Во всем виноват Кьюсаку Юмено

      Чуя кусает сильно, до крови, слыша шипение Осаму в ответ. — Дразнишь меня, злая рыжая собачка?! — он тянет Накахару за волосы, пытаясь отстранить его от своего лица. — И что ты мне за это сделаешь? — отпуская его губу, спрашивает Чуя. — Зацелую до смерти! — руки Дазая спускаются на ягодицы Накахары и он приподнимает его, заставляя обнять свои бедра ногами.       Горячие губы Осаму накрывают его рот, и язык грубо проникает внутрь, вырывая стон, он целует со всей страстью, и Чуя тоже старается от него не отставать, но ему катастрофически не хватает воздуха. Он пытается отстраниться, но Дазай не даёт, удерживая его за затылок. Накахара царапает ногтями шею парня, тот снова шипит и разрывает поцелуй, Чуя делает глубокий вдох. — Теперь будешь меня слушаться? — ласково спрашивает Осаму. — Я попробую… Но ничего не обещаю, — шепчет Чуя, кладя свою голову на его плечо.       Дазай несёт рыжее недоразумение в свою комнату и садится с ним на кровать. — Раздень меня, Чуя, — приказывает Осаму.       Накахара, под его пристальным взглядом, расстёгивает пуговицы жилета, снимает его с Дазая, глядя прямо в темно-карие глаза, облизывая губы. Потом его руки начинают расстегивать рубашку, пальцы пробегают по обнажённому телу снизу вверх, останавливаясь на сосках и сжимая их. Парень судорожно вздыхает, и от возбуждения страстно целует Чую в губы. Накахара спускает с плеч рубашку Осаму, прижимая кисти его рук к кровати, пока их языки сплетаются вместе. Дазай подаётся назад и разрывает поцелуй. — Чуя, брюки! — приказывает он томным голосом, глядя туманным взглядом в ещё ясные глаза Накахары.       У Чуи самого от его слов в штанах становится тесно, но он терпит и спускается на ковер перед Осаму. Расстегивает пуговичку и молнию ширинки, Дазай помогает приспустить с себя белье и Чуя, отбросив брюки куда-то в сторону, резко берет в рот его стояк, сразу же насаживаясь полностью, расслабляя собственное горло. Осаму нравится его настрой, он только задаёт ритм, запустив свои длинные пальцы в локоны Чуи. Накахара приятно поглаживает Осаму по ногам руками, продолжая быстро ритмично двигаться. — Еще немного, мой рыжий чертенок! — подбадривает его Дазай.       Его возбужденное дыхание и полустоны подсказывают Чуе, что он все делает правильно. Еще пару движений и Осаму кончает, судорожно вздрагивая и срываясь на крик. Он падает спиной на кровать, чувствуя, как Накахара вместо того чтобы отстранится, вылизывает языком его головку и уретру, покрывает поцелуями пах и движется губами потихоньку вверх по телу. Прикосновения теплых губ приятны, аж до мурашек. Осаму ждет, пока любовник доберется до шеи, а затем и до головы, накрывая теплыми губами губы Дазая. Осаму обнимает нависшего над ним Накахару, тот все еще в одежде. — Разденешься? — хмыкает он, когда поцелуй разрывается. — Что? — переспрашивает Чуя. — Я бы посмотрел… — Посмотрел бы, значит?!       Чуя пятится назад и встает с кровати, за руки тянет на себя Дазая, заставляя его снова сесть. Он достает из заднего кармана телефон, копается в нем недолго, а потом бросает на кровать рядом с Осаму. Тот слышит первые аккорды «Join me» HIM и удивленно смотрит на Чую. Тот ведет плечами в такт музыке и произносит вместе с певцом: — Baby, join me in dead…       Бедра Чуи делают несколько раз восьмерку, он снова повторяет призыв: — Baby, join me in dead…       Музыка становится громче и яростней. Чуя делает шаг к Осаму и кладет свои руки ему на плечи, страстно целуя. Пальцы скользят вниз по телу, парень оглаживает чужие бедра. Начинается запев и Накахара выпрямляется, под удивленное «Вау!», берет в рот указательный палец, поворачивается спиной к Осаму и под музыку отходит к противоположной стене. Там он скидывает с плеч портупею, она остается висеть на поясе джинс по бокам. Поворачивается и начинает медленно возвращаться к кровати, двигаясь в такт музыке и оглаживая себя поверх одежды. Причем Чуя не просто прикасается к себе, он себя ласкает, возбуждаясь и возбуждая своими действиями Осаму. Он останавливается в шаге от кровати и расстегивает молнию на джинсах, разводит сверху за края и в образовавшемся треугольнике Дазай видит белые боксеры Накахары. Вовсю звучит припев, и парень запускает руку к себе в джинсы, лаская свой стояк сквозь белую ткань трусов, из его груди при этом вырывается тихий стон. «Твою мать!» — шепчет пораженный Осаму.       