Найди меня

Намджун никогда не разрешал себе пользоваться магией, если только дело не касалось её прямого назначения, поэтому Тэхёну стало не по себе, когда всё ещё облачённый в обычную одежду и очки брат применил принуждение на его учителя и школьного врача. Оба мужчины тотчас застыли, словно пребывая под действием гипноза, а их настоятельные рекомендации отвезти Тэхёна в больницу на более тщательное обследование растворились в воздухе, превратившись в пустой звук. Тэхён знал, что, как только они переступят порог школы, те со спокойным сердцем отметут мысль обратиться в службу по делам детей и благополучно отпустят этот случай, который в ином исходе мог обратиться серьёзными последствиями для него и его хёнов. Не сказать, что Тэхён стал чувствовать себя лучше. Физически — да, возможно, но в остальном превратился в один сплошной оголённый нерв. Привычка Намджуна сохранять убийственное спокойствие в таких случаях ситуацию только усугубляла. Он помог ошеломлённому Тэхёну обуться и собрать вещи, в спешке выпроводил на выход и усадил на пассажирское сидение своей скромной легковушки неприметного серого цвета. В жизни Намджун играет роль хорошего парня-невидимки, который создаёт пресно-приятное впечатление. Он не обладает никакой запоминающейся изюминкой, а потому совсем не задерживается в памяти. Тэхён много думал над тем, что будь охотником он, то обязательно придумал бы себе какой-то наводящий ужас и вопросы наряд, старался бы выделиться где надо и не надо, а плохим парням надирал бы задницу у всех на глазах. И у него обязательно была бы большая чёрная тачка по типу бэтмобиля. Наверное, природа о чём-то догадывалась, когда дарила способности не ему. — К себе в комнату, живо, — как только они оказались дома, Намджун стал выглядеть ещё более скверно. Спорить Тэхён не стал и поспешил поскорее скрыться с глаз долой. Свободные в это время суток Чимин и Хосок одарили братьев недоуменными взглядами. В комнате Тэхён опёрся на закрытую дверь и замер ненадолго. В голове столько всего… И только одна мысль не давала пасть на дно окончательно. Точнее, одно конкретное воспоминание. Осознание, что теперь у него есть Чонгук, отметало всё плохое на второй план. Пусть Намджун кричит и злится, пускай Чимин издевается, а все остальные делают вид, что им нет дела… У него есть человек, который может одним поцелуем унять боль и подарить счастье. В реальности такого не бывает, жизнь показывает, что любви практически нет и отношения между людьми весьма тривиальные, но Тэхён уверен, что вытянул счастливый билет. Это его компенсация за все страдания! Незаметно для себя он расплывается в улыбке, вспоминая минуты нежности и чувство внеземного счастья. Это его спасительный островок, где нет места плохому. Тревога понемногу отпускает и становится чуточку легче дышать. Ничто в жизни не сравнится с объятиями любимого человека. Тэхён как никогда в жизни нуждается в присутствии Чонгука прямо сейчас. Как же он хочет к нему… В комнате душно и витает неприятный запах, словно что-то испортилось. Тэхён открывает настежь окно, впуская дневную жару, и плюхается на кровать. Он чувствует себя так хорошо в эмоциональном плане, что до физического недомогания ему совсем нет дела. Побаливает голова, ощущается слабость в конечностях, дрожат пальцы — пережиток недавнего стресса и недоедание дают о себе знать. С утра Намджун приготовил ему рамён, но Тэхён ощутил тошноту и тайком выбросил всё в мусор, пока брат не отвлёкся. Есть ему не хотелось до сих пор. Оставшаяся половина дня проходит как в тумане. Тэхён бы не прочь поспать, но сон никак не идёт. Он принял душ, натянул мягкую пижаму, включил кондиционер и зарылся под одеяло. Пару раз заглядывал Джин, явно желая пригласить к ужину, но Тэхён притворился спящим. Единственный человек, которого он хотел видеть, — это Чонгук. Но Тэхён решил не шутить с судьбой и терпением Намджуна и вести себя пару-тройку дней тише воды, ниже травы. Только это не отменяло того факта, что он жутко беспокоился. Всё время его мучили вопросы. Как там Чонгук? Вернулся ли домой? Помирился ли с родителями? Сегодня утром и до самого инцидента на уроке он его не видел. Впервые за долгое время он полез в телефон обшаривать соцсети с одной конкретной целью — силой воли и непоколебимым духом нашёл Чонгука в твиттере под