Наследование

Терапевт был милым. Это был мужчина по имени Фухимори Аоки с цветами вместо волос, и это выглядело так, как будто на нем была очень модная шапочка для плавания. Цветы казались похожими на лаванду с ее колючками, у них был успокаивающий аромат, который был не таким женственным, как можно было бы ожидать. У него также было чувство юмора по поводу своей внешности (сказав, что он надеется, что у Изуку нет сезонной аллергии), что Изуку оценил. Изуку хотел спросить, увядали ли когда-нибудь цветы, когда мужчина был обезвожен, или лысым зимой. Может быть, в другой раз. Офис находился в высоком многоквартирном доме, на самом верхнем этаже, который служил как домом мужчины, так и его офисом. Отец Изуку ждал в небольшом уголке с удобными креслами и множеством журналов, отгороженным от жилой части пентхауса. Сам офис представлял собой простую комнату с письменным столом с двумя стульями перед ним, несколькими растениями и захватывающим видом на город и немного океана вдалеке. Там было четыре стула, расставленных в виде небольшого квадрата, каждый из которых был обращен к своему диагональному партнеру. Все они имели немного разную конструкцию, чтобы вместить тех, кто любил сидеть прямо, тех, кто предпочитал немного отдохнуть, один, для тех кто любит откинуться, и третий, который обхватывал сидящего в нем человека, почти как яйцо. Изуку задавался вопросом, было ли это своего рода тестом или индикатором того, какой была его личность в зависимости от того, какой стул он выберет. Он попытался подождать, пока доктор Фухимори сядет первым, чтобы он мог просто сесть напротив, но это не сработало. — Садитесь в любом месте, где тебе удобно, — сказал он. Изуку сел в кресло в форме яйца, что побудило его откинуться назад, что казалось слишком небрежным. Он почти сразу встал и подошел к креслу, но не откинул его. Фухимори казался слегка забавным, но ничего не сказал о смене места. Как только Изуку, казалось, успокоился, Фухимори сел напротив на то, которое, по мнению Изуку, должно было быть для таких людей, как Иида, которые сидели прямо. Он держал папку с файлами под буфером обмена, но положил их себе на колени и просто спокойно смотрел на Изуку. — Сегодняшний день будет для того, чтобы узнать друг друга немного лучше. Иногда первый терапевт, с которым ты встречаешься, не всегда является лучшим для тебя. Важно, чтобы ты чувствовал себя комфортно, чтобы говорить свободно и отпустить часть своего напряжения, пока ты здесь. Следующий час поначалу был немного неловким, но к тому времени, когда Изуку ушел, он почувствовал, что начал решать некоторые вещи, которые были у него на уме. Во всяком случае, он много говорил. Его отец назначил ему встречу на следующую неделю, а затем встречи должны были быть еженедельными или по мере необходимости. По дороге домой единственное, что спросил отец это о его назначении, каковы его первые впечатления о Фухимори и комфортно ли он чувствует себя там. Изуку оценил уединение и заботу. — Думаю, он мне понравится, — сказал Изуку. — Но, думаю, я не узнаю наверняка сразу. Изуку не видел причин, по которым он не должен был бы быть в порядке с Фухимори, но он не видел причин не доверять бабуле Ито. Он любил ее, и она любила его, но в конце концов центром их отношений стало предательство. Единственным близким другом, который у него когда-либо был, был Каччан, и Изуку тоже чувствовал себя преданным им. Большую часть своей жизни он не позволял себе заводить настоящие, близкие дружеские отношения, потому что просто не доверял людям, выходящим за рамки поверхностного уровня. Он считал, что большинство людей хорошие, но, возможно, он боялся, что узнает, что это не так? — Он сказал, что я должен вести дневник, — сказал Изуку, готовый рассказать так много о совете терапевта. — Так что я могу записывать вещи, которые меня беспокоят, или вещи, о которых я не могу перестать думать, и тому подобное. Он сказал, что это поможет нам использовать время во время наших сеансов с максимальной пользой. — В этом есть смысл, — сказал