Территория Этваль

— Представьте свое будущее мечты…       Запах благовоний заполнил комнату. Рыжеволосая девочка пила сидр, пока мальчик с ушками что-то чертил на бумаге. Странный травник, чьи одеяния напоминали Антону шутов из самых низкосортных краев, ударил в колокольчик и принялся что-то читать.       Мастер, кто и взял инициативу вызвать этого чудика, внимательно следил за происходящим. Как только был убран урожай, к ним наконец добрались разные гонцы из всех уголков мира. И пока одни грозились войной, другие сразу предлагали дружбу и обмен товарами. Но старика мало волновали вопросы политики, которую он полностью оставил своему горе сожителю. Его больше волновала тень, о которой когда-то обмолвился Му Лин, а после этого ни разу ее больше не видел.       Мальчик, будто чувствуя, что старик его мысленно ругает, поднял взгляд от листа, пару раз моргнул и начал что-то считать в углу пергамента. Ницы посмотрела на его цифры, но так и не поняла, как они связаны и для чего.       Антон на расспросы Мастера ответил и не стал отрицать существование тени. Он махнул на нее рукой и просил не касаться этой темы. Да и оборотень больше ее не видел — зачем мутить воду? Но старик чувствовал, что дела идут скверно, и решил, что время очистить дома от всякой чертовщины.       Нечисть очищает дом от чертовщины… Антон вздохнул и подумал, что нужно будет обсудить с главами вопрос образования. Он закрыл глаза и в секунду перед ним появилась картинка. Парень стоял в огромном поместье. За столом сидела знакомая черная макушка. Антон улыбнулся и прошел вперед. — Тоша, — неожиданно раздался знакомый голос Это не тот, кого ожидал увидеть Антон, но тот, кого явно жаждал. Только вот, кто это? Он вглядывался в лицо, пытался вспомнить, но все было в дымке. Почему… Это же Ания? Он скучал по ней? Но тогда отчего тоска настолько сильная? — Антон, — его вывело из транса. — Боюсь, это не в моих силах. — А какой результат? — поинтересовался Мастер.       Травник затушил благовоние и убрал книгу: — Нечто явно есть, но оно сильнее меня. Я бы назвал это щитом. — Тенью, — подсказал Мастер. — Или тенью. Оно ничего не делает, будто в ожидании, но и другим сделать не дает. Не могу определить, хорошее ли эта «тень» или плохая. Но это явно снимать не заклинаниями. — Как лакомый кусочек для проблем... — Я могу приступить к работе? — поинтересовался Антон, прекращая диалог.       Старик кивнул. Он задумался и решил, что ему стоило бы пробраться в Империю и порыскать по заброшенным, но уцелевшим после зачисток нечисти библиотекам. Быть может, кто писал о похожем случае. — Сэр Нефр! — крикнул Антон, после чего в дверях моментально появился рыцарь. — Казнить его.       Эльф без лишних сомнений моментально решил выполнить приказ, скрутив незнакомца в неком подобии поклона. С Нефром была проведена беседа, объясняющая его место и положение в Этваль. Под беседой Антон понимает неплохое такое избиение с пояснениями, как и что работает. Мужчина был рыцарем и был уверен, что сильного воина можно воспитать только насилием и постоянной проверкой на силу воли.       Мастер, на чью долю выпало залатывание ран эльфа, ругал Антона на чем свет стоял. Якобы мальчик еще совсем ребенок, младше Ницы, — Правитель после этого решил всерьез заняться изучением летоисчисления разной нечисти. Ведь он уверен был долгое время, что все же эльф старше.       На удивление, его побои помогли не только очистить голову Нефра, но и подлечить тело. Во время знахарства Мастер обнаружил, что легкое паренька гниет изнутри — последствия ранения во время войны. Видимо эльф, следуя примеру Правителя, решил не посещать молитвенников и запустил уже вылеченную рану. Тогда же Антону пришлось, прямо сидя возле койки паренька, выкручивать его пальцы под неестественными углами до треска и вопрошать, зачем ему конечности, если он все равно за ними не следил и не лечил.       