Кровь с молоком

      Руэри был удивлён тем, что его простуда, вспыхнувшая из-за ныряния в ледяное озеро, протекала достаточно мягко. Несколько дней у него держалась температура и он предпочитал много спать, но этим всё и закончилось, он быстро пошёл на поправку. Каролина он всё это время не видел, но периодически то он, то Маркас находили на узком крыльце тушки животных. В основном это были зайцы, потому что их действительно много водилось в их краях, но один раз это был горный козёл. Сначала Эри хотелось сыграть в гордость, но он быстро прогнал эту мысль. Он был голоден, а Вервольф был ему должен за все, что сделал с ним. Естественно было принимать его услуги как данное. Так Руэри себя и успокоил.       То ли из-за добавления в рацион мяса, то ли ещё из-за чего, но живот не болел. Больше ни разу.       Маркасу он поведал историю с самого начала как только здоровье пришло в норму. Альфа внимательно выслушал его, а потом задумался. Морщины словно стали глубже от этого выражения его лица, он казался одновременно сердитым и расстроенным. Эри замолчал, покусывая губы и дожидаясь ответа.       Он занимался вязанием. Выходить на улицу было не за чем, все книги он уже прочитал, а занять руки и голову нужно было чем-нибудь. Маркас принёс несколько мотков пряжи для него. От этого по всей мастерской распространился запах овечьей шерсти и звучало постукивание спиц. Не то, чтобы Эри действительно любил этим заниматься, но скука была сильнее.       — Что ты думаешь с ним делать? — спросил в конце концов альфа и вернулся к своей работе, вырезая что-то на дереве.       — Я не знаю. Думал, ты мне посоветуешь что-нибудь, — признался Руэри отчаянно, подняв глаза.       — С одной стороны, он нужен вам. Если он действительно вервольф, и твои дети той же крови, вам в самом деле, видимо, нужен особенный уход, — рассудил Маркас, кивая на собственные слова и щурясь. — С другой стороны... Ты имеешь полное право хоть убить его, если действительно этого хочешь.       — Не думаю, что я хочу именно этого. Скорее того, чтобы всё, что со мной случается прекратило быть похожим на ужас.       — Я знаю. В любом случае, тебе нужно узнать, как позаботиться о детях правильно. Всё-таки этот зверь мог бы быть очень полезным. Я не имею ввиду, что ты должен делиться с ним своими детьми, этого я и сам не хотел бы, но ты можешь узнать у него, как правильно им объяснить, кто они такие, как они растут и в чём обычно нуждаются.       — Я тоже думал об этом, но... мне страшно, — Эри опустил руки, сжимая в кулаках спицы, и покачал головой. — Когда он рядом со мной, когда смотрит на меня, трогает меня. К тому же, его лицо. Он словно каменный, я ничего не понимаю по его выражению, оно всегда одинаковое. Действительно ли он жалеет, что сделал это со мной? Страшно ли ему теперь так, как было мне?       — Он спас тебя, это то, что я знаю. Может быть, если бы ты не вышел к озеру, я бы считал иначе, но если бы не этот нелюдь, то моего внука могло бы больше не быть в живых.       — Но я же от него бежал, поэтому и провалился!       — Ты мог провалиться и просто на обратном пути, — покачал головой Маркас. Омега насупился и продолжил вязать. Из-за невнимательности спица соскользнула и поддела тонкую кожу на пальце. Эри вздрогнул и шикнул, облизывая маленькую ранку. — Если бы он говорил неправду, то не стал бы тебя спасать. Не знаю о нелюдях, но у волков очень сильные инстинкты. Я поищу в городе книги о вервольфах, может быть, что-нибудь толковое найду, принесу тебе.       — Ладно, — согласился омега и вздрогнул, когда дверь с громким стуком открылась и перед ним застыл черный волк.       Зверь загнано дышал, смотря на него жемчужинами глаз, словно бежал к их дому с добрый десяток километров. Затем медленно подошёл ближе и принюхался к рукам Руэри, что застыл. Блестящая как антрацит шерсть принесла на себе запах мороза. Он, наверное, никогда не сможет привыкнуть к этому.       