, но во время среагировала и вонзила свой меч себе под ноги, тем самым создавая для себя точку опоры. Ей пришлось использовать свой элемент, чтобы лезвие меча могло пройти сквозь платформу — и теперь её руки мелко бьёт дрожью от полученного удара заряженного тока. — Мы докажем вам, что Ли Юэ больше не нуждается в вашем покровительстве! — выкрикнула девушка, вытаскивая из платформы свой меч и бросаясь с ним вперёд… — Серьёзно? Лучница? — проговорила существо человеческим голосом, делая несколько шагов вперёд. — Ты же наполовину Адепт, но тем не менее сражаешься за людей, почему? Гань Юй, не желая отвечать на вопрос, сделала выстрел: вместо одной ожидаемой стрелы, вылетело три, каждая из которых летела в одну единственную цель. Однако её они так и не достигли, ведь первые попавшие капли дождя, заморозили Крио стрелы, из-за чего они разбились об платформу. — Какого? — непонимающе прошептал полу-адепт, натягивая ещё одну стрелу. Гань Юй была уверена, что позаботилась о том, чтобы дождь не вступал в реакцию с её элементом, но почему-то прошлые стрелы сейчас лежат осколками льда перед ней. — Ты думала, что я не усилю потоки ветра, чтобы заморозить твои стрелы? — наклонив длинную шею вбок, спросил Адепт. — Как наивно, можешь теперь не отвечать на мой вопрос… — Неужели исчезновение Гео Архонта заставляет вас забыть о контракте? — слова Нин Гуан разлетаются по округе, но Адепт перед ней будто и не слышит её. — Вы обязаны защищать Ли Юэ, а не рушить его! Адепт в виде оленя ничего не ответил, лишь стукнул своим копытом по платформе, заставляя ту идти мелкой дрожью. Женщина хотела было подняться на свою платформу, созданную из Гео элемента, но неожиданный сильный толчок не даёт ей этого сделать. Нин Гуан, чуть ли не падая, со всей силы бьёт рукой по полу, заставляя небольшую часть платформы заполниться камнем. — Мы не отказываемся от условий контракта. — начал говорить Адепт, когда несколько заряженных камней пронеслись мимо него. — Но мы считаем, что Ли Юэ будет лучше только под нашей защитой и ничьей больше… Когда Кэ Цин была уже близка к тому, чтобы нанести удар незаряженным мечом по Адепту, Люмин использовала Анемо стихию, заставляя лезвие пройти в нескольких миллиметрах от своей цели. — Ты не можешь попасть по стоящей цели, как ты собралась мне что-то доказывать? — насмешливо проговорил Адепт, пиная, в буквальном смысле, девушку своей тонкой лапкой. Кэ Цин отлетела чуть ли ни на другой конец платформы, к счастью для неё, миллелиты успели её словить. Нефритовое Равновесие не могла понять, что это было, ведь она точно целилась в противника, а не в сторону. — К чёрту! — выругалась девушка, поднимаясь на ноги и останавливаясь посреди поля для битвы. — Плевать я хотела на твоё мнение! После такого громкого заявления, Кэ Цин в прямом смысле заискрилась Электро элементом, не обращая никакого внимания на жгучую боль по всему телу от реакции Гидро и Электро. Она выглядела ужасающе: горящий алый взгляд, подсвечивание от использования элемента, сжатая линия губ. Ей хотелось кричать от боли, но вместо этого она в очередной раз ринулась вперёд, достигая свою цель за считанные доли секунды, из-за чего Люмин не успела среагировать. Она ухватилась своей рукой за глотку Адепта, пропуская через руку заряд тока… Погодные условия тоже были не на стороне Гань Юй, из-за чего той пришлось прибегнуть к применению другой силы. Она не хотела изначально тратить свои силы Адепта, но в такой ситуации у неё попросту не остаётся выбора. Её скорость вышла за рамки человеческой, из-за чего Итэр успел несколько раз потерять девушку из виду, но как только Гань Юй оказалась слишком