Тайна мёртвых звёзд

      Вечерний закат опускался на линию домов улицы, по которой мы шли с Мартином. Мне не часто приходилось смотреть на такой закат, ведь работа заканчивалась поздно и с уставшими мыслями было совсем не до красоты природы. Но именно сегодня мне удалось посмотреть на эту замечательную картину, в которой присутствовали розовые, оранжевые краски. Серо-голубой взгляд замораживался при просмотре этого чуда. Наконец оторвавшись от заката, я с интересом взглянула на Мартина, его любопытный взгляд следовал по каждому дому и закоулку, что были перед нами. Большое количество магазинов и мест, где можно провести весело время, говорили о качестве района и его разнообразии. Здесь с лёгкостью можно было отдохнуть с друзьями на выходных или же самому развеять тягучие мысли в голове. Оценивая окрестности с первого взгляда, некоторые воспринимают так, будто тут живут люди выше среднего достатка, но на самом деле это не так. Проживание нескольких семей в одном доме считается обыденным явлением. Реже же можно было встретить одного домовладельца. — Вау, ты что, живешь здесь? — глаза младшего сверкали, словно он смотрел не на обычные дома, а на парк аттракционов или Диснейленд, что привлекают взор ребенка. — Или мы проходим мимо? — немного помедлив, добавил он. Моя рука легла на плечо Мартина, стараясь утихомирить его страстность, и он, всё тут же понимая, расслабился. — Наш дом через пару зданий, — я махнула ладонью, указывая на дом неподалеку. Издалека его можно было рассмотреть.       Дубовая дверь с номерным обозначением распахнулась, и глазу открылись просторы обставленного дома. С порога стало по-настоящему комфортно, нарастала домашняя обстановка, по которой я тосковала, находясь в больничной койке. Можно было увидеть напольные часы, равные росту Мартина, пару картин оформленные древесными рамками и остальные детали интерьера, что показывали состоятельность владельца. Обратив внимание на бархатные черные женские туфли у входа в углу, я поняла, что тётя Гвен уже приехала из рабочей поездки. Пока я закрывала дверь, попутно раздеваясь, брат аккуратно проходил пальцами по рельефу висящей совы на стене, что смотрела куда-то в пустоту, и тут же дернулся от неизвестного женского голоса, который эхом раздался в доме. — Лина, меня так перепугал звонок из полицейского участка. Сказали, что ты попала в больницу, — юркие карие глаза женщины успели осмотреть меня, а нежные ладони прокрутили как юлу в попытке найти хоть малейшую царапину на теле. На её лице можно было увидеть беспокойство, которое не описать словами. Наткнувшись на израненные руки, Гвен ошарашенно схватилась за голову и тут же обняла, что есть силы. — Малютка, это я не уследила за тобой, прости меня. Не стоило уезжать на столь долгий срок и оставлять одну, — быстро проговорив, она все также не отпускала меня из своих теплых объятий, но через несколько секунд, отпрянув, обеспокоенный взгляд приметил мальца рядом с нами. — А кто этот парнишка? — на лице женщины появилась лёгкая улыбка, а глаза тут же начали заинтересованно разглядывать молодое лицо.       Мартин, как самый настоящий военный, встал по стойке смирно и неловко поздоровался. Незнакомая обстановка сказывалась на поведении младшего, его заикании и нелепым движениям. Мне порой доводилось сталкиваться с таким состоянием брата и я понимаю, что он быстро освоится, как это было и раньше. — Это мой младший брат, Мартин. Я про него рассказывала, — дослушав меня, Гвен мягко улыбнулась и подтянула парня к нам в объятья, и, на удивление, он быстро смягчился.       