его отец. — Нам нужно остановиться и купить его, или у тебя уже есть что-то, что вы хотите использовать?» И точно так же, Изуку знал, что не каждый предаст его. Не его отец. Не Всемогущий, или Сэр. Там были люди, которым он мог доверять. Ему просто нужно было найти время и набраться смелости, чтобы попытаться впустить людей. Иида и Урарака регулярно переписывались с ним во время закрытия школы. Иида был невероятно эффективен и собрал папки для себя и Изуку, чтобы помочь им с их обязанностями представителей класса. Его сообщения обычно касались школы, хотя он часто выражал беспокойство о благополучии Изуку, так как он был наиболее ранен в USJ. Сообщения Урараки были более жизнерадостными, в духе знакомства с новым другом. Благодаря их коротким сообщениям, из-за которых Изуку был взволнован, потому что разговор с девушкой за пределами школы выходил за рамки его знаний, Изуку многое узнал о ней. Она жила в крошечной квартирке недалеко от школы, потому что ее родители жили в префектуре Мэй, в нескольких часах езды. Она ела много рамена, но когда Изуку спросил, был ли он ее любимым, она ответила: «Не совсем», что Изуку понял так, что она ела его, потому что он был недорогим. Он давал им удивительно мало информации о себе. Некоторые вещи были неизбежны, например, его причуды, его любовь ко всему Всемогущему и вещи, связанные со школой. Привычка не позволяла ему делиться личными подробностями о том, где он жил или чем занимался вне школы. Казалось, что их это устраивает, но он задавался вопросом, сколько времени пройдет, прежде чем они сочтут это странным. Вероятно, ему следует поговорить со своим отцом и Всемогущим о том, что можно говорить, а что нет, так как самый невинный разговор может привести к катастрофическим последствиям. Они узнали это на собственном горьком опыте с помощником его отца. Тем не менее, ничто не мешало ему быть дружелюбным и ценить их заботу и интерес. Он просто будет действовать осторожно. Когда школа вновь открылась в понедельник, Изуку был удивлен, увидев Урараку, а также Ииду, когда тот приехал за двадцать пять минут до звонка. Вскоре после этого появился Асуи (зови меня «Цую»), а затем Яойрозу. Все, казалось, с облегчением увидели друг друга лично после паники вокруг USJ и искали ответы, на которые не было ответа в переписке, которую они ведут в течение длинных выходных. В этот день рано утром прибыло больше учеников, чем когда-либо прежде, и казалось странным, что занятия в школе продолжались всего пару недель. — Откуда они узнали, кто ты, Мидория? — спросил Серо, игнорируя жалобу Ииды на то, что он сидит на столе. — Наверное, я уже сталкивался с ними, — осторожно ответил он. — Наверное? — надавила Цую. — Ты не уверен? — Ну, это долгая история, но я уже встречался с парнем с белыми волосами и парнем с варп-вратами, но их босс как бы стер эту встречу из моей памяти, так что я узнал об этом позже. — Это безумие, чувак! — воскликнул Киришима взволнованно. — Действительно, — согласился Изуку. Затем, не чувствуя себя комфортно при таком внимании к нему, Изуку решил, что пора сменить тему. — Я рад, что все в порядке, — сказал он, — и мне жаль, что я не подумал написать вам всем. Я не очень хороший представитель класса. Я подумал, что было бы неплохо организовать групповой чат для нашего класса, чтобы все могли общаться друг с другом. — Это отличное предложение! — согласился Иида. — Я сделаю это! — предложил Каминари, вытаскивая свой телефон. — Нет, я сделаю это, — настаивала Ашидо. — Я думаю, нам следует подождать до нашего перерыва, чтобы все устроить, — сказал Изуку. — Занятия вот-вот начнутся. Это вывело Ииду из себя, он размахивал руками и призывал всех занять свои места. Он яростно покраснел, когда Ашидо указал, что он единственный не на своем месте, и быстро скользнул на свое место, пока все смеялись. — Интересно, кого мы получим в качестве учителя, пока учитель не вернется? — прошептала Урарака достаточно громко, чтобы все услышали. — Кто бы это ни был, мы покажем ему наше глубочайшее уважение! — сказал