близко к своей цели — непохожей саму на себя, с ледяным взглядом и вытянутыми губами в букву «у» — подросток использовал свою нынешнюю форму: камешек столкнулся со стрелой, которую девушка натянула на тетиву и была готова уже отпустить её в голову Адепта — при столкновении Итэр воспользовался Гео стихией, усиливая тем самым удар и ломая стрелу пополам. Сам Итэр приземлился на другой конец платформы, в то время, как Гань Юй, оказалась прижата лапкой Адепта к полу. — Ты уже больше человек, нежели Адепт. Твоя форма слишком слаба. — безразлично произнёс Адепт, не давая девушке возможности подняться на ноги. — Если продолжишь в том же духе, я убью тебя… Бой Нин Гуан и главного среди Адептов длился дольше остальных. Каждый из них действовал аккуратно, внимательно наблюдая за противником. Но это не помешало Чайльду напакостить лидеру Цисин: то вода окажется перед ней и она чуть не упадёт лицом вниз, то капли дождя становились схожи с градом, из-за чего женщина начинала промахиваться своими камнями. Предвестник видел, что и без его «палок» у лидера Цисин не было и шанса на победу, но все равно продолжал пакостить — это приносило ему удовольствие. Однако всё быстро закончилось, когда все три платформы были соединены одной. Никто из участников и наблюдателей боя не понял, что произошло, пока посреди только сформировавшейся прозрачной платформы, не появился человек. Наверное, человек: своей спиной, которая скрывалась под белым плащом с капюшоном, он был похож на человека, но его руки напоминали лапы дракона, хорошо, что не по размеру. — Все в центр. — это прозвучало тихо, но в то же время, как приказ. Будто невидимая сила стянула всех участников перед загадочным человеком, оставляя между Адептами и Цисин немного пространства. Кэ Цин без сознания повалилась на руки Нин Гуан, в то время, как её противник пытался общипать себя от обгорелых перьев; Гань Юй тоже облокотилась головой на плечо лидера Цисин, пытаясь прийти в себя после использования сил Адепта; Остальные два Адепта стояли, как ни в чём не бывало, будто не они сейчас дрались за Ли Юэ; одни миллелиты стояли в сторонке, пытаясь не упасть в обморок от страха. — Фатуи, вы тоже. От последних слов Цисин сразу вздрогнули, даже полумёртвая Кэ Цин с ожогами на теле. Тарталья не понимал, что происходит, но появился на поле боя с усмешкой на лице. Он вместе со своими учениками остановился позади загадочного человека. Осмотрев быстро подростков, Чайльд заметил на щеке у Итэра большой синяк. Видимо сломать стрелу было не так просто. — Фатуи?! Какого чёрта! — начала было Кэ Цин, но её рот во время закрыла рука Нин Гуан. Сейчас Фатуи были не первой их проблемой. — Довольно. — проговорил тихий голос, после чего мужчина снял с себя капюшон. Чайльд не видел лица говорящего, но увидев лишь затылок, до него начало доходить, кто способен на такое вмешательство. — За несколько лет моего отсутствия, вы чуть не разрушили город, устроили войну с Адептами и ввязали в это другой регион. Похвально. — Гео Архонт… — прошептала Люмин, не веря своим глазам. Тарталья только кивнул ей в ответ. — Фатуи, — обернувшись лицом к Предвестнику и подросткам, начал Моракс. — Я сам поговорю с Крио Архонтом, вам не зачем здесь больше находиться. Его лицо было строгим, но Итэра больше удивляло то, что он похож на человека. Единственное, что говорило о том, что он является Архонтом — его руки и неестественно яркие золотистые глаза. Да уж, бой прошёл совсем не так, как представлял его Чайльд, из-за вмешательства Властелина Камня, но уже ничего не попишешь. Лучше лишний раз не попадать в заварушку, как бы сильно того сейчас не желал Предвестник.

