Наследование

      Когда Изуку прибыл на следующий день, Всемогущий был одет в геройский костюм и выглядел как обычно. Мгновенно обеспокоенного Изуку герой поспешил заверить, что он просто посещает публичное мероприятие, и нет ничего более не напряженного, чем раздавать автографы и фотографироваться. Изуку почувствовал облегчение, узнав, что Всемогущий не на работе, что было странным чувством.       Изуку оставалась всего неделя до окончания младшей стажировки и дедушка максимально использовал это, заставив его играть в тэг как с самим собой, так и с сэром Ночноглазом (который использовал причуду, чтобы выяснить, где Изуку будет). Помимо того, дедушка постоянно налетал на него в любой момент, независимо от того, чем Изуку занимался в это время. В последний день перед началом занятий в школе сэр Ночноглаз дал ему несколько книг по этике, истории и праву, которые, как он ожидал, Изуку прочтёт. Они не выглядели как те книги, которые бы десятилетний (почти одиннадцатилетний) ребенок прочитал бы в нормальных обстоятельствах.       Несмотря на то, что его ежедневные поездки в Башню Могущества закончились, оставались выходные и праздничные дни, когда он время от времени проходил «освежающие» уроки. Помимо этого, его призывали вести полноценную и счастливую школьную жизнь. Изуку поблагодарил всех за время, которое они потратили в своём плотном графике, чтобы учить его. Он знал, что они сделали это в основном потому, что боялись, что его причуда в конечном итоге сделает его слишком потенциально могущественным, если он не будет обучен правильному и неправильному. Тем не менее, Изуку был благодарен, даже если не мог никому этим похвастаться.       На данный момент он вернется к еженедельным гимнастическим урокам и обычной уборке. Это казалось почти анти-климатическим.       У Изуку не было больших ожиданий от школы, поскольку он был новичком в классе учеников, которые, вероятно, учились вместе в течение многих лет и у них наверняка уже сложились дружеские отношения и группы. Он действительно находил, что большинство из одноклассников были дружелюбными, и ладил с большей частью из них. Членство в клубе было обязательной частью школьной программы. Изуку думал, что кулинарный клуб интересное место, но его пригласили во многие спортивные команды, так как он был в хорошей физической форме. Написав сэру Ночноглазу СМС, чтобы спросить его мнение, он решил присоединиться к клубу дзюдо. Он никогда раньше не занимался настоящими боевыми искусствами, но казалось, что почти все они были новичками, так что это было нормально. Конечно, не помешало бы лучше понять, как кого-то сбить или перекинуть через плечо.       Всё изменилось только в ноябре. Девушка из его класса физкультуры хвасталась причудой, из-за которой её руки превращались в длинные клинки, похожие на мечи. В один момент она повернулась и случайно порезала Изуку ногу через штанину, посередине бедра, вызвав панику как у мальчиков, так и у девочек. Было много крови, и взрослые не послушали, когда Изуку сказал, что его не следует везти в больницу.       Пока школьная медсестра давила на глубокую рану кто-то вызвал скорую помощь. Ответственная за произошедшее девушка истерически плакала, неоднократно извиняясь, в то время как друзья пытались её успокоить. У Изуку навернулись слезы на глаза от жгучей, жалящей боли, но его больше беспокоило то, что никто не слушал его.       К счастью, телефон Изуку был в кармане спортивных штанов. Носить его в школе было действительно, действительно против правил, но его отец и сэр Ночноглаз настаивали, что это особый случай, и что лучше иметь возможность общаться в чрезвычайной ситуации. Слава Богу! Он знал, что школа уже пыталась связаться с его отцом, но отец всегда был занят на собраниях, и он не знал, как быстро он сможет что-либо сделать. После того, как парамедики плотно обернули его ногу и погрузили в заднюю часть машины скорой помощи, он вытащил свой телефон и набрал личный номер сэра Ночноглаза. — У тебя чрезвычайная ситуация? — звучал ответ, как только телефон сняли после двух гудков. — Я получил травму в школе, и меня везут в больницу. Они не послушали меня, когда я сказал, что меня не следует везти, — сказал Изуку без предсловий. — В какую больницу?       Изуку спросил медика, затем назвал имя. — Кто-то придет за тобой в ближайшее время.       После этого связь оборвалась, Изуку снова убрал телефон в карман. Он сделал всё, что мог, а остальное было не в его руках.       