твоя любовь, это так красиво

«я никогда не видел таких голубых глаз, в них можно и утонуть, даже не имея желания. Они такие красивые и… живые? что-то в них очень знакомое есть, мы точно не виделись с этим мужчиной ранее, как-то странно подозрительно я почувствовал себя…». Все мысли Антона были буквально заполнены такие яркими и морскими глазами, он сто раз перебирал всех знакомых и не мог понять, почему рядом с ним у него произошло такое чувство дежавю. Будто он уже смотрел в эти глаза, слышал этот легкий смех, эти расслабленные руки видел не первый раз и голос был хрупким, ломким, но до жути и боли знакомым. *** Будильник прозвенел ровно в 7:00. Все потому что вчера в такси домой от Оксаны, Шаст написал своему «Боссу» по поводу встречи, собрания или хотя бы экскурсии по школе. Павел Алексеевич с радостью (этого Антон через телефон конечно не увидел, но так оно и было), ответил парню, чтоб тот приезжал к 11 в школу, постарался не опаздывать, а там он уже познакомит его со всей школой и учительским составом, в котором Шастуну тесниться ближайший год. Антон не боялся этой встречи, гораздо больше он боялся детей, с которыми ему предстоит работать, но об этом он пока старался не думать, чтоб не испугать и загрузить себя еще сильнее. Время бежало очень быстро и уже в 8.40 Шаст говорил с мамой по скайпу. Мама Антона очень переживала за него в Питере. «Антош, а ты уже выучил схему метро или хотя бы маршрут от магазина до дома?», «Тоша, ты позавтракал?», «мы по тебе уже очень скучаем, как там твои дела?». Антон тоже безумно скучал по маме, но в Воронеж он очень не хотел. Сам город хорош, обустроен и все такое, но его прошлая жизнь напоминала о себе на каждом углу. *** С детства Антон был «дворовым мальчиком», он всегда находил приключения на свой зад, заводил себе друзей, играл в футбол во дворе с ребятами постарше, и кстати даже выигрывал пару раз, забивал решающий гол, и все радовались успехам юного спортсмена. Но все росли, связывались с дурными компаниями, нахватывались дурных привычек из тех же дворов, начинали курить, по ночам собирались в подъездах и распивали паленый спирт и всякое прочее. Антон бросил все эти дела после того, как на очередной «мясорубке» между компаниями, Антону зарядили сначала в переносицу, а потом и вовсе он упал головой на твердый асфальт с каплями чужой грязной крови. Был сотряс, благо никаких переломов и прочее, страшилка обошла стороной, но Антон тогда понервничал жутко. Спустя время, когда все выросли и стали огромными кабанами, ну или длиннющими шпалами, как Шастун, появились «игрушки» помощнее. Таблетки расходились по двору меньше, чем за один день, все знали где, как и за сколько достать подобную дрянь. Давало не сильно, но слабый накопительный эффект давал людям полную свободу действий. Это тоже привело Антона к больничкам и долгому тяжелому лечению. Организм как никак у этой шпалы не защищенный и слабенький, поэтому побочки были сильные, а накопительные эффекты дольше, чем у других. Антону было страшно ходить по тем улицам где он впервые разбил кому-то лицо (вы прикиньте такими хлюпкими руками хотя-бы по лицу попасть, уже успех), попробовал паленую водку, скурил первую сигарету и впервые поцеловался, было жутковато, поэтому Антон туда не спешил возвращался и радовался хорошей обстановке в Петербурге. *** Ровно в 10.00 Антон вызвал такси, накинул на себя пальто (конец августа холодно все-таки, особенно в Питере!), забрал ключи, телефон, наушники, обулся и весь красивый, опрятный, культурный и приятно пахнущий выехал в учебное заведение. Почти час в дороге и Шаст стоял прямо у входа в его новое место работы, страшно было только достать руку из широкого кармана и толкнуть большую и высокую дверь внутрь. Пересилив себя, Антон