Иида, как только дверь распахнулась. — Доброе утро. У всех в комнате отвисла челюсть, когда учитель Айзава вошел в комнату несколько неуверенно. Казалось, что он был покрыт бинтами с ног до головы, но все еще был одет в костюм героя. Обе его руки были обмотаны и закованы в перевязи, заставляя Изуку задуматься, как ему вообще удалось открыть дверь. Его глаза были едва видны через щели в бинтах, но то, что он мог видеть, было таким же налитым кровью, как обычно. — Я рад, что у Вас все хорошо, сэр! — громко сказала Иида, когда их учитель стоял за столом. — Ты называешь это "хорошо"? — недоверчиво спросила Урарака. — Учитель, вы уверены, что должны быть здесь? — спросила Цую. — Вам не нужно беспокоиться обо мне, — устало сказал Айзава. — Вы все еще не закончили сражение. — Ты хочешь сказать... — Изуку задавался вопросом, собираются ли они снова приступить к боевым тренировкам. — Только не больше злодеев! — закричал Минета из-за спины Изуку. — Это не злодеи, — сказал Айзава. — Хуже. Приближается спортивный фестиваль UA. Вы будете соревноваться с другими студентами в этой школе, включая друг друга. Изуку вздохнул с облегчением, хотя он задавался вопросом, почему Айзава считает это хуже, чем злодеи. — Они все еще собираются проводить его после нападения на школу?— спросила Яойрозу с беспокойством. Изуку разделял это мнение, но спортивный фестиваль UA был огромным. Это было событие, которое привлекло внимание всей страны так же, как и Олимпийские игры до того, как причуды начали проявляться по всему миру. — Очевидно, что за этим решением стоит мысль о том, что UA должен показать миру, что его протоколы безопасности и кризисного управления надежны. Присутствие полиции и героев будет в пять раз больше, чем обычно, чтобы ослабить опасения, но это не ваша самая большая проблема. Изуку полагал, что усиление безопасности произошло бы даже без фестиваля, так что это не было большим откровением. Он только надеялся, что злодеи не воспримут это как вызов. — Это одна из самых больших возможностей, которые вам предоставятся. Тем не менее, не только вы получаете такую возможность. Конкуренция будет жесткой по всей школе. Это не то, что будет отменено из-за того, что несколько злодеев доставили неприятности одному классу в отдаленном уголке кампуса. — Вы уверены в этом? — спросил Минета с испугом. Изуку задавался вопросом, что именно Минета пережил в USJ. Он не был уверен, что кто-то посвятил его в это. — Минета, ты никогда не видел прошлые спортивные фестивали? Они огромны и требуют тонны планирования, и... — Конечно, видел! — ответил Минета почти обиженным. — Я не об этом! — Вся страна приходит в бешенство из-за этого, — отметил Айзава. — Это огромная задача, в которой участвуют не только курс героев. — Главные герои страны будут смотреть, — отметила Яойрозу. — Большинство из них будут выбирать стажёров. Это вызвало тихий ропот среди многих учеников, которые были взволнованы перспективой быть замеченными в начале своей школьной карьеры. — Они будут искать потенциальных помощников! — восторженно воскликнул Каминари. — Да, но некоторых подхватывают и они остаются помощниками, никогда не открывая свои агентства. Вероятно, это будешь ты, слюнявый мальчишка, — сказала ему Дзиро с раздражением. — Эй! Что я тебе сделал? — жалобно спросил Каминари. Изуку наблюдал за этим, приподняв брови, напоминая себе о том, что нужно следить за острым языком Джиро. — Само собой разумеется, какой ценный опыт и подготовка, а также популярность вы получите, если вас подберет известный герой. Это шанс, который даётся раз в год, поэтому вы получаете три спортивных фестиваля, чтобы произвести впечатление. Пришло время показать им, из чего вы сделаны, и заработать будущее для себя, — сказал им Айзава с большим рвением, чем он обычно вкладывал в свои речи. — Если вы надеетесь стать героями, это событие, которое вы не можете позволить себе испортить. В этот момент Сущий Мик выскочил из дверного проема и сказал по-английски: — Доброе утро, класс! Он был не таким громким, как