Часть 3
27 марта 2021 г., 09:59
— Ну, наконец-то! Ты какого черта трубку не берешь?!
Леон и Макс влетели в дом, на ходу скидывая ботинки, промахиваясь куртками мимо вешалки, они так же стремительно вошли в гостиную. Джоанна, Элен и Одри поднялись им навстречу. Правда, Джоанна тут же обмякла, рухнув обратно на диван, потому что Кристиана с ними не было.
— Значит, слушай внимательно! — сбиваясь с дыхания, тараторил Леон. — Дуешь сейчас в торговый центр «Бруже», что на бульваре Мопанье. Там в кафе «Совас» тебя ждет Ирвин. Содержимое чашки с кофе на анализ. Я догадываюсь, что там, но лучше уточнить. Дальше! Соберите записи со всех камер наблюдения вокруг кафе, на этаже и на стоянках. Стой! — заметив жест Макса, Леон отодвинул трубку от уха и повернулся к нему.
— Если они увезли его на машине, — Макс стучал пальцами по подоконнику в такт своим мыслям, — то вряд ли стали бы светиться с бесчувственным человеком в инвалидной коляске на наземной стоянке.
— Ты ещё здесь? — вернулся Леон к телефонному разговору. — В первую очередь нужны записи камер с подземной стоянки и номера всех машин, выезжавших с нее с десяти утра до двенадцати. Привезете записи домой к Кристиану, я жду вас здесь. Все, дуй! Что значит, одеваешься?! Ты уже из подъезда должен был вылетать! Жду!
Леон выключил телефон и, раздраженно швырнув его на диван, рухнул рядом, подняв виноватый взгляд на Джоанну.
— Прости. Я не знаю, как это вышло. Он был один минут пять, не больше.
— По крайней мере, мы теперь кое-что знаем о похитителе. — Макс крутил обручальное кольцо, смотря в одну точку перед собой.
— То есть?.. — Элен с надеждой подалась к нему.
— Похищение Кристиана напрямую связано с исчезновением Николя, я в этом уверен, — пожал плечами Макс. — А это значит, что тот, кто стоит за всем этим, знает их обоих. Причем, учитывая, что последние пятнадцать лет они не общались, этот "кто-то" из их прошлого, совместного студенческого прошлого.
— Я согласна с Максом. — Джоанна никого не упрекала, не кричала, просто сидела, сжав руки и то и дело кусая губы.
— Логично, — кивнул Леон. — Но зачем кому-то из столь далекого прошлого похищать их сейчас? С чего вдруг?
— Вот это нам и надо понять, чтобы найти их. — Макс подошел к Джоанне, присел рядом с ней. Хотел что-то сказать, но потом лишь молча притянул ее к себе и обнял.
— Начнем с камер наблюдений, попробуем найти, как его увозили, а если повезет, то разыщем и машину. — Леон снова взял телефон, покрутил его в руках, словно это могло ускорить действия его людей в торговом центре.
— Не забывай, что похитители могли использовать ворованную или взятую на прокат третьим лицом машину, от которой потом избавились, — повернулся к нему Макс.
— Этого я и боюсь… — Леон задумчиво рассматривал тонкую трещинку на стекле экрана.
— Меня смущает еще один момент. — Макс откинулся на спинку дивана, Джоанна, немного отстранившись, внимательно посмотрела на него. — После похищения Николя прошло уже почти двое суток. Почему до сих пор нет требований выкупа? — Макс обвел взглядом сидящих в комнате, Леон при его словах чертыхнулся и покачал головой. — Не потому ли, что похитителю нужны не деньги, цель его действий совершенно в другом. Все же наш друг не совсем простой человек и похищение может быть связано с его должностью...
— В чем? — Элен старалась не смотреть на Джоанну, ей почему-то казалось, что это она виновата в похищении Кристиана, хотя, если Макс прав, то и Николя, и Кристиан оба изначально были целью таинственного похитителя.
