Их назовут богами. Книга 3. Десница Сварога

      Резкий звонок ознаменовал конец пары в частности и завершение занятий в целом. Шумными стайками ребята покидали свои места, спеша на улицу. Пожилая преподавательница с замученным видом еще пыталась что-то им говорить, но это было уже совершенно бесполезно. Прогретый весенним солнцем воздух волновал гораздо больше предстоящего зачета. Засовывая тетрадь с конспектами в рюкзак, Тимур, не глядя, периодически махал рукой в ответ на прощания и пожелания бурных выходных. Ушаков не пришел на пары. Он и сам не понимал отчего, но это его тревожило, и от этого лишь сильнее злился. Причем не на Володьку конкретно, а, в общем, на весь мир.       Васька, худосочный парень с вытянутым лицом и карими глазами, хлопнул его по плечу и указал на выход:       — Пошли девчонок кадрить, а то выходные зря пройдут!       Тут он был прав, со всеми этими предсессионными заморочками Тимур и думать позабыл о предстоящем пикнике. Со своей предыдущей пассией, разругавшись до выбрасывания вещей из окна, он расстался всего два дня назад. Парень на секунду прислушался к ровному биению своего сердца: болит? тоскует? Не-а.       — Пошли! — и, закинув рюкзаки на плечи, ребята последними покинули аудиторию.       Горячий вечерний ветер щекотал легкие и нервы. В глазах пестрило от многообразия красок и оттенков. Черненькие, беленькие, в платьях, в джинсах, скромные, развязные… Взглядом охотника Тимур окинул набережную реки, унизанную скамейками и многочисленными кафе, и глубоко вздохнув, указал на двух девиц, явно жаждущих знакомства:       — Как тебе они?       Васька удовлетворенно хмыкнул:       — Очень даже ничего.       — Тогда поехали, — сделав вид, что залезает в воображаемую машину, Тимур так в полуприсядку и направился к девушкам. Васька нагнал его на полпути и, едва сдерживая истерический смех, присоединился.       — Ну что, девочки, поехали кататься? — опустив несуществующий стеклоподъемник, громко спросил Тимур, стоило им поравняться с «жертвами».       «Жертвы» окинули ребят презрительным взглядом и, фыркнув что-то нечленораздельное, но определенно оскорбительное, развернулись к ним спиной.       — Ну, как знаете, — подняв с тем же невозмутимым видом «стеклоподъемник», Тимур «отъехал» в сторону. Рядом бился в беззвучной истерике Васька.       — Ну, Огарев, ты и дал, — наконец, сумел выдавить из себя парень.       Длинная тень загородила свет:       — Бросай машину, пошли гулять! — приказал звонкий мелодичный голос.       Тимур поднял взгляд и замер: такую длинную тень отбрасывала совсем юная хрупкая девушка с большими карими глазами. Светло-русые локоны крупными завитками рассыпались по плечам, короткий бирюзовый сарафан почти не оставлял места для фантазии, но это было скорее плюсом, чем минусом. Впервые Тимур не нашелся, что сказать. И именно в этот момент зазвонил телефон…. Отец? От этой надписи задрожали руки. Он ведь был у них сегодня утром, пробовал разговаривать, пробовал помириться, но все оказалось впустую. Мать хотя бы улыбнулась, а отец даже виду не подал, что видеть его рад, даже от газеты не оторвал взгляда. Что же теперь изменилось?       — Да? — разом осипшим голосом, ответил он, наконец, на звонок. — Приехать? Ты уверен? Хорошо, я буду… не один. Да… минут через тридцать.       — Что к родакам твоим едем что ли? А как же …       Тимур чуть заметно качнул головой.       — Не мы с тобой, а я с ней, — и прищурив от солнца черные как угли глаза, он взглянул на незнакомку: — Думаю, пора леди познакомить с моими родителями?       