Алый клен

Снова этот холод до мозга костей, бесконечная тьма, окутывающая тебя своей безнадежностью с ног до головы. Лиза стояла одна, только легкий шелест крыльев прерывал тишину. „Вот мы и встретились снова...“, раздался громогласный голос из бездны, „Так близко на краю смерти ты не была уже давно, учитывая действия последних дней. Твои дни сочтены. осталось немного. Несколько часов. До суда. Что решит справедливый судья? Куда направится душа того, чьи руки по локоть в крови и за кем нет ничего, кроме собственного желания мести? Я видел многих подобных тебе, и все их благие намеренья свели их грешные души в одно место...“ Пол начал уходить из под ног, началось падение в бесконечную тьму... Лиза моментально открыла глаза, лицо ее горело, а на коже выступили капли пота. Этот кошмар. Он никогда не закончится, как не пытайся. Что бы это ни было-божественное правосудие или просто бред помутненного сознания-оно не собирается ее отпускать ни на минуту. Девушка хотела вытереть со лба выступивший холодный пот, но не смогла пошевелись рукой. Лиза приподняла голову-ее конечности были прикованы к железной койке. Ее старая одежда исчезла, появились футболка и штаны грубой серой ткани. Девушка осмотрелась по сторонам. Кроме ее койки в комнате больше ничего не было. Хотя, это больше походило на пустую палату в больнице-все та же знакомая бело-синяя расцветка, хотя краска уже местами начинала облезать. Тут послышался противный писк за железной дверью, которая вела из ее комнаты. Лиза насторожилась. В двери что-то щелкнуло, и в палату вошел тот парень, который сидел с ней и Варей в машине. В руках он держал сумку, из которой слышался звон стекла. Дверь за ним с диким грохотом захлопнулась. „Что все это значит?!“, спросила его Лиза, не сдерживая злобы и ненависти на все-на себя, на воронов, на подполковника, на всю эту чертову организацию, „Где я? Где все остальные? Что тут вообще происходит?“ Парень сел на край койки, продолжая сверлить ее взглядом. „Где они?“, сухо спросил он, „Кому ты передала данные? Где они?“. Лиза прикусила язык, чтобы невольно ничего не сказать. „Повторю вопрос-куда пропали из вашей квартиры все записи и документы?“, сказал парень, сильнее сжимая ручку сумки. Девушка замерла, не издавая ни звука, затаив дыхание. „Прости, но у меня нет времени играть в молчанку“, сказал он и начал рыться в своем саквояже, „Не хочешь говорить? Пойми-не скажешь, тебе же хуже...“. „Делайте со мной что хотите!“, не выдержала Лиза, „Вам не добраться до данных! Можете меня убить-я ничего не скажу!“ Вот и посмотрим...“, ответил парень, достав из сумки нужную склянку с синей жидкостью, „Это-мое собственное изобретение. Психотропный препарат, действующий на определенные участки мозга, вызывающий дикую боль. Давно хотел протестировать на человеке...“. С ужасом Лиза наблюдала, как поднимается колба шприца, как пластмассовый корпус наполняется голубой жидкостью, как при постукивании из тонкой иглы вылетают капельки. Она пыталась сопротивляться, но парень со всей силы вжал ее запястье в койку. Его холодная ладонь цепко обхватили тонкую руку, ногти впились в бледную кожу. Игла вошла вену. Холодок прошелся по всему телу, бросая его в неприятную дрожь. Стиснув зубы, Лиза чувствовала каждой клеточкой, как дрожь учащается. Все в теле начало пылать и жечь, будто ей в глотку вливали расплавленное железо. Мозг выворачивало наизнанку, суставы сводило так, что невозможно было шевельнуть ни мускулом от шока. Не было даже сил на крик, как будто все сознание было парализовано. „Кажется, препарат действует так, как надо. Отец был бы доволен...“, с довольной ухмылкой сказал парень, „Его приблизительное действие-20 минут. Посмотрим, как ты после запоешь“. После он вышел из палаты, захлопнув за собой дверь. Лиза лежала в предобморочном состоянии, дрожа в агонии боли. „Господь, если ты меня еще слышишь, прошу, убей меня, чтобы это уже кончилось!“ *** Пульсирующие вены, боль в виске. Первое, что почувствовал Коля. Веки были невыносимо тяжелыми, все тело будто застыло. Одно движение-и весь скелет рассыпится, как стекло, на осколки. Руками было не пошевелить-их туго сжимали наручники. С трудом, стиснув зубы от боли, Коле удалось сесть и, наконец-то, открыть глаза. Это было средних размеров помещение, но свет был настолько тусклым, что потолок скрывался где-то во мгле и стены казались бесконечными. Единственным источником света было окошко в трех метрах над ним, но настолько узкое, что туда протиснулся бы только воробей. Тут до него донесся всхлип. Коля посмотрел вокруг- на расстоянии в несколько метров от него сидела Алиса и устало смотрела в потолок. Рядом с ней была Настя. Положив голову подруге на плечо, она чуть слышно плакала. Слезы текли по ее бледным щекам вниз, к плечу Алисы. Чуть поодаль сидел Миша, уставившийся в пол. Его плечи временами вздрагивали, когда он в очередной раз тихо выругивался. Коля посмотрел в сторону и тут же отскочил на метр-в паре шагов от него лежал Сергей, все еще без чувств. Послышался гулкий стук о металлический пол. Все обернулись в сторону Коли. Парень недовольно замычал и томно начал открывать глаза. „Очухался...“, процедил Коля, все с тем же презрением поглядывая на парня. Сергей недовольно жмурился, „Боже...За что мне это все...“. Коля рывком вскочил на ноги. Но, не рассчитав сил, чуть не завалился на спину. Не смотря на ватные ноги и головокружение, лейтенант относительно крепко стоял на ногах. В прыжке ему удалось вывести руки перед собой. „Поверить не могу. Такой прекрасный шанс...“ Сергей поднял голову и ужаснулся. Не дав прийти парню в себя, Коля замахнулся и со всей силы ударил его ногой по носу. Что-то хрустнуло, и из носа потекла кровь, капая на холодный пол. „Какого черта ты творишь?“, крикнула Алиса, обернувшись на шум. Но Коля ничего не ответил. Тяжело дыша от злобы, он продолжал смотреть на лицо сообщника. „Черт…Опять...“, сказал Сергей и также успешно вскочил на ноги, выведя руки вперед. Утерев кровь рукавом, он встал в стойку. Коля тоже не сдавал позиции. „А ну разошлись!