Наследование

      Изуку прибыл и нашёл не только Всемогущего, но и сэра Ночного Глаза с Граном Торино, сидящих за низким столиком в гостиной на верхнем этаже Башни Могущества.       Изуку зашёл домой, чтобы принять душ и переодеться, и теперь ему было интересно, следовало ли идти сюда, поскольку у всех были очень серьёзные лица. Почему-то Всемогущий был в своей сдутой форме выглядел даже серьёзнее, чем мог бы быть в своей мускулистой. Возможно так казалось, потому, что он не всегда улыбался в таком виде. — Что-то не так? Что-то случилось? — спросил Изуку, застыв на том месте, где остановился. — Нет, всё в порядке, — сказал ему Сэр. — Заходи и присаживайся. Всемогущему нужно кое-что тебе рассказать, и очень важно, чтобы ты внимательно его слушал.       Изуку позволил сумке соскользнуть с плеча на землю рядом с диваном и запрыгнул на подушку. Он больше походил на маленького ребёнка, чем обычно, сидя, свесив ноги с земли. Все взрослые смотрели на него. — Мидория-кун, — начал Всемогущий, — во-первых, я хочу сказать тебе, что то, что ты сделал сегодня, было экстраординарным. Это было безрассудно, но ты хорошо себя держал. Увидеть тебя там, бегущим прямо навстречу опасности, в то время как другие герои не решаются действовать, казалось поистине героическим. Я сам стоял в стороне в нерешительности, потому что потратил своё время на день и ждал, когда в бой вступит другой герой. Ты был единственным, кто это сделал. Ты не думал дважды, пытаясь спасти человека, который тебе даже не нравится, и ты держал в уме и использовал инструменты, которые у тебя были под рукой, чтобы делать всё возможное, чтобы выиграть время.       Изуку почувствовал, как краснеет от похвалы, он подумал, что может взорваться от гордости. — Мы наблюдали отсюда, — сказал дедушка, тоже указывая на Сэра. — Мы наблюдали за этим районом, потому что было сообщение о том, что злодей совершил кражу, а потом появился ты. — Ты хорошо себя вёл, — согласился Сэр. — Хотя я вижу, что нам придется поработать над некоторыми стратегиями борьбы с такими злодеями в будущем.       Изуку кивнул, желая узнать больше о том, что он сделал правильно, и что он мог бы сделать иначе или лучше. — Теперь! — Всемогущий возвратил внимание к тому, почему он попросил Изуку прийти. — У меня есть история о причуде и о том, как я стал героем.       Изуку задумывался об этом некоторое время, но когда он спрашивал сэра или Гран Торино, они всегда говорили, что Всемогущий скажет ему, когда почувствует, что пришло время. Никто точно не знал, в чём на самом деле была причуда Всемогущего, хотя она явно имела какое-то отношение к суперсиле.       Изуку слышал, как Всемогущий говорил о «Все за одного» и «Один за всех» и как «Один за всех» передавался из поколения в поколение. Всемогущий объяснил, что у него не было причуд, но было желание стать героем, и как его учитель дал ему «Один за всех» для совершенствования. Теперь, когда он был так тяжело ранен, ему пора было выбрать преемника и начать медленные шаги к отставке. — После того, что я увидел сегодня, я не решусь уйти в отставку до того, как нынешние герои не реализуют свой потенциал. Я стремлюсь ускорить работу моего преемника как можно сильнее, чтобы не было большого разрыва без того, кто использует «Один за всех». — Как только вы уйдете, героям придется действовать. Они стали ленивыми, потому что Вы готовы помочь им. Старатель — подонок, но он, по крайней мере, пытается не отставать от тебя. Остальным нужна проверка на эффективность, — прямо сказал дедушка. — Ребёнок не будет готов ещё лет шесть или больше. Ещё нужно дойти до средней школы и UA. — Подождите, — сказал Изуку, пытаясь проследить за тем, что говорил старик. — Что? Какой ребёнок? — Гран Торино, — слегка отругал его Сэр. — Пусть этим займется Тошинори.       Все вздохнули. — Изуку, я хочу, чтобы ты стал моим преемником.       Изуку просто сидел и тупо смотрел, словно ожидая кульминации. — Изуку, ты слышал, что он сказал? — спросил Сэр, когда молчание затянулось до неловкого долго. — Тебе не обязательно, — поспешил заверить Всемогущий, — если ты не хочешь… — Конечно, я хочу, — немедленно сказал Изуку. — Я просто отчасти… я? Просто потому, что я сегодня набросился на злодея?       