К сожалению, до больницы было недалеко от школы, поэтому они добрались туда быстро. Изуку был доставлен в отделение неотложной помощи, которое было относительно загружено, поскольку, по всей видимости, произошел пожар в какой-то квартире, в результате которого несколько человек получили ранения. Изуку считался менее приоритетным, по сравнению с некоторыми, и каталка, на которой он сидел, была прижата к стене коридора, рядом с другими недавно прибывшими пациенты в ожидании сортировки.       Изуку заерзал и оглядел всех людей, что деловито ходили по разным палатам. Он подумал, заметит ли кто-нибудь, если он просто соскользнет с каталки и, хромая, выйдет через чёрный ход. У него не хватило смелости попробовать это. Его нога начала пульсировать в такт сердцебиению. Изуку не думал, что далеко уйдет. По его спине пробежала дрожь, когда мимо провезли человека с сильно обгоревшими руками в инвалидном кресле. Через несколько минут Изуку снова почувствовал озноб, когда маленького ребёнка прокатили на каталке, очень похожей на ту, на которой сидел он сам. По крайней мере, ребёнок не выглядел обожжённым.       Прошло всего несколько минут перед тем как санитар прошёл по коридору целеустремленными шагами, толкая инвалидное кресло и крича: — Мидория Изуку?       Мидория высоко поднял руку и кивнул, когда мужчина подтвердил, кто он такой. — Вас немедленно выписывают, — сказал санитар.       Он осторожно опустил каталку, чтобы Изуку мог встать с его помощью, затем посадил мальчика в инвалидное кресло. Изуку протолкнули в вестибюль, где сэр Ночноглаз ждал у стола в очереди поговорить с женщиной, получающей запросы. — Простите, Сэр, но я вас не понимаю! — женщина за столом говорила в отчаянии. — Моя дочь! Её сюда привезли! Я должен её найти! Её квартира загорелась! — неистово сказал мужчина, заламывая руки и чуть ли не плача. — Я же говорю, что не могу… — начала повторять женщина. — Он хочет увидеть свою дочь, — сказал Изуку женщине, когда санитар подвез его к сэру Ночноглазу. — Ты можешь понять его? — с любопытством спросил Сэр. — Да? — сказал Изуку, озвучивая это больше вопросом.       Мужчина был расстроен, но не настолько, чтобы его нельзя было понять. — Вы можете спросить у него, как зовут его дочь? — спросила женщина у Изуку.       Изуку спросил у мужчины как зовут его дочь, чувствуя себя немного глупо. Мужчина выглядел взволнованным и ответил: — Битне! Битна Пак! — Битна Пак? — повторила женщина. — Она сейчас в третьем отсеке, лечится от отравления дымом.       Изуку повторил мужчине то, что сказала женщина.       Мужчина нетерпеливо кивнул и снова повернулся к Изуку. — Спасибо! Большое спасибо!       Он поплёлся искать дочь, а Изуку в замешательстве посмотрел на сэра Ночноглаза. — Позже, — решительно сказал Сэр. — Сначала нам нужно вытащить тебя отсюда.       Он быстро справился с выпиской и вскоре выкатил Изуку через входную дверь отделения неотложной помощи туда, где была припаркована его машина. Старик сидел на пассажирском сиденье, но выскочил, чтобы открыть заднюю дверь. Они помогли Изуку войти, сохранив травмированную ногу как можно более прямой. Как только сэр Ночной Глаз вернулся за руль, они выехали из больницы. — Извините, что побеспокоил Вас, — смущённо сказал Изуку. — Я знаю, что вы заняты. — Ты позвал героя на помощь, — сказал ему дедушка с переднего сиденья. — Это то, что ты должен делать. — Я связался с твоим отцом и сообщил ему, что происходит. Он согласился, что будет лучше, если мы тебя заберём. Мы отвезём тебя в клинику, которая не прикреплена к больнице. Если они не смогут помочь, попросим помощи у Исцеляющей девочки, хотя, если до этого дойдет, мы получим за это вознаграждение.       Изуку стиснул зубы и кивнул. Его нога болела сильнее, потому что пришлось немного пошевелиться, и он с нетерпением ждал облегчения боли. — Как долго ты говоришь по-корейски, Изуку-кун? — спросил Сэр, пока вёл машину. — Ты говоришь по-корейски? — спросил дедушка в замешательстве. — Нет! Я не… — Я думаю, вы обнаружите, что ошибаетесь в этом, — сказал Сэр — Хм? — промычали Изуку и Гран в унисон. — Я думаю, мы немного опоздали, вытаскивая Изуку оттуда, — объяснил Сэр отставному герою. — Что это означает? — спросил Изуку, всё ещё сбитый с толку. — Ты говорил по-корейски с тем мужчиной, который искал свою дочь. Ты не знал, что говоришь на другом языке? — Я делал это? Как это вообще возможно? — удивился Изуку, а затем понял. — Ой. — Боюсь, что да, — Сэр посмотрел Изуку в глаза через зеркало заднего вида. — Нам придётся провести некоторое тестирование, чтобы убедиться, только корейский ли это или ты также можешь говорить на других языках. Возможно, ты сейчас просто полиглот. — Полиглот? — спросил старик.       