“, крикнул Миша и попытался приблизиться к ним, но ему не хватило ловкости на подобный трюк. Не медля, Сергей с разбегу тараном влетел в грудь лейтенанта. Коля отшагнул назад, кряхтя от удара. Но вторая попытка удара, теперь уже ногой, провалилась-Коля ловко подцепил его опорную ногу и парень с грохотом упал на спину. Все еще истекая кровью, он было хотел подняться, но на его грудь встал увесистый ботинок. Коля было замахнулся во второй раз, по лицу. „Остановись!“, отчаянно крикнула Настя. Оба повернулись к ней. Майор умоляюще смотрела на обоих, все еще со слезами на глазах. „Что на тебя нашло?“ „Ты издеваешься?!“, крикнул Коля, „Он преступник, который убивал вместе с Лизой! И наверняка сам ее и надоумил! Увел из дома после похорон и внушил всю эту чушь!“ „Не приписывай мне это“, кряхтя ответил Сергей, пытаясь встать я ноги, „Я ничего ей не внушал. Все, что она говорит - это ее собственные мысли и идеи“. Коля в шоке убрал ногу с груди парня. Воспользовавшись моментом, тот снова поднялся и встал в защиту. „Неужели...Это все-ее план?“, спросил Коля. Сережа лишь кивнул. „Именно этого они и хотели от нас“, сказала Настя, без проблем повторив трюк парней, „Они ожидают, что мы зациклимся на нем и забудем о том, чтобы выбраться отсюда“. „А Вы дело говорите, майор...как мне Вас теперь называть?“, озадачился Сергей. Настя с досадой отозвалась: „Зови просто Настей, не ошибешься...“. „Тогда, господа, за дело!“, бодро заявил Сергей и все пятеро начали размышлять о том, как бы поскорее сбежать из этой западни. *** Лиза лежала на кровати, все еще дрожа и жадно глотая воздух. Действие препарата наконец-то начало слабеть, боль утихала. Но глаз все еще дергался при одной лишь мысли о том, что парень скоро снова зайдет в палату. Вновь раздался писк-Лиза напряглась всем телом. Мысли сбились в клубок, над ними главенствовало сдавливающее чувство ужаса и неопределенности. Но в палату вошел вовсе не тот парень, а женщина. Высокая, стройная, с пышным бюстом и крутыми бедрами. Ее коричневые волосы были подстрижены под каре и с легкой небрежностью обрамляли ее румяное лицо. Белый медицинский облегал ее тело, под ним у нее была надета узкая юбка в клетку, а на ногах-лодочки черного цвета. „Вот мы и свиделись, Лиза Миронова“, холодно сказала женщина. „Кто Вы?“, с недоверием спросила Лиза, разглядывая вошедшую. Весь ее внешний вид был очень строгим и прагматичным, походка излучала уверенность, а взгляд-железную волю и хватку лидера. „Я-доктор и магистр наук, Маргарет де Блессуар, глава AL“, холодно ответила женщина. Лиза впала в ступор. „ Так это Вы все это нагородили...Это Вы виноваты во всех тех смертях!“ Девушку распирало делание ударить женщину посильней в солнечное сплетение, но наручники крепко удерживали ее руки. „Действительно“, сказала Маргарет, потерев переносицу, „ Яблоко от яблони не далеко падает. Марина была такой же. Импульсивная, никогда не думающая о последствиях. Что же...Жаль, что она уже никогда не сможет применить полученный урок на практике“. Лиза злобно смотрела на ее безразличное лицо. Такое холодное и отстраненное, будто она вещала о погоде по телевизору. „Да как у Вас рука поднялась на всех тех людей! И все ради чего?“ Маргарет холодно улыбнулась: „Уж кому-кому, но точно не тебе об этом судить. Бедная девочка. Такая юная, а уже убила трех человек. И подстрекала на это своего брата и лучшего друга. И ради чего?“ „Не смейте меня сравнивать с собой!“, уже не сдерживая гнева крикнула Лиза, „ Все они были мерзкими тварями, как и Вы! Вы все убивали невиновных! Простых людей, которые ни в чем не провинились!“ Доктор с усмешкой посмотрела на нее. Ее окружала какая-то странная аура, леденящая душу. Безразличие, смешанное с презрением выдавали одну из самых гнетущих комбинаций. „Ты правда так считаешь?“, беспристрастно спросила она, „ Что же...Тогда позволь мне кое-что тебе продемонстрировать“. В комнату вошло двое врачей. Крепка держа Лизу по рукам и ногам, они отстегнули ее от койки и стянули руки наручниками. „В палату номер 21“, скомандовала мадам де Блэссуар и, держа девушку под руки, врачи последовали за ней. Они шли по длинным коридорам, выложенным серой плиткой. Вдоль белых стен тут и там виднелись двери из листов железа. Повернув несколько раз вправо-влево, они вышли к нужной палате. Маргарет приложила к замку свою карточку, которая висела у нее на шее, и их процессия вошла внутрь. Палата номер 21 мало чем отличалась от палаты Лизы по величине и отделке. Только тут не было никакой мебели, а у дальней стенке, прикованная к стенке, сидела до боли знакомая девушка. Услышав их шаги, она невольно подняла голову. Завидев Лизу, она кисло улыбнулась: „О...привет, пигалица...Приятно видеть знакомые лица“. У Лизы чуть не подкосили ноги. Дыхание остановилось. Не смотря на исхудавший вид и множество синяков, она ее узнала. Знакомые русые локоны и узкие ореховые глаза. Та самая террористка из метро. *** „Значит...Все те исчезновения людей были спровоцированный группой ученых под прикрытием правительства, финансировали это деньгами граждан, чтобы найти возможное лекарство при помощи проклятых?“, в третий раз переспросила Настя. Сергей в очередной раз кивнул. Убедить их в своей правоте было труднее, чем ожидалось. Ему казалось, что он уже третий день обговаривает все то, что ему и Лизе удалось найти. Отчеты, переводы, допросы убитых и множество списков медикаментов и дорогостоящего оборудования. Миша все еще держался руками за голову, приговаривая, что все это лишь бред сумасшедшего. Алиса тихо сидела и внимательно слушала объяснения парня, пытаясь осознать все это. Коля отошел в сторону и стоял, уставившись в угол. Слушать весь этот рассказ в четвертый раз бессмысленно. В голове крутились разные варианты побега, но ни один из них казался реалистичным и исполнимым, пока у всех были завязаны руки. „ Послушай“, обратился он к Сергею, „эм...как тебя еще раз?“ „Сережа“, холодно ответил парень.“ Какая у тебя способность?“, строго спросил лейтенант. „Чуть помявшись, проклятый все же ответил:“ Мои слезы...