***

Гео Архонт сказал правду, он действительно поговорил с Царицей напрямую и они заключили контракт. Несмотря на то, что Ли Юэ оставался под контролем Моракса, он предоставит всё необходимое для ведения войны: людей, оружие, мору и даже собственную силу. На этом работа Одиннадцатого Предвестника заканчивалась в Ли Юэ, но возвращаться домой он не спешил, да и Царица дала ему несколько недель на завершение письменных отчётов и руководство работой банка. Кто бы мог подумать, что работа, которую от него требовали, сама выполнилась за один день. Чайльду было даже обидно, что всё решилось без его вмешательства. Закрывая за собой двери банка, мужчина был удивлён встретившей его тишине. Обычно, на первом этаже всегда стоял гул из-за недовольных граждан или бегающих Фатуи, но сегодня почему-то никого не было. Даже Екатерины, которая не сдвигалась ни на метр от стойки во время рабочего дня. Чайльд решил ещё раз проверить, выйдя из банка, и убедившись в том, что даже Нади нет на своём месте, мужчина недовольно нахмурил рыжие брови. Либо это была чья-то глупая шутка, после которой ни у кого не будет и минуты на отдых — Предвестник об этом позаботится, либо кто-то напал на банк? Но тогда где следы боя? Всё стоит на привычном месте, нигде нет царапин, крови или потерянного оружия. Недоумевая о том, что происходит, Тарталья поднялся на второй этаж, который также пустовал. Пустые рабочие столы, несколько открытых окон, но нет никакого беспорядка или хоть одного намёка на борьбу. Последняя дверь, находившаяся в конце коридора, вела в его кабинет — и это была единственная дверь, которую он ещё не открывал. Положив ладонь на ручку двери и опустив её, Чайльд думал о худшем: например, что на его столе сидела Нефритовое Равновесие, наполовину в крови и смеялась, как сумасшедшая, приговаривая, что она всех убила. Конечно, такой вариант маловероятный, и Тарталья это понимал, но не невозможный. Как только мужчина переступил порог, послышалось несколько громких хлопков, заставивших его материализовать водяные клинки в своих руках. Но уже через несколько секунд на его лице оказался разноцветный серпантин, сразу за которым включились светильники. Все пропавшие члены Фатуи, которых Чайльд успел похоронить в своей голове, находились в его кабинете: Екатерина с Надей стояли сбоку, с лопнувшими хлопушками в руках, несколько членов организации со слишком маленьким рангом и канцелярские работники, имена которых Тарталья не узнавал. Напротив него стояли близнецы с большим тортом в руках. — С днём рождения, господин Одиннадцатый Предвестник! — прокричали все собравшиеся, после чего несколько членов Фатуи подожгли свечки, вставленные в торт. Чайльд был приятно поражён. Не потому, что он запрещал праздновать свой день рождения, как та же Синьора, которая всеми силами пыталась скрыть свой возраст или потому, что в прошлые годы подобного не устраивали. Просто он и забыл, что сегодня уже двадцатое. Как-то с напряжённой ситуацией между ним и одним из учеников и разборками с Цисин было не до того, чтобы заглядывать в календарь. — Я и забыл. — со смешком произнёс Тарталья, растворяя в воздухе клинки, лишь несколько капель воды упало на пол. — Спасибо. Подойдя к своим ученикам, мужчина обратил внимание на количество свечек, которые были в торте. Ему показалось, что их было слишком много, но быстро пересчитав их глазами, он понял, но нет — ровно двадцать пять. Кажется, это уже он слишком старый, что приходится такое большое количество свечек вставлять. — Загадайте желание, Тарталья. — сказал Итэр, как только взгляд Предвестника остановился в одной точке. — Больше не злишься на меня? — спросил Чайльд, не замечая в голосе своего ученика ничего кроме радости. — Сегодняшний день исключение. Тарталья перевёл взгляд на Люмин, но та лишь кивнула. Вернувшись к торту, мужчина набрал побольше воздуха, после