Омерзительная Четверка.

      Жизнь в приюте шла своим чередом, Арима всё больше проводил время за чтением трактатов по истории и забытых историй народов. Сельвария всё больше походила на маму для всех в приюте — она училась готовить и заботилась о детях. А Брэдли и Андерсон целыми днями либо развлекали детей или спаринговались на улице. Иногда Арима присоединялся к ним, но чаще проводил всё время с Сельварией.       При этом он каждый раз брал с собой книгу или делал вид, что погружен в чтение. С того разговора прошло уже несколько месяцев, и Арима не мог не заметить в их глазах отголоски прошлого. Арима понимал, что никакая клятва не спасёт человека от сомнений. Он тоже беспокоится о решениях и действиях его прошлого, но это прошлое! Им нельзя жить. Но он всё же был уверен в своей вере, что они найдут правильную тропу.       Андерсен тяжело дыша лежал на траве и ждал своего соперника. Его голова болела от пропущенного удара в голову, но он не обращал на неё внимания. Глухой звук рядом. Андерсен повернул голову в сторону и увидел так же запыхавшегося Брэдли, который лежал на земле и едва дышал. Их навыки в рукопашном бою практически не отличались, но у Брэдли было преимущество в стойке на ногах и силе удара. С Брэдли им не повезло.       — Хух… хах… ах… а когда-то я мог сражаться с целым танком. Ненавижу детское тело, — прошептал Брэдли, прикрыв глаза.       — Хех… А я когда-то мог сразиться с целой армией мертвецов, — ответил Андерсен, несколько секунд помолчав. — Но это было в другой жизни, — добавил он.       Брэдли на это усмехнулся. Это была совсем другая жизнь. Его детство и детством не назовёшь. Быть использованным подопытной крысой без имени и рода было гораздо тяжелее. Постоянные сражения, тесты, тренировки. А потом философский камень. И встреча с «семьей», Отцом, и обретение имени. Гнев. Он убил многих… И потерял. Но он даже сейчас не готов отказаться от прошлого. Совсем. Это его «Я» — часть его самого. И поэтому он не бросит своего демона в трудную минуту, какой бы тяжёлой она ни была. Тем более от своих принципов он отказаться также не мог.       Андерсон тоже впал в раздумье. Его детство проходило в трущобах и бандитских бандах, где границы между жизнью и смертью размыты настолько, что сказать точно, невозможно. У него и друзей не было, только враги. Но среди них он мог быть кем угодно, потому что врагов у него хватало. Правда после Перерождения это уже старая жизнь. И он понимал это. У него новая Семья и друзья — это все, что у него теперь есть. А вера? Куда делась она? Не исчезла, а приняла другой облик. Семья. Вот во что он верит. И он не позволит никому ей навредить.       — Ещё один спаринг, — сказал Андерсон, махнув рукой в сторону, — и в этот раз я не буду поддаваться.       — Хоо… поддавался?! — возмутился Брэдли. — Да ты вообще понятия не имеешь, как драться!       И вот ещё один раунд. Сельвария следила за ними и одновременно присматривала за детьми. Старик Эдмонд улетел на транспортере в город. Решать какие-то проблемы, а Блес пришлось следить за всем остальным. Хоть и она была не против. Она не знает что это — материнская забота, любопытство или что-то другое.       Просто не знает. В детстве она всегда была одна, а тут у неё много братьев и сестер, и они все постоянно занимаются чем-то интересным и непонятным. Это не война, где она была командующей, посылая людей на смерть. Она тоже тяжело вспоминала прошлое. Её любовь к Принцу Максимилиану до сих пор была жива в её памяти.       Правда это лишь воспоминания, и они не несут никакой реальной пользы. Её любовь так и осталась без ответа. Он её не любил, не желал, поэтому от него не стоило ждать романтики. Она помнит проявленную им заботу о её будущем, здоровье. Однако всё это сводилось к одному. Создать из неё верное оружие Валькирий. Он был одним из тех, кто заставлял её так страдать. Правда теперь в этой новой жизни она не одна. И она не страдает. Улыбнувшись, она продолжила мыть посуду.