Гвен Батлер всегда отличалась своей добротой и заботой, посмотрев на неё, на ум лишь приходит единственное слово — ангел. Изящная манера поведения, но в то же время простота в характере — именно это притягивает. Не удивлюсь, если эта женщина в прошлом была ангелом. Никогда не забуду момент, когда тётя приняла меня к себе под крыло, столько тепла я не чувствовала ни от кого. Я могу с уверенностью сказать то, что она стала для меня родным человеком. А ведь все началось со случайной встречи, но как говорят: «Случайности не случайны». Тогда только начали опадать осенние листья, а вечерний холодок неприятно обдувал шею. Храня в воспоминаниях её красноватые губы, что затронули мою душу своей нежной улыбкой, и прекрасный бардовый берет, как родной сидящий на темно-рыжих волосах. В тот день меня уволили с работы, на которую с трудом удалось устроиться. Да и вообще, мне всегда не везло с работодателями и местом. Постоянно были нюансы, которые сильно смущали, но деваться было некуда — я нуждалась в деньгах. А мадам Батлер, не раздумывая, приняла меня на работу и до недавнего инцидента я проработала у неё три года. Отголоски того времени определенно заставляли меня переживать в голове все моменты еще раз и еще раз, но постепенно становится не так болезненно. И все это благодаря усилиям тетушки Гвен.       Погруженная в свои мысли, я не заметила, как женщина уже разливала чай с мелиссой, причем мой любимый. Запах заварного напитка веял в комнате, заставляя принюхиваться к одурманивающему аромату. Присаживаясь за стол и подзывая Мартина к себе, парень казался теперь более расслабленным. С Гвен всегда комфортно и я не сомневалась, что младший сможет быстро освоиться. Думаю, он еще до конца не понимал происходящее, но по лицу было понятно, что в голове уже начинал собираться пазл. В моих планах было посвятить брата в детали своей жизни немного позднее, на данный момент есть смысл дать младшему переварить перемены в голове и спокойно устроиться на новом месте, ведь эта часть самая главная. Тетушка Гвен мило болтала с нами, не расспрашивая всех тонкостей, что касаются жизни и переживаний Мартина. Она всегда знала нужные границы в самые разные моменты, и это был несомненный плюс в этой женщине.       Наш разговор длился до полуночи, много рассуждений о чем-то несуществующем и нереальном заставляли мечтать всех троих до тех пор, пока сон не пришел в наши тела, а глаза не начали сами закрываться. Брат, зевая, плелся за мной по коридору до спальни, но тут же встал столбом перед дверью и вопросительно заглянул в мое лицо. — Я что, буду спать с тобой? — можно было понять смущение брата, кровать в комнате стояла одна. Он расширил зеницы буквально пялясь на мое выражение лица, оно не выражало ни капли стеснения. — Тебе не кажется это немного странным? — с некой опаской прошептал он, смотря мне за спину, попутно рассматривая интерьер. — Март, это все в твоей голове. В свободной комнате нет даже кровати и завалена всяким хламом, тебе будет неудобно, — здраво рассуждая, парень слабо, соглашаясь, закивал. — Или же ты хочешь спать с тетушкой Гвен? Она очень красива и соблазнительна, не думаешь, что тебя это будет смущать еще больше, все-таки ты растешь, — я с пониманием относилась к возрасту брата. Его ум еще оставался юным, хоть физически тело было выше и подтянутей моего. Но в силу своего характера я не упускала возможности посмущать юнца, поэтому тот залился краской на мои слова и смирно вошёл в комнату, пока я «победно» смахнула волосы.       Спальня была просторной и уютной. Белые стены, на которых развешаны несколько плакатов с малоизвестными людьми, обрамляла выключенная гирлянда. Мартин сразу обратил внимание на два объемных шкафа, забитых сверху донизу книгами, и подошёл рассматривать каждую полку. — Это все твоё? — не веря глазам, поинтересовался брат. — Да, чьё ещё это может быть? — приподняв бровь, я смекнула: младший раньше часто видел меня уткнувшуюся в учебник, но мне не приходилось тогда увлекаться чтением. — Ложись спать, уже поздно, — подойдя к кровати, я рухнула в её объятья и, дождавшись, когда ляжет Мартин, сразу уснула.