Они обладают свойствами сильных кислот, растворяют все, до чего коснутся, кроме меня самого“. Тут Алиса оживилась: „У меня есть идея, как мы можем сбежать!“, воодушевленно воскликнула она. Все повернулись к девушке, желая услышать ее план. „В моей заколке спрятана небольшая игла. Если бы Сережа смог расплавить слезами свои наручники, то он тогда смог бы взять заколку и преобразовать клинок!“ „Алиса, ты гений!“, восторженно крикнул Коля. В его глазах будто снова зажегся огонь, желание жить. Но, когда он посмотрел на стоящего рядом с ним проклятого, то понял, что радостен здесь только он. „ Я...не могу заплакать“, смущаясь сказал он, „Не здесь и не при вас...“ Миша закатил глаза, „Вот не надо сейчас этих смущений и стеснения! Надо как можно быстрей отсюда выбираться!“ „Я тебе даже помогу“, отозвался Коля, „ Встань сюда, наклони голову вперед, выстави руки перед собой...И р-раз!“ Мощным ударом кулака он попал в висок. Сергей слегка покачнулся. В ушах зазвенело, а из глаз невольно брызнули слезы. „Какой...же ты...говнюк...“, еле выдавливал из себя слова парень. Сквозь боль, собравшись с мыслями, он смог расплавить замок наручников. Пара махинаций, и дужка с легкостью отошла. „ Получилось“, облегченно выдохнул он, вытирая жгущие слезинки с лица. „Еще не время расслабляться“, сказала Настя, „ Нам надо спешить, к двери кто-то приближается!“ *** „Смотри“, сказала Маргарет, „Екатерина Вилкина. Всего 22 года, а уже на руках столько крови...Издевательства над людьми, предательство родины, подстрекание к преступлениям, теракты, убийства, запугивания...Она оставила на тебе эти шрамы. Она убила множество людей...Эта девушка явно плохая“. Лиза в шоке смотрела на Катю, на ее исхудавшее тело, бледную кожу, уставшие глаза. „Прошу, хватит...“, пролепетала Лиза. „Ты же говорила, что такие люди заслуживают смерти. Ну же, убей ее“, все тем же ледяным голосом продолжала доктор. В ее руках появился Лизин пистолет. Девушка хотела убежать, спрятаться, забиться в угол и никогда больше не вылезать оттуда, но все это было лишь зовом напуганного разума-не было выхода. „Чего же ты ждешь?“, спросила Маргарет, давая ей оружие, „Неужто предаешь свои идеалы так скоро?“ Подойдя к девушке со спины, она взяла ее руки и нацелила пистолет на Катю, „Давай уже. Все люди, как она, должны умереть. С этими мыслями ты прикончила Емелю, Анну и Петра без тени сомнения. Чего же ты сейчас мешкаешь?“ Руки почувствовали знакомый холод стали, почувствовали дыхание смерти. В голове мелькают картины смертей, пальцы словно по чей-то злой воли тянутся к курку, но осколки разума пытаются их держать под контролем. Нельзя позволить себе впутаться в их паутину. Но доктор все сильнее сжимал ее руки, в голове снова слышались истошные предсмертные крики. Тогда они были еле различимы, но спустя сутки они с двойной остротой прорезались в памяти: „Стой! Нет! Умоляю! Перестань! Пощади!“ Они волной накатывали с увеличивающейся громкостью, заглушая собственное дыхание. „Прошу...хватит...“, из глаз Лизы хлынули слезы. Дрожа всем телом, она невольно дрожала на мушке Катю. Бессилен был ее взгляд, а на лице появилась загадочная улыбка. „Не тяни время, стреляй. Я уже сделала достаточно для того, чтобы люди увидели красоту черной крови. По всей стране есть еще мои люди, сколько бы ученые их не истребляли. Проклятых не сжечь с лица земли. Стреляй“. Ноги начинали подкашиваться, в глазах начинало чернеть, а на лбу появилась испарина. Из последних сил Лиза шепнула: „Прости“, и опустила курок. Одно мгновение, один выстрел-Лиза рухнула на пол, потеряв сознание. В последние секунды в нос ударил запах пороха и крови. Все затихло. *** Сергей подбежал к Алисе и достал из ее спутавшихся волос заколку-длинную, из красного дерева, покрытую серебряной гравировкой, которая пронизывала растрепавшийся пучок. Потянув за один из концов, он оказался рукоятью тонкой иглы, спрятанной в этом красном футляре. Не мешкая, он проколол палец. Кровь алой лентой извивалась и мерцала в воздухе, формируя клинок. Тут раздался шум в дверной скважине- кто-то отпирал дверь. Не теряя ни секунды, проклятый подбежал и затаился, держа оружие наготове. Спустя пару секунд дверь со скрежетом открылась и в подвал вошел солдат, молодой, еще совсем мальчишка, в черной форме с автоматом на перевес. Маленькими водянистыми глазенками он осматривал пленных, будто кого-то выискивал. „Встать в шеренгу, мне поручено выбрать одного из вас для...“. Но причину визита они узнать не успели - с размаха Сергей ударил парня тупой стороной по темени. Покачнувшись, солдат рухнул на пол, рядом с грохотом упал автомат, а на поясе звякнула связка ключей. Не скрывая улыбки от такой удачи, Сергей взял связку и понял, что один ключ открывает наручники. „Прекрасная работа“, сказала Настя, потирая следы от наручников на запястьях. „А теперь надо сваливать, пока не поздно!“, крикнул Миша, уже готовясь нестись во всю опору к выходу. „Мы не знаем, где мы, сколько тут еще солдат и где вообще выход...“, сказал Коля. „Да и Лизу тоже я бы тут не оставлял. Нам следует разделиться“, предложил Сергей, „Тут в любом случае обязана быть рубка управления, оттуда можно попробовать связаться с милицией. Алиса разбирается в электронике, а Коля будет ее защитой. Нужно перехватить главу, она должен скрываться где-то в глубине лаборатории. Этим займутся Настя и Миша, так как майор владеет боевыми навыками, а Миша сможет прикрыть. И надо найти Лизу, этим займусь я“. „А вот тебя бы я наедине не оставлял“, возразил Миша, „А вдруг ты и твоя подружка решите удрать, пока нас всех перестреляют эти солдаты!“ „Если мы убежим“, решил Сергей, „То можете стрелять на месте. Нас обоих в любом случае казнят, как только мы попадемся в руки Министерства“. Коля нервно сглотнул. Точно. В МОБ уже знают, что эти двое стояли за смертями, и их приговор будет приведен в исполнение немедленно. Их обоих, как проклятых, совершивших массовое убийство, ждет расстрел... „У нас нет другого выбора“, сказал лейтенант, „Мы все обязаны приложить усилие, чтобы сбежать. Так что не будем тянуть и скорее за дело!