Эффект бабочки

      Дилюк проснулся, когда солнце давным-давно встало.       Он вернулся довольно поздно — ближе к зиме создания Бездны становятся агрессивнее. Из-за Ли Юэ и их претензий лагерей хиличурлов вокруг города стало ещё больше. Если раньше никто не мог предположить, что эти тупые существа могут понимать нормальный язык, то сейчас…       Сейчас, Рагнвиндр уверен, всем управляют маги Бездны. Они точно в курсе всех новостей континента, ведь без них они не смогли бы строить козни всему живому.       Винодел потёр глаза ладонями и сел на кровати. Где-то внутри заныло сердце, оповещяя, что день пройдёт ужасно. Из-за морозов несколько виноградников перемёрзло, так что урожая от них осенью можно не ждать. Только сжечь. Где-то внизу хлопотали горничные, взволнованно о чем-то перешептываясь. Дилюк, приведя себя в порядок, захватил бумаги из кабинета. Сегодня в таверне много дел, несмотря на маленькое количество посетителей в последнее время. Иногда заходят искатели приключений, чтобы пропустить стаканчик чего-нибудь крепкого. Рыцари и обычные горожане практически не появляются—слишком заняты городом и его делами за границами. Зима в этом году и правда беспощадна.       Задумавшись, Рагнвиндр не заметил как в кабинет постучали. Аделинда, с привычно холодным выражением лица, держала на предплечье ручного сокола. Птица, гордо подняв голову, осматривала хозяина и комнату.       — Небольшое сообщение из Мондштадта, мастер Дилюк, — спокойно проговорила горничная, одним движением снимая записку с лапки птицы.       — Благодарю, — винодел отвернулся и раскрыл клочок бумажки. Аделинда молча закрыла дверь, а на плечо аккуратно сел сокол, смирно ожидая указаний.       Предчувствие никогда не обманывало. Дилюк в этом убедился, когда прочитал первое слово. Обычно Джинн пишет медленно, выводит буквы острым пером, боясь наставить клякс. Почерк в записке обрубленный, так, словно послание писали на коленке. Если учитывать то, где сейчас находится действующий магистр, возражений не находится. Быстро пробежавшись глазами, Рагнвиндр цыкнул. Снова проблемы рыцарей, морозы, а ещё Кэйа.       О, Архонты, как же он устал.       Совсем недавно этот синеволосый вихрь был ранен. Дилюк приходил к нему несколько раз, когда узнал, что раны открываются через сутки. Барбара предупреждала, что капитан и вовсе не сможет дожить до весны.       У Рагнвиндра пробежали мурашки по спине. Что тогда, что сейчас.       Непонятное чувство после таких слов пробудило совесть. А ещё страх.       Неприятные картины, где Кэйи нет в живых…будоражили кровь. В плохом смысле. Ведомый таким чувством, он просидел у койки не одну ночь. Даже за руку подержал, когда было совсем худо. А потом пришла Лиза с собственной наработкой. Она не смогла поставить капитана на ноги в считанные часы, но раны стали заживать быстрее. Спустя несколько дней критический этап отступил. Тогда и надобность в визитах отпала и Дилюк больше не приходил.       А сейчас снова проблемы. И снова с Кэйей. Судя по записке, Альберих перестал выходить на работу. Горожане его не видели последние несколько дней. Даже ночью. Следовало поговорить с Чарльзом. Может он видел этого синеволосого бездельника?..       