***

      На следующее утро проснулась я вся в холодном поту. Сон давался мне тяжело последние дни из-за кошмаров, в которых то и дело мелькал пожар, что как наяву оставлял жгучие ожоги на теле. Похоже, это событие действительно отразилось на мне, хотя, почему я так удивляюсь? Это место было моим заработком, за три года жизни я сумела довольно сильно полюбить этот маленький магазинчик, он буквально стал маленькой частичкой меня вместе с Гвен. Выспаться по-человечески не получалось, поэтому, вставая с кровати, чувствовала себя так, будто слон, не жалея, прошелся по мне несколько раз. Уже приняв душ, я провела небольшую экскурсию по дому для Мартина, которого сначала заметила спокойно болтающего с тётей Гвен на кухне за чашечкой кофе. От дома брат был в восторге, каждая деталь интерьера приводила его в детский трепет. Дойдя до комнаты, которая по задумке будет отдана парню, тот, увидев её размеры, чуть не упал от счастья. В его глазах забегали огоньки радости, и он обнял меня, сжав руками так сильно, что, казалось, органы внутри перемешались. Даже не могу вспомнить, когда я видела его таким… счастливым?! — Господи, сестра, да ты чудесница. Спасибо за все, что делаешь для меня, — еще сильнее стиснув, я закряхтела от боли в руках, и Март, все же опомнившись, отпустил хватку. — Ты мне жизнь спасла, — не свойственно возрасту, по-детски залепетал он. — Ну чего ты сразу так преувеличиваешь, просто я делаю то, что в моих силах. Говорила ведь, что заберу тебя, — легонько ткнув указательным пальцем по носу брата, я добро улыбнулась и ушла собираться на выход.       Вчера тётя Гвен сказала, что из-за случившегося инцидента придется наведаться в полицейский участок и обговорить все детали расследования, которое проходит в целях поиска поджигателя. И для этого просто обязана быть Гвен — хозяйка магазина, ведь меня будет попросту не хватать. Вместе с этим будет очень много мороки с бумагами и остальным, что нужно полиции. Мартин решил остаться дома, поэтому пошла только я с Гвен.       Участок был заполнен гражданскими, что бушевали у охранника за стойкой. Заходя внутрь, можно было почувствовать душащую духоту, которая с лёгкостью ухудшала состояние. Мой мозг сразу же обомлел от различного характера криков, но с причиной столпотворения разобраться не выходило, поэтому пришлось ждать, когда это все рассосется. Но иногда тетя Гвен не отличалась терпеливостью и, уже в который раз вздыхая от суматохи и толкучки, она решила просто протиснутся вперед. Я же побрела следом, услышав в это время много возгласов и недовольств в спине. Смысла что-то говорить в след попросту не было, поэтому, собравшись с силами, я продолжала следовать за тётушкой, которая, не боявшись никого, расталкивала других. Проходя мимо очередного человека, кто-то неожиданно толкнул меня в бок и, успев приготовиться к падению, чьи-то руки обхватили мою талию, спасая от приземления на пол. — Вам стоит быть аккуратнее, — голос Дина Харда застал меня врасплох, он командным тоном обратился к мужчине, спровоцировавшего мое падение. — Помните, где Вы находитесь, — мужчина спешно извинился и скрылся в толпе от Харда.       Встав на ноги, на глаза попался потрёпанный вид мужчины и уставший взгляд, обсматривающий хаос позади меня. Этот человек уже не первый раз помогает мне и проявляет заботу под предлогом работы. Неужели он и правда в этом ничего не видит. Вся эта ненавязчивая доброта уже начинает выбивать меня из колеи и хочется думать, что я ему симпатична. — И часто у вас такое? — будто ничего не было, вздернув бровь, я махнула рукой куда-то назад. — Настолько часто, что я уже успел привыкнуть, — кратко выдохнув, признался Дин и переключил все внимание на меня. — Что Вас сюда привело? — он попытался улыбнуться, чтобы быть более вежливым. — Я пришла вместе с владелицей магазина. Ей позвонили, сказали прийти. Она уже где-то впереди, — высматривая за спиной собеседника, ответила я. — Думаю, стоит пройти за ней, — кивнув, я продолжила вглядываться в различные фигуры, чтобы разыскать среди них Гвен.       