— Это нам и надо понять, — выдохнул Макс. — И как можно скорее. Не надо забывать, что если Николя здоровый крепкий мужчина, то у Кристиана возможности противостоять похитителю сейчас сильно ограничены. — Макс снова обнял Джоанну, та послушно привалилась к его плечу. Макс жестом указал Одри на стакан, та сразу поняла, метнулась на кухню, принесла оттуда воду и небольшую таблетку.
— Выпей, — она протянула ее Джоанне, — выпей!
Поначалу отказавшись, Джоанна все же согласилась и приняла лекарство. В воцарившейся в комнате тишине было слышно взволнованное дыхание каждого и размеренное тиканье часов, с каждой минутой отнимающее у них драгоценное время.
***
В узком кресле зала ожидания аэропорта спал, на парапете моста в ожидании появления кортежа английской королевы дремал, даже в ванной друзей после бурной вечеринки вырубился. А вот прикованным наручниками к батарее в темном погребе еще не приходилось. Что ж, теперь и такой опыт есть. Как бы только он не стал последним. Николя потянулся, даже суставы захрустели. Который час, какой день… Он уже потерял счет времени. Оглянувшись, Николя понял, что все еще один. Что имел в виду этот псих Фава, когда говорил о каких-то переменах в жизни Кристиана? Николя не раз ругал себя, вспоминая, что даже после их воссоединения через пятнадцать лет звонил другу хорошо, если раз в месяц, а из-за сумасшедшего графика последнего полугодия и вовсе ни разу не набрал его номер. Наверху за дверью послышался шум, Николя напрягся, подался вперед, но дверь так и не открылась, а шум вскоре затих. Наступила такая тишина, что, казалось, в доме вообще никого не осталось. Бросив взгляд на остатки вчерашнего ужина, Николя взял тонкий сухарик, вчера еще бывший хлебом, откусил, медленно жуя. Это помогало думать. Хотя о чем тут думать — этот придурок решил убить их с Кристианом и присвоить их песню. Причем вариант обмена их жизней на отказ от прав Томасом, похоже, в принципе не рассматривался. Ему было важно раз и навсегда избавиться от них, заодно отомстив за студенческие годы. Сколько он так сидел, размышляя о том, о сем, Николя не знал. Наверху снова послышался шум, на этот раз он был сильнее, и он приближался, пока дверь не распахнулась.Он невольно зажмурился от слепящего света, а слух уловил нехороший звук — по лестнице тащили что то тяжелое. Николя, щурясь, посмотрел в сторону. Дьявол! Два вчерашних «шкафа» Фава не слишком бережно прислонили к стене метрах в двух от Николя бесчувственного Кристиана, так же закрепив одну из его рук наручниками к батарее. Вполголоса выругавшись, Николя поднял голову на уже спокойный, размеренный звук шагов по лестнице. Фава спустился и сел напротив него. Посмотрев на Кристиана, подал знак своим громилам. — Вы что, весь флакон использовали? — У нас было мало времени. Его дружки рядом крутились, нужно было действовать быстро. — Ладно, подождем. Время еще есть, подписание контракта через два дня. Пусть пока тут посидят. Просто хотел с ним пообщаться. Уже и не думал, что подвернется такой шанс. Слишком хорошо помню его самодовольную физиономию двадцать лет назад. Теперь роли поменялись. — Намерен насладиться своим превосходством? Фава повернулся на хриплый голос Николя. — А почему нет? — усмехнулся он, глядя на него. — Вы унизили меня тогда, посмеялись надо мной и сейчас, прежде чем убить вас, я хочу получить компенсацию. Любая боль компенсируется другой болью. Надо подумать над этим, — засмеялся Фава, поднимаясь. — У меня дела, — посмотрел он на Николя, — к вечеру вернусь, побеседуем… Дверь захлопнулась. Николя повернул голову к Кристиану. К сожалению, дотянуться до него он не мог. Максимум, что вышло — это своей ногой коснуться его ноги, но та лежала как-то