“ *** Очухалась Лиза в не знакомом ей кабинете. Ее тело вновь было сковано так, что нельзя было не пошевелить ни мускулом. Все такие же стерильные потолки и стены, вдоль которых висели плакаты с анатомическими разрезами различных частей тела и органов. На полках были разные модели, справочники и горшочки с кактусами и суккулентами. Лиза повернула голову – у самой дальней стены стоял массивный дубовый стол, заваленный различными бумагами. За ним, на кресле из белой кожи сидела Маргарет де Блессуар и поправляла пилкой свои ногти. „Наконец-то пришла в себе, моя девочка“, своим холодным голосом произнесла она. Этот тон еще ни разу не поменялся, она всегда находилось в своем состоянии превосходства и возвышенности, словно она парила над всеми остальными людьми. Лиза почувствовала сильную боль в виске – в памяти всплыла смерть Кати, девушку начало подташнивать, дыхание стало прерывистым. „Вспомнила, что ты учудила несколько минут назад?“, с коварной улыбкой на губах спросила доктор. „Чего вы добиваетесь?“, слабым голосом спросила Лиза, „Почему вы меня просто не убьете?“ „Не спеши, моя сладкая“, сказала Маргарет и подсела к ней на койку, „Эта организация существует уже более 7 лет, по всему миру есть люди, которые разделяют наши интересы. Я была обычным врачом, училась в Москве, сбежала в Париж со своим мужем, сменила имя, работала в простой клинике, попутно публикуя научные работы и подрабатывая в университетах. Но меня заметил Военный конгресс, который и обосновал эту компанию Alas Liberta. С самого начала нас всех собрал господин Фролов. Он созвал всех именитых ученых и докторов со всего мира под видом научной конференции. Там были и люди из России: Добряков, Миронова и Разин. И все для того, чтобы создать совместно с Японией сверхсолдат, превосходящих обычных людей во всем. Для этого они смогли подкупить нишевую компанию, производившую до этого средства для красоты. И первым больших успехов достиг Добряков со своей вакциной на основе вируса. Но все вышло из под контроля. Авария разрушила все планы и Фролова с Добряковым посадили. Остальные смогли отделаться тем, что их принуждали работать. Захватив образцы вируса, я убежала с Мироновой и Разиным в Москву. Вместе мы решили продолжить дело и найти новые возможности из того, что имели. Найдя финансы и материалы, мы оборудовали не без помощи Министерства Общественной Безопасности эту заброшенную больницу. Все наши семьи были не в курсе о том, что мы делаем, а всех своих детей отдали в общую школу, чтобы за всеми ними велось наблюдение. Мы начали эксперимент Грань, для которого выбрали несколько подходящих кандидатов. Марина, узнав о том, что выбрали и тебя, решила сбежать в Петербург. Но это нас не остановило. За тобой велась слежка, люди всегда были наготове. Но вмешались эти отбитые из Агнца, доктор Юнгов, наш бывший сотрудник, не раз выбивали наших кандидатов в ряды Вилкиной. Но мы успели до приезда скорой вколоть сыворотку, а после убить Миронову, чтобы предотвратить разглашения о деятельности компании. Но дальше ты, моя бедная девочка, решила встать на ее сторону. Украла документы и отчеты и спрятала их где-то. У меня всего один вопрос: Где они? Ответь на него честно, и все смогут уйти с миром. Что скажешь?“ „Скажу Вам одно“, ответила Лиза, плюнув в лицо Маргарет, „Хрена вам всем лысого а не секретные документы! Вы все сядете, даже если я умру ради этого! Вы должны сидеть, а не мой отец!“ „Не будь такой наивной“. Голос де Блэссуар резко переменился, в нем стала чувствоваться неминуемая угроза и жажда смерти. „В подвале лежат твои кузен и парень. Будет очень грустно, если один из них умрет. Будет кричать в муках, пока я буду его закалывать, медленно, не спеша…И они умрут, как и твои папочка“ . „Что?“ Весь мир застыл на несколько мгновений. Затихли все звуки, все запахи. Только холод и бесконечная внутренняя пустота. „Я тебе не сказала?“, с ехидной улыбкой спросила Маргарет, „Константин Миронов умер два часа назад в своей камере от сердечного приступа“. Она склонилась над Лизиным лицом, девушка чувствовала ее дыхание, слышала запах духов. Маргарет провела холодной рукой по ее бледному лицу, „Моя бедная девочка…Такая молодая, но в глазах такой страх, такое отчаянье…Ты истощена, напугана и измучена морально. Но тебе не сбежать…“ Тут дверь в кабинет распахнулась дверь и в комнату влетел молодой солдат. „Шеф, у нас проблемы!“, с порога крикнул он. „Да“, отвлеклась Маргарет, она была явно раздражена столь неожиданным известием. „На нашего солдата напали заключённые, все пятеро сбежали“. „И чего же ты тут стоишь?“, спросила Маргарет, „Ищите их! Блондинчика и тёмненького доставить живыми, остальных можете прикончить“. Парень отдал честь и унесся во всю прыть из кабинета. Лиза уже не могла плакать. Не было сил, не было энергии в теле. В груди будто зияла огромная дыра, которую ничто не могло заполнить. Но одно все же вернуло ей надежду - пленники бежали. *** Настя и Миша бежали, не останавливаясь по коридорам верхних этажей. Этот отдел здания был, по всей видимости, самым старым. Не смотря на относительно недавний ремонт, местами оно давало плешь. Собрав все свои силы, Настя смогла создать похожий на катану клинок из крови, но он все же уступал в остроте ее настоящему оружию. Мимо проходившие ученые падали от боли от удара тупой стороной в нужные участки тела. Миша еле поспевал за скоростью бега майора, „Настя…прошу…сбавь…темп“, задыхаясь, кряхтел Миша, но девушка не замедлялась ни на йоту. В ее глазах горела решимость, ничто не имеет больше значение, лишь бы снова выбраться отсюда. Наконец-то они добежали до административной части здания. На одной из массивных дубовых дверей была табличка с надписью Директор. Войдя внутрь, они оказались в просторном кабинете со строгой мебелью из темного дерева. На полу был расстелен красный ковер, но пол был покрыт странной пылью, по углам стояли огромные старые китайские вазы с цветами. У одной из стен стоял бар, в котором стояли бутылки с различным алкоголем, все кресла и диваны были обиты дешевой кожей. Но никого внутри не было. „Что за чертовщина?