***

      Вечерело. Солнце, похожее на огромный желтый апельсин, заходило за облака. Тьма словно затягивала землю своим саваном. Сельвария сидела у кровати Эмили и рассказывала сказку до тех пор, пока она уже чуть ли не засыпала, прикрыв глаза. — В чаще лесной тебя я приветствую, Раньше таких не встречала гостей. Ты уж прости, есть в лесу правил несколько — Соблюдай их для сохранности своей. Ху~Ху~ Совы тихо поведают, Ху~Ху~ Что явился к нам гость. Ху~Ху~ Совы тихо поведают: Кое-что в глуши лесной началось.       Её голос напоминал шептания ветра в лесных ветвях. Голос становился всё тише и тише. Он успокаивал, а темнота почти засыпала. Сельвария продолжала тихонько напевать, иногда повторяя одну и ту же строку. Эмили дремала. Голос постепенно затих. Осторожно укутав девочку, она прошла в комнаты мальчиков. Андерсон и Брэдли уже спали, свернувшись калачиками на кроватях. Сельвария улыбнулась этому зрелищу. Особенно учитывая, какие личности живут в этих телах, становится ещё забавней. Прежде чем она пошла спать, она не досчитала ещё одного мальчика. Это был Арима. Это уже третий день, когда он не оказывается в кровати. Два предыдущих дня его укладывал дядя Эдмонд. Теперь придется ей самой. Она беспокоилась за него. Хоть и было стыдно признавать, он более всех симпатизировал ей. Ей нравилось проводить время с ним, разговаривать на литературные темы. Они разговаривали о своем прошлом. Не о своей жизни, а о литературе в их мирах. Сельвария в свободное время после миссий часто сидела с книгой в руках. Правда она не всегда могла позволить себе такую роскошь. Спускаясь по лестнице и освещая фонарем путь, она заметила свет в библиотеке. Подойдя ближе, Сельвария приоткрыла дверь. На полу библиотеки лежал Арима, в окружении книг. Он лежал на спине, закинув руки за голову, и даже чуть улыбался во сне. Что было удивительно увидеть на его лице, учитывая, что он постоянно ходит с безразличным выражением, даже если счастлив.       — Ему, наверное, холодно… — притащив одеяло со своей кровати, она осторожно накрыла его.       Её губы и щеки порозовели от смущения… Она, выключив свет комнатной лампочки, оставила лишь тусклый свет фонаря. Забравшись под одеяло, она улыбнулась. Она просто заботится о его здоровье и всё. Тем более ей уже хотелось спать, а подниматься вновь было слишком тяжело. Повернувшись на другой бок она смотрела на его лицо пока глаза сами собой не закрылись. Последнее, что она заметила, было необычное сочетание синих волос и белой кожи. Её губы тронула улыбка. Кажется, впервые за всё это время в её сердце стало слишком много тепла. Она заснула.

***

      Эдмонд вернулся поздней ночью. Было тяжело уломать торговцев еды и праха снизить цену. Много чего им пришлось рассказать и пересказать. Войдя в приют он скинул мешки на пол. И, переодевшись, уже хотел пойти спать, как заметил свет из библиотеки!       — Опять Арима? Я думал Сельвария позаботится об этом. — вздохнул он. Зайдя в библиотеку он остолбенел. Сельвария лежала с закрытыми глазами. Практически в обнимку с Аримой.       — Хе… Не буду мешать. — сказал Эдмонд выходя из библиотеки захватив фонарь. Его дети хоть и ведут себя по-взрослому они ещё дети.       Сельвария проснулась под утро. Первое что она увидела, было спящее рядом тело Аримы. Такого с ней ещё не было. Сперва она решила, что это сон. Но потом, когда она вспомнила что случилось… ей не хотелось открывать глаза. Ещё бы немного так поспать… не открывая глаз она потянулась и сбросила с себя одеяло. Взглянув на спящее лицо мальчика, Сельвария быстро вышла из комнаты.

