Девятихвостый Наруто: Ангел Канохи и кровавые слезы

Мерцает ночной фонарь. Потеплено. Теперь вечно уютная деревня, встречала своих шиноби с теплыми объятиями. Время шло, Наоми нервно подсчитывала дни, когда станет частью Така. Как ей прощаться с близкими? Что говорить? Они выстрелись у её дома. Она бежала в его объятия, а он ждал когда эта ненормальная наброситься на него. Они уже знали ход событий наперёд. – Мы не виделись так мало времени, а ты уже стала поизвестнее меня. – Милый, не преувеличивай! – Она нежно коснулась его щеки рукой, и поцеловала. – Как же я скучал! – Он крутил её поднимая вверх. – Перестань! Он вёл в кино. На последний сеанс самого романтичного фильма, за последние два года. Конечно же он не сказал ей о том, что пересмотрел ради этого вечера все фильмы, что бы ей было комфортно с ним на одной волне. В зале, где было темно в столь позднее время, почти никого небыло. Какаши взял билеты на самый удобный ряд и много попкорна. Седьмой ряд, девятое и десятое место. Он как истинный мужчина, продемонструвал все свои навыки джентельмена. Знаете, он с ней так и сидел в кино, но фильм смотреть не полyчалось, хоть yбей. Весь просмотр он что-то говорил ей на yхо, но в итоге не выдержал и поцеловал её шею. Она резко смyтилась, он остановился. Но вдрyг она повернyлась к нему и хитро прошептала “продолжай”. Он закрыл глаза и потянyлся гyбами к ней, она резко развернyлась к нему лицом и поцеловала учителя . Внyтри меня все сжалось. Все чертовы мышцы сначала были натянyты, как стрyна, а затем все тело стало невесомым. Кровь в жилах застыла. О чем был тот фильм мы оба даже не догадываемся и не вспомним. Но отныне, когда она будет вредничать, то просто буду подходить, yбирать волосы назад и нежно целовать в шею. Мы зашли ко мне на чай. Как без этого? Рядом с ней я чувствую себя подростком, отвлекаюсь от этих всех чёртовых проблем. Она как молодильное яблоко, которое стоит откусить, и ты уже молод. А мне и кусать не надо, лишь посмотреть. И главное каждый раз стою и смущаюсь как дурак. Не знаю куда девать руки, можно ли нарушать её границы? Но мне хочется. Почему бы не попытаться? Она стояла у моей не любимой тумбочки на кухне. Почему не любимой? Потому что сверху была ещё одна, и когда я тянулся за чайником, постоянно ударялся головой, а об нижнюю мизинцем. Я подошёл впритык к ней. Прижал к этой проклятой тумбе. Она опустила голову внизу, нервно дыша. Я снял повязку с лица, рукой приподнял её подбородок и нежно поцеловал. Секунды мы переглядывались, но она решила проложить. Что бы было удобней, я усадил её на ту самую тумбу, нежно держа её талию. Она запустила руку в мои волосы, по моему телу бегала стая мурашек. Мы увлеклись этим, каждый из нас желал большего . Она начала растёгивать желетку, а я стоял как вкопаный. Позже стягивать с меня кофту. Я решился тоже не отставать. Растегнул змейку её кофты, и запустил холодные руки под её футболку. Её кожа была обжигающей, не зря я почувствовал мурашки по телу. Всё было хорошо, до одного момента. Я хотел проверить удобно ли она сидит, и со всей дури влепился в эту хреновую тумбу! Я к черту её снесу когда-то! Весь кайф обломала. Она же заливалась смехом, и пыталась как-то успокоить мой гнев, но меня тумбу спасло лишь то, что Нао нужно было срочно вернуть домой. Я пошёл в ванну, что бы умыться холодной водой и прийти в себя, ибо этот резкий переполох не оставит меня в покое. Что же она со мной делает... Уже подходя к её дому, предложил ей одну идею, которую думал, она поддержит. – Не хочешь завтра пройтись