Вздернув подбородок, девушка на мгновение задумалась, отчего у Тимура нервно забилось сердце: на секунду показалось, что она откажется. Но вместо этого нимфа, как мысленно уже окрестил ее Тимур, благосклонно улыбнулась.       — Отчего нет. Но после леди желает в кино, а лучше в «Малахит».       Васька так и не понял, как случилось так, что вместо шумной компании и разгульного вечера, он оказался один посреди площади, а его дружище, держа под руку сказочное создание, размеренной походкой исчезал за горизонтом.       Обычный маленький дворик окруженный обычными многоэтажками. Даже деревья здесь не росли. Только выжженная от солнца трава да детская площадка, напрочь разгромленная сопливой шпаной, которая сама недавно ковырялась в этой песочнице. Еще до того, как научилась черной краской витиевато писать на качелях короткие слова непереводимого русского фольклора!       Печальное в целом зрелище… Лена неуютно поежилась и покрепче взялась за руку Тимура, краем глаза ухватив темный вытянутый силуэт, припаркованного у подъезда Аudi. Жаль, что к бездонно-черным глазам Тимура и его остроумию не прилагается такая красавица. Наверняка, ее хозяин — какой-нибудь успешный бизнесмен: обладатель крупного счета и такого же крупного живота. Он и за руль-то поди сам ни разу не садился… Жаль.       Вместо обычного звонка заиграла веселая мелодия явно немецкого происхождения, отчего-то показавшаяся Лене знакомой, но припомнить, откуда это ощущение, девушка так и не успела. Щелкнув замком, дверь открыла приятная женщина средних лет. Тимур нервно выдохнул и широко улыбнулся:       — Привет, ма.       Женщина ничего не сказала в ответ, только отступила на шаг, пропуская гостей. Но стоило двери закрыться, как она крепко обняла юношу за шею и беззвучно разрыдалась.       — Мам… ну, мам… ну что ты… — всё, что сумел выдавить из себя Тимур, ласково касаясь материнских вздрагивающих плеч.       Лена поспешно отвела глаза в сторону. Никак не ожидала она, соглашаясь составить этому смугловатому красавцу компанию, что станет свидетелем сцены семейного воссоединения. Её присутствие было явно неуместным. Девушка уже открыла было рот для извинений и оправданий столь поспешного ухода, как вдруг…       — Ма, это моя невеста — Елена, — уверенно представили её. — Лена — это моя мама — Татьяна Яковлевна.       Женщина с тем же неисчерпаемым радушием заключила и её в свои объятия.       — Я так рада, Леночка, что ты пришла в наш дом.       Девушка растеряно улыбнулась, так и не подобрав нужных слов. Только изумленный взгляд огромных карих глаз выдал всю бурю эмоций, вызванную весьма неоднозначной ситуацией.       Вытирая проступившие слезы, женщина пригласила их пройти. Да, их ждали. Накрытый кремовой скатертью стол и обилие блюд более чем явно говорили об этом. Но Тимура это не обрадовало, он ждал чего-то большего. То, ради чего отец САМ позвонил ему. Сопровождаемые матерью, они прошли в гостевой зал. Погасив монитор компьютера, крепкого телосложения мужчина убрал узкие очки в кожаный футляр и обернулся. То, что он непривычно хорошо подтянут для своих лет, Лена заметила еще до того, как отец Тимура встал для приветствия. Но остальное… Темные волосы, часто посеребренные сединой, обрамляли приятное, но излишне суровое лицо, сеть морщинок окаймляла темно-серые глаза, однако это скорее говорило об усталости, чем о возрасте. Мужчина был хорош, и даже глубокий шрам через всё лицо не мог его испортить, но… он не имел абсолютно ничего общего с Тимуром. Юноша оказался на голову его выше, да и телосложение у Тима было не коренастое и мускулистое, как у отца, а более стройное, аристократическое. Они даже двигались совершенно по-разному. Её удивление стало столь очевидным, что мужчины невольно заулыбались.       — Да, — мягко согласился отец семейства. — Тимур — сын Татьяны от первого брака.       — Пап, это Лена — моя девушка, — представляя ее отцу, молодой человек сиял как медный таз. Видимо, эта ситуация была ему не в новинку и явно его забавляла.       — Роман Михайлович, — мужчина мягко сжал хрупкую ладонь девушки в знак приветствия.       Растерявшись от такой прямоты и от осознания собственной бестактности, девушка вспыхнула как мак. Но отец Тимура лишь еще раз улыбнулся и жестом предложил расположиться на диване.       — Саня будет? — по пути закидывая виноградину в рот, спросил Тимур и тут же добавил, обращаясь к девушке: — Саня — это крестник моего отца, мне как брат. А живет с нами, поскольку его родители погибли практически сразу после рождения, и отец забрал его к нам. Гордость нашей семьи. Суво-о-оровец. Не чета мне. Вот такая у нас солянка.       Роман Михайлович бросил на сына строгий взгляд.       — Нет. Саша сегодня быть не обещался, что к лучшему.       Он еще хотел что-то добавить, но в двери щелкнул, открываясь, замок. На пол упало что-то тяжелое.       — Приветище! — громко поприветствовал из коридора мальчишеский голос. — Есть кто дома? Таня?       И не дожидаясь ответа, в комнату под самостоятельно озвученные фанфары заглянул смуглый черноглазый паренек.       — Что ты здесь делаешь? — вместо приветствия спросил Роман Михайлович, даже не стараясь скрыть нарастающую тревогу. — Почему не в училище?       — Увольнение, — лаконично коротко ответил паренек, стягивая со стола кусок ветчины. — Я такой голодный! Тимка? Привет! Как здорово…       — Почему не предупредил? — перебила его Татьяна Сергеевна, как-то разом постаревшая.       — Ну, Тань! Ты что мне не рада? — мальчишка сделал обиженное лицо, но глаза при этом загорелись озорными огоньками. — К тому же я соскучился и хотел увидеться с Тимуром. И нимфу…       Юный суворовец склонил голову в знак приветствия:       — Александр Северский, к вашим услугам. Можно просто Саня.       Едва сдерживая улыбку, Лена отвесила реверанс, но ответить что-либо она не успела. С грохотом, от которого в голове образовался вакуум, вылетела балконная дверь вместе с окном. Девушка, застыв подобно каменному изваянию, не веря собственным глазам, смотрела на огромную птицу-ящера, несущуюся на нее. Чьи-то руки схватили ее и потащили прочь из разрушенной комнаты. Где-то далеко, она слышала, ее звали по имени и приказывали не высовываться. Лена пустым невидящим взглядом скользнула по лицу Романа Михайловича, пытавшегося привести ее в чувство, и качнула головой, сама не зная в знак чего. В голове все гудело, звенело, не давая возможности нормально соображать. Будто во сне девушка наблюдала за суворовцем, ползущем к раненой матери, за отцом Тимура, слишком уж быстро сориентировавшимся в происходящем. Рушилась мебель, летели на пол битые чашки дорогого китайского сервиза. И было совершенно непонятно, кто же оказался в роли жертвы: птеродактили или Тимкина семья. Лена судорожно хватала воздух пересохшим горлом. Огромная тварь грязно-серого цвета в полете превращалась в подобие человека. Нет. Такого не бывает! Тимур… Где Тимур?       — Тимур! — сама того не замечая, закричала она.       Склизкие холодные лапы-руки схватили её за ноги и потащили в дальнюю комнату. Девушка кричала, брыкалась, звала на помощь, до крови сдирая ногти, отчаянно цеплялась за ламинированный пол. Тимур слышал ее, но помочь не мог. Сознание медленно покидало его. Рослая человекоподобная тварь, дыша смрадом, склонилась над Сашей. Бред… Бред… Такого не бывает…       — Кочевник? — с трудом выговаривая малознакомые слова, прошипела она.       