Без тебя я не дышу

*** Гримёр со стажем накладывал последние штрихи. В комнате пахло латексом, гримом и чем-то древесным — Тайлор всегда зажигал маленькую ароматическую палочку, чтобы работа шла «в настроение». Превратить молодого, ухоженного парня в старика-бездомного — задача не из лёгких, но и не из самых сложных. Однако Тай относился к делу с такой скрупулёзностью, словно готовил актёра на главную роль года. — У богатых точно свои причуды, — пробормотал он, наклоняясь так близко к лицу Лео, что его очки стукнулись о деревянную ручку кисти. Лео Ори, сидевший в кресле, лишь усмехнулся. Он давно привык к подобным комментариям. Слои грима стягивали кожу, фальшивая борода колола, а приклеенная морщина на виске постоянно зудела. Но Лео терпел. Ему это даже нравилось — выходить из зоны комфорта. — Ну вот и всё! — облегчённо выдохнул Тайлор, отступая назад. — Можешь одеваться. — Спасибо, Тай, — Лео ловко спрыгнул с высокого стула и направился к заранее приготовленной одежде: огромный вытянутый свитер, непонятно чем вымазанная куртка и потёртые брюки. Одежда пахла сыростью старого склада — гримёр настоял, что так будет реалистичнее. Пока Лео натягивал одежду, Тай соревновался с собственным ворчанием: — Напомни ещё раз, зачем ты это делаешь? Лео, завязывая грязный шарф, улыбнулся краем губ: — Социальный эксперимент. Лео Ори — двадцатишестилетний наследник строительной империи «Ори Групп». Единственный сын миллионера, вернувшийся на родину со степенью магистра в области управления бизнесом. Несмотря на статус, он был не тем «золотым мальчиком», каким его представляли светские новости. Уже на четвёртом курсе он зарабатывал на фондовой бирже и частично оплачивал собственное обучение. Родители гордились им — и не зря. У Лео была необычная философия: он верил, что мир держится на маленьких поступках. Поэтому он искал людей, которым нужно маленькое чудо. Он помогал тихо, аккуратно, не ожидая благодарности. А иногда — совсем анонимно. В Лондоне он садился в арендованную инвалидную коляску и нарочно ронял книгу, наблюдая, кто заметит чужую беспомощность. В другом городе переодевался в дешёвую униформу курьера и весь вечер разносил заказы, пытаясь понять, как люди относятся к тем, кто «невидим» в повседневной суете. На Ибице он однажды даже имитировал, что тонет у берега — просто чтобы узнать, кто бросится в воду ради незнакомца. Каждый такой опыт становился началом новой истории. Частные детективы, работавшие на Лео, находили тех, кто проявлял человечность, и узнавали их судьбы. А Лео вмешивался тихо и точно, как хирург — без лишнего шума, но меняя жизнь. Так у старушки, поделившейся мороженым, появилась профессиональная сиделка для больного мужа. Мужчине, упорно работавшему на трёх работах, он оплатил обучение дочери до самого выпускного. Молодой паре подарил медовый месяц, о котором они мечтали. Студенту, спасшему его на пляже, помог признаться девушке — и через год получил приглашение на их свадьбу. Лео умел замечать свет в людях. И ещё сильнее — ценил тех, кто делился этим светом. Сегодня он собирался начать новый эксперимент: переодеться бездомным, пройтись по улицам и посмотреть, кто откликнется. И, возможно, найти того самого человека, которому он поможет следующим. Фальшивый бродяга вышел на главную улицу города. С водителем он заранее договорился: тот заберёт его через пять часов около университета. За ним шёл частный детектив, незаметный, как тень. Он должен был фиксировать всё — каждый жест доброты. Холодный воздух жёг щёки, ботинки скрипели, побитый асфальт был неприветлив. Лео старался полностью войти в роль: прихрамывал, опирался на стену, тяжело дышал. У дверей дорогого бутика охранник даже не дал ему присесть — прогнал с раздражённым голосом. Прохожие спешили мимо, как будто он был прозрачным. Четыре часа бродяжничества — ни единого жеста помощи. Город будто стал суровее. Но потом… Маленькая девочка, лет пяти, подошла к нему с леденцом. Она протянула его — липкий, наполовину