Вариативные сказки

– И-и-и, раз, и-и-и два, и-и-и три, – подбадривали себя дружными воплями в соседнем баркасе. Семейство Чопырей тащило сеть, полную мелкой рыбешки. Старчик с завистью проводил глазами поблескивающее богатство, заметил там раздвоенные хвосты, торчащие сквозь ячейки, и передернулся. Фу, развелось мутантов. С другой стороны, у него и того не было. Он налег на весла и двинулся дальше, вернее в сторону, поближе к дому. Какая скорость, какой улов? Периодически вытягивая снасти, он раз за разом убеждался, что спать они с бабкой лягут голодными. Пару рыбин знакомой наружности он съел таки сырыми. Это было все. С сотой, наверное, попытки, в сеть попалась небольшая стайка глупышей. Парень вытряхнул их на дно лодки. Одна была совсем странная. Он перехватил за красивый, длинный хвост маленькую, желтую рыбешку, поднес к лицу поближе. Солнце уже почти село. В закатных лучах мелочь отсвечивала красным. Старчик с изумлением увидел закрытые глаза, несоразмерно крупные, опушенные густыми ресницами. Он уже испуганно начал размах, чтобы зашвырнуть гадость подальше, когда глаза открылись и заглянули ему прямо в душу. А может в мочевой пузырь. Парню показалось, что он уже пустил позорную струю. – Отпусти меня, старче, в синее море. Я тебя вознагражу, – пропела рыба мелодичным женским голосом. – Ты откуда мою фамилию знаешь? – испуганно вскрикнул Старчик и сжал хвост изо всех сил. – Отпусти меня, старче, в синее море, – с той же интонацией повторила рыба. – О, Великая Вода, да что же это! Совсем мутанты распоясались, – возмутился окончательно перепуганный парень и шмякнул рыбешку о борт лодки. Что-то хрустнуло. Он принялся истерически колотить желтой тушкой о борта и скамейку. Во все стороны брызнули какие-то блестящие штуки, застучали по дну. Старчик посмотрел на ошметки рыбы в своей руке, заметил, в ужасе, что нет ни крови, ни кишок, а только тонкие нити и мигающие точечки. Он швырнул останки за борт, заметив, что они слишком быстро пошли ко дну. Ему показалось, что снизу, из-под толщи воды, донесся невнятный женский голос. Совсем обалдев от таких непоняток, парень лихорадочно погреб к дому с такой скоростью, что позавидовали бы и Чопыри, со своим многовесельным баркасом. – Бабуся, я тут говорящего мутанта встретил, – с ходу начал он, не переступив порога хижины. – Жрать принес? – недовольная старуха желала только одного. – Ох ты ж! Я сейчас, – он развернулся и помчался обратно. Бабка могла и врезать за нерадивость. Он уложил в корзину скромный улов, а под ней обнаружил маленькое зубчатое колесо с дыркой посредине. Старчик повертел в пальцах штучку, размером не больше ногтя на мизинце и решил показать старухе. Вдруг это что-нибудь ценное. – Ну ба, ну скажи, что думаешь про это? – спросил внук у разомлевшей от еды бабки. – Знаешь, Андриш, что-то в памяти свербит такое. Из детства, еще до Большой Воды, – старуха стянула с головы платок. Покрытая пигментными пятнами кожа просвечивала сквозь редкий пух на макушке. Она пожевала беззубым ртом, приводя в хаотическое движение сеть глубоких морщин. Тусклые бледно-голубые глаза совсем в них терялись. – На колесах ездили машины. Это помню. Ты же видел там, в развалинах за скальной грядой, остатки прежней техники, – бабка прекрасно знала, что в запретные места все мальчишки ходили, испытывая друг друга на смелость. Правда, от голода в сезон штормов не спасала никакая отвага. Как и от удара китового хвоста, способного утопить половину поселения. – Да видел всякую рухлядь. Но ничего не понял. Зачем эти машины, если по тропам можно только в одиночку пройти? – пожал