Наследование

Первое, что сделал Изуку, вернувшись домой, это искал кадры с прошлых спортивных фестивалей. Он все еще корпел над ними, делая заметки полтора часа спустя, когда его телефон зазвонил, и он увидел, что у него есть сообщение. Оно было от Йоараши и просто говорило: «Давай завтра пообедаем вместе». Изуку улыбнулся про себя и ответил: «Звучит неплохо!» Как будто этот звонок открыл шлюз, Иида написал следующее, чтобы спросить, должны ли они, как представители класса, сделать что-нибудь, чтобы помочь классу подготовиться к спортивному фестивалю. Затем пришло сообщение от Урараки об их домашнем задании по английскому языку, затем чат в классе стал оживленным, пока Изуку не указал, что в сети есть видео о прошлых спортивных фестивалях, и все снова стихло. Затем все начали делиться ссылками на разные сайты и видео, и было уже очень поздно, когда Изуку наконец заснул той ночью. Обед с Йоараши был интересным. Они встретились у входа в кафетерий и взяли подносы (Йоараши съел достаточно на троих) и отнесли их к столу, где к ним присоединились Иида и Урарака, а также Тецутэцу и Хоненуки, с которыми Изуку уже встречался ранее на экзамене для рекомендованных учеников. Тецутэцу сильно напомнил Изуку Киришиму как своим отношением, так и причудой, и задавался вопросом, знают ли они друг друга или как-то связаны. Они познакомились, и вместо светской беседы, чтобы узнать друг друга, они сразу же начали обсуждать, что произошло в USJ и что, по их мнению, может произойти на спортивном фестивале. Изуку ненадолго встретился взглядом с Каччаном, который наблюдал за их маленькой группой прищуренными глазами, но Изуку моргнул и отвернулся, чтобы прервать контакт. Он не был обязан изо всех сил стараться держать другого мальчика в курсе того, что сейчас происходит на курсе героев. Возможно, если бы он увидел его позже, он мог бы предложить видео с прошлых фестивалей в качестве способа подготовки, но он сказал себе, что не будет делать это изо всех сил. — Я слышал, что на других курсах могут быть использованы вспомогательные предметы, чтобы помочь им, если они захотят. Предполагается, что это выровняет игровое поле, поскольку они не получают физической подготовки, которую получает курс героев. — сказал Хоненуки. — Некоторые из студентов поддержки тоже безумно талантливы! — сказал Йоараши. — Есть одна девушка, которая почти каждый день взрывает вспомогательные классы и студии, и они даже не могут так разозлиться, потому что ей приходит в голову так много блестящих идей! — Тогда нам лучше быть готовыми к встрече с грозными противниками! — заявил Иида. — И не только из наших собственных классов! — Этот мальчик с фиолетовыми волосами, похоже, хотел попасть на курс героя, — сказанл Урарака. — Интересно, будет ли он использовать какой-то инструмент или приспособление, чтобы помочь ему? — На данный момент все возможно! — сказал Изуку, чувствуя себя взволнованным перспективой вызова. — Мы должны стараться быть готовыми ко всему. — Я не собираюсь быть с вами легкомысленным, ребята! — предупредил Йоараши, и его голос звучал весело. — Я собираюсь выиграть! — Я тоже! — восторженно сказал Тецутецу. — Я тоже! — объявила Урарака, не желая оставаться в стороне. К тому времени, когда обед закончился, они были в приподнятом настроении, и тренировка в тот день была одновременно веселой и сложной, поскольку они усердно работали, чтобы не отставать друг от друга в игре в догонялки в районе, который был очень похож на зону оползней USJ. — Ребята из 1-B не кажутся такими уж плохими, — сказала Урарака Изуку, когда они возвращались в класс после тренировки. — Но этот парень из Йоараши громкий. Изуку рассмеялся над этим. — Это так, но он хороший парень, просто страстный. Говорит практически обо всем. Все время. — Не думаю, что мы говорили о наших причудах, — сказал Иида, присоединяясь к ним. — Что делает причуда Йоараши? — Хммм. Думаю, нет ничего плохого в том, чтобы рассказать, — сказал Изуку. — Он манипулирует ветром, и у него это очень, очень хорошо получается. — Звучит как действительно полезная причуда! — сказала Урарака. — Ты знаешь что-нибудь о Тэцутэцу-куне или Хоненуки-куне? — спросил Иида. — Я почти уверен, что