Помассировав виски пальцами, Рагнвиндр выдвинулся из поместья в город, не забыв дать указания рабочим. Замерзшие виноградники нужно убрать, а оставшиеся накрыть деревянными щитами, чтобы не пропустить снег к корням. Из-за снегопада протоптанные дорожки замело, кое-где остались нагруженные телеги–люди, не выдерживая морозов и ледяного ветра уходят в ближайшие деревни. А потом возвращаются за своими вещами, продолжая путь. Когда Дилюк добрался до Спрингвейла, то первыми, кого он встретил, были разъярённые охотники. Дичи стало меньше, вода в роднике замёрзла, а торговцы из Мондштадта подняли цены на продукты в два раза. Серая бытовуха. Мужчина тяжело вздохнул, лавируя в потоке обиженных жителей.       В Монде ситуация ещё хуже. Рыцарей в три раза меньше, город без управления, жители без защиты. Сегодня ночью на Тростниковых островах было сражение, поэтому раненых в соборе Фавония стало в два раза больше. Судя по запискам уцелевших, Ли Юэ сейчас находится в чужих руках. Госпожу Нин Гуан не видели третьи сутки ни на поле боя, ни в городе. Так, словно она исчезла. Или её похитили.       Путь до таверны оказался быстрым. Даже Хоффман не встретился.       Дилюк дёрнул дверь за ручку. Не поддалась. Мужчина нахмурился и сунул бумаги во внутренний карман сюртука. Попробовал открыть двумя руками. Послышался едва заметный хруст. Дверь примерзла. Рагнвиндр цыкнул и, сосредоточившись на энергии пиро, надавил ладонью на ручку. Через минуту под дверью собралась лужа. И это была лишь мелочь, которую Дилюк не любил в зиме…       Чарльз встретил его с заметным напряжением. Протирал бокалы чересчур энергично, а ещё чуть не расхлопал бутылку вина. «Полуденную смерть» между прочим.       Винодел тяжело вздохнул и сел на барный стул, локтями опираясь о столешницу.       — Доброго дня, мастер Дилюк, — поприветствовал мужчину бармен, отставляя стакан в сторону. — Случилось что-то плохое? На Вас лица нет.       — Мелочи жизни, — хмыкнул Рагнвиндр. — Я принёс доработанные отчёты, касающиеся таверны. Передашь их доверенному лицу из рыцарей.       — Конечно, — Чарльз спрятал бумаги под стойку. — Госпожа Лиза недавно заходила. Просила передать Вам это.       Дилюк нахмурился, когда перед его глазами появилась лилия калла. Один единственный цветок. Лепестки уже были сухими, растение медленно погибало в духоте огромного здания. Такое одинокое… Словно весь мир против него. Готовы затоптать его, а потом насмехаться над ужасным видом, что мог раскинуться прямо перед глазами. Рагнвиндр тяжело вздохнул, помассировав пальцами переносицу. Он спал очень плохо. В голову лез всякий бред, который сейчас играет на его нервах.       —  Госпожа Лиза ничего не сказала по этому поводу? — винодел аккуратно повертел в руке цветок, ощущая еле заметный цветочный запах. Даже при смерти лилия отдаёт всю себя. Дилюк скрипнул зубами.       — Лишь сказала, что Вы сами все поймёте, — загадочно произнёс Чарльз и задумчиво потерел пальцами подбородок. — А ещё передала, что будет ждать Вас в библиотеке штаба Ордо Фавониус.       Рагнвиндр задумался. Значит дело все же в Кэйе. Что же такого смогла найти библиотекарь? Анонимная лилия калла без явных намёков, встреча в библиотеке, скрытый смысл передаваемого послания… Идеальная схема не менее идеальной женщины. Не будь она так ленива временами…       — Закрой сегодня таверну пораньше, — обратился винодел к мужчине, который аккуратно переставлял стеклянные бутылки с разноцветными наклейками в алфавитном порядке. — А завтра не приходи. Остальным займусь я.       — Как скажете, мастер Дилюк.

