Fight the nightmare

***

— Как ты себя чувствуешь? — Полина сияла перед Димой. Она поставила на тумбу сеточку. — Я принесла тебе кое-что. Парень был откровенно не очень рад видеть девушку. Хотелось, чтобы было как в фильмах: очнулся — а перед тобой любимый человек. Тем более после своего сна Диме было о чём подумать, Савекина сейчас была здесь лишней, но не выгонять же её. — Спасибо… Правда, я не люблю цитрусовые. — Завтра я могу принести что-то другое. Что тебе приготовить? — Не нужно ничего, Полин, правда. — Как скажешь… Мы все там чуть с ума не сошли из-за тебя, — девушка погладила Масленникова по руке. — Я знаю… А что там с Эмилем? — складывалось ощущение, что за него Дима переживает больше, чем за себя; в какой-то степени так и было. — Всё с ним хорошо, — в голосе чувствовалась доля ревности. Почему-то она решила не говорить, что кареглазый был здесь утром. — Попроси его прийти завтра. — Ну, мы с командой договаривались навещать тебя по очереди. Завтра утром придёт Артём, а вечером — Сударь. — Пусть зайдёт Эмиль, — настоял пациент. Полина выдержала небольшую паузу и возмутилась: — Что между вами происходит? Эмиль словно бешенный был, до тех пор, пока его к тебе не пустили, сейчас же и тебе именно он больше всех нужен… — Полин, перестань ревновать меня ко всем, ладно? Это надоедает… — он отвернулся. — Так это с ним ты… — девушка встала, — как же я раньше не догадалась. — Теперь догадалась? — Дима повысил голос. — Можешь идти. Через несколько секунд дверь захлопнулась и Масленников остался один. Мужчина задумался над тем, что видел, пребывая без сознания. Полностью погрузиться в мысли мешал писк отслеживающего состояние аппарата. Помещение, в котором он находился, честно говоря, ничего приятного из себя не представляло, скорее пугало. Благо, доктор пообещал, что с утра парня переведут в обычную палату. «Насилие порождает насилие, и за смерть платят смертью». Смысла из этой реплики Дима уловил немного, ведь если ему напророчили смерть, почему он тогда очнулся? Или всё ещё впереди? То есть, получается, то, что с ним происходит, — это месть? Мучительная, долгая месть… Вопросов становилось ещё больше. Чем лежачий больной человек может занять себя вечером? Вариантов немного: пялиться в потолок или в окно. За этим «утомительным» занятием мужчина быстро уснул. Организм требовал срочного восполнения сил, ибо почти ничего Масленников сегодня не ел.

***

Дима снова стоит у своей койки, на которой видит своё спящее тело. Идти никуда не хочется, но придётся. Выходит в коридор — на этот раз всё по-другому. Вместо больничного коридора он видит родную улочку, двор, в котором провёл своё детство. Людей нигде нет. В глаза бросается та самая зловещая заброшка. Путь туда, по всей видимости, заказан, но деваться уже некуда. Дима подходит к бывшему магазину. Никого нет и здесь. Проходит внутрь здания. — Ты пришёл, — детский голос заставил Диму обернуться и вздрогнуть от увиденного. Перед ним стояла Настенька, за её спиной — те двое в чёрном. Честно говоря, девочка испугала Масленникова больше, чем его преследователи. На теле малышки было видно несколько ножевых, из которых текла кровь. Волосы лежали на плечах неопрятно, некрасиво, будто из них было вырвано несколько клочков. Неужели они оказались настолько извергами, чтобы сделать такое с ребёнком? Стоящие позади люди синхронно скинули с себя капюшоны и их лица предстали взору парня. — Узнаёшь? — девочка пугающе наклонила голову. Дима промолчал. Конечно, он узнал. Прошло столько лет, но эти физиономии будто въелись в память. — Почему ты позволил им забрать меня? — Настя не отводила от парня пронзительный взгляд. — Я ничего тогда не мог сделать… — кое-как выдавил из себя Дима. — Насилие порождает насилие, и за смерть платят смертью, — уже знакомая фраза, но из уст Насти. — Так убей меня уже! — отчаянно выкрикнул бедняга. — Только бы прекратилось это всё… Дима застыл не в силах двинуться с места. Он не мог понять, что нужно этой девочке. И почему это он виноват в её смерти? Настя же сама тогда за ним побежала? — Почему ты винишь не их? — Дмитрий указал на мужчин позади. — Потому что я тебе доверяла. Ты знал, что поступаешь неправильно. — Это несправедливо! Они убили тебя! — Ты жив, а я нет — вот это несправедливо. Знаешь, как я тогда страдала? — девочка приложила руку к одному из ранений. На маленьких пальцах остались алые следы. — Мы были детьми! — Дима рассерженно возмутился. — Неважно. Из-за тебя я лишилась самого ценного, что тогда имела — своей жизни. Теперь моя очередь забрать то, чем так дорожишь ты. — К чёрту тебя! — Дима агрессивно махнул рукой в сторону Настёны, нервно сжал пятернёй волосы. — Ты ждала всё это время, чтобы отомстить?! Почему не раньше? — У тебя никак не находилось достаточной платы за содеянное, — казалось бы, маленький ребёнок, а рассуждает, как взрослая. «Значит, ей нужен не я» — За чем ты пришла? — Скажи, ты же его любишь? Хотя… можешь не отвечать. Я знаю, что любишь. — Что?! Эмиль? Прошу тебя, только не он! Он же… он не при чём, слышишь? — У Димы началась истерика. Он не на шутку испугался. — Забирай меня, всё, что хочешь, только не его… Девочка заметно повеселела. — Видишь? Я же сказала, что заберу са-амое дорогое. Зачем мне твоя жизнь, если ты её не считаешь вершиной своего счастья? — своим довольным видом она пугала ещё больше. — Но… Мы же вместе всего ничего! А эти кошмары… — с каждой реликой непонимание только росло. — Глупый, эти двое следили за тобой всё это время. — И как они оказались здесь? Они тоже мертвы? — Ты удивляешься смерти людей, которые пол жизни провели на наркотиках? Дима был ошарашен происходящим. — Но почему вы заодно? Ты же пострадала от их рук! — Слишком много вопросов. Ты услышал достаточно. — Я прошу тебя, не трогай его! Пожалуйста, всё, что тебе угодно, только не он! — Дима опустился на колени и закрыл лицо руками. Малышка устрашающе улыбнулась, развернулась и вместе с мужчинами ушла вникуда. Перед тем, как исчезнуть, она проронила одну единственную фразу: — Лучше тебе было поберечь его.