обычно, и его глаза, казалось, были с темными пятнами под ними, но Изуку мог сказать, что он изо всех сил старался быть веселым. Он также не пропустил, как Сущий Мик ненадолго положил руку на плечо Айзавы и спросил, как он себя чувствует. Из некоторых сплетен, которые он слышал в кафетерии, следовало, что Айзава и Мик были студентами UA в одно и то же время и были старыми друзьями. Для Изуку это казалось странной парой, но они часто говорили, что противоположности притягиваются. Утренние занятия тянулись, и все думали про объявлении спортивного фестиваля вместо английского, математики и современной литературы. Как только дверь за Цемонтосом закрылась, комната разразилась возбужденной болтовней. — Я так чертовски взволнован этим! — заявил Киришима, сжимая руки в кулаки. — Если мы покажем, на что способны, это будет большой шаг к тому, чтобы стать профессионалами! Все они направились к двери, чтобы отправиться в кафетерий. — Все так взволнованы! — сказал Изуку Ииде, когда они последовали за толпой. — Действительно? — спросил Иида, выглядя еще более напряженным, чем когда-либо. — Это отличная возможность заработать место в рядах героев! Конечно, мы были бы взволнованы! Урарака была еще более заряженной, чем Иида или даже Киришима. — Давай сделаем все возможное! — горячо сказала она, и на ее лице были вырезаны жесткие черты решимости. Остальные оборачиваются, чтобы посмотреть на ее нехарактерный перепад настроения. — Все, я раздавлю вас! — заявила она, звуча почти сердито из-за этого. Ее руки были сжаты в кулаки, и она накачала воздух, призывая остальных присоединиться к ней. — ПЛЮС УЛЬТРА! — Итак, — спросил Изуку, надеясь, что его голос прозвучит небрежно, когда он идёт в ногу с Иидой и Ураракой. — Что заставило вас, ребята, стать героями? — Деньги, — без колебаний ответил Урарака. — Деньги? — спросили Изуку и Иида в унисон. — Я знаю, я знаю, — сказала Урарака, выглядя смущенной. — Это очень грубо. Это просто... Мои родители управляют строительной компанией, которая уже давно не работает хорошо, поэтому с деньгами всегда было туго. Они так много работали и им нечего показать, понимаете? Я хочу дать им более комфортную жизнь, да и самой жить комфортно. Изуку было стыдно за его первоначальную реакцию возмущения на причину, по которой она стала героем. Он уже подозревал, что она живет как можно дешевле, судя по сообщениям, которыми они обменивались. Не было ничего плохого в том, чтобы желать лучшей жизни для себя, и это вдвойне важно, если желать этого другим. Это было само по себе своего рода героизмом, не так ли? — Я не вижу в этом ничего плохого, — резонно сказал Иида. — Хотя я думаю, что ты будешь работать усерднее, чтобы достичь своей цели, чем на большинстве других профессий, это, скорее всего, произойдет быстрее с работой героя. — Спасибо. Я не уверена насчет Мидории, но я почти уверен, что ты вырос богатым мальчиком, не так ли, Иида? У Изуку было такое же подозрение, и даже причина, помимо очевидной, из-за его увлечения героями. Он кивнул в ответ на предположение Урараки, даже когда плечи Ииды опустились. — А. Я пытался изменить свою официальную манеру говорить, но, боюсь, я слишком много раз ошибался, чтобы быть убедительным. Изуку подавил ухмылку при мысли о том, что Иида на самом деле пытался быть более непринужденным. Если он действительно прилагал усилия, то каким он был раньше? В любом случае, он с треском провалился, и Изуку нашел это забавным. — Именно твоя семья основала агентство Идатен, не так ли? — спросил Изуку. — Ты знал? — спросил Иида, снова выпрямляясь, как будто опущенные плечи были слишком тяжелым усилием. — Теперь я знаю, — ухмыльнулся Изуку. — Ваш костюм героя как бы выдает это. — Ооо! — сказала Урарака, звучащая очень впечатленным. — Да! Семья Иида была в бизнесе героев на протяжении поколений! — гордо сказал он, выпячивая грудь. — Турбо герой: Ингениум — это мой старший брат Тенсей! Я надеюсь однажды пойти по его стопам! — Ого! Ingenium — это действительно круто! Его двигатели в его руках делают его