Рядом с разбитым в кровь лицом упал Саня.       — Кочевник, — утвердительно хмыкнула тварь и занесла кинжал.       Её закинули, как ненужную куклу, в дальнюю комнату и закрыли там. Несколько секунд Лена даже пошевелиться боялась, но звуки борьбы и разрушений быстро привели ее в чувства. Попытки открыть дверь ни к чему не привели. По всей видимости, ее чем-то придавили снаружи. И сколько она не била и не пинала ее, та ни на йоту не сдвинулась. А ей надо было выйти! Надо!!! Будь проклята эта дверь! Там убивают Тимура! Стоп! Лена!!! У тебя истерика!!! Уймись! Нужно бежать отсюда! Куда бежать?.. С десятого — то этажа?       — Отойди, — властно приказали сзади. Лена резко обернулась и вжалась в дверь, с ужасом уставившись на направленное на нее черное дуло незнакомого ей оружия.       — Отойди и закрой уши, — спокойно повторил свой приказ парень в странном камуфляже, будто украденном со съемочной площадки фантастического фильма.       Девушка едва успела выполнить приказ, как прогремел новый взрыв. Сквозь туман и слезы она видела, как его рослая фигура нырнула в дым, и, запинаясь об обломки, побежала следом. Люди, возникающие ниоткуда; монстры, выбивающие окна… Все теперь было не важно. Она хотела лишь одного — убраться отсюда.       — Бэрэт! — громко позвал монстра по имени «терминатор», как успела мысленно его обозначить для себя Лена. — Отпусти их. Уходи с миром. Искать не стану.       Тварь опустила клинок и истерично засмеялась.       — Ничего не спутал, рось? Они оба у меня. И всё, что ты теперь можешь — лишь указать: кто из них умрет первым. Ты опять один и опять переоценил свои способности.       «Терминатор» недовольно хмыкнул:       — Как знаешь, — и тут же тихо добавил, обратившись к девушке, все это время, неотступно следовавшей за ним. — Когда я открою огонь, попробуй добраться до Даро.       — До чего? — размазывая высыхающие слезы, переспросила Лена, еще не в полной мере понимая, что ей не спасительный побег предлагают.       — Мм… до Романа Михайловича, — немедленно поправил себя парень. — Ты только руки ему развяжи и уши себе закрой. Вот стреттер. Положи палец на курок. Нажми… Вот здесь, — выстрел был тихим, каким-то свистящим. Но разрушения оказались ошеломляющими. Отряхнув осевшую пыль от пробитой стены с перепуганного красивого лица, Ясь указал девушке направление. — Все поняла?       Дождавшись ее утвердительно кивка, парень бросил дымовую гранату и открыл по «человекодактилям» шквальный огонь. Сквозь дыру в стене девушка пробралась в соседнюю комнату. Только теперь до нее дошел смысл фразы «развязать руки». Девушка подняла трясущимися руками тяжелое оружие и попыталась прицелиться. Но ничего не выходило. Тогда Лена просто нажала на курок. Этого оказалось довольно. Тварь, державшая мать Тимура в заложниках, отвлеклась лишь на мгновение. И это тут же стоило ей жизни. Роман Михайлович с резвостью, небывалой для его лет, нанес чудовищу несколько ударов, от которых захрустели, ломаясь, позвонки. Что было дальше, Лена уже не видела. Последнее, что она почувствовала, это то, как ее хлопнули по плечу и похвалили, забирая оружие. Девушка медленно сползла по стене и разревелась. За стеной слышались крики, стоны, выстрелы. Но все это было словно в иной реальности. Реальности, где не было ее. А потом ее схватили, поставили на ноги и куда-то повели, даже заставили бежать. Но оказалось почти невозможно. Ноги стали ватными, заплетались. Потом ее запихнули на переднее сиденье черной ауди, той самой, которой она любовалась, пока Тимур искал ключи от подъезда родительского дома. Сквозь серый туман она слышала, как Роман Михайлович приказал какому-то Ясю везти их в лес, слышала, как «терминатор», а именно он оказался этим Ясем, отказывался ехать без него, ссылаясь на некий приказ. Лена собрала силы и обернулась назад. И мир вдруг стал реальным до звона в ушах.       — Выходи из машины! — приказала она своему «спасителю», сама не ожидая подобной резкости от себя, но на заднем сиденье без сознания лежали двое парней. И они нуждались в срочной помощи.       Усевшись на место водителя, девушка пристегнула ремень безопасности и обратилась к отцу Тимура:       — Вы точно решили остаться?       Мужчина кивнул головой:       — Надо закончить начатое.       Выдернув из кобуры «терминатора» стреттер, Лена протянула его отцу Тимура.       — Я знаю это место, — и, вжав педаль газа до упора, девушка скрылась за углом дома, увозя с собой всё ценное, что было в его жизни.       Даро проверил количество зарядов в обойме и поднял голову в небо. Там, не находя покоя, кружили сайрийские птицы, так похожие на обычных ворон. Но Даро этим сходством было не обмануть. Нельзя допустить, чтобы они передали информацию о ребятах своим хозяевам. И прицелившись бывший эскид начал точечный отстрел. Он знал, что в доме кто-нибудь уже обязательно вызвал милицию и пожарных. Вот и всё. Вот и закончилась его мирная, сказочно тихая жизнь. Птицы одна за другой падали на землю…       На полной скорости машина летела по темным улицам пустынного вечернего города. После короткого спора решили в больницу не обращаться, а затаиться в лесу на окраине города. Именно туда девушка теперь и направляла черную красавицу. Ирония судьбы. Лена мысленно усмехнулась. Совсем недавно она просто сгорала от желания прокатиться на такой машине. И вот, пожалуйста. Даа… Осторожнее надо с желаниями быть, Елена Сергеевна. Сзади заиграла тихая мелодия. У кого-то из ребят звонил телефон. Девушка, удерживая руль одной рукой, попыталась найти этот источник звука, отчего они едва не врезались в идущую навстречу Ладу-Калину.       — Так, ладно, — признав свою ошибку, глубоко выдохнула она и обратилась к Ярославу: — Достань у Тимура из кармана сотовый. Это ему звонят.       Кое-как нащупав телефон, парень ответил на звонок.       — Да? Что? Кто? Где? Будем! Сейчас будем! Сейчас передам трубку водителю, все ей объясните.       Лена узнала бы этот голос из миллиона:       — Лис? Алиса, ты где? Черный тюльпан? С тобой все в порядке? Жди меня!       Свистя тормозами, AUDI развернулась на 180 градусов и, набирая скорость, исчезла во тьме. Случайные прохожие только осуждающе покачали головами, да послали пару ругательств вслед давно скрывшейся из виду машине.       Это была странная картина: посреди пустынной улицы в разодранных джинсах и грязной некогда изумрудно-зеленой рубашке сидела девушка, ее ярко-рыжие волосы развевал легкий ночной ветер, а плечи сотрясали немые рыдания. Рядом, уткнувшись в ее плечо, сидел парень, в белых кудрях его запеклась кровь. Он что-то шептал ей: то ли благодарность, то ли слова утешения. Она не слышала его. Она хотела разреветься. Она хотела закричать. Дать выход ужасу, что пожирал ее изнутри. Но это было невозможно. Там же, рядом с ним засел страх, что эти монстры вернуться вновь…       Лена увидела их издалека. Припарковавшись у обочины, девушка выскочила из машины и бросилась к сестре:       — Алисочка, что с тобой? — она взволнованно заглянула в глаза старшей сестры и вдруг крепко ее обняла: — Ты тоже их видела! Пошли. Надо уходить.       