Урок был усвоен быстро. — Эй! — крикнул Мастер. — Антон, стой — Никакого мракобесия в моем доме, — спокойно ответил Антон, предсказывая дальнейшие вопросы и доводы. — Это травник! — ругался старик. — Травник! — Тогда я даю травнику последний шанс.       Он махнул рукой, и Нефр моментально опустил напуганного до дрожи в ногах мага. — Еще раз увижу и головы «травнику» не видать.       Мужчина низко поклонился, благодаря Правителя за милосердие, и вылетел секундой за дверь. Антон смахнул невидимую пыль с одежды и уставился на эльфа, который почему-то до сих пор не ушел. Тот хлопал ресницами и тоже смотрел на него: с каких пор Нефр стал с ним одного роста? Мужчина тряхнул головой и взял свиток со стола: — Это из Северных земель, — удивился Антон. — Северо-восточных, — ответил парень, выпрямляя спину.       Мастер зло выругался на Правителя и вышел из комнаты. Он не мог поверить в то, как быстро менялись события в его жизни. Только старик наблюдал, как лечат Антон, — вот уже травника задерживают, а следом отпускают и начинается обсуждение земель. Наставник устал от таких качелей судьбы и решил, что время ему посетить таверну.       Ницы же, что тихо сидела в углу комнаты, все еще молчала, иногда поглядывая в сторону двери. Она понимала, что ей нужно ускользнуть как можно скорее, пока ее присутствие не обнаружили. — Северо-восток? Он же богат рудой, — Антон почесал подбородок, чувствуя, что пришло время побриться.       Он на секунду подумал, пошла бы ему борода. А потом вернулся к воспоминаниям о горах и ущельях тех мест. — Сэр Нефр, — обратился он к пареньку. — какие вести я упустил о тех местах? — Их полностью разворовали караваны, — ответил мальчик. — Каждый год разворовывают, — вздохнул Антон, магией вырисовывая примерную карту на столе. — Это не новость, а уже как повторяющийся из года в год праздничный день. Ожидаешь, поглядывая на летопись. Что-то еще?       Эльф почесал макушку: — Нет? Тишина. — Тогда чего же они решили нам отойти?       Антон уставился на него. Он надеялся развить в мальце способность стратегически думать. — Почему вы… — наконец треснула маска уверенности эльфа. — Вы спрашиваете и так смотрите? — Опять ты оборотням хвосты заворачиваешь… — выругался мужчина. — Ты теперь главнокомандующий. Как думаешь?       Мальчик понял свою ошибку. Его уши покраснели, а глаза забегали. Он выглядел настолько напуганным, взволнованным и одновременно задумчивым, что напомнил Антону Дона. Только тот был беспросветно глуп. Мужчина вздохнул: если один брат мог головой только о вине думать, то откуда в нем взялась уверенность, что он сможет сделать Нефра умным? — Может тебя шутки ради еще и ответственным за тюрьму сделать? — подпер рукой щеку Антон и вновь подумал, что пришло время побриться. — Шутки ради? — удивился эльф. — Ага. Завтра издам указ. Свободен.       Нефр поклонился и вышел за дверь. Антон взял в руку свиток, прислушиваясь: там, за стеной раздались приглушенные голоса эльфа и Мастера. Они обсуждали его странное поведение, после чего подняли вопрос похода в таверну. Мужчина покачал головой. — Северо-запад… Мы же недавно туда ходили, да? — раздался женский голос. — С Му Лином? — Ага, — ответил ровным голосом Антон, пытаясь замаскировать таким способом легкий испуг.       Он забыл о детях и думал, что остался один. Первая его мысль была о тени, что наконец сменила шепот на слова. Мужчина даже решил, что это нечто планирует его атаковать. Теперь же он четко видел, что оно стояло над увлеченным своим делом Му Лином и даже не смотрело в его сторону. Антон не мог объяснить этого, но он четко ощущал, где у этой мглы были глаза, изучающие рисунок ребенка. — Там такие холмы и скалы! Как там можно жить? — Драконы же живут. — У них крылья. Они могут вспорхнуть. — А откуда у тебя уверенность, что у жителей тех мест нет крыльев?       Девочка пару раз моргнула. А потом подскочила с места, отвлекая Му Лина и заставляя его бурчать под нос. — Я внимательно изучу вопрос нечисти тех мест! — Только мозги не сломай об гранит знаний. — И обо всем тебе доложу!       