***

      Осень. В этот раз впервые за две недели не было дождя. Лишь редкая морось. Желтые листья медленно кружась падали с деревьев на землю. Зеленые луга пожелтели. На небе не было ни одного облака. Лишь два маленьких белых облачка. Арима стоял в поле, что было далеко от приюта.       Тёмно-синий плащ был наброшен на его плечи. Его лицо было сосредоточенно. Серые глаза внимательно смотрели вдаль, словно наблюдая за чем-то, а губы сжаты в тонкую линию. Всё тело замерло в ожидании. Очки с узкими прямоугольными линзами были на его лице. Они создавали впечатления пугающей серьёзности.       Хруст ветки позади него заставил его повернуть голову. Обернувшись, Арима увидел смотревшего на него Андерсона. В его глазах мерцал еле заметный весёлый огонёк. Андерсон поднял ветку, помахал ею в воздухе и направил на Ариму.       Светловолосый побежал на Ариму, размахивая палкой. Арима словно неуловимый ветер уклонился от палки и плавно затормозил в нескольких метрах от бегущего Андерсона. Рука синеволосого с веткой устремилась вверх, а ноги широко разошлись в стороны. Резко прыгнув в сторону Андерсона, приземлился Арима на ноги и сделал два быстрых шага в сторону.       Удар просвистел рядом с лицом Андерсона. Он успел слегка качнуть рукой, чтобы хоть чуть-чуть парировать атаку Кишо. Андерсон крутанулся вокруг своей оси и оказался на расстоянии вытянутой руки от Аримы.       Они перемещались по всему полю боя, нанося друг другу удары и уклоняясь. Арима часто менял направление, избегая нацеленных в него ударов. Андерсон, глядя на Ариму, двигался лёгкими рывками, чтобы не дать ему приблизиться к себе. Из-за рассказа Аримы       Это сразу показывало, что он обладает колоссальным опытом боя и потрясающей реакцией. Впрочем, сейчас он видел наглядный пример этого. Арима был в прошлом охотником, как и он сам. Однако этот путь Арима выбрал не сам. И даже так он прошел его до конца и за это Андерсон уважал его ещё больше.       Арима видел мастерство своего врага и считал его вполне достойным соперником.       Однако преимуществом Андерсона были быстрота, точность и сила, а Арима не уступал ему в этом. Лишь ограничения детского тела сковывали его движения и делали его удары слишком медленными и неточными.       Это и заметил Арима, и поэтому продолжил атаку. Свои навыки Арима так же не мог раскрыть полностью. Иногда его удары достигали цели. Иногда, напротив, были недостаточно точны. По ходу боя Андерсон несколько раз отмечал его недооценку своего соперника. Арима же отметил свою способность следить за движениями противника и уловил момент, когда Андерсон совершает движение слишком быстро для того, чтобы Арима мог его изменить.       В следующую секунду он ловко использовал инерцию Андерсона, чтобы нанести ему удар ногой в живот. От удара он согнулся и получил мощный удар по ноге, от которого упал на колено, потеряв равновесие. Арима, воспользовавшись этим, стремительно набросился на него, взяв руку с веткой и приставил к его горлу её кончик. Подняв его голову он, взглянув в лицо светловолосого. Тот улыбался. Небольшое мгновение спустя Арима присел, пропуская над собой взмах ветви. Быстро обернувшись он пнул Брэдли в живот и отпрыгнул в сторону. Тот отлетел назад и с выкрикивая проклятья упал на землю.       Арима, как кошка, прыгнул в воздух и приземлился в отдаление от противника. Он взмахнул своим оружием, и от сучка к земле метнулись капли воды.       Брэдли стоял с каменным лицом которое появлялось у него только в сражениях или если он был серьёзен. Он принял стойку встав полубоком занеся вторую руку за спину прикрыв её водостойким плащом.       Он всё это время следил за каждым движением Аримы, когда тот сражался с Андерсоном. Его движения были предельно экономны и спокойны. Однако, когда Брэдли увидел, что Арима двигается несколько медлительней, когда атака идёт от правой стороны будто он чего-то ожидает. Тогда он становился очень уязвимым из-за странной паузы во время боя. Это было действительно так. Арима по привычке ожидал, что его правая сторона всегда была прикрыта. Столько лет выработанной привычке, от которой будет тяжело избавится. Брэдли сорвался с места и прыгнул вперёд.       