Гордые Бессмертные

      Иногда, появляясь неожиданно, Мобэй-цзюнь вот так похищал лорда с пика Аньдин. Когда это случилось впервые, Ло Бинхэ уже занял Дворец Тьмы и наступил своим тяжёлым сапогом на Южное и Западное Княжества.       Шан Цинхуа никогда не забыть их первой встречи.       Тронный зал Дворца был пуст. Мобэй-цзюнь, видя, как синеют от холода губы заклинателя скинул меховой плащ и укутал маленького лорда. Губы Шан Цинхуа раскрылись в удивлении. Он не мог отвести взгляда от синих ледяных глаз.       – Это он и есть? Твой человек? – раздался позади насмешливый юношеский голос.       Лорд Аньдин вздрогнул. Он точно уже слышал его раньше!       Мобэй-цзюнь кивнул в ответ.       Шан Цинхуа побледнел: этот юнец научил его величество всем этим... непотребствам?! Обернувшись, заклинатель пристально взглянул на незнакомца. Перед ним стоял молодой человек. Он был гибок и казался изумительно изящным в чёрном ханьфу с серебряной вышивкой. Безупречный белый кант оттенял нефритовую кожу так, что та сияла изнутри. Обсидиановые глаза смотрели в лицо лорда Аньдин с насмешкой. В них промелькнуло узнавание, а затем – удивление.       – Шишу Шан! – расхохотался юный демон. – Кто бы мог подумать, что это окажешься ты!       Развернувшись, мальчишка двинулся к центру зала, говоря о делах царства тьмы.       А Шан Цинхуа никак не мог вспомнить, кто же это. Узнал его, зовёт шишу¹. Но у лорда Аньдин достаточно шисюнов. Целый десяток. Кому же принадлежит этот щенок? Нет, кому он может принадлежать?!       Заклинатель присмотрелся, пытаясь выяснить это по поведению. У юнца были изящные манеры. Его речь стремительна и правильна. Он ещё не мог носить гуань, ему, скорее всего, девятнадцать. Как он сюда попал? Во время Собрания Союза Бессмертных? Тогда, это один из тех, кого считают мёртвым?       Мальчишка сжал пальцами переносицу, раздумывая над чем-то и тут Шан Цинхуа осенило – Шэнь Цинцю! Ядовитый цветок Цинцзин имел такую привычку! Просто поразительно, как похоже! На Собрании Союза Бессмертных и впрямь погиб его личный ученик. Подожди-ка, он никак не мог вспомнить его имени. Что-то связанное с холодом. Ледяная река?.. Бин-хэ... Ах, точно, Ло Бинхэ! Мальчишку звали Ло Бинхэ!       Поговаривали, лорд Цинцзин здорово ненавидел его и без конца подвергал издевательствам. И... и даже насилию. Шан Цинхуа не сводил глаз с юнца. С Мобэй-цзюнем тот держался насмешливо и фамильярно, то и дело невзначай касаясь плеча или задумчиво захватывая прядь волос.       Ледяной демон реагировал до странного спокойно, словно... словно их связывает близость. Неужели... Неужели они... любовники?! Шан Цинхуа, опустив голову, ужаснулся. Эта мысль действительно причиняла ему боль. Он нахмурился, не сразу поняв, что в зале воцарилась тишина.       Лорд Аньдин поднял взгляд, встретившись с синим льдом глаз. На челе ледяного демона разгорался голубой демонический знак. Шан Цинхуа прерывисто вздохнул, ведь это являлось признаком чудовищной ярости.       Ло Бинхэ улыбнулся уголком губ.       – Мы вас покинем, – заявил мальчишка.       «Мы?! – подивился лорд Аньдин. Ничего себе!»       – Ах да, сквозь эти стены всё слышно, – добавил насмешливо Ло Бинхэ. – Но ты можешь установить барьер.       Сердце Шан Цинхуа забилось с неистовой силой. О чём он говорит?       – Нет, – возразил ледяной демон. – Вернусь в покои.       – Пф! Скука... – скис Ло Бинхэ, выходя из зала.       Мобэй-цзюнь, ухватив Шан Цинхуа за плечо, покинул мрачные комнаты.       – Ваше Величество, – прошептал тот, – этого юношу зовут Ло Бинхэ? Он... Он..       Тот с интересом взглянул на заклинателя.       – М? – подтолкнул Мобэй Цзюнь к ответу.       – Он новый демонический император? – выдохнул лорд Аньдин, решившись.       – Ну и что? – спросил ледяной демон, свирепея на глазах. – Это имеет отношение к тебе?       Шан Цинхуа пробрала дрожь. Кажется, Мобэй-цзюнь не думал, что человеку будут интересны дела Царства Демонов. Видимо, он ожидал совсем другого вопроса. Заклинатель сжал руки под полами плаща и, зажмурившись, рухнул на колени. Этот способ иногда помогал избежать гнева его короля.       – Простите, Ваше Величество... этот недостойный... посмел спросить о том, что его не касается!       