Чуя снова двигается в такт музыки, извиваясь спускается на корточки и дважды разводит ноги в коленях. Поднимается и, поворачиваясь спиной, делает восьмерку бедрами, ненадолго оголяет ягодицы, а потом снова возвращает брюки и трусы на место. Поворачивается и ласкает себя через одежду, оглаживает по бокам, проводит по ягодицам. Рука возвращается к боксерам и как в первый раз Осаму слышит тихий стон. Чуя поднимает руку от живота к шее, губы покорно принимают указательный палец, парень посасывает его медленно вводя и выводя изо рта. Затем неспешно начинает расстегивать пуговицы на рубашке, скидывает ее и прикасается к соскам, немного сжимая, с губ срывается томный вздох. Потом руки скользят вниз, он, виляя бедрами, начинает снимать с себя джинсы. Оставшись нагишом, он еще раз спускается на корточки, раздвигая ноги в стороны, приковывая взгляд Осаму к своему вставшему члену. Поднимается, делает шаг вперёд и залезая на кровать садится на колени к Дазаю. Тот подтягивает его ближе к себе, страстно целуя в губы, водя руками по бокам, Накахара берет его руку и кладет ее на свой стояк. «Ты прекрасен!» — шепчет ему Осаму и начинает водить по стволу рукой, Чуя скулит в ответ. «Еще!» — тихо просит он и Дазай не жалеет ласки, заставляя парня кончить под последние аккорды песни. — Посмотрел?! — улыбаясь, спрашивает Чуя. — И даже потрогал, — смеётся Дазай, — не думал, что ты так можешь.       Чуя тянется за очередным поцелуем, Осаму опрокидывает его на кровать, вытирает руку о простынь и приказывает лечь на подушку. Накахара передвигается к изголовью кровати. Дазай сгибает его ноги в коленях и приникает к головке, вылизывая ее также, как до этого делал Чуя. Но его поцелуи не поднимаются по телу, а наоборот, спускаются и под губами оказывается анус. Он чувствует, как парень под ним вздрогнул всем телом. — Осаму, не надо этого! — шепчет Чуя.       Он прикрывает ладонью рот и его щеки от смущения становятся красными. Но Дазай игнорирует его просьбу, к губам добавляется язык, он пытается проникнуть внутрь тела, Чуя всхлипывает, его накрывают доселе неведомые ощущения. Осаму руками оглаживает бедра рыжика, помогая расслабиться. Чуя с нажимом проводит рукой от живота к груди и легонько начинает сжимать сосок. Его тело вибрирует от прикосновений, и он потихонечку постанывает, получая удовольствие от доставляемых ласк. Все настолько прекрасно, что парень даже не замечает, в какой момент язык Осаму заменяется смазанным лубрикантом пальцем. Он понимает это только потому, что Осаму нависает над ним и начинает страстно целовать в губы. Он разрывает поцелуй, чтобы посмотреть на реакцию Чуи, когда в его теле начинают двигаться два пальца, растягивая на манер ножниц. — Люблю тебя! — произносит Накахара, ему нравится все, что происходит.       Осаму оглядывает тело любовника, такое светлое и неиспорченное. Надо исправить! Он начинает пятнать поцелуями плечи, ключицы, грудь. Где просто касается губами, где прикусывает, где оставляет конкретные засосы. Чуя млеет под ним, скуля и вздрагивая на каждый поцелуй. Пальчики внутри тела касаются простаты, и тело под Осаму выгибается вперёд, с губ слетает удовлетворённый стон. Они встречаются глазами, в синих такая истома сейчас, как-будто ещё немного и рыжий лишится разума. В темно-карих столько нежности и любви, что можно утонуть. — Ещё! — просит Накахара.       И чувствует, как вынув пальцы Осаму прикасается к колечку мышц влажной теплой головкой. Он в нетерпении обнимает ногами тело Дазая и принимает в себя первый толчок, с губ слетает судорожный вздох и тихий вскрик. Внизу все сжимается, а Осаму наоборот просит расслабиться. Он выжидает и когда чувствует, что Чуя готов продолжить, снова толкается, беря полностью и сразу задевая простату. Накахара подаётся навстречу Дазаю, обнимает, прижимаясь к нему всем телом. По щекам текут слезы, с губ не сходит стон, когда Осаму берет яростно, постоянно задевая потаенную точку, вышибая из парня дух и одновременно даря охуительное наслаждение. — Ещё, п-пожалуйста! — закатывает глаза рыжик, откидывая голову назад.       Осаму понимает, что парень на грани оргазма. Он кладет свою руку на возбуждённый орган Чуи, и парня накрывает. Он громко вскрикивает, вздрагивая всем телом, кончает в руку Дазая и теряет сознание. Осаму кончает следом, опускает неподвижное тело Чуи на кровать, рыжие волосы рассыпаются по подушке. Он осыпает лицо своего чуда поцелуями, довольно улыбаясь. — Не думай, что так легко ты от меня отделаешься. Я только начал, мой прекрасный!