Арима молниеносно ушёл вправо и нанёс удар ногой, целясь в голову, но Брэдли увернулся и нанёс удар наискось назад. Арима дёрнулся пропуская удар и отошёл в сторону. Не прошло и пары секунды, как они снова схлестнулись. Брэдли двигался в замысловатой пляске, стараясь использовать всё те же короткие мгновения между ударами.       Арима был очень быстр, и это делало его опасней. Теперь, даже используя весь свой опыт, Брэдли едва успевал уворачиваться от его ударов, которые он получал. Его движения становились всё более резкими.       Цель теперь была лишь в том кто первый совершит ошибку. Их ветки столкнулись в воздухе и все мышцы в их телах скрипнули от напряжения. А ветки хоть и были дубовыми, но на них уже было множество сколов и трещин. С трудом они расцепились и отскочили друг от друга!       Скользя по грязи, Брэдли и Арима стали пятиться назад. Андерсон следил за боем вместе с Сельварией, которая освободилась после помывки посуды.       Брэдли тяжело выдохнул с испариной и посмотрел на своего противника. На его лице уже была заметная усталость. Он держал свою правую руку согнутой в локте и покачивался из стороны в сторону. Мышцы руки явственно подрагивали. Брэдли не мог поверить, что он не может победить обычного человека один на один. Правда он без своего Совершенного глаза и его прошлой физической силы, но всё же он ожидал от себя большего. Однако он должен был признать, что Арима был сильнее, чем выглядел. И то что из-за детского тела нельзя было полностью раскрыть потенциал навыков это чувствовали все четверо. Правда, даже так он не собирается отступать.       Арима было тяжело в детском теле. В этом возрасте дети очень подвижны и имеют гораздо большие возможности, чем взрослые люди, но всё равно. Нужно много времени, чтобы тело достаточно окрепло для полноценного использования, а пока он только занимал высокое положение, применял новые навыки, вырабатывал реакцию, ловкость. Он снова чувствовал себя калекой и это неприятное чувство скребло его душу.       Андерсон и Сельвария тоже думали о своих навыках. Им тоже не удавалось реализовать весь их потенциал. Особенно Сельварии.       Тем временем бой продолжался и становился ожесточённее. Они словно вихри носились вокруг друг друга, били, наносили удары и отскакивали. Плащи мелькали в воздухе, ветки трещали от ударов.       Кулак прошел мимо Аримы. Удар миновал цель, но это отвлекло его внимание на него обрушились выпады Брэдли будто осенний дождь. Один из ударов попал в правый бок, в котором возникло ощущение, что что-то прорвало, словно ткань, но удара было недостаточно, чтобы серьезно навредить, поэтому Арима решил не обращать внимания. Хлопки и звук взмахов в пустоте оглушали поле боя. Казалось Ариму прижали к стенке.       Лицо Брэдли было красным от напряжения ему осталось немного. Его дыхание становилось все более напряженным и частым. Брэдли не сдержал следующий выдох и потерял секунды мгновения которой и воспользовался, Арима нанося сокрушающий удар. Ветка лопнула в его пальцах, но удар и сам был силен. Брэдли упал спиной и отчего тупя боль пронзило всё тело. Когда он восстановил равновесие, Аримы уже рядом не было. Не успев среагировать, как полетел от мощного удара в подбородок.       Горящая боль пронзила его голову. Брэдли оттолкнуло от силы удара, и он повалился на спину выбивая кислород из легких. На него упало что-то тяжелое. Открыв глаза, он увидел склонившуюся над ним Ариму. Он осмотрелся и увидел, что его оружие уже выбито из рук и валяется рядом. Вздохнув он сузил свой взгляд, он взглянул в лицо Аримы. Его волосы были мокрыми от пота, а очки сбились на нос. Его серые глаза казались двумя осколками серого льда, над которыми бились два черных зрачка.       — Ты победил. — тяжело дыша сказал Брэдли.       — Я бы не назвал это победой. — ответил Арима подав руку.       — Хо… лучше помолчи! А то мне кажется что я тебе даже боя не дал. — сказал Брэдли, принимая руку. Он должен стать сильнее и когда вновь сразится с Аримой. Он ни за что не проиграет.