***

      — Я и не думала, что ты догадаешься так просто, — с наигранным удивлением проговорила Лиза, быстро пролистывая какой-то фолиант и кидая взгляды на фигуру в дверном проёме.       — Жаль, что ты начала сомневаться в моих способностях, — с наигранным разочарованием ответил Дилюк, скрещивая руки на груди.       Тишина. Такая мертвая, не естественная. По дороге в штаб винодел не раз отмечал для себя полупустые улицы Мондштадта. Почти нет патрулирующих рыцарей, людей на торговой площади можно пересчитать по пальцам на одной руке. Даже животные поразбегались по закоулкам и домам, прижимая уши и хвосты к телу. Рагнвиндр и сам почувствовал на себе странное давление. Странное ощущение, требующее подчиниться. Заснуть, чтобы прекратить действо.       Город медленно засыпал, терял бдительность. Только кому это на руку?..       Мужчина тряхнул головой, сосредотачиваясь на ведьме роз, которая с заметной уверенностью собирала небольшую сумку. Закидывала различные порошки, зелья, травы… Да, со стороны она выглядела как настоящая ведьма…       — Выпей это, — Лиза быстро сунула в руку Дилюка флакон в виде капли, наполненный серой жидкостью.       — Ничего не хочешь мне сказать? — нахмурился винодел, сжимая в руке флакон, но все же не решаясь выпить таинственное зелье. Дилюк всегда с подозрениями относился к странным флаконам и их содержимому. Только после одного инцидента его опасения лишь оправдались и приняли следующую фазу, где доверять нельзя никому. Иногда даже себе…       Лиза, сжимая ручки небольшой серой сумки, что больше походила на мешок, поравнялась с мужчиной и рукой смахнула с чужого плеча невидимую пыль. На её лице не было того обычного спокойствия, которое можно было наблюдать в обычный день. Да, она тоже боялась за будущее города. Не раз она отправляла зелья собственного приготовления на военную точку, зная, что помощь там нужна всегда. Джинн не отступает, но и не стремится нападать. Капитаны также не боятся выложиться на полную, показывая свою военную мощь. Держали миллелитов в ежовых руковицах, держали на месте. Если умирать, то всем.       — Есть у меня одна идейка, которой я не могу поделиться, — задумчиво проговорила библиотекарь, выходя в огромный холл ордена. Справа — кабинет Джинн, слева — библиотека, а сзади лестница, что вела на второй этаж. Там, Дилюк знает, расположены остальные кабинеты. В том числе капитана кавалерии. — Я уверена в ней на восемьдесят процентов, но мне все ещё нужно больше доказательств.       — Что будет, если твои догадки не оправдаются? — хмыкнул Рагнвиндр и скрестил руки на груди. — Или ты, госпожа библиотекарь, как всегда ничего не договариваешь?       Лиза громко рассмеялась, прикрыв рот ладонью в шёлковой перчатке. В холле не было рыцарей. Только тик настенных часов. Такой противный, что Дилюк каждый раз непроизвольно морщился, обещая себе и штабу испепелить это орудие пыток к чертям.       — Какого Вы плохого мнения обо мне, мастер Дилюк, — библиотекарь хихикнула. А затем, помолчав минуту, сменила тон на более враждебный. В воздухе витало напряжение, а по спине, винодел уверен, ползли электро змейки, грозясь залезть в шикарную красную шевелюру и ударить посильнее. Лиза, скрестив руки на груди, отзеркалила позу мужчины. — Вам просто нужно увидеть это. А после у Вас не останется никаких сомнений.