облизанный, но такой искренний. Лео впервые за день улыбнулся под фальшивой бородой. К сожалению, мама девочки её тут же утащила прочь. Бродя по улицам, Лео свернул туда, где в студенческие годы проводил часы — к кафе-библиотеке. Он поднимал книги быстрее, чем официанты приносили кофе. На дороге стояла чёрная машина. Из слегка опущенного стекла кто-то наблюдал за кафе. Лео прищурился. Эдвард Норд. Друг его отца. Уважаемый бизнесмен. Семьянин. Странно… Эдвард смотрел слишком пристально. Лео проследил взгляд Эдварда и увидел девушку-официантку у окна. Стройная, аккуратно собранные волосы, лёгкие движения. Она протирала стол, словно касалась тонкого стекла. Когда она ушла в глубину кафе, Эдвард поднял стекло и уехал. Любопытство покалывало. Лео подошёл к крыльцу кафе и опустился на ступеньки, облокотившись на холодный перила. Ждал, не понимая чего именно. Через пять минут дверь открылась. Лёгкий запах ванили и свежего теста — и девушка вышла наружу. Она делала шаг на ступеньку и резко остановилась, увидев Лео. В следующее мгновение она присела перед ним на корточки, не испугавшись ни его вида, ни запаха, ни возможной опасности. — С вами всё в порядке? Вам нехорошо? — мягкий, тёплый голос. Лео поднял взгляд. И замер. Её глаза были чистыми, светлыми. В них было то, что он обожал в людях — искренность. — Вы меня слышите? — повторила она. — Вам плохо? Лео не успел ответить — она нахмурилась: — Может, глухонемой… — пробормотала она и начала говорить жестами, повторяя свой вопрос. «Она знает язык жестов…» — поражённо подумал он. Собравшись, Лео прохрипел, стариковским голосом: — Да. Всё в порядке. Я просто устал. — Ой… извините, — её лицо смягчилось. — Я Айлин. А вас как зовут? — Лео, — выдохнул он. — Красивое имя. — Она протянула ему что-то в руки. — Вот. Только теперь он заметил огромный сэндвич, аккуратно завернутый в плёнку, и одноразовый стакан с надписью «Осторожно, горячо!». — Если вы не голодны сейчас, — поспешно добавила она, — позже съедите. Это с тунцом. А тут — горячий чай. Пожалуйста… сегодня холодно. Лео взял еду. Его руки дрогнули — он не ожидал, что так отреагирует. Айлин вдруг внимательно посмотрела ему в глаза: — Для вашего возраста у вас очень ясные глаза, Лео. Наверное, в молодости они немало сердец разбили, — сказала она с мягкой улыбкой. Лео едва не забыл, кто он сейчас — старик. Он испугался, что выдаст себя, резко поднялся и пошёл прочь. — Лео! — позвала она вслед. Он обернулся. — Если проголодаетесь или захотите пить — приходите. Я угощу. Только… через чёрный ход. Спросите меня. Вы же запомнили моё имя? — Айлин, — хрипло произнёс он. — Вот и замечательно. Выпейте чай, пока не остыл, — сказала она и, поёживаясь от ветра, скрылась внутри. Университетская парковка. Машина. Сэндвич, который казался самым вкусным в его жизни. Три дня спустя Лео сидел в кресле перед камином. Пламя играло на стенах. На журнальном столике лежали две папки. Первая — девочка с леденцом. Её отец вот уже два года не мог найти постоянную работу. Лео взял телефон. — Чарли, я вышлю тебе данные. Найди ему место в маркетинговом отделе. Соцпакет, бонусы. Он положил трубку и раскрыл вторую папку. Айлин. Фото, где она протягивает ему сэндвич, мягко улыбаясь. Страница за страницей: семья, учеба, работа, факультет. Ухажёр — Виктор Кейдж. Имя Эдварда Норда мелькнуло в разделе «отсутствующая информация об отце». — Интересно… родственница? — задумался Лео вслух. Он щёлкнул ногтем по папке и принял решение: он хочет познакомиться с ней как сам — Лео Ори. Ещё один звонок. — Профессор? Добрый вечер. Ваше приглашение на семинар ещё в силе? После короткой беседы: — Первый курс и четвёртый. Да. Январь. Он повесил трубку и откинулся в кресле, глядя на огонь. Перед Рождеством у него не было ни минуты свободного времени: благотворительные мероприятия, новый проект отдела планирования, отчёты, встречи, дедлайны. Но где-то под всеми задачами жило тихое нетерпение. Он ждал январь. Ждал встречи. Ждал Айлин.