***

      Три года спустя.       Дождь грозно шумел по крыше. Два мальчика сидели за столом в библиотеке и играли в карты. В комнате было холодно. Но мальчикам было не до холода. Их внимание было приковано к картам. Но вот мысли заполняло другое. Уже несколько дней дядя Эдмонд не возвращался домой. Он отправился на «Феликсе» — это старый воздушный транспортник в город Виниол. Это был самый близлежащий город к приюту. Но дорога туда было очень долгой и могла занять целый день. Даже на воздушном транспорте. Андерсон вслушиваясь вновь услышал сильный кашель в коридоре. Он бросил карты. Выскочив из комнаты он побежал на звуки. За ним вышел Брэдли. Сельвария держась за плечо Аримы еле стояла на ногах.       — И она?! — рявкнул Брэдли. Арима кивнул. Брэдли сжал ладони в кулаки. Выругавшись, он пошел за водой для Сельварии.       — Давай помогу. — сказал Андерсон и уже протянул руку к Сельварии. Она её оттолкнула. В его глазах было удивление. Он нахмурился и выдохнул.       — По… помоги лучше детям. — голос Сельварии был печальным и усталым. На её лбу появились бисеринки пота. Похоже жар начинается.       — Но!       — Андерсон. Я о ней позабочусь. — прервал его Арима. — Прошу тебя. — Сельвария еле держался на ногах. Андерсон через несколько секунд кивнул и надев маску побежал наверх. Положив на диван Сельвария рядом с портативной электрической печкой он сел на пол. Её руки дрожали.       — Спасибо. — прошептала она и прикрывшись одеалом. Её плечи мелко дрожали.       — Вот вода.       — Спасибо. — ответила Сельвария. Видно как она втягивает воздух и выпускает. Трясущимися руками она взяла стакан.       — Мха… — выдохнула она. Арима сел рядом с ней и взял её за руку. До него донеслись её слова.       — Передай детям я их люблю… — её лицо исказила гримаса боли.       — Ты сама им это скажешь. — ответил он. Он не позволит ей умереть. Снова. И не позволит другим — он слишком сильно любил её. — Если что-нибудь случится, просто скажи. А теперь спи.       Дождавшись когда она уснёт, он снял с себя маску и аккуратно поставил её на тумбочку. Затем встал с пола и зашел на кухню. Там стоял Брэдли лицо которого ясно показывала его гнев и готовность обрушиться на всех, кто был рядом.       — Я не дам этому случится, — прорычал он. — даже если придется пешком идти за лекарством. Ясно?       — Ясно. — ответил Арима. Его выдержка была настолько удивительной, что гнев Брэдли испарился и он уселся на стул, уставившись на картину моделя корабля на стене.       — Почему ты так спокоен? — спросил он. — Почему ты всегда такой спокойный? Мне иногда кажется, что ты сделан из стекла.       — Я не знаю. — ответил Арима. Он и правда не знал. И честно он не хотел знать. — Но я знаю одно. Дяда Эдмонд точно не позволит этому случиться. И я это чувствую.       — …       Наступала вечерняя заря. Звезды становились все бледней и вскоре скрылись совсем. Арима сидел у стола в кухне. С свитком в руке. Ожидая звонка уже четвертый день подряд. А может быть, уже и пятый. Сельварию, как и остальных детей поразил недуг, о котором они раньше только слышали. А Арима лишь читал о нём. Болезни поражающей только детей. А лекарство способное вылечить их. Редкое и дорогое. Сама болезнь была похоже на туберкулёз, но она встречалась крайне редко. Хоть и он казался спокойным, Арима знал, что это не так. Стать счастливым, купаясь в волнах спокойствия и безмятежности, он уже не мог. Его сердце трепыхалось в груди, а душу наполняла тревога и ужас. Но он держался. Ради остальных. И себя самого. Ради возможности помочь хоть чем-нибудь. ПИП-ПИП! ПИП-ПИП!       Свиток в его руках завибрировал. Арима уставился на него. Нажав на голографическую кнопку вызова на своеобразном телефоне этого мира, он услышал голос Эдмонда который заменил им отца и мать.       — Арима это ведь ты?! — чуть дребезжащим голосом спросил Эдмонд.       — Да! — ответил Арима. — Где ты? Лекарство у тебя?       — Кха… Да! Сейчас! Подожди немного! — ответили из приёмника. — Проклятье! Я бегу к вам! Кха! Арима бери Андерсона и Брэдли и бегите к старой башне поняли! Встретимся там! — голос сорвался в яростное шипение. — Конец связи!       Арима тут же выключил приёмник и положил его на стол. Почему он шел пешком? Что там происходит? Вопросов было много. А времени нет. Нужно было спешить. Тем более, что на карту было поставлено его самое дорогое сокровище. Разбудив Андерсона и подозвав Брэдли он им рассказал о произошедшем.       — И что мы стоим? — воскликнул Андерсен. — Нужно спасать старика и лекартство!       — Андерсен нужно чтобы кто-нибудь остался в приюте, — ответил Арима. — ты должен остатся.       — ЧТО?! — завопил Андерсон. — Но… — Он взглянул на Брэдли, а затем перевёл взгляд на Ариму.       — Андерсон. Сельвария не в состоянии двигаться. А мы не можем все в троём оставить детей без защиты. Мы должны будем разделиться. И тем более я думаю никто не справится лучше тебя. Верно, Арима? — парень кивнул, и Андерсон тяжело вздохнул.       — Ладно… ладно! Но обещайте! Вы вернётесь живыми и невредимыми! Вместе с стариком и лекарством! Поняли?! — Арима и Брэдли уверенно кивнули.       Переодевшись в уличную одежду и захватив дождевые накидки. Брэдли выбежал из приюта, но обернулся. Арима стоял на месте. Вернувшись он проследил за его взглядом и он смотрел в сторону дивана.       — Мы сейчас ей ничем не поможем! — говорил он. — ...       — Арима... Всё будет хорошо! Беги!.. БЕГИ! — схватив за плечи Ариму крикнул и оттолкнул Андерсон. Придя в себя тот заторможено кивнул и побежал за Брэдли. Дождь усиливался. На небе появились грозовые тучи, которые быстро надвигались. Вслед за ними повеяло ветром, который развевал края накидок.       — Мы их спасём! — вдруг закричал Брэдли, — Мы обязательно спасём! Ты слышишь, Арима?! Мы обязательно спасём. Слышишь меня? Всё будет хорошо. Мы спасём!