Робот

Мальчик сонно потер глаза. Вокруг было темно. Похоже, за окном все еще ночь. Ведомый чем-то, Ацуму подкрался к Ките. Тот, привычно шумя шестеренками, стоял с закрытыми глазами. Он ведь ничего не чувствует, верно?.. Провод Шинске был обмотан вокруг всего тела, и на шее его образовывалась петля. Медленно потянув за провод, Мия обнаружил, что провод затягивается в узел. Сильнее, еще чуть-чуть. Может, у него выйдет его… От одной незавершенной мысли мурашки устроили марафон по юному тельцу. — Что ты делаешь? — слышится механический голос. У мальчишки все внутри сжалось. Карие глаза блеснули слезами в золотистом свете. Не найдя другого выхода, он на негнущихся ногах вышел из комнаты, ничего не говоря. Кита хотел было пойти за ним, но понимал, что его заряда катастрофически мало, чтобы хоть приблизиться к Ацуму. А может, это и к лучшему.

***

На утро Шинске нашел мальчишку возле комнаты. Хоть его глаза и были закрыты, роботу не составляло труда понять, что мальчик плакал. Много. Стараясь не разбудить Мию, Кита перенес его с холодного пола на кровать. Ацуму отозвался тихим вздохом. Решив не тревожить мальчика, робот ушел готовить завтрак. За весь день они не обменялись и парой слов, потому что в большинстве случаев зачинщиком их разговоров был как раз-таки Мия. Механизм то и дело встречался с разгневанно-опечаленным взглядом карих глаз, но не понимал причину, поэтому продолжал тихо хлопотать по дому.

***

— Ацуму, время спать, — Шинске раскрыл кровать, пока мальчишка неловко переминался с ноги на ногу, не отрывая взгляда от пола. — Да, Кита-сан, — поникший Ацуму сел на кровать, однако под одеяло залезать не спешил. — Что-то случилось? — Кита сел на кровать рядом с мальчиком. — А ты вообще ничего не чувствуешь? — карие глаза с надеждой сияли в тусклом свете прикроватной лампы. — Хм… Нет, не думаю, — скрипнул робот. — Что, прямо вообще? — он все еще неверяще смотрел на Шинске. — Если не физические воздействия, то нет, — он заглянул своими полупрозрачными глазами в глаза Ацуму. — Даже так? — он легонько ударил Киту в ногу. Механизм понял, что мальчик имел в виду, поэтому отрицательно покачал головой. Затем Мия ударил несколько сильнее. Ни-че-го. Еще удар, от которого, казалось бы, точно должно было стать больно Шинске, но больно стало мальчишке: он зацепился о выступающий гвоздик. На пальце блеснула капля крови, прежде чем она стекла вниз. — Сейчас, схожу за аптечкой, — Кита вышел из комнаты, а когда вернулся, то застал мальчика в слезах. — Ты чего? — Я… тебя не заслуживаю, — он ткнулся в подставленные ладони, хватаясь за них своими дрожащими ручками и пачкая механизм кровью. — Все ошибаются, — Кита притянул Мию к себе, несильно прижал к груди. — Твой отец создал меня для того, чтобы я смог вырастить из тебя достойного человека. И никто не в праве отобрать меня у тебя лишь потому, что ты сделал что-то не так. — Наверное, мне было бы лучше, если бы ты что-то чувствовал, — шмыгнул носом Ацуму. — Ты ведь тоже ошибался, верно? — Да, иначе бы меня здесь сейчас не было, — Шинске прошумел вентиляторами, и этот звук был похож на вздох сожаления. — Что ты имеешь в виду? — пробурчал он в грудь роботу. — Неважно, — он запустил пальцы в непослушные волосы. — Останься со мной, пока я не усну, — он подставился под руку, перебирающую его волосы. Он не видел, как на лице Шинске появилась улыбка и блеснули золотистые глаза, но услышал тихое: — Хорошо.