мобильность безумной! Он очень популярный герой, у него под началом не менее шестидесяти помощников в Идатене! — сказал Изуку, впечатленный тем, что они братья, так как разница в возрасте определенно была большой. Иида, казалось, впитывал похвалу, на его лице появилась широкая гордая улыбка. — А как насчет тебя, Мидория? — спросила Урарака. — Что заставляет тебя хотеть стать героем? Это потому, что у тебя так много причуд, которые полезны для этого? — Это кажется естественным выбором, — согласился Иида. — Ну, я потерял свою маму в результате нападения злодея, когда был маленьким, и я просто хочу спасать людей и отпугивать плохих парней от совершения преступлений, как это делает Всемогущий, — застенчиво сказал Изуку. — Я знаю, что мне предстоит пройти долгий путь, и Всемогущий — лучший в мире, но... — Очень достойная цель! — Иида одобрил. — Мне так жаль твою маму! — сказала Урарака, прикрыв рот от ужаса. — Спасибо, — искренне сказал Изуку. — Ее причуда была первой причудой, которую я унаследовал. Она защищала меня, когда умерла. — Похоже, она сама была настоящим героем, — тихо сказала Иида. — Мне жаль, что ты ее потерял. Изуку кивнул, извинившись, что запутался. Вместо этого он продолжил идти в сторону кафетерия. Урарака начал менять тему, когда появился Каччан и сказал, что хочет поговорить с «Деку» наедине. Иида и Урарака встали перед Изуку, чтобы заблокировать другого мальчика, но Изуку остановил их от дальнейших действий. — Все в порядке, ребята. Идите вперед, а я постараюсь догнать вас. — Если ты уверен, — сказал Иида, умудряясь говорить так, будто подозревал Каччана в заговоре с целью убийства. — Все в порядке! Правда! — Изуку заверил их. — Потеряйся, четырехглазый! — зарычал Каччан, заставив Изуку вздохнуть. — Что тебе надо? — спросил Изуку, как только его друзья зашли в кафетерий. — Что на самом деле произошло в USJ? — спросил он без предисловий. — Ходят всевозможные слухи, но они никому ничего не говорят. — Если они не рассказывают, то, может быть, они не хотят, чтобы ты знал? — спросил Изуку, понимая, что он мелочен, но не обращая на это внимания. — Послушай, я собираюсь вернуться на свое место в этом классе на следующей неделе, и у меня есть право знать, что я упускаю, — смело сказал Каччан. — Тогда я заполню тебя, когда ты вернешься в класс, — холодно сказал Изуку. — Если ты вернёшься в класс. На самом деле не похоже, что отношение Каччана сильно изменилось за тот короткий промежуток времени, которое он был переведен на курс общего образования. — Я вернусь, хорошо. Я тренировал свою задницу, — заявил Каччан. — Ты понимаешь, что это никогда не было связано с твоими навыками, верно? Пожалуйста, скажи мне, что ты это понимаешь, — умолял Изуку, не в силах поверить, что Каччан был таким тупоголовым. — Я знаю это, — прорычал Каччан, фыркнув. — Но это не поможет мне выиграть спортивный фестиваль, не так ли? Изуку надеялся, что он имел в виду именно это. Он изучил правила на этот счет, и эта лазейка была предназначена для детей, которые по какой-то причине не очень хорошо сдали вступительные экзамены, но все же прошли на один из других курсов. Если они хотели «подняться» на курс героев, это была возможность произвести настолько сильное впечатление, что они не могли отрицать, что вы заслуживаете места. Изуку не был уверен, что успешное выступление на спортивном фестивале научит Каччана всему, что ему нужно было знать о том, как быть порядочным человеком. — Ну. Тогда удачи, — неловко сказал Изуку. — Увидимся. — Ты серьезно не собираешься рассказывать мне о USJ? — Не сейчас, — сказал Изуку. — Все в порядке, ребята? — спросил Всемогущий, глядя на них из-за угла. — Да, Всемогущий! — Изуку заверил его, слегка помахав рукой. — Просто разговариваем. — Я хотел бы поговорить с тобой сам, когда ты закончишь болтать с Бакуго-куном, если ты не возражаешь? — спросил Всемогущий. — Думаю, мы закончили, — сказал Каччан. Он развернулся на пятках и исчез в переполненном кафетерии, оставив Изуку наедине со Всемогущим в ожидании. — Должен ли я