Немного отдышавшись, волк отошёл на несколько маленьких шажков назад и заскулил. Встряхнув шерстью, он вышел, оставив людей в недоумении.       Сбросив с себя оцепенение, Руэри медленно встал и вышел за ним, опасаливо шагая, будто мог провалиться под пол. Он пока не научился даже мысленно воспринимать Каролина как человека и как волка, это было два разных существа. Хотя не нравились они ему одинаково.       Выйдя на порог, Эри выглянул на улицу и увидел, как одновременно с этим повернулись уши нелюдя. Альфа повернулся к нему и его хвост прижался к ноге, как если его застукали за чем-то постыдным.       — Ты не можешь так вламывается в мой дом. Ты напугал нас, — начал Руэри, сжимая в руках ручку двери. Решившись, он всё-таки вышел на крыльцо и прикрыл за собой дверь, к которой прижался спиной.       Каролин застыл неподвижно, ожидая, что ещё он скажет. Какую команду он ему даст. Сейчас омеге казалось, что перед ним не могущественный зверь, что может проглотить его разом без усилий, а побитая дворняга. К слову, побитая буквально. У него на скуле нашёлся тёмный синяк и подбитый глаз заплыл кровью, из-за чего на красном белке его радужка казалась зловеще выразительной.       — Кто тебя так?       — Старик, — дёрнув ушами, не задумываясь ответил нелюдь, качнув хвостом. — Ударил прикладом.       — За что? — удивился Руэри. Маркас ему ничего не говорил о том, что встречался с нелюдем лицом к лицу.       — За то, что назвал его стариком, — Каролин повернул к нему одно ухо, услышав нервный смешок.       — Зачем ты пришёл?       — Я почувствовал запах твоей крови. Подумал, кто-то пытается тебе навредить, — альфа выдохнул воздух приоткрытым ртом, в котором Эри увидел длинные клыки, и отвернул лицо. Сейчас Руэри видел, что он старше, чем сначала ему показался, выглядел он на тридцать пять или чуть больше, и был куда более уставшим, чем раньше. — Прости, я уже ухожу, — альфа потоптался на месте. Руэри скривился, смотря на это, мужчина стоял прямо на снегу босыми ногами.       — Стой, — остановил его Эри и ощутил укол совести, но помогать с этим вервольфу всё равно не собирался. К тому же, он не выглядел так, словно это вызывает дискомфорт. — Ты говорил с дедушкой? О чём?       — Я сказал ему, кто я. Он меня ударил.       — Ты заслужил, — нахмурился омега.       — Да, — сразу же согласился Каролин. Он выглядел странно. Ещё страннее, чем обычно, как неживой.       — Я думаю, мне нужно будет поговорить с тобой, — начал Руэри, сжимая в кулаках плащ. — Но не сейчас. Я чувствую к тебе только острую неприязнь, мне трудно даже знать, что ты где-то неподалёку. Но я должен терпеть ради детей, значит, я буду терпеть. Просто... мне нужно привыкнуть к твоему присутствию, понимаешь? А потом, может быть, я решу что-нибудь.       — Я понимаю, — отозвался альфа, посмотрев на его живот. На его лице наконец на долю секунды появилась какая-то эмоция, но он не дал ей полную свободу, и Руэри не успел понять, что это значило. Уши снова прижались к волосам. — Я буду близко, тебе стоит только свистнуть, чтобы я появился, если тебе понадобится что-нибудь.       — Свистнуть? Ты как собака что ли? — удивился Эри.       Из-за этого вопроса Каролин как-то весь вздрогнул и заскользил глазами по земле, выглядя если не испуганным, то растерянным. Решив ничего не отвечать, он медленно попятился назад и, развернувшись, обратился на глазах Руэри, а потом понёсся через деревья, легко и почти бесшумно, если бы не хруст снега под лапами. Будто он был просто густой тенью, а не массивным животным.       Омега проводил тёмную сильную фигуру взглядом и громко вздохнул, не понимая, как на пустом месте появляется ещё больше загадок, связанных с вервольфом, а значит, и им самим.