Получилось плохо. Мобэй-цзюнь так и не выпустил чужого плеча. Лёгким движением он с гневом вздёрнул Шан Цинхуа, поставив на ноги. Демон никак не мог понять – этот человек и впрямь жалок или притворяется таковым?       Лорд Аньдин едва поспевал за быстрым шагом. Пальцы Мобэй-цзюня заледенели. Наверняка на плече останутся синяки. Впервые за то время, что демон вернулся, внезапно появившись на Аньдин, хрупкого лорда обуяло отчаяние. Он ничего, ничего не понимал! Этот ледяной демон не способен любить! Вся его забота ничего не стоит! И этот Шан не желает больше... не хочет его видеть! Не желает испытывать на себе ярость! Не желает терпеть боль!       Шан Цинхуа часто заморгал, испугавшись, что разрыдается. Единственное, чего он сейчас хотел – уйти. И никогда, никогда больше не вспоминать об этом!       Мобэй-цзюнь вдруг остановился и с заледеневшим лицом уставился на Шан Цинхуа. Тот непонимающе смотрел в ответ. Да что не так?!       – Значит, ты хочешь уйти и забыть об этом?       Лорд Аньдин онемел. Его величество мысли научился читать? Он и не заметил, что в отчаянии говорил вслух.       Мобэй-цзюнь не терпел и тени предательства. Эти слова ранили его больнее клинка, вонзившегося в спину. Этот человек... всего лишь человек. Не стоило спасать ему жизнь. Тем более, не стоило говорить ему столь важных слов. Смешно! Разве может ничтожество человеческой расы оценить любовь древнего демона? Какая чушь!       Он был так ранен и зол, что и не взглянул в лицо Шан Цинхуа. Тот был бледен, словно снег и дрожал, как в лихорадке.       Мобэй-цзюнь выпустил его плечо и повернулся к сопровождающему их стражу.       – Вышвырни этого человека в мир людей, – процедил он сквозь зубы.       Шан Цинхуа оцепенел. Он... Он не ударил его?! Вот так развернулся и ушёл прочь?! И... почему же его грудь пронзает такая боль? Разве он сам этого не хотел?       – Ваше... Величество... – выдохнул заклинатель.       Лорд Аньдин так и не сказал большего. Страж за его спиной – командир одного из лучших военных отрядов и начальник стражи Дворца Тьмы, Мо Ван, был племянником печально известного князя Мо Иня. Демон был молод, прекрасен и полон честолюбия. Его характер совсем не подходил для жизни на тёмной стороне. Мо Ван был справедлив и чист, словно утренний снег. Может быть, он единственный видел искреннюю боль на лице человека. Боль, о которой тот, утопая в смешанных чувствах, и не догадывался.       Мо Ван жил в княжестве, соседствующем с Ледяной Пустошью. Он тысячи раз встречался с северными демонами. Мобэй-цзюнь нравился ему, несмотря на свой тяжёлый характер.       Мо Ван осторожно опустил ладонь на плечо лорда Аньдин, приглашая следовать за собой. Из Царства Демонов в Царство Людей вело множество выходов, но все они охранялись заклинателями. Вернуть этого человека незаметно никак не получится. Скорее всего, он будет обвинён в сговоре с царством тьмы и заключён в тюрьму. А, может быть, и вовсе убит. Мо Ван не мог так поступить.       Мобэй-цзюнь будет жалеть об этом. Он может попасть в беду. В последние два года он стал... вспыльчивым. Это стоило обсудить с молодым императором.       Ло Бинхэ удивлённо поднял взгляд на лорда Аньдин. Когда Мо Ван объяснил, чего именно он хочет, мальчишка согласно кивнул.       – Разумеется, ты прав. Подобная неприятность нам совсем не нужна. Мы отправим шишу Шана прямым путем. И Мо-гэ вовсе не нужно об этом знать. Мо Ван, если он спросит, сообщишь, что этот Чжень забрал человека с собой.       Мо Ван поклонился и покинул комнату. Ло Бинхэ ещё раз внимательно взглянул на хрупкого заклинателя.       – Понятия не имею, что у вас там произошло, но, шишу Шан, вижу, уже жалеет об этом. Держи, – мальчишка протянул ему несколько тонких бамбуковых дощечек. – Это талисманы. То, что шишу Шан напишет на своём, тут же появится и на моём. Вот так.       Ло Бинхэ коснулся одной из дощечек. Лорд Аньдин с удивлением прочёл несколько слов на той, что держал в руках.       – Если случится что-то важное, с Царством Демонов можно связаться так.       Ло Бинхэ, взмахнув мечом, рассёк границы миров.       – Иди. Этот коридор выведет тебя прямиком на пик Аньдин.       Кивнув, не смея поднять головы, Шан Цинхуа ступил в плотный сумрак каменного коридора.       