“, раздосадовано спросил Миша. „Не Маргарет ищете?“, вдруг донесся голос позади. Миша и Настя обернулись - входа стояла Варя с до боли знакомым оружием в руках. „Что, узнаешь свою игрушку?“, насмешливо спросила подполковник. „Не теряй слов понапрасну“, сурово ответила Настя, держа катану в боевой позиции, „Непобедимость есть оборона; возможность победить есть наступление“. „Любишь цитировать соотечественников?“, смеясь спросила Варя и нанесла удар. Настя легко его отбила. Варя продолжала бить со всей силы со всех сторон хаотично, выдавая в себе неумение владеть подобным оружием. Хлипкое создание из крови без особых проблем отбивала все атаки. „Я пойду, позову подмогу!“, на нервах крикнул Миша и было направился к двери. „Стоять!“, крикнула Варя и пыталась набросится на врача, но майор преградила ей путь. Настя пыталась атаковать, но серия беспорядочных ударов не давала ей подступить. Тут Мише в голову пришла идея. Собрав в кулак горстку металлической пыли с пола, он бросил ее в глаза подполковника. „Вот гад!“, взвыла она, воспользовавшись моментом, Настя повалила ее на спину. Тяжело дыша, она подошла к телу и наступила ей на грудную клетку. „Убьешь меня?“, ехидно с просила Варя. „Нет“, отрезала майор, „Я уже давно никого не убиваю. Это и отличает нас“. „Что же…Зря. Этот кабинет-фальшивка“, ликующе произнесла варя и достала из внутреннего кармана гранату и резко выдернула чеку. Настя застыла в шоке от ужаса. Хватка ослабла, подполковник вырвалась и выбежала из зала. „Ложись!“, крикнул Миша и повалил ее на пол, прикрыв собой. В эту же секунду раздался оглушительный взрыв. Вдребезги разбивались вазы и стекло в шкафах, многолетняя конструкция начала рушится, трещали, балки и штыри с грохотом падали на пол, цементная пыль покрывала все вокруг. Все неожиданно стихло. В воздухе витал запах гари. Поняв, что она невредима, Настя открыла глаза. Весь зал стал похож на свалку металлолома. Балки, техника, запчасти, арматуры и куски цемента – все лежало вперемешку. Тут она почувствовала запах крови и давление на тело. Девушка подняла голову и обомлела от страха. На ней лежал Миша, растопырив руки так, чтобы ничто не смогло ее задеть. Он прерывисто дышал и втягивал воздух сквозь стиснутые зубы - одну из его рук придавил кусок цемента, проткнув куском торчащей из него арматуры. „Миша…Нет! Ты не сдохнешь, черта с два ты сдохнешь!“, крикнула она. „Пустяки“, еле выговорил он. Настя оттолкнула его и смогла встать на ноги. Оцепеневшими руками она пыталась отодвинуть часть конструкции здания. Задыхаясь в цементной пыли, дрожа всем телом, она смогла освободить руку товарища. Миша устало повалился на спину. Вся пред локтевая часть руки была раздроблена, кость ходила ходуном, зияли две дыры от арматур, из которых текла кровь. „Не шевелись, я что-нибудь придумаю“, дрожащим голосом сказала Настя и взяла одну из лежавших рядом арматур. При помощи катаны ей удалось разорвать штаны до колена, сделав из плотной черной ткани подобие бинта. Достав из под обломку одну из немногих уцелевших бутылок водки, она обработала раны и закрепила руку тканью на железке. „Я не врач, но жить будешь“, сказала Настя, вытирая со лба холодный пот, „А теперь нам надо найти укрытие подальше отсюда“. Опиравшись на плечо товарища, Миша неуверенно поковылял за ней по опустевшим коридорам. Выла пожарная тревога, всех эвакуировали из этого отдела. „Можно я задам тебе один вопрос?“, спросил лейтенант. Настя удовлетворительно кивнула. „Как ты вообще познакомилась с Листопадовым?“ Девушка ненадолго притихла, даже перестала дышать. „Он раньше работал в милиции. Нашел меня сидящую одну на вокзале в Москве. Хотел проводить до дома, но у меня никого не было и я не знала, куда мне идти. Ваня забрал меня к себе. Узнав обо всем том, что произошло, он оставил меня у себя, а я ему помогала с бумажками. Но вскоре начались беспорядки и я пошла в волонтеры по устранению беспорядков. В итоге, узнав обо всех моих навыках бойца, мы подтянули юрисдикцию и стала первым членом в ОДП вместе с ним. Вот так…“. Они продолжали идти, все еще надеясь найти выход. *** Коля и Алиса продвигались по другому отделу. Он был менее заполнен, чем все остальные, больше всего было в отделе, где проводились эксперименты. Но рано или поздно они поймут, куда направились беглецы и перекроют все входы и выходы. Спустя несколько минут бега они все же добрались до комнаты, на двери которой было написано Командный пункт. Не теряя напрасно времени, двое ворвались внутрь. К их общему удивлению, в комнате было пусто. Это был огромный зал с множеством различного оборудования, камер и передатчиков. Вдоль стен стояли компьютеры и системные блоки. На полу царил беспорядок, в пыли и металлической стружке там и тут лежали запчасти и транзисторы. На стене висела еще советская карта территории здания и ближайших деревень. „ Похоже по строению на больницу“, пробормотал Коля. „Надо найти передатчик для связи с внешним миром“, сказала Алиса, „Ну или хотя бы телефон…“ „Здесь они, по всей видимости, хранят всю базу данных“, все так же под нос бубнил Коля, с интересом разглядывая технику. „Так и есть“, вдруг произнес кто-то позади них. Двое обернулись. В зале стоял Костя с тремя солдатами. Все были вооружены мощным огнестрельным оружием. „Медленно поднимите руки и сдавайтесь“, скомандовал Добряков. Лейтенанты послушно подняли руки. Коля распирала злоба: когда они были на стажировке в Петербурге, они все присутствовали на суде по делу нападения и вкалывания в пострадавшего запретной сыворотки. Но адвокат был слишком хорош и его оправдали. Этот парень выглядел тогда просто невинным ангелочком. „Знакомые все лица в этой компании“, сказал Коля. „Лейтенант Багров, какая встреча“, с улыбкой произнес Костя, „Жаль, не могу Вас обнять. Но можем позже обменятся любезностями“. „Нам следует пристрелить девчонку“, сказал один из солдат, „Так приказала шеф“. „погоди немного“, возразил Костя, выставив перед ним руку, „Нам не обязательно говорить Маргарет, что девчонка осталась жива. Мне нужен материал для новых сывороток. А она в прекрасной форме да и к тому же проклятая. Просто не подарок, а чудо!