***

— Эмиль! — Парень резко привстал, тело сразу заныло, что заставило опуститься обратно. Пульс, судя по монитору, подскочил. — Только не он… Господи, только не он! Сердце неприятно закололо. Парня охватила невероятная паника. Он лежит здесь, не в силах даже встать, а его любимый даже не подозревает о том, что находится в опасности. И ему никто не может помочь! Мысли перемешались, страх за Эмиля рос с каждой секундой. Они знали всё заранее! Но КАК это возможно? Получается, всё это время Масленников жил в неведении? И что делать дальше? С Эмильеном в любой момент может что-то случиться и Дима узнает об этом только тогда, когда будет уже поздно… В голове вертелось одно: «Я мог уберечь его, но не сделал этого». Злость на самого себя перекрыла все остальные чувства. В один момент угроза Диминой жизни перешла на человека, за которого он готов был умереть! Такой поворот событий был самым нежеланным. Через несколько часов Масленников уже был в обычной палате. Его осмотрели, состояние охарактеризировали как «стабильное», но почему-то это не радовало. Вставать ещё не было положено. Фёдор Григорьевич принёс пациенту пакет лекарств после осмотра. — Доктор, скажите… — Да-да? — с важным видом мужчина поправил очки. — Глупый вопрос, наверное, но… у вас здесь есть психолог? — Дима знал, что это никак ему не поможет, но выговориться срочно было необходимо. — Дмитрий Андреевич, Вы обеспокоены своей аварией? — И да, и нет. Фёдор опустился на стул. — Я немного по другой части, но вы можете поделиться со мной, если хотите. — Долгое время перед случившимся меня мучили кошмары. И сейчас тоже… — Интересно… — врач удивился, принялся что-то дописывать в карточку пациента. — После некоторых из них на моей коже оставались синяки. К примеру, меня душили во сне, затем я просыпаюсь, а на шее… Доктор поёрзал на стуле. — Вы знаете, я не верю в паранормальное… — Не подумайте, я не сумасшедший, правда, просто… меня очень это всё пугает, — было будто стыдно признаваться в этом. — Ну что вы! Давайте рассмотрим это с точки зрения медицины: если вас что-то беспокоило, вы, вероятно, принимали какие-то антидепрессанты, верно? — Да… Я не помню уже название. Пал… Пара… — Полагаю, пароксетин? — Да, точно… Фёдор Григорьевич рассмеялся. — Ещё бы! После этого препарата у Вас могли быть не только синяки, а галлюцинации, бессонница и тому подобное. Вы бы хоть инструкцию прочитали, ей-богу. — Я, похоже, целый букет получил… — теперь-то стало всё более менее ясно. Но сегодняшний сон… Это же не один из побочных эффектов? Хотя, хотелось бы в это верить… Дима взглянул на часы. 10:18. Скоро должен прийти Эмиль. По крайней мере, парень на это надеялся. Но, как и говорила Полина, сегодняшним утренним «гостем» стал Артём. Из беседы с ним Масленников узнал, что Эмиля сегодня никто не видел, а связаться с ним не удалось. После услышанного сердце Димы ушло в пятки.