***

      Дилюк, словно тень, чинно шёл за Лизой, иногда кидая настороженные взгляды на пустые улочки. Шли они в сторону квартир капитанов Ордо Фавониус. Винодел это понял, когда женщина, опасливо озираясь, проскочила в полураскрытые ворота. Квартиры, находясь в некотором уединении от остального города, выглядели чересчур одиноко и серо. На крышах при солнце блестела яркая красная черепица, но сейчас, под грозовыми тучами, окружающий мир лишь наводил тоску. Дилюк неприятно поёжился, но все же последовал за Лизой.       Во внутреннем дворе уже расположились рыцари званий помладше, рыская по углам и привлекая обычных горожан. Выглядело все так, словно происходило срочное расследование. Рагнвиндр нахмурился, замечая некое волнение новичков.       У входа в квартиру капитана кавалерии парочку задержал Отто, не забывая отдать честь прибывшим. Лиза мило улыбнулась и увела рыцаря в сторону, иногда кивая головой в сторону Дилюка.       Мужчина задумался.       Как он вообще оказался в этой ситуации?       Ступает на территорию рыцарей, поддерживает библиотекаря ордена, даже идёт вместе с ней решать некие дела. У Дилюка, между прочим, тоже много дел, но лилия, что все это время лежала во внутреннем кармане, не давала сделать шаг назад. Каждый раз, когда Рагнвиндр вспоминал о цветке, сердце слабо ныло. Мозг постоянно подкидывал сравнение. Неприятное сравнение, которое злило мужчину ещё больше.       Дилюк не должен помогать ему. Но все равно идёт, потому что… волнуется? Нет. Что-то совсем другое.       Рагнвиндр тряхнул головой, отгоняя назойливые мысли. В любом случае, ему просто любопытно. Здесь, на этой территории, он лишь гость, который просто спасает жителей Мондштадта. Никому ведь не пожелаешь быть жертвой Бездны…       Первое, что заметил Дилюк, когда вместе с Лизой зашёл в квартиру—тишина. Такая, что в ушах раздавался неприятный писк. Но, что было удивительно, ни в одной из комнат не было пустых бутылок, которые рыцарь любил иногда оставлять на полу. Везде было чисто, а из спальни доносился еле заметный аромат лилий.       — Что мы здесь делаем? — тихо спросил винодел, но через секунду получил в ответ лишь чужое шипение.       Лиза ступала аккуратно, заглядывая во все комнаты. Коротко над чем-то хмыкала и записывала в небольшой дневник, который притащила с собой из ордена. Следующее, что почувствовал Дилюк–некая усыпляющая аура. Её и так было полно на улице, но здесь… Здесь концентрация странной энергии была наибольшей. Рагнвиндр уверен, что каждый неподготовленный рыцарь или обычный человек, зашедший сюда, неминуемо отключится и распластается на полу. Также винодел чувствовал, что энергия пиро борется с таинственной силой. Противостояние проходит неприятными мурашками по спине и заставляет волоски на затылке шевелиться. От ужаса и неизвестности, конечно же.       Дилюк нахмурился, сжав руки в кулаки. Если источник непонятной энергии здесь, то нужно быть готовым к битве. Но Лиза, словно прочитав чужие мысли, подозвала двух солдат, что стояли у самого входа—охраняли квартиру от непрошенных любопытных гостей. Рыцари отдали честь и чинно зашагали в спальню, становясь у входа. Теперь уже никто не войдёт. И даже не выйдет.       Выждав несколько минут, библиотекарь взглянула на настенные часы, которые у капитана висели прямо в коридоре. Секундная стрелка не шла по кругу, а отбивала свой ритм. Походил он больше на чье-то сердцебиение.       На входе в спальню Рагнвиндр натолкнулся на знакомую накидку. Мех был мокрым, поэтому стал выглядеть как облезлая кошка. Где-то у комода валялись позолоченные наплечники, а голубая жилетка накинута на зеркало. Скорее похоже на последствия торнадо, чем на пришествие странного существа.       Винодел цыкнул, когда заметил открытое окно. Белоснежные тюлевые занавески развевались на ветру, позволяя холодному воздуху проникать в комнату. В спальне температура была на несколько градусов ниже. И этот холод был достаточно ощущаем. А ещё весь страх и ужас наводил лёгкий иней, расположившийся на поверхностях мебели и коже.       