“ Алиса в панике смотрела на Колю. „Да как вы смеете“, кричал он, двигаясь со все поднятыми руками в сторону вошедших, „Вы, козлорогие слизняки, покушаться на мою девушку! Только троньте ее хоть пальцем, я вас всех закопаю живьем своими же руками! Я уже ей купил кольцо, и мы поженимся, и четверо дрыщей с автоматами этому не помешают!“ „Как всегда вовремя“, сказала Алиса. „Прости“, крикнул Коля и бросился на солдат. Не успев понять, что сейчас произошло, солдаты стали получать болезненные удары, теряя при этом сознание. Разодрав кожу на ладони, удалось сформировать клинок, чтобы прижать Костю к стене. Одним ударом колена его автомат с грохотом упал на пол. „Алиса, хватит ворон считать, а то до свадьбы не доживем мы оба!“, крикнул Коля, „Ищи телефон, пока я его держу!“ „Я и так в процессе!“, раздраженно ответила девушка, роясь в шкафах и столах. Безуспешно – среди всех транзисторов, раций и проводов ничего нельзя было использовать в нужных им целях. Но тут ей на глаза попалась трубка, древняя, но еще работающая. Не теряя ни секунды, Алиса набрала номер главы второго подразделения, Серпухова. „Да, я Вас слушаю“, ответил ему суровый голос майора. „Майор Серпухов“, начала она, „Это я, лейтенант Крылова из первого подразделения. На нас напали и держат силой!“ „Успокойтесь, Алиса“, уверено сказал Серпухов, „Скажите мне, где в находитесь и сколько напавших“ „Их много…Солдаты, ученые…Если вы не поторопитесь, нас всех убьют! Мы в километре от поселка Небесный, в заброшенной больнице!“ „Я высылаю за вами отряд! Ждите там!“, крикнул майор и бросил трубку. „Как будто мы куда-то денемся“, устало протянул Коля. Он повернулся назад к Косте, „А теперь нам надо разобраться с тобой!“ „Ха-ха, не дождетесь“, с улыбкой на лице сказал парень и отпихнул лейтенанта ногой. Из внутреннего кармана он достал свой пистолет и приставил к виску, „Я не хочу попасться копам снова, уж простите, мой адвокат не всесилен. Лучше сами укройтесь в хорошем месте и ждите своих друзей. Желаю удачи и саёнара, амигос“. Раздался выстрел и тело Константина Добрякова упало безжизненно на землю. *** „Ну что“, язвительно отозвалась Лиза с койки, „Что-то не спешат ваши доблестные ребятки с пленными. Их не так то просто поймать! Вы неизбежно проиграете!“ Маргарет резко обернулась на ее дерзкие слова. На лбу взбухла вена, тонкие пальцы, словно когти хищной птицы, а впивались в спинку стула. „Зря ты так думаешь...“, все тем же холодным голосом ответила она, хотя в нем и чувствовалась легкая дрожь, „Если мы не придем к ним, то они придут к нам“. В комнату вошло двое тех же врачей и, крепко схватив ее за руки и связав глаза, снова повели по лабиринту коридоров. Спустя несколько минут плутания они вышли на улицу. Яростно завывал ветер, просачиваясь через щели между ветхими кирпичами. Снег обжигал лицо, кожа немела от холода. Пройдя через небольшой дворик, они вошли в некое здание. Только в этот момент Лизе развязали глаза. В нос ударил запах ладана, в тусклых подсвечниках трепыхались матовым светом свечи, лики святых были, как всегда, спокойны и безмятежны. В центре стояло семь человек, среди которых выделялся крупный мужчина лет сорока в белом халате и с густой шевелюрой. „Встать на колени!“, громогласным голосом проревел он. Доктора послушно поставили Лизу на колени, сколько бы та не сопротивлялась. Один из людей в центре подал верзиле передатчик. „Внимание всем беглецам! Вы наверное спрашиваете себя, почему вас еще не преследует армия людей с автоматами. Все просто - у нас будет сделка. Вам дается время подумать 10 минут. Вы приходите сюда, в храм, и добровольно сдаетесь нам, то мы отпустим вашу подругу, но взамен господин Серебряков остается у нас. Если в течении 10 минут никто не приходит, ваша подруга умрет и тогда уже больницу заполнят толпы солдат. Время пошло“. С замиранием сердца Лиза слушала его речь. Нет! Сережа ни за что не должен попасть в их руки! Это ловушка, их всех в любом случае убьют. Они должны бежать как можно дальше, ей все равно на воле долго не прожить. *** „Ты побежишь спасать сестру?“-“Это ловушка. На Лизу оказывают давление из-за документов, а мы-приманка. Нас в любом случае найдут. Нужно бежать“.-“Думаешь, это не предательство?“-“Нет, потому что Лиза бы хотела, чтобы мы выжили“. *** Один из людей поставил таймер на 10 минут. Стрелки на этот раз будто неслись галопом, не оставляя никакой надежды на спасение. 9 минут. Они должны успеть. Больница не такая большая... 7 минут. Они наверняка уже нашлись все вместе и бегут к выходу. 5 минут. Они уже у главных ворот и бегут по шоссе. Их же не могли убить. 3 минуты. Они уже далеко. Нет причины волноваться. Все хорошо. Они спасены. 1 минута. Отче наш иже еси на небесех...30 секунд. Я труп. Но зато они спасены. Нет причин беспокоится. Зато они живы. 10 секунд. Вот и все...Хотя...Нет! Я не умру! Последняя секунда. Лиза резко дернула руку и резко ударила по лежавшему рядом осколку от бутылки. Брызнула кровь. „Время истекло!“, объявил мужчина и наставил на девушку автомат.“Не-ет!“ Резкий крик прервал тягучую тишину. В воздухе засвистели клинки, запахло свежей кровью. Множество тонких шипов пронзили тела людей в храме. Кряхтя и издавая жуткие стоны, их тела упали на кафель. Шипы втянулись в рану. На ватных и трясущихся ногах Лиза поднялась. Лужа крови дотекла до нее, фонтаны забрызгали лицо. Это сделала она своими руками, снова горы тел. Вдруг сзади послышался подозрительный шорох. Лиза обернулась. Сзади она увидела его. Светлый лик, обрамленный темными волосами. Бело-золотые одежды сияли в свете свечей. За спиной шелестели перья больших белых крыльев. Тот самый образ из комы. „Время пришло“, спокойным голосом сказал ангел. Чистым, невинным голосом. Лиза чуть не споткнулась о тело одного из ученых. Подошвы ее обуви замарались в крови. Полными страха глазами она смотрела на лицо из давно забытого кошмара. Дрожащим голосом она пыталась говорить: „Этого...