Он и впрямь вышел на пике Аньдин. Там царила благодатная тишина и тепло. Только теперь заклинатель заметил, что его плечи до сих пор согревает меховой плащ Мобэй-цзюня. Судорожно вздохнув, он дрожащими пальцами распустил узел лент и, проскользнув в собственный дом, спрятал меха в глубину шкафа.       Никогда больше он не вспомнит о том, что связан с Царством Демонов! Бамбуковые дощечки были небрежно брошены в один из многочисленных ящичков шкафа для свитков. Куда-то рядом с бесконечными таблицами расчётов постройки воздушных замков пика Сяньшу.       Вздохнув, лорд Аньдин осмотрелся. Он отсутствовал совсем недолго, но на столе красовался талисман призыва на Тяньцюань. Шан Цинхуа не любил этот пик. У лорда Цзи было слишком тонкое чутьё на тьму. Выругавшись, он отправился в долгое пешее путешествие на последний, двенадцатый пик гряды Тяньгун. Достигнув павильона его главы, Шан Цинхуа обрёл обычную невозмутимость.       Цзи Цинъюй встретил его утомлённым молчанием. За его спиной возвышался Юэ Цинъюань с таким мрачным выражением лица, что лорда Аньдин пробрала дрожь.       Шан Цинхуа приветственно поклонился, ожидая обвинений в предательстве и едва ли не смерти. Но, кажется, усталость Цзи Цинъюя сыграла на руку лорду Аньдин.       – Шисюн Шан, – слабым голосом произнес лорд Тяньцюань, – мой павильон подвергся разрушительной атаке во время тренировки. Не мог бы шисюн осмотреть повреждения и избавить этого Цзи от неудобств?       Шан Цинхуа поклонился, готовый немедленно взяться за дело.       То, что Цзи Цинъюй назвал атакой, на самом деле снесло дом до основания. Лорд Аньдин задохнулся, представив, какой же мощью должен обладать этот удар!       – Шисюн Цзи, на пик Тяньцюань напала орда демонов?!       – Да нет же! – выдохнул тот, осуждающе взглянув на Юэ Цинъюаня.       – Шиди Шан, этот Юэ не справился с Сюаньсу. Это полностью моя вина. Прошу простить за неудобство. Шиди Цзи, ты можешь расположиться на Цюндин, – вмешался глава секты.       Шан Цинхуа потрясённо молчал. Да узнай глава Цанцюн, что этот Шан приложил руку к гибели Шэнь Цинцю, останется ли от него хоть... что-нибудь?!       Пока эти двое сверлили друг друга взглядами, лорд Аньдин предпочёл сбежать прочь. Пик Тяньцюань требовал постройки нового дома. Для этого ему вовсе не нужно было находиться рядом... с такой смертоносной мощью.       Поздним вечером, закончив все дела, Шан Цинхуа едва нашёл в себе силы забраться в свою деревянную лохань, заменяющую ему ванну, с завистью вспоминая купальню пика Цинцзин. Чуть просушив волосы и натянув бельё, он забрался в постель.       Горькие мысли не давали ему заснуть. Он чувствует себя отвратительно. Так, словно небеса оставили его. Сегодня, возвращаясь с Тяньцюань, он наткнулся на низкоуровнего зверя с пика Байчжань, где их было множество. Но если раньше они не осмеливались и близко подойти, этот завис над хрупким заклинателем оскаленной пастью. От страха у Шан Цинхуа до сих пор дрожали колени. Он только и мог, что уставиться в горящие глаза зверя.       Чудовище было не меньше чжана в холке и напоминало демонического пса. Обнюхав лорда Аньдин, оно перемахнуло через упавшего на колени человека и умчалось в туманную стынь гор.       Неужели всё это время кто-то и впрямь защищал несчастного Шана?Неужели Мобэй-цзюнь целых два года навещал Аньдин под покровом тьмы и молча наблюдал за ним? Зачем?       Не мог ведь его величество и вправду беспокоиться? Подтянув колени к груди и зарывшись в слои одеял, заклинатель задремал. Ему снились синие глаза ледяного демона.       «Я хочу... любить тебя...» – произнесли губы Мобэй-цзюня и цветок боли взорвался в груди хрупкого человека. Вздрогнув, он проснулся. Лицо было мокро от слёз. Впервые лорд Аньдин подумал, что ледяной демон имел в виду вовсе не постельные утехи.       Судорожно вздохнув, Шан Цинхуа зажмурился от боли. Этого ведь не может быть? Пожалуйста, нет! Как же должен чувствовать себя Мобэй-цзюнь после его слов!       Он даже хотел достать бамбуковую дощечку, но никак не мог вспомнить, куда их положил. Побродив по ночному дому, мучаясь отчаянием, беспокойством и одиночеством, Шан Цинхуа забрался в глубину шкафа, вынимая синий меховой плащ ледяного короля. Завернувшись в него, чувствуя знакомый запах, он, наконец, почувствовал себя спокойнее.       Мобэй-цзюнь не станет делать глупостей. Ведь он ледяной демон! Что может с ним случиться? _________ ¹Шишу – младший брат отца. Или наставника.