другим именем и с одной-единственной фоткой в альбоме. С первого взгляда стало понятно, что Чонгук там не частый гость, ведь последняя запись была сделана почти год назад. Тэхён отложил телефон с заметным огорчением. Поздним вечером, когда голоса и шум в гостиной поутихли, Тэхён решил спуститься вниз попить воды и, может быть, перекусить чего-нибудь, но так и застыл на верхних ступеньках. — Думаю, будет лучше, если он поедет учиться в другой город. До этого я рассматривал вариант где-то поблизости, чтобы он всегда был рядом, но сейчас уже не уверен, что это хорошая идея. Любопытство заставило притихнуть и присесть вне зоны видимости. Намджун говорил не слишком громко, но голос его звучал очень расстроенно. — Я совсем потерял над ним контроль. Когда учитель заявил, что Тэхён пропускает занятия и едва вытягивает для того, чтобы не остаться на второй год… — он вздохнул. — Это всё моя вина. У Тэхёна от этих слов защемило в груди. — Не вини себя, — вторым собеседником оказался Джин, — ты и так взвалил на свои плечи слишком многое. Я даже не знаю, что тяжелее: отбиваться от смертоносных демонов или контролировать подростка. И не говори так, будто всё уже потеряно. Впереди вся жизнь, и вряд ли Тэхёна можно считать состоявшейся личностью. Ему ещё многое предстоит. И да, идея отправить его в другой город весьма неплохая. Думаешь, ему комфортно жить в окружении людей, которые обладают способностями, о которых он грезит днями и ночами? Вот поедет в университет, попробует прелести молодой жизни — ты его потом за уши домой не притащишь. Это не его мир, Намджун. И вам обоим нужно это понять. Ненадолго в доме образовалась тишина, разбавляемая несколькими шумными вздохами. — Я как-то совсем не ожидал, что этот момент наступит так быстро. Едва ли не впервые в жизни Тэхён слышал в голосе брата растерянность, и у него самого защипало в носу. — Когда он был совсем маленький, меня бросало в холодный пот от мысли, что совсем немного, и он сделает свой первый шаг. Это значило, что я больше не смогу держать его за руку, что придётся доверить его себе самому. Я понимал, что мои страхи преувеличены, но… я всех потерял. Кроме него у меня никого не осталось. — Бояться за близких — это нормально. Но твоя проблема в том, что ты сейчас говоришь это мне, а не ему. Поговори с ним, Намджун, сейчас самое время. Тэхён так боялся расплакаться вслух, что поспешил спрятаться обратно в комнату. Слёзы душили с неимоверной силой, и пришлось приложить немало усилий, чтобы утихомирить истерику. Он долго плакал в подушку, ощущая жар и давящую пульсацию в висках. В конце концов, его отпустило, причём на удивление быстро. В один момент всё плохое испарилось, оставив по себе зияющую пустоту в душе. Вместе с тем его покинули и силы, а непонятная слабость придавила к постели. Но сон так и не пришёл. Посетил только знакомый уже запах гнили — тонкий, но ощутимый.

***

Тэхён плеснул пару раз в лицо холодной водой, протёр полотенцем влажную от липкого пота шею и уставился в зеркало незримым взглядом. Кажется, у него не простуда, а отравление. А может и то, и другое. И жуткое отвращение ко всему миру. Часы показывали три часа ночи, когда он повторил попытку спуститься на первый этаж с жуткой жаждой. Открыл холодильник, достал бутылочку воды и осушил почти в два глотка, обжигая горло колючим холодом. Но зато полегчало. Минутой позже, хорошо подумав, достал и судок с бутербродами, которые ему утром всучил Намджун, но те так и не были съедены. Совсем немного, и его желудок зачахнет. Нужно хоть что-то в него закинуть, потому что последние дни у него на ужин, обед и завтрак только слёзы. Позднюю трапезу он выложил на кухонном островке и уселся на высокий стул, размышляя, сможет ли унять противную тошноту. Сверху на него падал тусклый свет, делая обстановку в кои-то веки спокойной и умиротворённой. Только голову его занимала совсем не еда. Мысль о том, что он не сможет стать полноценной частью своей же семьи, придавила ко дну. Если Намджун и правда задумался об университете в другом городе, то уже через несколько месяцев ему придётся уехать из этого дома и выкладывать по камешку свой собственный путь. Это пугает, потому что Тэхён никогда не представлял, что однажды ему придётся выйти из круга семьи и остаться один на один с реальным миром. Он ненавидел