странно, словно была сама по себе. Николя прислонился к батарее и, не отрываясь, смотрел на друга, боясь пропустить тот момент, когда он проснется. Долго ли пришлось ждать, Николя не мог сказать, понятие времени для него смазалось, словно уже перестало существовать. Он все же задремал, потому что очнулся от тихого стона рядом. Открыв глаза, увидел, как Кристиан потягивается, разминая плечи, глаза его все еще были закрыты. — Кри… — тихо позвал он его. Кристиан вдруг замер, открыл глаза и повернулся в его сторону. — Черт… — И тебе привет. — Вот и нашел тебя… — Ты о чем? Николя вдруг замер, заметив, что Кристиан как-то странно себя ведет. Вместо того, чтобы оттолкнуться ногами — так удобнее было бы принять более комфортное положение — он рукой, что была в наручниках, ухватился за батарею, а другой оперся об пол и подтянулся, прислоняясь поудобнее. Повернув голову к Николя, наткнулся на его удивленный взгляд. Снова отвернувшись, прислонился к батарее и начал рассказывать. — Какого черта … — Николя только-только смог выдавить из себя эти два слова, хотя Кристиан уже минут десять, как молчал. — Я не хотел… — Ты не хотел, чтобы что? Чтобы тебя жалели, сочувственно смотрели? Мы же друзья… Почему кому-то ты позволил быть рядом с тобой, бороться вместе с тобой, а нам… — в голосе Николя не было ни упрека, ни обиды, только боль. Но боль не от того, что он ничего не знал, а потому что его не было рядом с Кристианом все это время. — Николя… — Все, замолчи, и больше так не делай. Кристиан повернул к нему голову, они смотрели в глаза друг другу. Вдруг Кристиан улыбнулся, протянул свободную руку, Николя не без труда дотянулся до ее и крепко пожал. — Ладно. К вечеру он вернется, — Николя постарался подвинуться ближе к Кристиану, — и мне надо успеть тебе все рассказать. Было бы неплохо подумать, как нам с тобой попробовать выбраться из этого дерьма. А учитывая твое состояние, это будет нелегко…***
Подъехавшая машина просигналила несколько раз, прежде чем сидящие в гостиной вышли из оцепенения. Макс и Леон одновременно бросились к двери, в прихожей какое-то время был слышен шум, голоса. Потом дверь снова хлопнула. — Где его компьютер? — Леон, держа в руках несколько дисков, посмотрел на Джоанну, та поднялась и пошла к двери, все поспешили за ней. Леон сел за стол Кристиана, включил компьютер. — Хорошо, я сам ему защиту устанавливал, так бы хрен пароли подобрали. Экран приветливо засветился. Все замерли. Макс присел на подоконник прямо за спиной Леона, Джоанна в кресло рядом со столом так, что ей было видно изображение на экране. Элен и Одри расположились на диване. — Ну, что ж, начнем… — Леон вставил первый диск. — Судя по картинке, это камера как раз у кафе, — Макс наклонился ближе. — Причем с той стороны, где официанты, — кивнул Леон и вдруг выпрямился. — Черт… На экране было отчетливо видно, как к подносу, на котором стояли две чашки — одна с кофе, вторая с чаем — подошел мужчина. К сожалению, камера снимала его со спины, но все равно было хорошо видно, как он вылил в кофе содержимое небольшого пузырька из темного стекла. — Судя по отчету ребят, в чашке, в той половине, что осталась, было «Донормила» в эквиваленте почти трем таблеткам. — Леон пробежал глазами те несколько листков, что ему привезли вместе с дисками. — Это же получается, что в чашке было почти шесть таблеток? — чертыхнулся Макс. — При максимальной одноразовой дозе две. — Ни... себе, передоз! — Неудивительно, что его вырубило за пару минут. Леон выключил просмотр. В этой записи для них уже не было ничего интересного, человек с экрана пропал до того, как официант взял поднос, и исчез из поля видимости камеры. Вставив второй диск, Леон и Макс снова сосредоточенно уставились