не может быть! Ты...ты просто галлюцинация! Я...еще жива...я не в коме...“. „Тебе решать, что я- посланник неба или воплощение твоих страхов твоего искаженного разума. Мы не виделись так долго...Какой же путь ты выбрала?“ Лиза стиснула зубы от злости. Она хотела напасть с клинком на него, кто бы это ни был, но споткнулась и упала на спину. Ломота в теле обострилась разрывающейся болью. Девушка повернула голову-рядом с ней лежал еще теплый труп одного из докторов. Седовласый мужчина лет семидесяти, множество морщин изрезывали его желтоватое от болезни лицо. Глаза застыли с выражением ужаса. Руки неестественно топорщились. Лиза присмотрелась к правой. На его безымянном пальце блестело золотое кольцо. Тут она увидела, что его карман топорщится. С трепетом она достала из него потертую фотокарточку. На ней была изображена молодая девушка. Высокая, блондинистая, с маленьким свертком на руках. Рядом с ней стоял мужчина чуть постарше с охапкой свежих лилий. На обратной стороне красивым почерком было написано: „Поздравляем дедушку Рому с рождением внучки Агаты, 1992 г.“ Трясущейся рукой Лиза провела по фотографии. Такие счастливые лица, они так и сияют теплом. „Его дочь и зять погибли четыре года назад при Черной волне“, говорил юноша, „Агата стала жить с дедушкой, больше родственников у них не было. Что теперь с ней будет? Ее отправят в детский дом. И на чьи плечи ляжет вина?“. „Но я...“, начала было Лиза, но ее перебили. „Посмотри вокруг. У всех этих людей были семьи. Люди, которым они были дороги, которых с нетерпением ждали с работы. Отцы, матери, сестры, братья, сыновья, дочери...Ты стала тем, против кого боролась. И этот путь ты выбрала?“ „Замолчи!“, крикнула Лиза. Со всей злобы она замахнулась клинком на чистый образ, но он прошел сквозь него. „Я не такая как они! Я просто хочу помочь, открыть людям глаза! Что плохого, если парочка таких бесчеловечных убийц умрут? Они убили маму...Отец погиб из-за них... Миру станет только лучше без них! Они просто..“ Скрипнула дверь. Лязгнул металл упавшего пистолета. Ангел растворился воздухе бесследно. Холодный воздух заметал внутрь снежинки. На пороге стояла Маргарет. Растрепанная, с мертвецки бледным лицом. В шоке она смотрела то на Лизу, то на тело за ее спиной. С комом в горле она шептала: „Нет...нет...все...“. Слезы моментально наворачивались на ее серых глазах. Лиза отступила назад. Грусть переродилась в гнев. Из чехла мелькнул военный нож. С криком отчаянья доктор бросилась на девушку. „Мелкая тварь!“ Черный клинок крови пронзил бегущую в сердце. Пошатнувшись, Маргарет упала на пол. Плюясь кровью, она хотела задеть ее ножом. „Убийца...“, из последних сил говорила она, „Марина...За что...ты так...со мной?“ Последний рывок, и она застыла, все еще сжимая в кулаке нож. *** Бесконечный лабиринт, выложенный из белых и синих плит. За дверьми слышались крики, звон стекла, гул машин и писк приборов. Отдел экспериментов. Боль, нечеловеческие вопли и мольбы о пощаде. Вот что отличало этот отдел от всех остальных. Сердце сжималось от каждого звука. Все отчаянье и страдание давило на барабанные перепонки. „Прошу, помоги“, шептал он, „Подай знак. Где ты?“ Коридор закончился железной дверью. Она стояла нараспашку, вела она на улицу. Выйдя из здания, он очутился на небольшой площадке. В метрах десяти стоял храм. Полуразрушенный, обветшалый, красивая роспись со стен стерлась, черепица была местами покрыта мхом и лишаем, белая краска облупилась, где-то виднелись потрескавшиеся кирпичи. На проржавевшей табличке возле входа можно было прочесть: храм мученика Пантелеймона, в помощь болящим и скорбящим. Тут Сергей прислушался- оттуда слышались крики. Сергей вбежал внутрь. Сумрак окутал его. Запах ладана все еще не выветрился из этого места. Там, в центре, меж горой тел стояла Лиза. В больничной форме грубой серой ткани, в истоптанных ботинках. Русые волосы стали алыми, с бледных рук капала черная кровь. В руках у девушки был клинок. Из глаз текли слезы. Перепрыгивая через бездвижные тела, Сергей подбежал к Лизе и обнял ее. „Ты жива...“, прошептал он. „Ты сделала свои решающий выбор. Встретимся на великом Суде“, донесся за спиной отдаляющийся голос ангела. Лиза попыталась, отмахнуться, но бесполезно. Крепкое объятие не давало и шанса. Теплые слезы капали ему на плечо. Сквозь всхлипы доносились лишь обрывки фраз: „Я...убила их...убила...десять человек...ученых...и ее тоже...Я умру…скоро умру на расстреле...И ты тоже...“.“Успокойся“, шептал он, гладя ее по голове, „Все закончилось. Никто больше не умрет. Мы все выберемся отсюда, обещаю. Все будет хорошо“. Лиза подняла на него свои заплаканные глаза. „Не тешь меня надеждой. Мы оба поляжем...“.“Мы знали, на что шли“, возразил Сергей, „Уже поздно. Все уже решено. Аня выпустила статью“. Лиза вцепилась в его кофту. Все ее тело билось в судорогах, в ожидании скорой смерти. Все мосты и дороги сожжены до тла, но берег оказался не тем...“Мы не умрем. Мы убежим“, прошептал Сергей, „Туда, где нас никто не найдет“. Сергей и Лиза вышли на улицу. Слипшиеся от крови волосы трепал сильный ветер. Они стояли на заднем дворе больницы. За углом виднелись поставленные на вечную стоянку кареты спорой помощи. Вдали, за решеткой и колючей проволокой, зеленели макушки елей. Из леса доносилось уханье и глухой вой. Где-то гудел вертолет. Легкие наполнялись ментоловым свежим воздухом. Воздухом свободы. Не смотря на зуб дробящий холод, они подошли к покосившимся воротам в больницу. Приложив все оставшиеся силы, они пытались отворить створки. Ржавые петли уныло скрипели, но вскоре двери открылись. Перед ними предстала асфальтированная дорога, покрытая трещинами и ямами. Густые ветви елей перекрывали горизонт. Впереди был указатель: до Москвы- 10 км. „Ну что, пошли?“, спросил Сергей. Лиза лишь кивнула. Она взяла его за раненную руку и положила голову ему на плечо. „Спасибо тебе“, прошептала она. Яркая искра зажглась в его груди. Его тело окунулось в такое мягкое тепло, не смотря на ветер и снег. Все закончилось. Еще два часа пути, и они будут в квартире, соберут вещи и уедут домой. Больше никаких убийств и заговоров. Еще немного... Тут сзади послышались шаги. Быстрые. Прерывистое дыхание и лязг металла. „Ложись!