Дин согласно кивнул и, развернувшись правым плечом, проходил мимо столов с работниками. Все такой же неизменный бардак в помещении снова приветствовал меня. Интересно, есть ли у них вообще уборщик или они сутками напролет сидят здесь, поэтому можно увидеть так много наработанного хлама. В какой-то момент на глаза попалась тётя Гвен, сидящая возле стола мистера Барнеса. По виду они уже успели многое обсудить насчет дела и, остановившись возле них, я поприветствовала Фина. Мужчина сместил дальше свое внимание на Гвен, и я заметила приятную улыбку в сторону моей тети. Его морщинки у глаз тоже поддавались любезности. Она определенно вызывала интерес у этого полицейского. Интересно, она замечает это? Поразмыслив, я поняла, что стоит подождать тетю Гвен где-то в стороне и по возможности прогуляться по зданию. Через минуту я уже разгуливала по коридорам с панорамными окнами, которые открывали вид на небольшой сад. Он был красивым и ухоженным, там будто веяло спокойствие и умиротворение, что не скажешь про сам участок где творится полный хаос. Странно было наблюдать его именно здесь, но видимо там иногда отдыхают работники, чтобы хоть как-то убрать путаницу в мыслях. Время от времени моя голова крутилась по сторонам в поиске чего-то интересного, и в один момент на стене я приметила стенд с пропавшими. Мой взор тут же устремился на голубоглазую блондинку. — Джилл? — моему шоку не было предела, я ведь совсем забыла про нее. — Почему она числится в пропавших? Детективы мне ничего не говорили о ней, хотя девушка тоже работала со мной, странно, — я вспомнила, что последний раз говорила с ней по телефону и Фаулер уже была дома. В голове бушевал мыслительный процесс, перебрав внутри себя все возможные ситуации, под каким предлогом могло произойти исчезновение, на ум пришел её рассказ. — Тот парень из клуба, он же не мог за ней проследить? Может, он оказался каким-то психом или же это и бред вовсе, — пальцы медленно впились в кожу головы от будоражащих мыслей и раздумий.       Кошки скребли на душе и было не по себе: как столько событий могло произойти за одно время, не укладывалось в голове. Проблемы, свалившиеся на меня и тетушку Гвен с братом, терзали, но нужно постепенно выходить из этой пучины бед и сложностей.       Возвращаясь к тёте Гвен, мне встретился на пути Дин, рассерженно дискутирующий с кем-то по телефону. Невольно удалось немного подслушать. — Лили, ты понимаешь, я занят и не могу сейчас к тебе приехать. Я тебя предупреждал о своей занятости на грядущие дни, но ты все уперлась в стену и твердишь мне о каких-то девушках. Какие девушки в полицейском участке, мысли здраво, — ходящий из стороны в сторону Хард от злости остановился возле окна, рука которого лежала на поясе. — Тут одни пожилые женщины да старики, «молоденьких» девушек, как ты говоришь, тут и в помине нет, — решив повернуть голову сторону, мужчина увидел меня, мило махающую «вот она я, та самая девушка». — Надеюсь, ты меня услышала. Отключаюсь, — убрав телефон в карман, я решила подойти к нему. — Я все-таки была права тогда. Проблемы с девушкой однозначно сказываются на вашем поведении. Ревность и недоверие — это прямой путь к краху отношений, — Харду явно не понравилось то, что я сказала, но по его задумавшемуся лицу было ясно, что в моих словах есть правда. — Что Вы делаете в этой части здания? — скрестив руки на груди, Дин резко сменил тему. — Просто решила пройтись, пока тётя Гвен занята волокитой, а что такого? Это не тюрьма какая-то, где шаг влево, шаг вправо — расстрел, — он насупился и недовольно повел носом как маленький. — Уверена, мы с Вами скоро встретимся, так что до скорого, — махнув рукой на прощанье, я прошла мимо него, не надеясь на ответ.       Тетя Гвен до сих пор разговаривала с Фином, но, заметив меня, вежливо попрощалась с мужчиной и направилась со мной к выходу, взяв под руку; от её тепла я вновь растаяла.