причуда Тецутэцу похожа на Киришиму, — сказал Изуку. — Кажется, я слышал, что он может обращаться к стали или серебро или чему-то подобному. Супер прочный. У Хоненуки причуда называется Смягчение, и он может смягчить любую неживую поверхность, к которому прикоснется, и это потрясающе! Он может превратить землю в зыбучие пески, а камни в глину... Что-то в этом роде. — Ого! — сказала Урарака. — Еще одна супер полезная причуда! — Он был одним из рекомендательных студентов, которые в итоге сдали вступительный экзамен. Он занял второе место после Тодороки, за ним последовал Каччан... Я имею в виду, Бакуго. У нас есть несколько безумно сильных причуд среди первых курсов. Кстати о Каччане... В конце дня Изуку выглянул из окна своего класса и принял решение. Вздохнув, он нарушил несколько школьных правил, выпрыгнув из окна второго этажа и приземлившись на траву перед школой, а затем направился к главным воротам, где ему удалось опередить Каччана, прежде чем тот покинул территорию. — Чего ты хочешь, ботаник? — спросил его Каччан без особой злобы. — Я просто хотел подарить тебе это, — сказал Изуку. — У меня, наверное, будут проблемы из-за этого, если учитель узнает, но как староста класса, это моя ответственность... — Ты староста класса? — Каччан прервал его, чтобы спросить. — Ага. Заместитель старосты класса Иида. В любом случае, моя работа как старосты класса заключается в том, чтобы убедиться, что у всех есть все необходимое, например, раздаточные материалы и прочее. Если ты так уверен, что вернёшься в 1-А, тебе, вероятно, стоит не отставать, так что это все заметки, которые я сделал о тренировках героев, которые мы прошли, и заданиях, которые нам дали с тех пор, как тебя перевели. Каччан выглядел подозрительным, когда он медленно протянул руку и взял толстую папку из рук Изуку. — Зачем ты это делаешь? — спросил он. — Я не уверен, — сказал Изуку. — Я просто думаю, что у тебя должен быть справедливый шанс, и если ты действительно задумываешься о том, почему тебя отстранили от курса героев, тебе нужно будет быть в курсе, когда ты вернёшься. Если нет, я больше не буду вести для тебя заметки и прочее. Теперь дело за тобой. Изуку развернулся и умчался, не дожидаясь ответа. Он сказал то, что ему было нужно, и добавил записку, в которой рассказал Каччану о видео, которые он мог посмотреть с предыдущих спортивных фестивалей, хотя он, вероятно, уже знал о них. Он надеялся, что у него не будет проблем из-за этого, но в конце концов он тренировался, чтобы стать героем. Его работа заключалась в том, чтобы пытаться спасти людей. Остальные две недели, казалось, пролетели как в тумане. Вокруг кампуса было много активности, так как вдоль дорожки, ведущей к Арене спортивного фестиваля, были возведены киоски. Тонны охранников и полицейских бродили вокруг, следя за тем, чтобы все было особенно безопасно. Изуку и его друзья очень серьезно отнеслись к своей дневной тренировке героев и проводили меньше времени в чате класса, чем когда он был впервые настроен, поскольку каждый тратил каждую свободную минуту, которую мог, отрабатывая движения и готовясь как можно лучше. Изуку не пошел в Могучую Башню на дополнительные тренировки, не желая иметь несправедливое преимущество так близко к конкурентам. Он подозревал, что если бы он спросил, может ли он, Сэр разочаровался бы в нем, а он определенно не хотел этого. Его отец подарил ему набор сверхплотных гантелей после того, как он получил «Один за всех», и он использовал их вместе с лестничной клеткой своего многоквартирного дома для домашних упражнений. Он корпел над своими тетрадями, перечисляя сильные и слабые стороны других учеников, о которых он знал, запоминая лучшие контрприемы и способы их уничтожения без травм или унижений, если это возможно. Он получил специальное разрешение на ношение перчаток во время соревнований, если пожелает, при условии, что на них нет никаких гаджетов или других специальных атрибутов. В день фестиваля Изуку представлял собой комок нервов и волнения, практически вибрируя в своем кресле, когда отец вез его в школу, а затем шел искать свое место на стадионе. Ему повезло, что он получил место, и Изуку подозревал, что Гран Торино отказался от