Она наконец подлетела к двери и исчезла, до этого прищемив платье деревяшкой и плюхнувшись на пол. Антон покачал головой и продолжил читать. В тишине комнаты раздавался лишь скребет угля об бумагу и тихое дыхание нечисти.       Огромный зал освещал только один светокамень, в остальных уголках стояли подсвечники, что осторожно протирала прислуга. Это было единственное здание, которое успели достроить перед тем, как начали поступать свитки от других государств, но местами еще виднелись недоделанные места. Их старательно прикрывати всякого пода украшениями и декором, чем вызывали тяжелые и возмущенные вздохи Му Лина.       Красные флаги украшали стены. На них не было герба и не было рун. Пустые полотна завораживали лишь своим цветом, напоминая о том, насколько Этваль пока молод. Антон доверил вопрос с гербом одному мальчику-оборотню, что крутился возле его ног каждый час в сутки, но Му Лин слишком ответственно подошел к вопросу. На столе в их избушке было если не сто, то семьдесят точно листов с примерными набросками герба. И ребенок продолжал рисовать, выкрадывая чистые полотна и свитки у Антона прямо из-под носа.       Был даже случай, когда он присвоил донесение графа и изрисовал его, но Правитель не стал выдавать ребенка и просто сделал вид, что никаких документов не получал, тем самым вынуждая Сан Экалета не спать еще одну ночь и писать текст повторно.       Люди с нечистью сидели друг на против друга. Первые явно нервничали, не выпуская оружие из рук и держа охрану подле себя. Оно и понятно: те, кого они годами обвиняли в жестокости и бездумно убивали, теперь за одним столом переговоров с ними, причем это они в невыгодном положении, а не нечистивые.       Антон просматривал предложенные варианты дружбы стран и лишь иногда поднимал взгляд. В этом зале никто из людей не знал, что он Правитель. Собственно, он и не должен быть здесь, ведь Императора нет, а есть лишь его советник, и появления монарха Этваль можно посчитать проявлением слабости. Только вот кроме него и послать-то больше некого: Ания уехала, Нефр слишком неопытен, к графу Сан Экслету еще не восстановилось доверие(к предыдущему кандидату, к слову, тоже), вожак оборотней не проявил себя, а Ханкин… Был идеальным вариантом.       Слишком идеальным вариантом.       Антон все ждал подвоха, ведь эта нечисть была очень хороша в делах политики, торговли, быта и так далее по списку. Он всегда предлагал верные решения, имел совпадающее с его мнение, не боялся говорить о важных вопросах. Иногда он дерзил, вел себя высокомерно, но Правитель готов был закрыть на это глаза, ведь моментами Ханкин лучше Ании. Это и тревожило мужчину, заставляя проявлять осторожность по отношению к этой нечисти. — Мы хотим подписать договор о ненарушении границ и торговли, — нетерпеливо произнес советник Императора. — Если вы не поняли.       В его голове звучала брезгливость, да и его жест показывал, что он не особо уважает собеседников. Антон мог отрубить ему руки прямо сейчас и отправить их Императору первым же гонцом, но у него сегодня было хорошее настроение: Ницы приготовила суп с грибами, которым отравился Мастер, и теперь эти двое рвут друг другу волосы, забыв напрочь про Правителя. И забудем про то, что пепельно-черные локоны старика всегда выстрежены почти под лысину и вырвать их достаточно трудно. — Если нечисть обратится к Правителю, то он примет новые территории, неважно какой ценой, — произнес Антон. — Если город хочет отойти Этваль, то он отойдет к Этваль. Даже если для этого придется повесить еще одну голову рядом с головой Короля. — О чем вы!.. — закричал советник, вспрыгивая с места.       Антон злобно посмотрел на него. Не он первый начал провокацию, но он в праве ей воспользоваться. Ему хотелось еще швырнуть свитки в людей, только вот это совершенно не то, что должен делать монарх, да и не то, что сделал бы Правитель. Собственно, как и советник не должен быть на таких приемах, но что ж. Империя считала Этваль глупцами, так пусть будет так до первой войны. — Есть ли нам смысл обсуждать торговлю дальше? — Антон сложил руки перед собой.       