Изуку был рад, что спросил старика, а поэтому ему самому задавать вопрос не пришлось. Он уже чувствовал себя немного немым. — Тот, кто от природы свободно говорит на нескольких языках, — терпеливо объяснил Сэр. — Есть ли способ узнать из больничных записей, кто умер и в чём заключалась их причуда? — спросил Гран Торино. — Возможно, хотя нам могут препятствовать законы о личной информации. Возможно, было бы быстрее, если бы он послушал иноязычные вещи и сказал, понимает ли он их.       У Изуку заболела голова от одной мысли об этом. Десятая причуда? Это начинало звучать по-настоящему нелепо, в этот момент было почти неловко. — Полагаю, есть вещи похуже, — наконец неохотно сказала дедушка.       Изуку вздохнул.       Через несколько минут они прибыли в клинику, Изуку увидели почти сразу. Врачом в штате была милая женщина, которая распознала признаки боли, запечатленные на лице Изуку, она сделала ему укол чего-то, что заставило его почувствовать себя немного более подвижным и избавило от боли. Затем ему через крошечную маску, которая надевалась на нос, вводили что-то под названием оксид азота, что заставило его почувствовать себя ещё более странно. Изуку с отстраненным интересом наблюдал, как врач мастерски совместила края раны и использовала десять скоб, чтобы удержать её закрытой. Примерно в то время, когда она наложила на ногу защитную повязку, прибыл отец Изуку с обеспокоенным видом. Дальше Изуку почти ничего не помнил.       Как только ему разрешили покинуть смотровую, Изуку отвели к машине отца. Он всё еще был немного не в себе из-за лекарства, которое ему дали, и откинул голову на сиденье. Он сидел под углом из-за того, что шина удерживала ногу неподвижно. Штанина была отрезана, но Изуку просто не мог испытывать каких либо эмоций по этому поводу прямо сейчас.       Он со странным очарованием наблюдал, как сэр Ночноглаз несколько минут разговаривал с его отцом на стоянке, а затем на некоторое время заснул.       Изуку проснулся, когда отец нежно потряс его за плечо. Он сонно открыл глаза и обнаружил, что они в гараже. Изуку понял, что всю дорогу домой из школы проспал... Нет... Доктора. Он получил травму в школе, и случилось много всего. — Ты узнал, что я могу говорить по-корейски? — неуверенно спросил он отца.       Отец слегка усмехнулся, осторожно вытаскивая Изуку из машины, стараясь не толкать его ногу. — Так говорит сэр Ночной Глаз, — ответил отец. — Мне жаль, что я не смог добраться до тебя раньше, Зу. — Это не твоя вина, — сказал Изуку, опираясь на своего отца, когда они вместе поплелись к лифту. — Тебе нужно работать. — Как ты себя чувствуешь? — спросил отец, когда лифт начал поднимался на их этаж. — Устал. Немного странно. — Нет боли? — Нет, — Изуку изо всех сил пытался пройти по коридору к двери квартиры.       Было тяжело из-за шины на ноге и ощущения путаницы в голове. Ему это не понравилось.       Наконец они вошли внутрь. Изуку устроился на кушетке, где тут же заснул. Он не просыпался пару часов, но его голова стала более ясной после пробуждения.       Изуку вздрогнул от того что пока он садился шина на ноге немного дернулась и рана заболела. Движение привлекло внимание отца, который сидел за столом с разложенными вокруг бумагами и открытым ноутбуком. — Как ты себя чувствуешь? — обеспокоенно спросил отец. — Хорошо, — сказал он автоматически, а затем изменил свой ответ. — Немного болит. Я помню ту часть, где сэр Ночноглаз и Гран Торино отвезли меня в клинику, но остальное… — В клинике тебе дали обезболивающее и веселящий газ, так что ты был в полном порядке, — объяснил отец. — Врач дал нам несколько болеутоляющих таблеток, чтобы ты мог пережить следующие пару дней, если они тебе понадобятся. Но лучше не принимай их, если только тебе не очень больно и ты не можешь уснуть или что-то в этом роде. Он сказал, что они нагоняют сон. — Думаю, сейчас со мной всё в порядке, — Изуку поправил вес, чтобы подняться на ноги.       Он поплёлся по коридору в ванную и, вернувшись, заметил, что был уже поздний день. — Я собираюсь приготовить что-нибудь поесть. Ты тоже голоден? — Я не знаю, стоит ли тебе слишком долго стоять на ногах, — засомневался отец. — Я могу заказать доставку.       