сначала взять свой обед? — спросил его Изуку. — Не беспокойтесь! Я тебя накормлю! Учителя получают специальное меню! — весело сказал Всемогущий. Изуку пожал плечами и последовал за Всемогущим в маленькую гостиную, где мгновенно сдулся до своей более худой формы. Верный своему слову, посреди группы сидений на журнальном столике стоял поднос, и Всемогущий жестом пригласил Изуку сесть и поесть. — О чём вы хотели поговорить, Всемогущий? — спросил Изуку, принимая чашку чая, которую ему вручили. — В основном, речь идет о спортивном фестивале, — сказал Всемогущий, подталкивая поднос, когда Изуку не сразу начал есть. — Не могу поверить, что он уже на подходе! — сказал Изуку, поднимая миску риса с нарезанной сверху говядиной. — Да, ну, это хорошо, несмотря на риск для безопасности, — сказал Всемогущий. — Количество времени, в течение которого я могу удерживать свою форму героя, сократилось примерно до пятидесяти минут. — ПЯТЬДЕСЯТ МИНУТ!? — Изуку практически закричал в недоумении. — Но это было три часа, раньше... — До того, как я сразился с этим ному, — ответил Всемогущий. — Да. — Я изв... Изуку начал извиняться, стыдливо глядя на свои колени. — Не извиняйся! — Всемогущий прервал. У него был небольшой приступ кашля, из-за которого на подбородке появились вкрапления крови. — В этом отношении ты так похож на меня, — сказал ему Всемогущий. — Но это не твоя вина. Мы знали, что рано или поздно это произойдет, и это только ускорило процесс. Вот почему я передал тебе «Один за всех». Ты мой преемник! — Если бы я лучше умел им пользоваться, возможно, я смог бы победить этого ному, и вам бы вообще не пришлось с ним бороться, — угрюмо сказал Изуку. — Сейчас нет времени, может быть, — твердо сказал ему Всемогущий. — Честно говоря, ты, наверное, спас мне жизнь. Если бы ты не вступил в бой, я не уверен, что смог бы его уничтожить. У меня там были настоящие неприятности. Изуку не любил думать об этом, так как, скорее всего, именно его удар убил чудовищного ному. — Сейчас я хочу поговорить о спортивном фестивале. У тебя есть план? — Не совсем, кроме попытки выиграть, — признался Изуку. — Трудно планировать что-то, когда ты не знаешь, что произойдет. — Это правда, — сказал Всемогущий, — но я верю в тебя. Я не знаю, что они планировали, но я бы не сказал тебе, даже если бы знал. Ты должен заслужить это сам. Изуку кивнул, пока ел и слушал. — Не помешало бы посмотреть, сможешь ли ты найти какие-нибудь кадры с предыдущих фестивалей, чтобы получить представление о том, на что это может быть похоже. Обычно он состоит из трех или четырех частей, предназначенных для того, чтобы сначала отсеять самых слабых конкурентов. В конце концов, обычно для финального раунда остаются дети на героическом уровне, но не всегда. В этом году юный Бакуго будет стремиться сделать себе имя, чтобы вернуться на курс героев. Могут быть и другие с той же целью. Изуку знал, что герой прав. Сколько себя помнил, он смотрел почти все предыдущие спортивные фестивали по телевизору. Наверняка было по крайней мере несколько блогов, которые рассказывали о них или делали прогнозы о том, что может быть в предстоящем. Возможно, стоит обратить на это внимание. — Важно то, что мое время в качестве героя и символа мира подходит к концу, и есть некоторые преступники и злодеи, которые начинают это понимать. Как моему преемнику, пришло время тебе начать выделяться! Ты должен сказать миру: «Я здесь!», чтобы они привыкли к мысли, что я не единственный, кого злодеи должны бояться. Спортивный фестиваль – это отличный шанс для того, чтобы твое имя стало известно миру. Как бы то ни было, это было бы здорово, если бы Изуку не почувствовал тяжесть его важности, лежащую на его плечах. Они поговорили еще немного, и Изуку пробормотал себе под нос весь разговор, прежде чем прозвенел звонок, сигнализирующий об окончании обеда. Он вернулся в класс с большим количеством поводов для размышлений и очень небольшим количеством времени, чтобы подготовиться к битве всей жизни. Все, казалось, были в восторге от