Сэр фыркнул, пытаясь выдать это за кашель, а старик улыбнулся. — Нет, это не единственная причина! — сказал Всемогущий с удивлением. — Но это было последнее доказательство того, что у тебя есть всё, что нужно, чтобы стать великим героем. Я действительно много думал об этом… мы много обдумывали и принимали это во внимание. Одна из вещей, которая впервые заставила нас задуматься о твоей кандидатуре — это твоя способность справляться с множеством причуд, не нагружая тело. Один за всех является мощной причудой, которая становится все сильнее с каждой передачей. Это причуда накопления энергии, и даже при том, что у меня не было причуды, когда я её получил, я всё же внёс свой вклад в развитие, и вся эта сила перейдет к тебе. С этим будет сложно справиться. — Ты можешь подумать об этом, малыш. Тебе, вероятно, нужно задать около миллиона вопросов, как ты обычно делаешь. — Мне не нужно об этом думать, но я знаю, что у меня будет куча вопросов, — Изуку кивнул. — Единственный, кем я когда-либо хотел стать, это героем, но ни одна из моих причуд не так уж хороша для героической работы. — Это неправда, — сказал Всемогущий. — У тебя невероятные причуды, и хотя это будет тяжелая битва, ты можешь стать героем, имея даже то, что у тебя уже есть. — Изуку, — серьёзно сказал Сэр. — Не думаю, что тебе стоит давать ответ сразу. Позволь себе по-настоящему погрузиться в этот вопрос. Я не думаю, что ты понимаешь, что влечет за собой сохранение такого огромного секрета и насколько изолированным ты будешь себя чувствовать. Подумай об этом. Запиши вопросы. Ты должен быть абсолютно уверен. — Думаю, мне стоит поговорить об этом с отцом, — робко сказал Изуку, увидев мудрость в словах Сэра. — Это ещё одна вещь, о которой стоит подумать, — сказала Гран Торино. — Любой, кто знает секрет причуды Всемогущего, является возможной целью. Есть причина, по которой его круг близких друзей так мал.       Всемогущий просто сидел, сцепив пальцы вместе, пристально глядя на Изуку. — Даже если ты откажешься от этого предложения, — наконец сказал он, — мы не бросим тебя. Ты уже являешься мишенью для оставшихся последователей Всех за Одного, и тебе нужно тренироваться, чтобы быть готовым к любому возможному взаимодействию с ними в будущем.       Изуку медленно кивнул, всё ещё размышляя о том, что значит рассказать отцу обо всем этом. Насколько это было бы опасно для него? Больше, чем уже было? Почему-то Изуку в этом сомневался. Они уже восполнили потребность отца в домработнице. Злодеи уже знали, где его найти, и Изуку сомневался, что отец мог просто сменить работу. — Могу ли я рассказать обо всем отцу? — спросил Изуку. — Возможно, будет лучше, если мы объясним ему это, — сказал Сэр. — Я уверен, что у него будут вопросы, на которые ты не сможешь ответить. — Что, если он скажет, что я не могу принять эту силу? — Изуку вслух забеспокоился.       Последовала пауза, прежде чем Всемогущий прочистил горло. — Нам просто нужно надеяться, что мы сможем его убедить. — сказал Всемогущий. — В идеале, мы должны подождать, пока ты не поступишь в UA, прежде чем даже предлагать тебе взять на себя «Один за всех», — сухо отозвался Сэр. — Но конфронтация с нынешним состоянием Всемогущего, к сожалению, значительно сдвигает этот график. — Вы думали об этом раньше? — удивленно спросил Изуку. — В более абстрактном смысле, да. — ответил Всемогущий. — Знаешь, я уже не совсем молодой человек. В любом случае мне пришлось бы уйти на пенсию лет через десять или около того. Мы смотрели бы немного дальше в будущее и, вероятно, исследовали бы несколько различных возможностей. Тебя подарили нам, как знак богов. Нам даже не нужно было бы придумывать оправдание на то, что у тебя внезапно появилась ещё одна причуда.       Глаза Изуку расширились при этом. — Вау.       Изуку начал бормотать себе под нос, закусывая нижнюю губу, в то время как его разум кружился от всей новой информации. Он не заметил, когда герой в отставке переглянулся с двумя другими мужчинами и вздохнул. — Он делает это снова. — Оставим его в покое, — тихо сказал Сэр. — Он обрабатывает. — Это довольно мило, — пожал плечами Всемогущий.       Изуку собрал в голове временные рамки, которые произошли во время обучения на стажировке и событиями дня. К тому времени, когда Изуку закончил, он заметил, что все трое смотрят на него с разными выражениями веселья.       