чего задул им все свечи за один раз. «Хочу, чтобы нити между нами никогда не разорвались, Люмин». Как только свечи затухли, послышался восторженный гул среди подчинённых. Через какое-то время, когда торт был поделен между всеми собравшимися, и когда большая часть вернулась к своей работе, в кабинете осталась лишь Люмин и Екатерина. Надя ушла самой первой, ведь на ней лежала задача охраны, поэтому она не могла больше задерживаться. Итэр же покинул кабинет с каким-то из мужчин, усердно с ним споря из-за своей длины волос. — Все поздравления и подарки у вашего стола, господин Чайльд. — последнее, что сказала секретарь перед выходом из кабинета. Отставляя свой кусок торта, Тарталья уселся на своё место, желая как можно быстрее разобрать поздравления. Он, конечно, любил сладкое, но прочитать письмо от своей семьи сейчас хотелось намного больше. Девушка хвостиком подошла к стулу, где сидел Предвестник, не желая куда-либо уходить. Достав все пришедшие письма и положив их на столе, Тарталья одной рукой обвил талию Люмин, усаживая её на колени к себе спиной. Ему тоже не хотелось, чтобы она уходила. Писем было достаточно, но большинство из них это чистая формальность, даже от тех людей, которые его на дух не переносят. Например, во всей этой куче была открытка от той же Кэ Цин, которую явно отправляла не она сама. Первое письмо с небольшой посылкой, которое заинтересовало мужчину, было от Шестого Предвестника. Хоть они друг друга недолюбливали, подарки на такие дни всегда отправляли щедрые. Правда те люди, которые хоть раз имели дело со Скарамуччей, не поверили бы в то, что он может кого-то с чем-то поздравлять, и уж тем более что-то дарить, и отчасти были бы правы. Тарталья уже и сам не помнит, с чего это всё пошло, но теперь каждый год они единственные из Предвестников, кто поздравляет друг друга с днём рождения. «С днём рождения, псина». — да уж, Шестой никогда не был многословен или любезен, но спасибо на том, что хотя бы сам написал, а не заставил какого-то подчинённого. — Псина? — вопросительно произнесла Люмин, читая письмо вместе с Чайльдом. — Это особенный титул для именинника? Аякс тихо рассмеялся в волосы девушки от такого вопроса. Теперь он понял, почему не хотел, чтобы она уходила. — Это оскорбление. — немного успокоившись, ответил Предвестник. — Но в моём случае, с самыми добрыми помыслами. Отложив бумагу в сторону, Тарталья принялся за распаковку коробки. Внутри лежала большая, даже слишком, бутылка огненной воды с ещё одной запиской: «Ты же застрял в Ли Юэ, хотя бы в этот день выпей чего-то достойного». Скарамучча угадал, в Ли Юэ алкоголь может и вкусный, но он не способен довести Чайльда до опьянения. Хмыкнув, он убрал бутылку в нижний ящик своего стола — на потом. Следующее письмо было от Тони, как обычно она писала от всей семьи, передавая ото всех привет. Оно было не большим, в нём не было ни новостей, ни сплетен, лишь поздравления и пожелания. Лишь на обратной стороне мужчина увидел в скобочках следующее предложение: «Тевкру очень понравился твой подарок, он с нетерпением ждёт твоего возвращения». А чуть ниже: «Как и все мы». Этого было более чем достаточно для Аякса — знать о том, что его ждут, поэтому он быстро свернул письмо в несколько раз, убирая его в один из карманов внутри пиджака. — Твоя семья тебя очень любит. — улыбнувшись, произнесла Люмин, разворачиваясь лицом к мужчине. — Я их тоже люблю. — притягивая девушку ближе к себе за талию, ответил Чайльд. — И не допущу того, чтобы судьба, написанная чёрт знает кем, стала явью. — Не допустим. — поправила Люмин, перед тем, как их губы соприкоснулись и слились в поцелуе, нежном и трепетном. — У меня для тебя есть подарок… Чайльд удивился, услышав это. Он не помнил, чтобы давал моры ей или Итэру, так откуда подарок? Девушка лишь смутилась, будто прочитала его мысли, но все равно положила в