Изуку согласился, они заказали пасту в ближайшем магазине. Изуку просмотрел стопки бумаг вокруг стола. Он взял чистый лист бумаги для принтера и начал рисовать на нём, пока отец продолжал работать. Когда лист наполнился каракулями, он потянулся за другим и случайно смахнул бумагу из стопки документов отца на пол. Ему потребовалось некоторое усилие, но его причуда баланса помогла ему добраться до листа, не упав. Он поднял её, взял ещё один чистый лист бумаги и моргнул.       Он посмотрел на бумагу, которую взял, чтобы рисовать, и увидел, что она покрыта письменами... Он положил лист и взял ещё один чистый, но обнаружил, что на нём тоже внезапно появилась печать. — Э… Папа… — сказал Изуку с опаской. — Хм? — отец нажал ещё несколько клавиш на своем ноутбуке, прежде чем поднял глаза. — Что-то… происходит? — сказал Изуку.       Отец посмотрел на то, что он держал. — О, я собираюсь выступить на презентации… почему их три? — он взял лист у сына и, нахмурившись, поднял два других экземпляра. Все они были идентичны. — Эм… смотри… — сказал Изуку.       Двигаясь с преувеличенной медлительностью, он протянул руку и взял чистый лист бумаги, он снова был заполнен текстом, идентичным двум последним. Оба в замешательстве нахмурились. — Как ты…? О нет. — Ещё одна? — Изуку практически причитал. — Серьёзно? — А что ещё это может быть?       Изуку фыркнул. Если ему постоянно приходилось получать причуды, не должен ли он хотя бы иметь удачу получить что-то полезное для работы героя? Он предположил, что корейский был полезен, но человеческий принтер? А как он вообще активировал причуду? — Покажи мне, что ты делал, когда это началось, — проинструктировал отец.       Изуку подумал об этом, и они сообразили, что после того, как он прикоснулся к рассматриваемому документу, а затем коснулся чистого листа, текст был скопирован на чистый. — Давай попробуем, — сказал отец, роясь в разных бумагах. — Это не важно. Снова коснись документа, затем этой бумаги.       Он держал бумагу, на которой уже была печать. Он положил листы перед сыном и наблюдал, как Изуку прикоснулся к оригиналу документа, а затем к чистому листу. Надпись копировалась прямо поверх существующей печати документа, создавая беспорядок кандзи по всей бумаге. — Интересно, — изучал бумагу отец. — Попробуй сначала прикоснуться к чистому листу бумаги, а затем коснуться другого чистого листа.       Изуку сделал, как ему сказали, и с облегчением увидел, что оба листа остались прежними. — Может быть, одна копия за одно касание? — пробормотал отец. Он ущипнул нижнюю губу и тихим голосом стал обсуждать этот вопрос с самим собой. — Если ему нужно прикоснуться к чистому листу, чтобы стереть первый лист, означает ли это, что он должен делать это со всем, к чему прикасается? Что, если он прикоснется к чистой бумаге, а затем к бумаге с надписью на ней? Причуда сотрёт? Можно ли это сделать по желанию или просто автоматически? Должен ли он прикасаться всеми пятью пальцами или это может быть единая точка соприкосновения? — Папа, — терпеливо сказал Изуку, привыкший к подобным вещам. (На самом деле он не осознавал, что часто делал это сам). — Извини. Извини. Это действительно интересно. Ты не против поэкспериментировать с этим ещё немного, или это утомительно? — Физически это не очень утомительно, — подтвердил Изуку. — Это просто кажется такой скучной причудой. — Все они не могут быть хорошими, сынок, — сказал отец с легким смешком. — Не могу поверить, что мы с твоей мамой раньше волновались, что у тебя вообще нет причуды, а теперь их у тебя одиннадцать. — Я тоже не могу в это поверить, — немного сварливо сказал Изуку. — Я звучу как какой-то сильный персонаж из манги или что-то в этом роде. — Это не правда! Большинство твоих причуд никогда не используются чаще, чем один или два раза в месяц или около того! Это не так, как будто ты стреляешь лазером из глаз или что-то в этом роде. — Не сглазь меня! — серьёзно сказал Изуку.       Они немного поэкспериментировали с причудой копирования и обнаружили, что для её активации требуется пять пальцев, и что она работает только на бумаге. У них не было холста или чего-то подобного, чтобы проверить работает ли причуда только на принтерных листах.       Прибыл их ранний обед, и Изуку с благодарностью наелся пасты, на время отложив в сторону мысли о новых причудах. По словам отца, врач вытащит скобы примерно через десять дней, а до тех пор ему придётся расслабляться. Шину, обмотанную вокруг его ноги, нужно было держать как минимум три дня. Изуку придется отменить занятия гимнастикой и до этого момента ограничиться упражнениями на верхнюю часть тела.       Изуку надеялся, что таких дней больше не будет.