В тот вечер Изуку сидел рядом с отцом, который всё ещё не понимал, что его сын боролся со злодеем и спас одноклассника. Изуку как бы «забыл» позвонить ему позже, а отец был на собраниях весь день и не слышал новостей. Сэр и Всемогущий объяснили всё это сначала, восхваляя сообразительность и храбрость Изуку. Об этом даже говорили в новостях, так что они все вместе посмотрели отснятый материал. Это было чем-то вроде сюрреализма.       Отец Изуку выглядел сначала ошеломленным, потом встревоженным и, наконец, гордым. Затем он снова вернулся к беспокойству. — Есть ещё что-то, не так ли? — спросил он. — Вы пришли сюда не только для того, чтобы рассказать мне об этом. — Это правда, — осторожно ответил Всемогущий. — У нас есть кое-что, что нужно вам рассказать.       Хисаши выслушал рассказ Всемогущего об «Одном за Всех», и его осенило осознание того, почему они делятся этим с ним. Тот факт, что «Все за Одного» был таким старым и коварным оружием в преступном мире, заставил его нахмуриться и сжать челюсти. Он, казалось, не заметил, когда клубы дыма начали подниматься из его ноздрей, пока они объясняли истинный урон, который Всемогущий получил во время битвы с «Все за Одного». Шлейф дыма вылетел из рта, когда он увидел истинную спущенную, исхудавшую фигуру Всемогущего на месте, где сидел огромный культовый герой.       Изуку вздохнул, когда отец прикусил нижнюю губу и начал бормотать, точно так же, как и его сын делал до этого. Когда отец наконец продумал это в уме, он вздохнул, дым всё ещё шёл из его носа и рта. — Папа, не включай пожарные извещатели, — спокойно сказал Изуку, когда отец, казалось, вышел из транса. — Извиняюсь! Извините, — сказал отец, глубоко вздохнув, чтобы вдохнуть как можно больше дыма, и сознательно с усилием подавить причуду.       Он посмотрел на двух мужчин, которые глазели на него с серьёзным выражением лица. — Вы хотите передать эту силу Изуку.       Это не было вопросом. — Да. — Он ребёнок. — Да. Но не надолго. Он почти подросток, — заметил Сэр. — И злодеи не всегда принимают во внимание возраст, — отмечает Всемогущий. — Разве это не сделает его мишенью? — спросил отец.       Изуку не был уверен, потому что ещё рано было говорить, но то, что его отец не сразу сказал «нет» казалось хорошим знаком. — Я уже мишень, папа, — тихо сказал Изуку. — «Все за Одного» побежден, но у него много последователей. Особенно этот парень Томура, он страшный и у него очень сильная причуда. — Зу, соглашаться стать следующим Всемогущим… это совершенно другой уровень, — отметил отец. — Верно, но я все равно собирался подать заявление в UA, — сказал Изуку самым убедительным голосом. — Итак, если я все равно собираюсь стать героем, разве ты не хочешь, чтобы я был самым сильным из тех, кем я могу быть?       Еще больше дыма стало подниматься из ноздрей отца, Изуку в беспокойстве закусил губу. — Мне нужно подумать об этом и убедиться, что я… мы всё принимаем во внимание, прежде чем принять решение. Сэр и Всемогущий обрадовались, услышав это. — Конечно, — твердо сказал Всемогущий. — Это всё, что мы просим.       Изуку и его отец поблагодарили мужчин за то, что они пришли, и проводили их до двери. Когда они ушли, Изуку подошёл к небольшому шкафчику и достал бутылку виски. Он отнес его на кухню и положил немного льда в стакан, а затем обильно полил его янтарной жидкостью, прежде чем отнести стакан отцу.       Отец всё ещё стоял перед дверью, глядя в никуда, погруженный в мысли. Он вздрогнул, когда почувствовал руку Изуку на своей руке, и немного рассмеялся, когда увидел стакан в руке сына. — Ты читаешь мои мысли, — сказал он, забирая стакан.       Изуку лишь слегка усмехнулся и поблагодарил свою самую бесполезную причуду.       Они вернулись в гостиную и проговорили до поздней ночи, оба составили список вопросов, проблем и (в случае отца) требований, которые им необходимо было удовлетворить, прежде чем будет принято окончательное решение. Это было не то сложное «да», на которое надеялся Изуку. Отец пообещал связаться со Всемогущим и сэром Ночноглазом, чтобы получить ответы и заверения, прежде чем что-то будет решено.       