Кстати о капитане…       Кэйа спокойно спал, положив одну руку на живот. Синие пряди разметались по подушке, а где-то рядом расположилась перчатка. Другая куда-то пропала. И выглядел парень так невинно, что сердце в груди неприятно сжалось.       — Что с ним? –хмуро спросил Дилюк, когда Лиза подошла ближе и села на край кровати. Прощупала пульс на шее, а затем из сумки достала небольшой холщовый мешочек с каким-то синим порошком.       — Он спит, — с усмешкой ответила женщина, высыпая немного порошка на руку.       — Я прекрасно вижу, что он спит! — с раздражением ответил Рагнвиндр, инстинктивно делая шаг вперёд. — Что происходит, Лиза?!       Библиотекарь тяжело вздохнула и промолчала. Аккуратно взяла руку капитана, что лежала на животе, и лёгким движением втерла немного порошка в кожу. Через пару мгновений на ладони засветился непонятный символ, который постепенно выкрасился в чёрный.       — Так и думала, — грустно произнесла Лиза, возвращая чужую руку на место. — Наш красавец капитан стал заложником монстра Бездны.       — Что? — Рагнвиндр был способен только на один вопрос. Раздражение и страх смешались вместе, превращая мужчину в обеспокоенного подростка. От упоминаний Бездны зубы неприятно сводило. Хотелось кого-нибудь ударить, чтобы зуд с ладоней быстро прошёл.       — Та аура, которая наполняет людей сонливостью и есть проделка Ордена Бездны, –объясняет библиотекарь, вставая с кровати и оглядывая комнату. — Мы думали, что город под защитой, но оказалась некая трещина, сквозь которую монстры и набежали.       Дилюк нахмурился, не сводя взгляд со спокойного лица Кэйи. Никаких эмоций, только грудная клетка еле-еле приподнимается, доказывая, что человек все ещё жив.       — И что же это за трещина? –заинтересовано спросил Рагнвиндр, теперь уже наблюдая за Лизой в открытом дверном проёме в ванную комнату. Библиотекарь осмотрела полки, провела ладонью по полу и, нащупав воду, заметно огорчилась.       — Трещина — наш малыш капитан, мастер Дилюк, — ответила женщина, доставая тот же мешочек с порошком. — Я хорошо изучила отчёт того дня, когда во время переговоров с дипломатами Ли Юэ миллелиты забили тревогу. Я все ещё не понимаю, что в том гроте могли делать твари Бездны, но, если подумать логически, можно предположить, что все было подстроено.       Синяя дорожка растянулась от спальни до ванны. Медленно исчезая, пятна демонстрировали нечто другое–светящиеся следы. Очень много маленьких следов, что были похожи на шаги ребёнка. Они заполнили почти всю спальню. Даже на раме зеркала остался небольшой след. Да, похоже здесь неплохо похозяйничали.       — Маги надеялись, что хоть кто-то забредет в грот? — Дилюк пытался выстроить логическую цепочку. Правда пытался. В голове даже всплывали его визиты к раненому Кэйе, но поток обрушившейся информации бил по вискам не хлеще дикой головной боли. — Надеялись хоть к кому-то прицепиться?       — Вы сегодня удивительно проницательны, мастер Дилюк, — Лиза улыбнулась, но через минуту вновь нахмурилась. — Верно. План, возможно, и состоял в том, чтобы пробраться в города с помощью людей, которые охраняют королевства. Странно только, что в пещере, где нашли капитана, концентрация монстров была наименьшей.       Рагнвиндр скрестил руки на груди, оглядывая следы на полу. У него не было планов играть в детективов с библиотекарем Ордо Фавониус, но чем больше шёл разговор о Бездне, тем напряжённее становился мужчина. Всё шло к безоружности города, ведь опасность теперь нависла над ним каким-то усыпляющим туманом. И ведь никто и не захочет становиться марионеткой ужасных тварей, желающих подчинить себе все на свете.       — Хотя, я понимаю почему, –неожиданно хмыкнула Лиза, подходя ближе к Кэйе и вновь разглядывая метку на чужой ладони. — Печать. Должно быть наш новый монстр в Бездне совсем недавно. Раньше мы таких не встречали, но по уликам, что он оставляет, можно составить его приблизительную картину.       — Чем можешь поделиться?       — Могу сказать, что у чудовища есть восхитительный нюх на чужие проблемы, — начала женщина, задумчиво касаясь пальцем губ. — Он появляется неожиданно, скорее в сновидениях. Запугивает жертву, а потом предлагает что-то одно: исправление своих же ошибок или исполнение желаний. Мы не можем знать, что выбрал капитан, поэтому наш круг действий сужается.       Дилюк неприятно поёжился. Он знал что Кэйа выбрал. От этого на душе стало ужасно тяжело. Нечто давило на грудную клетку, закрывая доступ к кислороду. Хотелось выйти на улицу, подышать свежим воздухом, чтобы придти в себя… Дилюку было ужасно плохо от осознания. Там, внутри…       — …печать он явно оставил как метку для себя, — продолжала Лиза. — А ещё, возможно, он умело передвигается между реальностями. Или просто управляет временем жертвы. Мокрая накидка, возможно, лежит здесь не больше часов четырёх, а в ванне до сих пор вода. Если бы мы пришли чуть раньше, то смогли бы взглянуть на нашу цель…       — Когда он появится снова? — Рагнвиндр перебил библиотекаря.       Женщина задумалась и взглянула в открытое окно. Солнце было в зените. День все ещё продолжался.       — Не знаю, — Лиза легко пожала плечами. — Нам остаётся лишь приставить охрану и по очереди дежурить.       Разумное решение.       Но довольно неудобное.       — Если мы останемся здесь, на одном месте, то что будет с другими жертвами монстра?       — Ничего плохого, — успокоила женщина, выходя из спальни. Дилюк последовал за ней. — Чудовище не может за раз контролировать большое количество людей, поэтому будем надеяться, что сэр Кэйа пока что единственный претендент на бесконечный сон.       Единственный претендент…       Что будет, если Кэйа не сможет выбраться из чужих оков?       Он… навсегда заснёт?..       — Что будет, если он не справится? — осторожно спросил винодел, останавливаясь в прихожей, поднимая на Лизу тяжёлый взгляд.       Женщина ответила безразличием на дне зрачков. Она мастерски управляла своими эмоциями. Так профессионально, что все тело мужчины неконтролируемо задрожало от страха. Но почему… Предательство, долгие года разлуки, а теперь уже непрекращающиеся перепалки…       Дилюк знал ответ. Он не хотел потерять единственного родного человека. Хотел поговорить с ним, но глубокие залежи гордости всегда брали над ним верх, грубо затыкая рот и кидая неприятные оскорбления. Неведомая сила строила стены между ними, отмахивала Альбериха от Рагнвиндра. А сам Дилюк не знал чего хотел. Постоянное метание сделало его слабым, безвольным. Но, зная, что близкому человеку грозит опасность, сможет ли винодел взять себя в руки?..       — Если он не справится, — Лиза сделала небольшую паузу. — Он умрёт.       Подросток внутри забился по углам, рыдая навзрыд. Внешне Дилюк лишь резко выпрямился, как струна, не прекращая смотреть женщине в глаза.       — Я тебя понял, — сухо ответил мужчина.       И снова тишина… Лиза окинула Рагнвиндра с головы до ног и в приободрящем жесте коснулась плеча ладонью.       — Завтра рано утром у ворот Мондштадта окажется ещё один букет цветков иллюзий. Я делаю из них порошок, чтобы раскрывать чары, влияющие на сон. До этого времени побудьте с сэром Кэйей, мастер Дилюк, — библиотекарь грустно улыбнулась. — Вы нужны ему сейчас. Он скучает.       —Да, –тихо ответил винодел, когда дверь закрылась. Стража ушла вместе с Лизой. Он теперь один.       Один вместе с Кэйей.       В спальне намного холоднее, поэтому Дилюк поспешил закрыть окно.       Скинув сюртук на кресло в углу, мужчина беспомощно сел на край кровати, грустно разглядывая лицо рыцаря. Страх, страх и только страх наполнял лёгкие. Можно ли считать, что Рагнвиндр тоже виноват в том, что в городе теперь орудует новый монстр Бездны? Кто-то явно скажет «нет». Но Дилюк скажет яростное «да».       Когда ты беспомощен, ты перекладываешь всю вину на себя.       Дилюк дрожащими пальцами коснулся чужой руки, что свободно лежала на одеяле.       — Во что же ты вляпался, Кэйа, — огорченно прошептал Рагнвиндр и переплел свои пальцы с чужими.