своего билета, чтобы его отец мог присутствовать. Изуку направился в комнату ожидания, предназначенную для его класса, где обнаружил Ииду, расхаживающего взад и вперед, как солдат на караульной службе. — Мидория, — сухо поздоровался он. — Эй, Иида! Ты здесь первый, как всегда! — сказал Изуку, чувствуя, что его голос был слишком громким и слишком хриплым. — Сегодня очень важный день! — сказал Иида с воздушным вздохом. — Это невероятно важный шаг в том, чтобы сделать себе имя! Вся моя семья будет смотреть, и у них большие ожидания! — Это большое давление, — согласился Изуку. — Но ты много работал, и у тебя было дополнительное преимущество в том, что ты сам был воспитан героями! Ты будешь потрясающим! — Я благодарю тебя, Мидория. Это очень любезно с твоей стороны. Изуку улыбнулся ему, надеясь, что некоторые из его собственных нервов рассеются, если он поможет успокоить других. Оджиро прибыл в то же время, что и Хагакурэ, затем Яойрозу, затем Каминари. Каждый из их одноклассников просочился внутрь, некоторые громче и шумнее, чем обычно, другие тише. У каждого был свой способ борьбы со стрессом. Когда все прибыли, Изуку прочистил горло и повысил голос. — Ладно, все, как представитель нашего класса, я просто хочу сказать, что я видел, как усердно все работали! Я знаю, что мы не так давно в этой школе, но наше обучение началось задолго до этого, когда мы впервые поняли, что хотим прийти в UA, чтобы стать героями. Сохраняйте хладнокровие, когда сталкиваетесь с трудными ситуациями, и помните о своих целях. У вас все получится. Плюс Ультра! — ПЛЮС УЛЬТРА! — повторили самые громкие из них. Остальные все еще поднимали кулаки вверх в знак приветствия, когда громко кричали, поэтому Изуку почувствовал себя комфортно, что его короткая речь не была полной пустышкой. Дверь открылась мгновение спустя, и Цементос наклонился, чтобы сказать им, что они отправятся на стадион через пять минут. Напряжение вернулось в комнату: Киришима в последнюю минуту делал растяжку, Урарака, казалось, медитировала, а несколько других просто сидели молча. Изуку был удивлен, когда Тодороки подошел к нему со своим обычным стоическим выражением лица. — Я просто хотел, чтобы ты знал, что я думаю, что я сильнее тебя. Каминари чуть не упал со своего места. — Что?! Объявление войны? — Кто-нибудь хочет делать ставки на то, кто займет самое высокое место? — спросил Минета. — Может быть, это так, — сказал Изуку, не понимая, откуда это взялось. — Но сила — это еще не все. — На тебя будет много глаз, так как ты помог Всемогущему победить того Ному в USJ, но независимо от того, кто смотрит, я собираюсь победить тебя. — категорически сказал Тодороки. — Эй! Эй! Эй! — сказал Киришима, вскакивая с пола для медитации. — Для чего ты пытаешься начать борьбу? Особенно сейчас? Тодороки пожал плечами от умиротворяющей руки рыжеволосой. — Мы здесь не для того, чтобы играть в друзей, — сказал он. — Так что это не имеет значения. — Я не знаю, почему ты вдруг решил выделить меня как угрозу, но здесь есть масса студентов, будущее которых висит на волоске. Все они будут стремиться к вершине, пытаясь победить всех на своем пути. В том числе и я. — Да, — сказал Тодороки, повернулся на пятках и вышел из комнаты, оставив всех смотреть ему вслед. — Посмотри на это него, чувак, — сказал Киришима, дружески похлопав Изуку по плохому поводу. — Он один из лучших в классе, и он думает, что ты его главный соперник. В каком-то смысле, это огромный комплимент. — Наверное, — сказал Изуку, пожав плечами. — Давайте выйдем и покажем им, на что мы способны! Все встали и вышли из комнаты, направляясь к входу на поле. Изуку следил за тем, чтобы все были учтены, когда следил за ними всеми, но он все время задавался вопросом, что именно у Тодороки на кону в этом соревновании. Было ли это просто давлением, оказанным на него его отцом-героем, или было что-то еще? Прежде чем он успел еще беспокоиться об этом, начался спортивный фестиваль. С Сущим Миком и Айзавой, комментирующими фестиваль первого курса, они составили интересную пару: один чрезмерно громкий и с энтузиазмом, другой тихий и апатичный. Изуку знал, что Айзава заботится о своих учениках, но не казался из тех, кто