увидел то, из-за чего рот сам раскрылся на парочку сантиметров. Первое что попалось на глаза, огромная стеклянная люстра на мраморном потолке. Это выглядело так лаконично и эффектно, что хотелось рассматривать вечно. Второе, что заметил парень, это белые стены, шикарные колонны цвета «кости мамонта» и идеально выложенные белые плитки на полу, казалось, что он в рай какой-то зашел. А как приятно там пахло; книгами, цветами, шоколадом, чистотой, порошком, елкой, вишней и ванилью. Это был чудесный запах, который заставлял расслабиться и окунуться в атмосферу заведения. В здании школы не было никаких пропускных мест и т.д., была только охрана, которая следила кто проходил в школу и кто выходил из этих стен. -здравствуйте, меня зовут Антон, я новый учитель литературы здесь, Павел Алексеевич не говорил через сколько он будет? –замешкавшись выговорил Антон, стараясь быть как можно вежливее и подбирая нужные точные слова. -директор в кабинете, сказал всех пропускать туда, можете пройти в холл, до упора и налево, это учительский корпус, 213 кабинет. –сказал мужчина лет 30 в форме, не поднимая глаза на Антона и занимаясь своими делами. -хорошо…спасибо. –как-то неточно сказал Антон и прошел по направлению, которое продиктовал ему сторож. Холл, налево… «а какой кабинет? 213 или 215? По-моему, 215», зайдя не в тот кабинет, Антон увидел огромные стеллажи на которых располагались книги, записные дневники, карточки и прочие материалы, по всей видимости, для занятий. Рядом находились столы, выстроенные в некий круг-квадрат. За одном из таких столов на Антона пристально начали смотреть глаза, это была миниатюрная девушка, в свободной белой футболке, черных брюках и в очках с толстой оправой. Поначалу Антону хотелось вдавиться в дверь, от пристальных глаз, наблюдающих, как Антон рассеянно бегает глазами, то между стеллажами, то смотря на девушку. Через секунды 4 неуклюжего молчания, девушка начала: -здравствуйте, а Арсения Сергеевича тут нет, если вы на курсы, он в 223. –робко, но так мягко сказала дама. Уже более спокойно оглядывая длинную шпалу в расстегнутом пальто, с быстро хлопающими глазами, которые явно не понимали, что происходит и удивлялись размером стеллажей в этих стенах. -нет-нет...-Антон не заметил, как начал отвечать, уже улыбающейся девушке, которая сидела за кучей бумаг...-я к Павлу Алексеевичу, видимо ошибся номером кабинета, простите, что помешал…я пойду…простите еще раз…-стеснительно и будто выдавлено, сказал Антон и развернулся в сторону двери. -вам в 213, это напротив, меня Ира кстати зовут. –послышался бархатный голос девушки сзади…-я тут учителем биологии работаю, вы Антон, я же правильно понимаю? –добавила девушка, будто мягко рассматривая его внутри -да, верно, я Антон, очень приятно, Ира. А Павел Алексеевич уже рассказал про меня? –развернувшись и уже более уверенно сказал Шастун. -нет, я экстрасенс. –с широкой улыбкой сказала девушка. –конечно рассказал, в нашем коллективе пополнения не часто случаются, так что для нас это большой праздник. *** Поговорив еще пару минут, Антон посмотрел на часы и увидел, что должен быть у директора уже 5 минут. Кратко попрощавшись с Ириной, Антон вылетел из кабинета и тут же наткнулся на мужчину, идущего вальяжной походкой по пустому коридору. Подняв глаза и уже открыв рот, чтоб извиниться, Шаст смог проговорить только: -неужели…- и застыть, смотря вновь в эту голубую бездну… «-я никогда не предам тебя, и пусть весь мир отвернется от тебя, я всегда буду рядом», фраза которая не давала Антону расслабиться и работать старательнее, чтоб вечером вернуться в родную квартиру и упасть в эти теплые и нежные объятия, которые ждали его дома уже 2 часа, потому что "тетради проверить нужно было срочно Арс, понимаешь?..".