плечами Андриш Старчик. – Раньше мир был больше нескольких скалистых островов. Много ровной земли, гладкой, – старуха в смятении потеребила отвисающую кожу на шее. Она уже сама сомневалась в достоверности своих воспоминаний. Отдельные картинки мелькали, как яркие рыбешки. Слишком она была мала, когда произошла катастрофа. Но даже её саму старуха не помнила. Только громкие механические завывания, монотонные причитания матери и запахи крови, пота и слез. Она, собственно, выросла в мире, затопленном океаном и отравленном всем, чем можно было. Только, в отличие от своего внука, она твердо знала, что другой мир был. *** Из доклада Первого Легионера Владычице: «2545 дронов пропали, проглоченные мутировавшими гигантскими обитателями океана. Данные, которые успевали поступать, свидетельствуют о наличии дополнительных желез в организмах. Выработка кислот повышена. Внутренние органы без радикальных изменений. Органика пригодна для употребления в пищу. Размеры организмов и их уровень агрессии не превышает оранжевый уровень опасности. 1390 летающих дронов докладывают о нулевой опасности в воздухе. Процент суши менее 2%. Млекопитающих приблизительно 2000000 голов. Техническое развитие минус 1000 лет. Опасность нулевая. Для употребления в пищу годность 80%. В квадрате 56\48 водный дрон ЗР был извлечен на воздух. Маркер, указанный вами лично, опознан, как родственный. Группа десантирования готова. Ждем указаний» Из ответа Владычицы Первому Легионеру: «Высадку разрешаю. Да пребудет с нами удача. Млекопитающих уничтожать по мере необходимости. В указанный вами квадрат отправьте усиленный десант в качестве моего сопровождения. Ваши заслуги будут вознаграждены, Легионер» *** Бабка прикрыла глаза, почти уснув. В голове закрутилась фраза, которую постоянно повторяла мать, вжимая ее в свое тело: «Господи-господи-господи, спаси и сохрани нас, господи-господи-господи, да что же это». Старуха встрепенулась. Слова! – Андриш, мальчик, что сказала эта рыба, пока ты ее не прибил? – Точно? Э-э, – замялся парень, который уже вытянулся на лавке и готов был отрубиться. Он снова сел, нахмурился и повторил: «Отпусти меня, Старчик, в синее море. Я тебя вознагражу» – Может «отпусти меня, старче»? – вскинулась бабка. Внук пожал плечами, лег и отвернулся к стене, накрывшись ветхим одеялом с головой. Он не видел, как его скрюченная бабуля распрямляется, становясь выше и осанистее, а ее глаза вспыхивают синевой. Повторяя, как заклинание, кодовую фразу, бывшая старуха уверенно шагала к лодке. Она без труда нашла все рассыпавшиеся, попрятавшиеся в щелях детали от дрона, сжала их в кулаке, подняла глаза к черному звездному небу и поняла, что проиграла окончательно. Группы перемигивающихся сигнальных огней стремительно приближались. – Вот, тварь, – прошипела она. – Сука-сука-сука, не-на-ви-жу! – она могла не стесняться. Жалкое поселение людишек крепко спало. В воздухе разливался медленно нарастающий гул. Та, что была последние лет семьдесят Розой Старчик, тосковала, пропуская сквозь мозг гигабайты информации, разблокированные глупым мальчишкой. Ловко ее сестрица подловила тогда, с засланным русалом. Ну, вот питала она всегда слабость к водным обитателям, даром, что сама была воплощение земли. Наверное, она провела в безвременье не одну сотню лет. Не могли же человечки на колесницах наворотить столько, чтоб устроить техногенную катастрофу! Теперь она просто чуяла и повышенный радиационный фон, и изменения в составе атмосферы. Мутанты, понятно, атомные станции затоплены. Наверняка ее матрица была пристроена в мозг спасшейся малявки, а