В конце концов, Изуку было разрешено принять «Один за Всех», с обещанием Всемогущего, что он сделает всё, что в его силах, чтобы направлять и защищать Изуку, пока он не будет готов выступить как герой в одиночку. И Всемогущий, и сэр Ночноглаз обещали быть настоящими наставниками, а Гран Торино был неофициальным побочным преимуществом, протягивающим руку помощи, когда и где мог.       Сердце Изуку бешено колотилось, когда он стоял рядом с отцом в Башне Могущества и принимал… волос с головы Всемогущего. — Съешь это, — сказал Всемогущий.       Изуку и его отец выражали одинаковый скептицизм. — Изуку должен поглотить часть ДНК Всемогущего, чтобы передача произошла, — пояснил Сэр. — Ах. Хорошо… — сказал Изуку, всё ещё несколько неохотно. — Может ему есть чем запить? — спросил отец.       Дедушка держал стакан молока и тайяки на тарелке. — Я тебя прикрываю, — весело сказал старик. — У Тошинори не было такой роскоши, когда он получил «Один за всех» и провёл остаток дня, давясь проклятым волосом. Думаю, он обернулся вокруг его язычка!       Он, казалось, думал, что это было весело, но Изуку было не так легко отвлечь.       Через мгновение Изуку намотал волосы на палец, пока они не превратились в маленькое кольцо, и засунул их себе в рот. Прежде чем он даже попытался проглотить его, он схватил тайяки и откусил огромный кусок, практически проглотив его целиком, а затем запил всем стаканом молока. — Я думаю, что проглотил, — сказал Изуку, когда стакан опустел. — Хорошая работа, мой мальчик! — сказал Всемогущий громким голосом своей мускулистой формы. — Ты официально являешься девятым обладателем «Одного за Всех».       Он похлопал Изуку по спине с достаточной силой, чтобы отбросить его на шаг вперед, прежде чем радостно засмеяться и внезапно сдуться. — Я ничего не чувствую… — начал Изуку, но затем почувствовал, как дрожь прошла от кончиков пальцев ног к макушке. Слабые потрескивания зелёной электрической паутины окружали его на несколько мгновений, вены под кожей вспыхнули красным, как будто освещённые изнутри, затем всё успокоилось и исчезло. — Это было странно! — воскликнул Изуку, глядя на руки, которые только что светились. — Я почти уверен, что сработало!       Он посмотрел на отца, который выглядел потрясенным, из его приоткрытого рта вырывалась струйка дыма.       Как только Хисаши успокоился они вошли в частный спортзал Всемогущего, и Изуку принял стойку, которой его научил Гран Торино. Он прислушался к совету, который дал ему Всемогущий, и представил, как в его разуме бушует сила. Дедушка помог зашнуровать боксерские перчатки, которые носил Изуку, когда тренировался. Сэр внимательно следил за Всемогущим, и Изуку задался вопросом, не беспокоился ли он о том, что случится с ним теперь, когда передали «Один за всех». Всемогущий уже объяснил, что тлеющие угли силы всё ещё горят внутри него, и что потребуется немало времени, чтобы они погасли. Он никогда не передавал силу раньше. Что, если он был неправ?       Всемогущий почувствовал, как Сэр и Изуку смотрят на него, и улыбнулся. — Я в порядке. На самом деле лучше, чем я ожидал. Легкое притяжение, которое я всегда ощущал рядом с молодым Мидорией, исчезло. Может быть, потому что я опять технически без причуды.       Этот ответ, казалось, успокоил Сэра, поэтому Изуку кивнул и снова сосредоточился на попытке использовать «Один за всех». Он представил, как сила полилась через него. Красновато-розовое свечение под его кожей и зеленые искры снова появились в паутине вокруг его тела, когда он отдернул кулак и ударил по тяжелой боксерской груше изо всех сил. Раздался грохот и мешок задрожал на цепях и дико раскачался. Изуку ахнул и отпрыгнул назад, пораженный силой удара. Он никогда раньше не заставлял грушу скрипеть, не говоря уже о том, чтобы двигать её, как только что.       Отец снова смотрел с приоткрытым ртом и ждал, пока груша осядет. Затем он оперся на неё, толкая обеими руками в попытке сдвинуть. Он потерпел неудачу. Его рука дрожала, когда он вытащил из кармана носовой платок и похлопал себя по лбу. — Ты в порядке, папа? — обеспокоенно спросил Изуку.       Свечение, которое, казалось, появлялось, когда использовалась сила «Один за всех», снова исчезло. — Я думаю, этого более чем достаточное доказательство, — прошептал отец над клубом дыма. — Согласен, — с удовлетворением отметил Сэр. — Теперь можно начинать настоящие тренировки, — сказал Всемогущий, потирая руки. Изуку усмехнулся.