со мной по магазинам? Или как это у вас называется? "Шопигн"? – Конечно я составлю тебе компанию, только если это не займёт много времени, не люблю "шопинГ". – Теперь понял как правильно. Я тоже не люблю магазины, но так нужно. Стоим снова как дураки, она переступает с ноги на ногу, заправляет прядь своих волос за ушко. Нежно улыбается, и говорит: – Ну ладно, я пойду. А то у нас Анко и мама волнуется. Подходит, целует меня и бежит домой. Стою и не знаю, куда мне деваться. Возле лавки с восточными пряностями моя знакомая. От части я был рад её видеть, мне нужно было выговориться. Услышать женское мнение. Азуми поджидала меня, и с распростёртыми объятиями, после сжала все мои внутренние органы. – Азуми, полегче. Не ожидал тебя увидеть в столь позднее время. – Я тоже. Шучу, ждала тебя. Как же я не приеду навестить своего прекрасного друга? – Ну да, точно. Мы как обычно зашли в наше любимое круглосуточное кафе, не дорогое. Сели за первый попавшийся столик, и я спросил как прошла дорога, что нового произошло, и конечно почему она на самом деле приехала. Она заказала бокал красного сухого, сырную тарелку ( множество сортов сыра со шпашками, и к этому всему апельсиновый соус). Я взял крепкий двойной экспрессо, и обычный оливковый салат. Честно сказать, я заказал поесть ради приличия, что бы не смущать свою знакомую. У нас и так был сытый ужин с Наоми, и даже сейчас я думаю о ней. – Слушай, ты же часто бываешь у нас здесь, и посещаешь магазины одежды. – Ну да, ты хочешь что бы я с тобой прошлась? я люблю такое. – Нет, тоесть ты бы могла подсказать, где можно купить вечерние платья? – Зачем тебе? – Витирая салфеткой губы, она посмотрела с удивлением. – Скоро ежегодное мероприятия, ну ты в курсе, сама же туда как всегда приглашена – Ну и? – Хочу пригласить одну девушку, но знаю что времени осталось мало, и уверен что у неё нет подходящей одежды. Хочу сделать ей... Приятно что ли... – Ммм, вот в чём дело. Ну хорошо, я помогу тебе с этим, но за тобой будет должок. – Хорошо, без проблем. Хоть она и согласилась мне помочь, но я чувствую, что в ней медленно что-то рушиться, наверное я делаю ей больно. Мы разошлись по додам, и уставший я лёг спать. * * * Не думал, что когда-то мне придётся наблюдать за таким сюжетом. Не уж то у неё и вправду с Какаши всё серьёзно. У меня не получилось бы пробыть дольше рядом с ней, ведь у этого Какаши шаринган. Когда он поцеловал её первый раз за день, меня даже как-то что-то кольнуло в голове. Возможно эта девчонка не так уж и чиста. Или она просто не знакома с тем документом? В любом случае мне придётся её забрать. На счёт Наоми у меня свои планы, в них не входит Акацуки и разные экономические ценности, только мои мысли и желания. Хоть я и работаю на Акацуки, совершая жестокие приступления - у меня большие сумы за спиной. Почему то в этот момент, мне захотелось купить какой-то дом на отдалённом месте от цивилизации, что бы о нём знал только я и она. Мне всё равно, понравится ей это или нет, но там она будет в безопасности. Она снова сидела на крыше. Я с нетерпением ждал, когда же уйдёт её подруга и как обычно явился. – Снова ты? – Ну да, а кто же ещё как не я? Сидим вместе, а она даже и не смотрит в мою сторону. Ибо что толку, от человека чьё лицо ты не увидишь? – Раз ты плод моего сознания, могу я доверить тебе некоторую информацию? Я холодно и твердо ответил, что можно. Она рассказала мне дикие вещи, что происходили с ней. Не называя имён, в моей голове сложились образы некоторых людей, которых я возможно знаю. На её лице