Вместе с Ярославом девушки сумели усадить полубессознательного Владимира на заднее сиденье. Теперь надо было решать, что делать дальше.       — Возвращаемся за Даро, затем ищем Лиалина!       Это было сказано таким командирским тоном, что Алису покоробило. Но вместо выяснения отношений, она достала из машины аптечку и проверила ее содержимое. Все необходимое на месте: бинт, вата, перекись, йод…       — Ни за кем мы возвращаться не будем, и искать тоже никого не станем! Ясно? Я к этим тварям вновь не поеду! — не громко, но уверенно заявила Лена. — Посмотри на ребят. Им помощь нужна, а не еще одна драка.       Ясь молчал. Всё пошло не так как планировалось. Владимир повел себя изначально непредсказуемо. Он должен был не на Тимура броситься, а на него. Но контакта так и не состоялось. Из-за этого он не успел встретиться с Лиалином, из-за этого он поздно пришел к Даро, из-за этого вместо эскида и хранителя с ним две земных девицы и три недобитых землянина….       — Лена права, — поддержала сестру Алиса, заканчивая обрабатывать порезы на лице совсем юного суворовца. — Нужно затаиться. Понять, что это за твари… откуда они…       — Да я и так…       Хлопанье огромных крыльев оборвало речь Ярослава на полуслове. Алиса уже слышала этот звук раньше, когда пыталась нагнать забывчивого клиента. Подняв в небо глаза, девушка в ужасе выдохнула. Огромная черная птица приближалась к ним с бешенной скоростью. Надо уходить! Немедленно!       Черная AUDI неслась по улицам ночного города, бросаясь от обочины к обочине, пролетая на красные сигналы светофоров. Где-то далеко позади виднелись проблесковые маячки машин ГБДД, но Лена была лишь рада им. Слезы давно высохли, а ужас, что совсем недавно поглощал ее, сковывая сам разум, теперь стал ее единственным стержнем. Сердце билось ровнее. Но это не было спокойствием. Нет. Это был страх. Страх, который Лене пришлось испытать лишь раз в жизни. Много лет назад. Когда ее, еще совсем маленькой девочкой, выкрал какой-то психопат и запер на чердаке своего дома. Тогда ее нашли родители. Сейчас бы кто помог…. Вцепившись в руль как в оружие и щит, девушка уверенно направляла машину в центральную часть города. Туда, где все еще горели яркие огни, и большими толпами гулял народ. Отдыхающие в ужасе бросались в стороны. Снеся ограждение, AUDI на полной скорости ворвалась в городской парк, навстречу огромным крылатым ящерам, возникшим из неоткуда. Лена истошно завизжала. На заднем сиденье Тимур инстинктивно накрыл собой Саню, сжавшегося в комочек, будто маленький ребенок. Мир вокруг вспыхнул мириадами искр…       Мощный удар развернул audi, пуская ее юзом. Они сбили еще кого-то. Сработали подушки безопасности, расквасив нос Ярославу. Машина с разворота врезалась во что-то и остановилась. От удара Алису бросило с заднего сиденья на бортовую панель.       Не сразу нащупав ручку, Тимур открыл дверь и вывалился из машины. Голова шумела. Ухватившись за порог, он поднялся с земли и заглянул в салон. Сани там не было. Вовка лежал под сиденьем. Тимур попытался его вытащить, но вместо этого упал рядом. Он слышал, как рядом мычал от боли Ясь, но подняться второй раз уже не смог.       Россыпь битого стекла сверкала на солнце подобно бриллиантам. Алиса облизала внезапно пересохшие губы и запрокинула голову в попытке осмотреться. Обзор загораживала растянувшаяся на капоте огромная туша льва… Льва? Она не удивилась, скорее констатировала факт. Подумаешь, лев… Тем же пустым взглядом девушка скользнула по салону, задержавшись на сестре, и вновь провалилась в пустоту…