каким-либо образом ищет внимания. К тому времени, когда все собрались у входа, Сущий Мик привели толпу в неистовое возбуждение, осыпая похвалами класс 1-А за их выступление в USJ. Другие классы получили хорошие вступления, но даже Изуку подумал, что он перегнул палку, сделав представление 1-A намного насыщенным, чем другие. Это должно было сделать их мишенью, если они уже не стали мишенью. Он мог слышать, как некоторые другие классы бормочут о том, что они здесь, чтобы курсы героев выглядели хорошо на их фоне. Как только все классы были собраны, Полночь взяла верх и объявила клятву спортсмена, в то время как многие из зрителей выли и кричали в честь учителя и героя с рейтингом R. Изуку вспомнил, как читал о ней, когда изучал ее причуду, и она, по-видимому, была причиной того, что в Ассоциации Героев теперь был своего рода дресс-код. — Тодороки Шото! Пожалуйста, выходи вперед! — Тодороки собирается произнести обещание? — удивленно спросил Минета. — Вероятно, это просто потому, что он так хорошо выглядит. — Это потому, что он набрал самый высокий балл на вступительном экзамене, — сказал ему Изуку. — Самая высокая в геройском курсе, — отрезала одна из девушек с общего образования. — На самом деле, самая высокая в школе, — холодно поправила ее Яойрозу. — Он едва не упустил возможность получить рекомендацию. — Ого! Действительно? Внешность, мозги и удивительная причуда? — изумленно сказал Каминари. — Иногда жизнь просто несправедлива! Тодороки проигнорировал их всех и поднялся по короткой лестнице на сцену, где был установлен микрофон. — Я обещаю сделать все возможное, чтобы победить, — сказал он стоически. — Вы все должны делать то же самое. На несколько ударов сердца воцарилась тишина, пока все пытались понять, высокомерен он или искренен. Его интонация была настолько плоской, что ее невозможно было разобрать, поэтому Полночь начала хлопать, и другие последовали его примеру. Вскоре толпа снова заревела, когда Тодороки вернулся в класс, выглядя равнодушным к любопытным или озадаченным взглядам, которые он получил. — Тогда давайте перейдем к первому испытанию! — крикнула Миднайт, щелкнув кожаным кнутом, чтобы подчеркнуть ситуацию. — Что это будет? Большие электронные экраны, которые были установлены для того, чтобы дать каждому оптимальное представление о событиях, показывали эффект, похожий на игровой автомат, вращаясь, пока не остановился на двух словах, которые немного выбили воздух из Изуку.

ПОХОД ПО ПОДЗЕМЕЛЬЯМ

Некоторые из студентов выглядели разочарованными, некоторые взволнованными, но большинство были озадачены. — Что это значит? — спросила Хагакурэ. — С точки зрения видеоигр, это подземный лабиринт, полный тупиков, скрытых проходов, ловушек, монстров, с которыми нужно сражаться, и головоломок, которые нужно решить, — небрежно сказал Изуку, пока его голова кружилась от возможностей. Затем он начал бормотать. — Если в каждом классе по двадцать студентов, а первокурсников одиннадцать классов, то соревнуются двести двадцать детей, но бизнес-классы обычно не соревнуются, поскольку фестиваль является необязательным мероприятием, и их работа является... — Вырвись отсюда, чувак! — сказал ему Киришима, пожимая ему руку. — Мы готовимся к началу! Он был прав. Пока Изуку разбирался с логистикой и статистикой, остальная часть группы направлялась к большому металлическому квадрату в земле, который, предположительно, был входом в «подземелье». Не было никаких указаний на то, какая сторона откроется первой, или она просто поднимется в воздух, или откроется, или скользит. Все стояли вокруг, но оставляли достаточно места для того, чтобы дверь могла идти в любом направлении, не желая, чтобы она была раздавлена или оттолкнула их, когда двигалась. — Первый студент, который проходит через него, становится победителем первого раунда! — Полночь объявила как студентам, так и ликующей толпе. — ГОТОВЫ? НАЧАЛИ! Металлическая пластина в земле внезапно упала вниз, погрузившись в чернильную черноту, дно которой было невозможно разглядеть. Они услышали отдаленный стук металлической пластины, ударяющейся о дно, звучащий так, как будто она приземлилась на землю или что-то мягкое. Первое испытание уже началось.