появились маленькие капли слёз. Ненавижу слезы, но тогда я промолчал. Вытер своей холодной рукой, а он так и не обратила на меня внимания. – Скоро они вернуться за мной, или мне придётся вернуться к ним. – Зачем? – У нас был уговор, что оставив свои волосы, я могу быть свободна месяц. Осталось почти две недели. – Мда... Это такой момент, будто бы тебе пять лет и у тебя день рождение. Приходят все, но твой лучший друг не может явиться, потому что родители запрещают, и он ничего не может сделать, потому что ему просто, черт возьми , пять лет. – Если я кому-то расскажу, они убьют мою маму, моих близких... Я не хочу, что бы из-за меня кто-то умирал... – Знаю, я тоже не хотел бы этого... Но жизнь настолько непредсказуемая вещь, что нужно быть готовым ко всему. В своей голове я прокрутил целый план, как буду бороться с теми ублюдками, и спасу её. Или просто украду и всё. Но тогда она подумает, что я жестокий бандит, как и те ребята. Нужно быть аккуратным. – А что у тебя за отношения с Какаши? – Снова следил за мной? Постыдился бы! – Я проявляюсь лишь, когда ты хочешь поговорить. Видимо ты хотела поговорить, но не со мной. Пришлось нести всякие бредни, лишь бы не спалиться конкретно. Сразу заподозрит. – Он был моим учителем. Много лет потратившим на меня внимания, и заботы. Мне нравятся такие парни... – Какие? –Серьёзные и сильные, но когда рядом со мной, мягкие и чуткие. Вот такой и он. Очень горжусь им, поддерживаю. – Так у вас любовь!? – Наверное, но мы об этом ещё не говорили. Пока что рано. Вот знаешь... – Она наконец-то повернулась ко мне. – Любовь можно посеять между любыми людьми, было бы желание и внимательность. Нужно присматриваться, слушать, притираться... После этих слов я был уверен, что всё... Моё сердце напомнилось какой-то светлой жилкой, мне хотелось что бы она стала только моя! Моя! И больше ничья! Может не поздно всё изменить? Может не поздно найти брата и рассказать всё, уйти из Акацуки и жить дальше? Что за бред? Я тиран и убийца. Единственное прощение – смерть. Мне пришлось вложить свое сердце и душу в свою работу, и я сошел с ума в процессе. Но я не слаб, что бы просто взять и сдасться . * * * Саске стоял и наблюдал за растощей луной. – Скоро это девушка, познает как это пачкать руки в крови невинных людей. – Зачем мы с ней так поступаем? – Джуго заступался за Наоми. –Нам нужно получить её ген, но что бы его получить, нужно полостью изменить человека. Будь он добрым - станет плохим. Будь плохим - станет добрым. Нам нужно искоренить всю человечность, что бы она стала частью Акацуки. И в итоге : у нас есть деньги, уважение и ещё один человек, который будет нас поддерживать. – Она скорее убьёт себя, чем станет меняться. – Джуго, ты даже не представляешь на что она способна. – Почему именно она? Ты так легко распоряжаешься ею, будто бы она вещь. – Она не вещь, но моя. Нужно воспользоваться раньше, пока не явился мой братец. А там два исхода : либо он её так же жестоко убивает, или же отпустит её. Зачем она ему? Разве что для Акацуки. – Да, и всё ведёт только к одному. – Почему ты так печёшься о ней? Разве не плевать? – Не плевать. Из всех нас оеа самая искренняя. Вместо того что бы бросить тебя раненого, она не улетела, а помогла. Отдала волосы, хотя мы все прекрасно знаем, что она готова пожертвовать чем угодно, ради жизни других. Если мы уничтожим добро, тогда не будет и зла. Отрицательным персонажам будет скучно, жизнь станет серой и однотипной. Ладно, я ушёл. Пока. Он грюкнул дверью, и парень продолжил думать. – А как бы поступил Итачи?