этого, планируя, как они проведут следующие две недели тренировок до Спортивного фестиваля. Когда занятия были окончены в конце дня, их остановила у дверей аудитории толпа студентов, которые, казалось, ждали их. — Что происходит? — удивленно спросила Урарака. — Похоже, они здесь, чтобы оценить своих конкурентов, — предположила Яойрозу. — В конце концов, мы тот класс, который пережил нападение злодеев. — Вполне логично, что они хотели бы посмотреть на наш класс до Спортивного фестиваля, — согласился Иида. — Хотя загораживать коридор — не так должны вести себя в такой... — Это правда, — пробормотал мальчик сзади, проталкиваясь вперед толпы. У него были распушенные голубовато-фиолетовые волосы и темные тени вокруг глаз. — Мы пришли, чтобы посмотреть на соревнования, но вы не выглядите таким впечатляющим для меня. Вы выглядите так же, как и все мы. — Эй! — возразил Киришима. — Грубо! — Я просто говорю то, что думают все остальные, — сказал откровенный парень. — Те из нас, кто не прошел на курс героев, были отправлены на общее образование или другие направления. Нас много, вы знали? Изуку знал об этом, хотя и не знал бы, если бы Каччана не перевели. — И в зависимости от результатов Спортивного фестиваля, они могут рассмотреть вопрос о переводе одного из нас на курс героя. — Что? Правда? — удивленно спросил Минета. Изуку поймал себя на том, что кивает, подтверждая, пока мальчик не сказал что-то, чего Изуку не знал. — Я слышал, что обратное тоже верно. Если вы провалитесь на фестивале, вас могут выгнать, чтобы освободить место для того, кто выступил лучше. На самом деле, я слышал, что в 1-А уже есть свободное место. — Это место моё, мешки под глазами! Изуку на самом деле поморщился, когда услышал голос Каччана из-за двери. Ему понадобилось всего мгновение, чтобы также прорваться вперед, чтобы противостоять другому ребенку. — Это не то, как это выглядит отсюда, Спарки, — сказал Лавандововолосый со скукой. — Я возвращаюсь на это место. Меня отправили на общее образование, потому что мне не навыков не хватает, и ты ни за что не победишь меня в соревновании причуд, — заявил Каччан. — Так это была твоя очаровательная личность? — сказал другой мальчик с улыбкой. — Представь себя таким мудаком, что даже твоя мощная причуда не сможет уберечь тебя от того, чтобы тебя исключили из героизма. И я встречал некоторых действительно ворчливых и неприступных профессионалов, так что это о чем-то говорит. Изуку прикусил губу. Парень был прав, но ему казалось жестоким указывать на это в толпе. — Он действительно знает Бакуго, — пробормотал Серо, не обращаясь ни к кому конкретно. Как раз в тот момент, когда гнев Каччана вот-вот вырвется из его ладоней, дверь в соседний класс распахнулась. — Эй! Эй! — сказал парень с серебристыми волосами и безумно длинными серебряными ресницами, видя, как все собрались. — Я слышал, что вы, ребята, сражались со злодеями, и я вышел, чтобы узнать больше, но все, что я вижу, это этот высокомерный? Тебе лучше не выставлять курс героев в плохом свете! — Подожди минутку, Тэцу-кун! — раздался еще один громкий голос. Было нетрудно разглядеть, кто говорит, так как он был очень высоким. Изуку ухмыльнулся, увидев Йоараши, смотрящего поверх макушки большинства людей. — Я почти уверен, что это тот парень, которого выгнали из 1-А, — прямо сказал Йоараши. — А вот и Мидория! Он расскажет нам о злодеях! Изуку мысленно вздохнул, когда все взгляды на мгновение обратились на него. К счастью, учитель Секидзиро (также известный как профессиональный герой Король Влад) вышел, чтобы посмотреть, из-за чего поднялся шум. — Всем нужно убраться отсюда, — громко сказал он. — Если только вы все не хотите, чтобы вас задержали, чтобы тщательно вытирать пот с ковриков в спортзале. Этого было достаточно, чтобы заставить большинство студентов поспешно уйти. Изуку быстро записал свой адрес электронной почты и номер телефона и передал их Йоараши, когда они встретились в холле. Затем он попрощался с друзьями и отправился домой вместе со Всемогущим, который подвёз его.