Он знал, что гости прибыли издалека и дорога обратно займет около месяца. Но это их вина, что они проявили несдерженность и неуважение. Такое парень терпеть не собирался, хоть и понимал, что для Этваль лучше прикусить свою гордость.              Но он хочет сильную и независимую страну, которую будут уважать и бояться, поэтому люди могут спокойно идти вон из их не до конца достроенного здания.       Советник смотрел на него нечитаемым взглядом. Следом он сел обратно, принеся свои извинения, и прием продолжился. После них должны были быть представители северо-востока, но Антону очерствело неуважение к послам его страны. Хоть они и были две чумы и три калеки, но они говорили за тысячи граждан Этваль.       Или больше. Или меньше. Антон уже успел позабыть цифры из прошлой переписи.       В ходе их дальнейшей беседы не было достигнуто какой-либо договоренности, и повторную встречу решили провести завтра утром. Правитель хотел просто послать их куда подальше, но все же торговля с Империей даст неплохой толчок развитию Этваль. А его учили ставить страну на первое место, а свои желания — на второе.       Он вытянул ноги под столом в момент, когда большие двери были захлопнуты. Не так должен вести себя Правитель и не так должны встречать делегации. Но ему было настолько безразлично это, что Антон подумывал все же послать какого-нибудь наёмника, чтобы по пути в Империю на караван послов напали и руки все же отрубили нахальному человеку.       Двери вновь отворились, и в зал зашли всего лишь две нечисти. Первый был одет в богатую одежду, вторая же скрывала свое лицо легкой вуалью. Антон, уставший от брезгливости советника, поднял заинтересованный взгляд. Догадка моментально мелькнула в его голове, и мужчина даже не стал ждать свитков и долгих разговоров.       Они опустились на колени. Нечисть следом встал и подошел к столу, девушка же осталась на месте, разбивая ноги об еще не до конца сделанный пол. — О великий ярл, позвольте слово молвить и беседу вести.       После чего замолчал. Антон, конечно, кивнул, лишь после вспомнил, что вообще-то он под прикрытием. Да, с годами мужчина начал терять хватку. — Да примите наш дар, да и предложение наших себей. Наш тан надеется, что это будет достаточной платой.       Он показал на девушку. Это не ящик золота, не мешок драгоценных камней и даже не редкие травы, а нечисть. Антон не считал, что жизнь одного существа может быть настолько ценной, чтобы ее предлагать правителю других земель. В Королевстве к рабыням, наложницам или просто служанкам обычно приносили еще золота, шкуры редких животных и пару украшений. Король хоть и был глуп, но все же знал, что одна жизнь не стоит тысяч, поэтому и этой нечисти стоило предложить взамен что-то еще.       Девушка наконец поднялась и подошла к столу. Ее вуаль упала вниз — и Антон был готов забрать абсолютно все свои слова обратно. Нечисть перед ним была такой красоты, что он выпрямил спину и подумал, что, Богини ради, ему все же стоило побриться сегодня.       Это была неописуемая красота. Ания обладала другого рода чертами, и от одного взгляда на нее хотелось как можно скорее оказаться с ней в одной постели, ну или хотя бы в ближайшей таверне. Габраяле напоминала больше статую на выставке или ярмарке, а может быть в саду какого-либо графа: ей можно любоваться, но не более. Ницы не была красивой, но в ней присутствовала детская прелесть и очарование. Но девушка перед ним…       Невинность, страсть, покорность, неугомонность, свобода, сила — ее лицо выражало все это. От ее взгляда можно было забыть о том, кто здесь власть, а кто гость. Ее щеки горели слабым румянцем, что контрастировал с белой кожей, напоминая Антону моменты из прошлого, когда он дразнил О…       О…       О…       Кого он дразнил?       