в экран. Джоанна все это время молча сидела, не сводя глаз с компьютера, словно не слыша или не воспринимая комментарии ребят. — Странно, — Маакс откинулся, пожимая плечами, — почему камера у лифта не зафиксировала их? Не по лестнице же они его потащили? Леон растерянно откинулся на стуле, он тоже ничего не понимал. Вспоминая расположение лифтов и лестниц торгового центра, он пытался понять, куда так быстро могли скрыться похитители, прежде чем он вернулся к столику. Если бы они воспользовались грузовым лифтом, используемым техническим персоналом, то на пути к нему им пришлось бы проехать мимо него. Отпадает… Лестница тоже отпадает, Макс прав: долго, неразумно, крайне рискованно. — Если они воспользовались подземной парковкой, — рассуждал вслух Макс, — то к ней можно выйти двумя способами: либо через специальный лифт, либо по лестнице. Но ни там, ни там они не появлялись. Не телепортировались же они?! — Причем надо учитывать, что маневрировать им было явно нелегко… — поддержал ход мыслей Макса Леон. — Лифт ресторана… — вдруг сказала Джоанна. Макс и Леон повернулись к ней. — Мы с Кристианом не один раз были в этом торговом центре. На том же этаже почти напротив вашего кафе есть японский ресторан и у них свой лифт, через который они регулярно получают продукты. Хозяин как-то устроил нам мини-экскурсию устраивал. Я видела этот лифт, коляска и даже еще пару человек, при желании там легко поместится. — Но как они преодолели расстояние до лифта, не вызвав вопросов или подозрений? — задумчиво потер подбородок Макс. — Это уже второстепенный вопрос. Надо найти записи с камер подземной парковки и желательно именно со стороны лифта ресторана. — Леон стал перебирать остальные диски, каждый из которых был помечен буквенными сокращениями. — Похоже, этот. — Леон вставил диск в компьютер. При первых же кадрах Джоанна вздрогнула и прикрыла рот рукой. На экране было видно, как два человека выкатывают из лифта коляску с бесчувственным Кристианом, подвозят её к машине и загружают тело на заднее сиденье, а сложенную коляску кладут в багажник. Едва машина двинулась с места и ее номер попал в кадр, как Леон нажал паузу и схватил телефон. — Пробей мне немедленно! Бежевый «Citroen C3 Aircross» номер CD-855-AB! Немедленно! Жду! — На краденую не похоже, — пробормотал Макс. — Остается надеяться, что это действительно их машина… Леон лишь вздохнул,напряженно замерев на стуле. Так же, как замер и кадр на экране компьютера, и все находящиеся в кабинете.***
— Знаешь, — Кристиан прислонился затылком к стене и повернул голову к Николя, едва тот закончил свой рассказ. — Я думал, что меня уже ничем нельзя удивить. Думаешь, он не шутит? — Нет. Ты бы видел его лицо, его глаза… — Николя вздохнул. — Я давно не видел такой ненависти. Занесла меня нелёгкая на эту студию… Знаешь, уже думаю — ну и черт бы с ней, с песней, потом бы отвоевали, а теперь… Честно говоря, и самому умирать не хочется, и тебя подставил. Я-то хоть могу попытаться им отпор дать, а вот ты… — Ты меня раньше времени со счетов не списывай, — улыбнулся Кристиан, — мы ещё поборемся. Фава зря надеется, что возьмет нас голыми руками. Меня другое беспокоит… — Кристиан поднял глаза на Николя. — Что? — Вот что… просто пообещай мне, что не будешь лезть на рожон. Я-то уже не раз попадал в такие ситуации, представляю, как себя вести, а тебе в новинку. — Если ты о том, чтоб вызвать огонь на себя, то даже не думай. Вдвоем влипли, вдвоем и выпутываться будем. — Николя, меня этому учили, понимаешь? Тебе сложно понять, ты слишком далек от специфики нашей службы, но этому реально можно научиться. Возможности человеческого тела безграничны. Кристиан снова прислонился к стене, было видно, что ему