его ладонь что-то гладкое и небольшое. Раскрыв руку, Тарталья увидел звёздную ракушку светло-синего цвета. Такие можно встретить на побережьях Ли Юэ и они не являются особой редкостью, но тем не менее, Люмин подарила именно её. — Когда я её увидела, она мне напомнила о тебе. — произнесла девушка, когда молчание слишком сильно затянулось. — Поэтому мне захотелось тебе её подарить… — Знаешь, любой подарок от тебя мне понравится, тем более эта ракушка. Спасибо. — от чистого сердца ответил Аякс, обнимая Люмин и не давая ей возможности усомниться в этом. — Через две недели, когда мы вернёмся в Снежную, я поговорю с Первым Предвестником о возможности оставить вас под моим обучением. Люмин тихо промычала в знак согласия, ещё крепче обнимая мужчину. Возможно, ей хочется сейчас чего-то большего, но она не знает, стоит ли заходить так далеко. Она даже не понимает, не страшно ли ей. Но девушка чувствует, что если она сама не сделает первый шаг, то Тарталья не решится, боясь навредить ей. И она делает его. Отстранившись от мужчины, Люмин заглядывает в голубые глаза Предвестника. Не холодные, не пугающие, наоборот, они смотрят со всем теплом, на которое способны. Чайльд замечает её отблеск решительного настроя лишь на секунду, ведь после неё, Люмин целует его, напористо, слегка неумело, сразу же углубляя поцелуй. Мужчина не сопротивляется, наоборот, отвечает, скользя своим языком по чужому — ему интересно, что задумала Люмин и насколько далеко она хочет зайти. Возможно, попробовала бы это девушка в другой ситуации, Чайльд сразу же отстранился бы, но сейчас, будучи расслабленным под действием местного алкоголя — не опьянённым, расслабленным — который Люмин сразу же ощущает на вкус, стоит мужчине столкнуться с ней языком. Тарталья даёт возможность ей зайти дальше обычного, и себе тоже. Они не заходили дальше той ночи в Мондштате, и если честно, Тарталья надеялся, что и не зайдут. Не потому, что она ему не нравится или что-то подобное, просто в его глазах она всё ещё была подростком, который сегодня спросил значение слово «псина». Физическая близость слишком важна для девушки в первых отношениях, по крайней мере, по его мнению, и он не хочет, чтобы Люмин потом жалела об этом. Но сейчас, когда девушка сама проявила инициативу, он позволяет себе немного больше обычного. Одна его рука ложится на поясницу девушки и слегка надавливает, заставляя её тем самым выгнуться, пока вторая опускается ниже и не закидывает подол платья выше. Он чувствует, как Люмин вздрогнула, но продолжает, опуская обе руки на ягодицы и сжимая их. Его руки направляют Люмин, заставляя её двигаться вперёд-назад по уже вставшему члену, однако от самой девушки не послышалось ни звука, даже движения языком она остановила. Перед тем, как разорвать поцелуй и посмотреть на реакцию Люмин, Аякс последний раз сжимает её ягодицы, в какой-то мере наслаждаясь этим процессом. Ему хотелось бы продолжить, очень хотелось, но интуиция кричит о том, что следует остановиться, пока не поздно. Отстранившись от лица девушки, мужчина видит в её золотистых глазах самый настоящий испуг. Его взгляд расфокусирован из-за алкоголя и нахлынувшего возбуждения, но этого испуга более чем хватает, чтобы привести его в чувства. — Теперь ты понимаешь, что ещё не готова. — хрипло произносит Аякс, отсаживая девушку назад. — Я готова… — возразила Люмин, но её резко перебили повышенным голосом: — Не ври мне, ты дрожишь как осиновый лист! — Хорошо… — разбито пробормотала Люмин, вскакивая с колен Предвестника и быстрым шагом выходя из кабинета. Последнее, что промелькнуло в её глазах перед выходом, было обидой, но Чайльд не мог поступить иначе. Он не собирается брать её силой, чтобы доказать правоту своих слов. — Перебесится и вернётся. — обозлённо произнёс мужчина, доставая из нижнего ящика подарок Шестого Предвестника. Лучше уж так, чем иначе.