Гордые Бессмертные

      Шэнь Цинцю приходил в себя редкими урывками. Эти вспышки пугали его до дрожи...       Чужие голоса:       – Ты только взгляни, это же... человек?!       – Одежда ему великовата! Посмотри, это же чистый шёлк! Да мы разбогатеем, продав эти тряпки!       – Свяжи и закинь в седло. Отправимся к градоправителю Юду. Он любит красивые безделушки. И полакомиться человечинкой!       Хохот...       Путы туги. Руки болят от них. Всё вокруг тонет в пыли. Мир искажён и странен! Какие огромные лошади! И всадники – великаны.       Темнота...       Шэнь Цинцю, подтянув колени к груди, лежал на циновке. Наверное, это постоялый двор. Здесь холодно. Он никак не мог понять, что с его телом. Оно... такое хрупкое и... маленькое!       – Эй ты! – слегка пнул его один из мучителей. – Вставай! Мы преподнесём тебя императору. Может быть, взамен он возьмёт нас в охотничий отряд!       Императору?! Паника захлестнула Шэнь Цинцю. Он не мог понять, как оказался в руках этих работорговцев. Последним воспоминанием была пилюля, которую он проглотил во дворце Дунхай Юйгуана...       – Вставай! Нужно как следует отмыть тебя от этой грязи!       Он не одет – завёрнут в грубый плащ, но и тот бесцеремонно сорван огромными руками. Мгновение – и Шэнь Цинцю в лохани с водой.       – Холодная! – содрогнулся заклинатель, стуча зубами.       Демоны-исполины оскалились в дружном хохоте.       Сколько времени он здесь?Неужели Дунхай Юйгуан не ищет его? Почему?       Вымытый докрасна, он, моргая, не мог отвести взгляда от новой одежды. Переводил взгляд на демонов, на одежду, на демонов...       В голове, наконец, щёлкнуло понимание. Хань Ин ведь говорил, что искажение неизбежно. Это... искажение ци вернуло его в детство!       Шэнь Цинцю молча оделся. Спасибо и на этом. Костюм груб и прост, но в нём тепло!       – А зеркало будет? – наивным детским голоском спросил заклинатель.       От хохота едва не обрушилась крыша. Откуда в этой нищете такая роскошь?!       – Во дворце посмотришь. Там точно есть. Император уж, говорят, очень пригож лицом. Вот понравишься ему, может быть он и позволит тебе остаться! А нет, так подарит какому-нибудь советнику.       Демоны ухмыльнулись. В глазах читалась зависть и алчность. Жизнь охотников за редкостями полна опасностей, что не так уж часто приносили доход.       – И как вы попадёте во дворец? – спросил Шэнь Цинцю.       – Дык так и скажем, что добычу принесли из Восточного Княжества. Император охоч до таких рассказов! А уж как взглянуть любит на то, что оттуда смельчаки разные привозят, жуть! Как узнает, сразу и прикажет нас к нему провести!       Мальчишка забавлял их, словно говорящая кукла. Надо же, человеческий ребёнок! Ещё и говорить осмеливается!       Шэнь Цинцю был испуган. Если судить по размеру его собственного тела, сейчас лорду Цинцзин не больше пяти... Он боялся. Боялся так, что стучали зубы! А как не бояться, когда вокруг чуть ли не каждый тебя сожрать готов, когда ты для них словно редкое лакомство!       В этом теле у него почти не было духовных сил! Он не справился бы и с кошкой!       Весь мир вокруг казался огромным и враждебным. Шэнь Цинцю хотелось вернуться во дворец правителя Восточного Княжества или в Цанцюн! Он хотел прижаться к родному плечу!       Демонический император... Это и впрямь Ло Бинхэ? Если это так, у него есть маленький шанс выжить... А если нет? Боги, как страшно!       Но даже если это Ло Бинхэ... Как он сможет объяснить, что произошло? Не использует ли его ученик, чтобы уничтожить родную секту? Император удачлив... Если он и впрямь снял печать со своей крови, безумие овладело им. Овладело вместе с жаждой. Во что она выльется? Власть? Или, может быть, жизнь лорда Цинцзин?       Охотники, видимо, были весьма сильны. По дороге они не раз слышали шутки, от которых у Шэнь Цинцю слабели колени, и улюлюканье. Кто-то даже пытался потрепать его по щекам.       – Руки прочь! – рявкнул один из исполинов и мальчишка невольно спрятался за его спиной.       – Да не рычи, Вэй Гун! Жаль, что ты тащишь его во дворец, я бы попробовал! Ух, какой же он... аппетитный!       – Слюни подбери, свиные мозги! Где тебе таким лакомиться?! Или ты богачом заделался?       Тот в ответ горько расмеялся...       Не будь Шэнь Цинцю так напуган, имя демона могло бы его развеселить. Надо же, Кривая Дубина!       Страж, встретивший их у ворот императорского дворца был красив и благороден. Услышав, что нужно этим оборванцам, он склонился над ребёнком. Действительно, человеческое дитя. Какая диковинка! Об этом императору стоит узнать.       – Идите за мной, – скомандовал он, направляясь в тронный зал.       Идти оказалось недалеко. Богатая, полная обсидиана и серебра комната находилась неподалёку. На роскошном троне, чуть покачивая изящной ногой и закрыв лицо подвесками тиары, скучал император демонов. Услышав, что за развлечение его ждёт, он с удовольствием согласился взглянуть.       Демоны-исполины, едва войдя, пали ниц. Человеческое дитя осталось стоять на ногах, презрев все правила уважения и уставившись в лицо повелителя. Придворные в ужасе замерли, боясь, что сейчас император выхватит свой ужасающий клинок и... порубит дерзкого ребёнка на куски.       Ло Бинхэ с любопытством взглянул на мальчишку. Ему не больше пяти. Его нашли в пустошах Восточного Княжества... Граница с миром людей проходит дальше. Откуда там взяться ребёнку?       – Подойди, – мягко произнёс повелитель тьмы.       Шэнь Цинцю, стуча зубами, двинулся к трону. Он узнал этот голос. Он, несомненно, принадлежал Ло Бинхэ. Но тот совсем не был похож на себя.       Остановившись в чжане, мальчишка замер.       – Иди же, – поторопил его Ло Бинхэ с лёгким недовольством.       Обречённо закрыв глаза, Шэнь Цинцю выдохнул и поднялся по чёрным гладким ступеням трона. Казалось, его путь занял сотню лет. Остановившись напротив, он не осмелился поднять лица.       Тонкие пальцы императора с чернёнными ногтями были холодны. Сжав подбородок странного дитя и приподняв голову, Ло Бинхэ долго вглядывался в его лицо. Они казались знакомыми. Глаза цвета цин... Длинные чёрные ресницы... Упрямо сжатые губы...       – Восточное Княжество делит границу между мирами с двенадцатым пиком Тяньгун. Ты явился оттуда? Не припомню, чтобы в Цанцюн принимали таких маленьких детей. Но... Может быть, Тяньцюань? Там всегда были особые правила.       Шэнь Цинцю притворно удивился, открыв рот.       – Неужели ты тоже... ученик Цанцюн? – воспользовавшись своей внешностью, Шэнь Цинцю с детской непосредственностью задавал вопросы, за которые его взрослая версия запросто могла лишиться головы.       Император не ответил, задумавшись. Как ни посмотри, в голове не укладывалось!       – Как ты попал в восточные земли Царства Демонов? – спросил он сквозь зубы, начиная злиться.       Шэнь Цинцю не отвечал. Какие отношения между ним и Дунхай Юйгуаном? Не зная этого, как он мог сказать правду?!       Выпустив острый нежный подбородок ребёнка, Ло Бинхэ ледяным тоном изрёк:       – Может быть, мне и впрямь съесть тебя здесь и сейчас?..       Мальчишка в удивлении открыл рот.       – Демоны не едят людей!       Вокруг раздался сдержанный плотоядный смех. Шэнь Цинцю испуганно прижался к колену императора.       Ло Бинхэ не узнал его. Да и как бы он мог это сделать? Разве может он подумать, что учитель, мало того, что попал в Царство Демонов, так ещё и схватил подобное искажение ци?! Нет. Здесь нужна недюжинная фантазия, а Ло Бинхэ всегда отличало рациональное мышление.       – Неужели? – ответил император, усмехаясь.       – Тогда... Тогда... – мальчишка, задыхаясь, не знал, что сказать. Он был так испуган, что в глазах стояли слёзы. В конце концов, даже если он помнил всё, что случилось во взрослой жизни, обратившись в дитя, он обрёл несдержанность и слабость, присущие этому возрасту.       Маленькому лорду Цинцзин хотелось горько плакать. Его пробирал озноб и ещё... Оставшись без поддержки духовных сил, Шэнь Цинцю испытывал чудовищный голод. Он хотел есть! Сколько дней ребёнок находился в руках этих демонов? По его расчётам, не меньше трёх. Может быть, больше. Воду, пусть и не самую свежую, можно было найти в лохани. Но еда... Никто ни разу не подумал предложить ему даже ложки каши!       Стоя посреди этого роскошного мрачного тронного зала, дрожа, словно лист на ветру, под ледяным взглядом демонического императора, едва сдерживая слёзы обиды и унижения, испуганный этой чудовищной толпой, мучимый жаждой и голодом, Шэнь Цинцю готов был разрыдаться.       Он молча сглотнул, не находя ответа.       Ло Бинхэ раскрыл рот, чтобы отдать приказ, и в воцарившейся тишине, в животе ребёнка раздалось громкое требовательное урчание. Покраснев до корней волос и обняв себя руками, давно отвыкший от подобного проявления голода, Шэнь Цинцю не знал куда деться от стыда.       Ло Бинхэ сомкнул тёмные губы и вновь взглянул в его лицо. Эти глаза сводили его с ума. Почему у этого мальчишки взгляд цин?Почему его черты напоминают ему Шэнь Цинцю?! Какая-то важная мысль царапалась в голове. Ребёнка нашли в землях Восточного Княжества, рядом с границей, проходящей за грядой Тяньгун... Как он туда попал? Был похищен из секты?.. С виду мальчишке около пяти. Он родился, когда учитель странствовал по миру бессмертных под личиной Чжу Луна. Это его ребёнок? Его сын?!       – Как тебя зовут? – наконец, спросил демон.       Шэнь Цинцю не придумал себе имени. Он ответил то, что пришло в его голову первым.       –Лю Фэн.       – Лю... Фэн... – пробормотал Ло Бинхэ.       Может быть, учитель вообще не знает о нём?       – Где ты жил, когда был в мире людей?       Мальчишка едва не разревелся. Какое несчастье! Да как же Дунхай Юйгуан допустил то, что он смог сбежать, святые небеса! Как же мучительна, как ужасающа эта встреча! Ло Бинхэ, открой глаза!       Он хотел бы выпалить ему в лицо собственное имя, но молчал. Не здесь, не при всех...       – В Нанкине, – выдохнул ребенок. Его живот вновь заурчал.       Ло Бинхэ нахмурился. Ему необходимо закончить с охотниками.       – Мо Ван, – обратился император к молодому демону, что привёл их сюда, – отведи это дитя в палаты Чжэня. Его следует накормить и переодеть в более подходящие одежды.       Когда начальник стражи увёл мальчишку прочь, император задумался. Он с трудом подавлял гнев. Бешеная ревность терзала его сердце. Кто мать этого дитя? Где она? Как долго она состояла в преступной связи с Шэнь Цинцю? Может быть... Что, если Ло Бинхэ ошибается? Вдруг учитель успел сочетаться браком?!       Выслушав просьбу охотников и оставив её на рассмотрение своего военного советника, Ло Бинхэ готов был броситься прочь. Ему просто необходимо всё узнать!       К несчастью, изящная рука Линьгуан-цзюня на плече вдруг показалась тяжёлой, словно весила целый дань¹. Император остановился. Лицо ледяного демона дрожало от гнева. Ло Бинхэ стряхнул его ладонь, даже не обернувшись, но тот не отпускал, сжав рукав халата.       Ярость, ослепляя, взорвалась в висках Ло Бинхэ. Знаком приказав всем убираться, он медленно развернулся.       Линьгуан-цзюнь опустился на колени. Он больше не в силах был скрывать подступившие слёзы. После того, как Ло Бинхэ снял печать со своей крови, ледяной демон значил для него всё меньше. За весь срок, что они были вместе, Линьгуан-цзюнь проявлял холодность, стараясь удержать императора рядом. За это время он хорошо изучил характер владыки тьмы. То, что ледяной демон делал сейчас, было немыслимой глупостью! Но как не убеждал себя Линьгуан-цзюнь уйти и, закрывшись в собственных палатах, подождать, сердце отчаянно нуждалось в нежности.       Он выбрал не лучший момент.       Видя своего любовника на коленях, Ло Бинхэ испытал странную смесь удовлетворения и грусти. Это был конец – Линьгуан-цзюнь полюбил его. Ледяной демон был пронизан этим чувством, словно лунными нитями. Его глаза цветка персика сияли невыносимым счастьем, когда он смотрел в лицо Ло Бинхэ.       – Цзюнь-шан...       Линьгуан-цзюнь не мог отыскать слов. Император всё ещё был спокоен.       – Ты готов оставить меня? – наконец, решился он спросить о том, что давно лежало на сердце тяжёлым камнем. – И кто же занял место в сердце цзюнь-шана?       Ло Бинхэ взглянул на него с удивлением. Линьгуан-цзюнь всё ещё стоял на коленях. Его прекрасное лицо искажала душевная боль и... решимость. Этот северный демон, любезничая с другими, никогда не говорил ему нежных слов. Он ложился в постель, сопротивлялся, стонал от наслаждения с выражением страдания на лице. А сейчас... эта решимость... Словно в тот день, когда император впервые взял его.       – Что ты задумал? – спросил Ло Бинхэ сквозь зубы.       В его руке, треща разрядами молний появилась длинная гибкая плеть.       – Желаешь принять сторону врага? Тогда поспеши в Восточное Княжество!       Взгляд Линьгуан-цзюня потемнел. Решимость окрепла. Он сжал тонкие пальцы так, что они побелели. С длинных ресницах сорвались жгучие слёзы обиды. Разве он когда-то давал повод для подобных мыслей?!       – Ты можешь остаться во дворце, – попытался смягчить обиду Ло Бинхэ. – Чжэнь не станет дарить тебя другим.       Линьгуан-цзюнь закрыл глаза. Его плечи поникли в глухом отчаянии. Это конец. Самый настоящий, безвозвратный конец. Ло Бинхэ... Больше никогда... Никогда не вернётся к нему.       Император вскользь взглянул на поверженного наложника и стремительно направился прочь из зала.       Не поднимаясь с колен, Линьгуан-цзюнь приблизился к ступеням трона. Как часто он сидел здесь, у ног жёсткого императора? Невыносимая боль сковала сердце. Раз так... если ничего не вернуть... пусть Ло Бинхэ запомнит его навек! Закусив губу, демон выхватил из-за пояса изящный короткий меч и пронзил собственное сердце. _____________ ¹1 дань = 50 кг.