“, крикнул Сергей и толкнул ее в ближайший сугроб. Лезвие катаны пронзило его в грудь. В самое сердце. Черная кровь брызнула фонтаном на белый снег. Клинок исчез. Задыхаясь и плюясь кровью, парень упал на землю. Не смотря на боль, он пытался затвердить кровь, но все было бесполезно. Лиза застыла в ужасе. „Он взял смерть на себя...Насколько же вы, люди, нелогичны и эмоциональны...“, донесся голос за спиной. Лиза даже не обернулась. Слезы текли по ее щекам. Ее горло разрывалось от криков отчаянья. Сергей пытался поднятья сквозь жгущую боль, но на его спину опустилась нога. Девушка подняла взгляд - перед ней стояла Варя. Ее форма была порвана и обожжена, волосы были опалены. В руках ее была Настина катана. „Промазала...Вот же засада...“ хрипло сказала Варя. Лиза сидела в снегу. Кричать уже не было сил. Девушка просто уставилась в пол, в страхе осознавая все произошедшее. Это конец. Нет пути назад. Лучше уже смерть, чем постоянное страдание...Девушка закрыла глаза. Подполковник вновь занесла катану. но тут раздался оглушительный выстрел. Выронив меч, Варя упала с ранением в плече. Она не кричала, лишь втягивала воздух сквозь стиснутые зубы. Лиза вскочила на ноги и подбежала к Сергею. Тот еще дышал, но слабел с каждой секундой. „Прости...прости“, сквозь слезы шептала она, держа его за ледяную руку. „Не умирай, прошу, не умирай!“ Она пыталась остановить кровь, но Сергей убрал ее руки. „Не...нужно...Я...возвращаю долг...“, из последних сил говорил он. „Ничего не говори!“, крикнула девушка и продолжила колдовать над его раной. Сердце щемило от боли. Дрожащие пальцы были все в крови, но рана и не думала затягиваться. „Нет...Нет...“, тихо приговаривала девушка. Из последних сил парень сел и обнял. Руки были холодны, как окружающий их снег. „Прости...“, пролепетала Лиза, придавшись к нему всем телом. Пульс слабел. „Моя жизнь...Оборвалась уже...в тот октябрь...“, на последнем издыхании сказал он. Его тело обмякло и рухнуло в снег, глаза навсегда закрылись. Лиза его не отпускала, не разжимала пальцев. С горечью и отчаяньем она смотрела на его мертвецки бледное лицо с застывшем выражением боли. Крича от боли, она прижалась к нему всем телом, обнимая. За спиной послышался хруст снега. Лиза невольно обернулась. Сзади нее стояли члены Отдела по Делам Проклятых. Коля с дымящимся пистолетом, Алиса с исцарапанным лицом. Миша с бандажом из рваной ткани на правой руке опирался на плечо Насти. Лиза поднялась, шатаясь, на ноги. „Отойдите...отойдите от меня!“, кричала она. Никто не говорил ни слова. „Не подходите...хватит...остановите все это...Хватит!“ Лизу всю трясло, затуманенная трагедией душа перестала отвечать на команды разума. „Ты и вправду, как твоя мать...“, сказала Варя. Сквозь пелену слез девушка взглянула на нее. Она все также лежала на снегу, держась за плечо, „Такая же хрупкая. Стеклянная балерина. Но не смотря на это, ты бросаешься в огонь. Безрассудно и бездумно...“. „Оставим наши философские мысли до зала суда“, сказал Коля и рывком перевернул ее на спину. За ее спиной щелкнули наручники. Варя не сопротивлялась, все так же с тоской смотрела на Лизу. „Хрупкая...как и мать...“, тоскливо продолжила она, „Как она кричала, как билась в конвульсиях...Жалкое зрелище...Но теперь мы квиты-ты убила моего отца и мачеху. Хотя, последняя могла и так катиться ко в ем чертям, поганая поедательница лягушек. Теперь довольна?“ Девушка подняла глаза. „Не думай, что спровоцируешь меня. Я никогда тебе не прощу смерти мамы и Сережи. Не прощу этих месяцев заключения моего отца. Никогда. Но пусть над тобой будет справедливый суд...“ Лиза подошла к Коле, „Поезжай в Петербург. По адресу Сережи, в соседней квартире, живет журналистка. У нее есть все записи и материалы по деятельности этой компании“. „Как будто ты избежишь суда“, возразил Миша, „Ты пойдешь с нами!“. Тут вдалеке послышался рокот. Все посмотрели в небо-это был вертолет от Министерства общественной безопасности. Он спускался вниз, как огромная черная стрекоза на белую лилию посреди пруда. „Беги!“, крикнул Коля. Лиза подошла к лежащему телу на снегу. „Прости...“,прошептала она, „Что не смогла уберечь“. Последний раз помахав им рукой, она убежала прочь по шоссе. Коля с тоской смотрел ей вслед. Вертолет опустился в паре метров от них. Огромные лопасти поднимали вихрь из снега. На землю из кабины вышел полковник Черемшев-высокий мужчина за сорок с пепельными волосами. На его темно-синем пиджаке сияли медали, а на плечах-погоны. Его бледное лицо украшали закрученные усы. „Вот они, герои нашего времени“, начал он, глядя га четырех следователей, „А где же Ванька, хотел его лично поздравить“. „Владислав Анатольевич, он...“, было начал Коля, но тут его остановила Настя. Уверенным кивком она отогнала все его сомнения. Еле скрывая горечь, она ответила: „Он погиб при исполнении на наших глазах. Его застрелили, когда нас пришли задержать по Вашему указу“. „Не понял“. Черемшев удивленно поднял брови. „Я не отдавал никаких приказов о задержании, мадмуазель Воскресенская, тем более-первого подразделения“. У Коли вдруг будто сошла пелена с глаз. В гневе он сжал кулаки. Рывком он повернулся к лежащей на снегу Варваре. „Ты...“, процедил он. Но Варя ничего не ответила. Ее душераздирающий смех давил на психику. „Так вот почему Вы тогда были в моем кабинете...“, сурово сказал полковник. Все уцелевшие члены отдела, уставшие, раненые и вымотанные морально сели в вертолет и взлетели в воздух. Там полковник узнал обо всем, что пришлось им пережить. Группа следователей, которая позже приехала на место, назвала это Трагедией от 28 февраля, где погибло 13 человек. Варю взяла приехавшая группа захвата, суд состоялся в тот же день, где ее лишили званий и наград и присудили к 20 годам лишения свободы. Труп Сергея Серебрякова отдали родным, но тела самого потрошителя так и не нашли. Ее объявили без вести пропавшей и дело было закрыто.