сама сестрица со своими водниками свалила с планеты. Чтобы вернуться теперь в свою мечту. Планета-океан на блюдечке, а каемочкой будет картинное сожаление и топтание на гордости поверженной сестры с последующим устранением. А все из-за чего? Подумаешь, с Посейдоном перепихнулась разок. Ну, может не разок. И моря тогда здорово обмелели, людишки расплодились и несли ей щедрые дары. Гея вздохнула. Лучше бы она осталась человеческой старухой и померла, так ничего и не поняв. А вот потом… Но уже падали в воду летающие объекты, опознанные Геей, как десантные боты возлюбленной сестры. Она спокойно наблюдала за тем, как выходили из океана, похожие на гигантских крабов вездеходы, как плыла к ней в прозрачном водном пузыре Владычица Морская. Претензии, высказанные величественным тоном, оказались угаданными с точностью до слова и жеста. Слушать это все было скучно. Гея мечтательно прищурилась, представляя все способы расчленения сестрицы и присных ее. – Ты, старуха, ты меня слышишь, ветошь старая? – скатилась с высот своего положения Владычица. – Ты останешься здесь! И будешь доживать свой человеческий век со своим стариком на этих скалах. И завидовать нашему величию!!! – Вашему Величеству? – переспросила Гея и усмехнулась. Мелькнула мысль, что ее внуку лучше не показываться на глаза этим рыбинам. Хотя, какой он внук? Так, мелочь людская. Топанье ногами в водном пузыре выглядело несколько комично. Но не стоило доводить эту истеричку до тотальной зачистки местности. Гея проводила равнодушным взглядом небольшую кучку перепуганных насмерть поселян, подгоняемых «крабами» к воде. – Оставь хоть парочку мне на развод, – попросила она спокойно. – И кормежку самой уже не добыть. – Она подняла руку, предупреждая второй виток царственного гнева. – Дольше протяну, дольше промучаюсь в этой оболочке. Владычица довольно кивнула, признавая аргумент. Две замурзанные девчонки шлепнулись под ноги Гее. – Они же однополые, сестра, какое может быть размножение! – попыталась она немного покачать права. – А ты собралась жить вечно?– фыркнула Владычица. – Может твой старикашка сотворит чудо? – добавила она и забулькала. Гея осторожно, по микрону, прощупывала возможности этого тела, совмещенные с ее матрицей. Есть контакт! Они же не в воде! Капли сил хватило, чтобы прикрыть хижину от внимания десанта. Андриш к ночи так умаялся, что его ничего не разбудит. Пригодится еще внучок, пригодится, подумала она и покосилась на девок, молча жмущихся к ее ногам. – Уходим, – мотнула головой Владычица Морская своей свите. Океан бурлил совершенно не так, как привыкла видеть и слышать Роза Старчик. Она бы, наверное, тоже бессильно бубнила: «господи-господи-господи» при виде связанных в цепочку утопленников, исчезающих в пучине, вслед за ходячими монстрами. А Гее было все равно, хотя девчонок она уткнула лицами себе в подол, во избежание ненужного шума. – Пошли, красавицы. Ночь еще не кончилась, – вздохнула Гея. Около самой крупной хижины валялось большое деревянное корыто. У Розы такого отродясь не было. Но радость от нежданного подарка немедленно померкла. Корыто было расколото вдоль. Гея досадливо покрутила головой. Вот ведь сучка мелочная, а не владычица всея морей. Не терпит, понимаешь, никаких емкостей для воды. Она окинула взглядом тихий залив, простирающийся до горизонта и дальше океан. Бархатное небо с бриллиантами звезд отражалось в зеркале вод. Тишина и умиротворение. Богиня в отставке провела рукой по ставшей гладкой шее, потерла зудящие, пока еще голые дёсны и оскалилась. Ничего, я еще сварю уху в этой кастрюльке, подумала она.