прошедший день, ненавидел себя за беспечность, ненавидел свою легкомысленность и дурость. Вряд ли уже можно что-нибудь исправить… В этой ситуации даже мысль о Чонгуке не спасала, ведь кто знает, как сложится его дальнейшая жизнь. Сегодня Тэхён светится от счастья, а завтра вполне возможно может утонуть в грязи. Наверное из-за скверного самочувствия и настроения он подался в реалисты, раз так думает. — Ты почему не в постели? Он так глубоко ушёл в мысли, что не сразу заметил приближающегося Намджуна. — Я есть захотел. Извини, если разбудил. Брат обогнул островок и внезапно приложил ладонь к его лбу. — Как себя чувствуешь? — Хорошо, — Тэхён скуксился под прицельным вниманием. Если до этого кусок не лез в горло, то под взглядом Намджуна и подавно. Но брат неожиданно убрал из-под носа судок. — Они полдня находились в жаре и столько же в холодильнике. Давай я тебе лучше суп разогрею. — Не нужно, я выпил воды и мне уже не хочется есть. — Тебе холодно? — Намджун обратил внимание на мурашки, рассыпаны по коже рук Тэхёна. Одной лёгкой футболки и пижамных штанов явно не хватало для полного комфорта. — Можешь подождать на диване, если хочешь, там есть плед. Я принесу суп туда. — Намджун, не нужно, я уже спать пойду, — повторил попытку Тэхён, но так и не был услышан. Если его старший брат что-то решил, то его и танком не перепрёшь. Аппетит, которого не было, пропал вовсе. Он поднялся и сокрушённо отправился в гостиную на святую святых хёнов, где включил торшер и укутался в плед, плюхнувшись на диван. Он и правда немного замёрз. Спустя пару минут на журнальном столике образовалась небольшая тарелка дымящегося ужина и пара кусочков хлеба, а рядышком кружка со странным напитком, отдалённо напоминающим чай. — Чимин приготовил тебе специальный травяной сбор. Поможет восстановить силы. Тэхён благодарно кивнул и придвинулся ближе к еде, только вот под надзором Намджуна у него словно суставы заржавели. — Я хотел с тобой поговорить. Ну вот… Тэхён едва ли взвыл, уже догадываясь, о чём пойдёт речь. Боже, он просто хотел впихнуть в себя бутерброд в тишине и спокойствии и уйти пытаться спать дальше, а не вот это всё. Он совершенно не готов к этому разговору, тем более сейчас, когда возможность сдержать слёзы опустилась к нулю. — Я слышал твой разговор с Джином, — первым признался он. — Это было некрасиво, но… прости. Намджун поднял вопросительный взгляд: — Значит, насчёт переезда мне дважды объяснять не нужно? Тэхён промолчал, угрюмо мешая ложкой суп. — Что ж… Я хочу, чтобы ты меня понял. — Намджун выложил локти на колени и сложил руки в замок. Он всегда делал так, когда речь шла о чём-то важном. Например, о новых выходках изобретательных демонов или бесконечных проделках призраков. Или о том, как объяснить младшему брату, что его собираются выставить, как надоевшую бесполезную животинку. У Тэхёна опять навернулись слёзы, и он опустил голову ниже. — Здесь тебя всегда будет подстерегать опасность. Что бы ты ни делал, где бы ни находился — никогда не будет спокойной жизни. Это не то место, Тэхён. Здесь ты никогда не будешь счастлив. — Я был счастлив здесь всегда, — выдавил он, не сумев сдержать всхлип. Вот и ужин подоспел. — Это моё решение, Тэ, и я его не изменю. Для тебя так будет лучше. — оставалось только стукнуть кулаком по столу и уйти, сжигая все мосты, но Намджун сделал совершенно противоположное. Он сел возле Тэхёна рядом и притянул его к себе. А тот раскис окончательно, не зная, чего хочет больше: оттолкнуть брата или всё же прижаться сильнее. Объятия Намджун дарил ему очень редко, в основном на день рождения или Рождество, прилагая их к подарку. Сейчас эти объятия не дарили ни тепла, ни счастья, они сулили скорую разлуку, которую Тэхён уже всем сердцем ненавидел. Возненавидеть бы ещё и Намджуна, но на него, как обычно, не хватает зла, потому что очень много любви. Будущее, в котором он хотел бороться плечом к плечу с хёнами, медленно растворялось. Заветная мечта разлеталась прахом прямо на глазах. Тэхён ничего не мог сделать, чтобы спасти её, только обречённо смотреть на разруху и рыдать. Вряд ли на её месте появится что-то новое, потому что о другой жизни никогда даже и не думал. Другая жизнь такая же пугающая, как глубокая расщелина в земле, ведущая к самому дну. Тэхён за шаг, чтобы в неё провалиться.