Боль стрельнула мужчине в висок. Кто эта загадочная дама на О? И была ли она в его жизни, или это бред не раз находящегося на грани смерти сознания? И почему ему стало так невыносимо тоскливо только от одной мысли об этом человеке? — Она дочь местного тана. Сильнейшая и мудрейшая, — нечисть поклонилась.       Антон еще раз взглянул на девушку, а та наконец заговорила: — Я Лилит. Буду служить верой и правдой как на поле боя, так и в постели.       Это не было неожиданностью, но девушке точно полностью промыли мозги. Бедняжка. Антону всегда было жаль таких дам, которых растили только, чтобы служить. Такой была погибшая Королева, такой, если поменять пол, был преданный Королем Звездочкин. — Так чего же вы хотите взамен? — уточнил Правитель, скрещивая руки. — О нет, нет. Первый день ярл должен притереться к подарку и понять, стоит ли такая плата его внимания. Мы не можем требовать чего-то, если ярл недоволен. Если ярл зол, то умирает народ. А мы хотим мира на наших землях. Позвольте мне откланяться и нанести визит завтра днем, чтобы знать ваше настроение       Нечисть поклонилась и осторожной поступью пошла к двери. Лилит осталась возле стола, не выражая ни одной эмоции. Антон сразу решил поселить ее в бывший дом демониц, что стоял без дела уже много недель. Что-то подсказывало ему, что он пожалеет, если пренебрежет такой девушкой.       Возможно, в нем говорило мужское начало, но и Лилит была так хороша, что к нему можно было бы прислушаться.       Уже возле дома его встретил Мастер и Ницы. Последняя завертелась вокруг новой нечисти, задавая глупые вопросы. Антон решил избавится от ребенка, и попросил девочку показать Лилит ее дом, а еще помочь с уборкой. А ведьмочка будто только этого и ждала, и мигом утащила девушку за руку в сторону избы. — Где Му Лин? — спросил Антон. — Рисует в доме, — вздохнул Мастер. — Ушел за договоренностью, вернулся с девушкой. Ну и кто она? — Наложница.       От произнесенного у старика аж раскрылся рот. Он в полном шоке уставился на мужчину и даже на всякий случай ущипнул себя. — Ты шутишь?! Я стар, Антон, могу так и умереть! — Даже и не думал шутить, — Антон открыл дверь и к нему сразу же подбежал ребенок, сзади которого виднелся быстро махающий в разные стороны хвост. — Даже учитывая твою ситуацию в любовном плане, ты себя странно ведешь! Мастер тяжело выдохнул: — Да, смерть любимого тяжело, да, когда другая твоя отдушина — обрученная, тоже нелегко. Но твое поведение! Наложница у тебя?! Это будто бы это не ты!       Антон сел за стол, разглядывая листы, что ему подал Му Лин. Он на мгновение полностью стих, после чего произнес: — Думаю мне просто… Стало все равно. От души все равно. И разве самый важный долг Правителя — это не оставить наследника?       Мужчина взглянул на Мастера, а тот в свою очередь увидел настолько избитую жизнью нечисть, что слова просто не могли построиться в предложения в его голове. Он опустил голову и прикрыл глаза. — Ты, — вновь начал старик. — Не хочешь настойки? — А когда я от нее отказывался? — И то верно. Так значит, хочешь сделать меня дедом… — Я тоже хочу настойки, — тихо произнес Му Лин.       Взрослые повернулись в его сторону, спугнув его. Да, из гордого и готового на все ради искусства ребенка он стал запуганным мальчиком, что все еще горит своим делом, но понимает, что жизнь важнее. — Попроси Ницы поделиться своей, — обманул ребенка Антон. — Она со мной ничем не делится… — Как и со мной! Эта чертовка не знает, что такое взаимовыручка! — Не обмывай мне косточки, когда меня нет рядом! — раздался крик сзади.       Ницы стояла в дверном проеме и хмурилась. — Обмывают радостные события, а твои кости даже и перемывать не хочется, — усмехнулся Мастер. — Мои хотя бы молодые, не то что у старого хрыча. — Ах ты!…       Они вновь сцепились. Му Лин прижал к себе листы с рисунками гербов, в надежде, что сможет их спасти от раздора старика и ведьмы. Антон же подпер щеку и наблюдал за всем с улыбкой.       Очередной день его вечности подошел к концу.