тяжело сидеть без нормальной опоры. Николя посмотрел на него. Как можно научиться переносить боль? Для него визит к стоматологу был равносилен средневековой пытке. — К тому же последние полгода меня научили даже тому, чему в ДГСЕ не учат. Та еще школа выносливости, — улыбнулся Кристиан. — Я вообще не представляю, через что тебе пришлось пройти, — вздохнул Николя — У меня был выбор– либо сжать зубы и вытаскивать себя, либо смириться и превратиться в овощ. Второй вариант меня никак не устраивал. Когда ты попадаешь в такую ситуацию, то спрятаться и сказать «я в домике» не получится. Это я в молодости был дурак дураком, бежал от ответственности, от решений. Вот, наверное, поэтому потом жизнь на мне и отыгрывалась, пока не научила, — Кристиан снова повернулся к Николя, — принимать решения, делать выбор и отвечать за него. — Это точно ты? Тот Кристиан, с которым мы написали то, за что сейчас отдуваемся? — не удержавшись, съехидничал Николя. Кристиан неожиданно весело засмеялся. — Да уж… У нас, можно сказать, часики минуты последние отбивают, а мы ржем, сидя на полу какого-то погреба. Это точно мы, Николя. В следующую секунду они оба резко замолчали, потому что снова послышался шум, дверь открылась и на верхней ступеньке лестницы показались «шкафы» Фава. — Слушай внимательно, — один из них отстегнул наручники Николя, — пойдешь сам. Но только попробуй что-нибудь выкинуть, у твоего дружка тут же не только ноги, но и руки откажут. Понял? Пока те двое отстегивали и поднимали Кристиана, Николя успел поймать его взгляд. «Нет, Кристиан, я не дам тебе одному отдуваться. И пусть тебя этому учили, а меня нет, но когда-то надо начинать. В конце концов, приучил же я себя ходить к стоматологу. Пожалуй, представлю, что Фава — стоматолог». — Вперед вверх, потом направо, — скомандовал «шкаф», подтолкнув Николя в спину. Они вошли в небольшую комнату. В одном из кресел сидел Фава, который, едва они появились, расплылся в своей змеиной улыбке. — Прошу, Николя, — показал он жестом на другое кресло, — надеюсь, не надо напоминать, почему тебе следует вести себя хорошо? Николя бросил взгляд на громил Фава, которые втащили Кристиана и усадив его на крепкий дубовый стул, скотчем примотали запястья к подлокотникам. «Черт, неужели Фава не такой уж идиот и решил использовать их дружбу, заставив Николя взять удар на себя, чтобы только отвести от Николя?» — промелькнуло в голове Кристиана. Ведь Николя никогда не позволит причинить ему дополнительную боль после всего, что Кристиан уже пережил. Судя по движению Николя, когда тот приподнялся и подался вперёд в сторону Фава, то именно это он и собирался сделать. Черта с два, друг… — Ты, я смотрю, в своем репертуаре, Фава, — усмехнулся Кристиан. Томас, готовый осадить Николя, вдруг замер и повернулся к нему. — Все такой же трус, предпочитающий пользоваться беспомощностью людей. Двадцать лет назад ты использовал нашу юридическую беспомощность и наивность молодости. А сейчас? Уверен, что парализованный инвалид тебе не сможет ответить? «Ты чего творишь?!» — успел прочитать Кристиан во взгляде Николя, прежде чем Фава подошел к нему и встал напротив, заслонив друга. — Во-первых, здравствуй, Кристиан, — облокотившись руками о подлокотники и глядя ему в глаза, улыбнулся Фава. — А во-вторых, интересно, чем это ты можешь мне ответить? Очень интересно… И, схватив со столика рядом канцелярский нож, Томас резко провел им по ноге Кристиана ниже бедра, распоров брюки. На месте разреза выступила кровь. Николя бросился на Фава, но «шкафы» скрутили его, не успел он сделать и двух шагов. А Кристиан сидел и улыбался. Томас, наверное, решил, что тот спятил. А он просто совершенно четко почувствовал прикосновение к ноге.
