За тех, кого мы приручили

      Чистенький офис выглядел чужеродным объектом в сумрачных недрах титана. Но, если приглядеться, свет и здесь был пригашен по краям; экономия везде, где возможно, и только письменный стол охватывал как бы пузырь яркого света. Доминус сидел в этом пузыре, выпрямив спину и сложив домиком тонкие пальцы — сама корректность. Напротив таким же столбиком, с нечитаемым спокойствием в алых оптиках, сидел его брат. Половинки лисьего хвоста ободранным плащом закрывали спину Доминуса; силуэт же Минимуса, лишенный даже намека на любую «мишуру», казался практически обнаженным, насколько это было возможно для кибертронца — для «носителя». На столе между ними лежал диск, и Доминус скорее чувствовал, чем понимал, что должен атаковать, прежде чем брат соберется с духом и предъявит ему некий предположительный компромат. Идеальный повод к нападению Минимус уже, сам того не понимая, подал ему на тарелочке с голубой каемочкой… — Где твой доспех?       Минимус резко наклонил голову вбок, разглядывая брата. — Нет, — невпопад сказал он. — Что — «нет»? — Медери не могло подделать тебя. Не знаю, как я на минуту купился на их… идиллические скетчи!       Минимус покачал головой, видимо, не в настроении объяснять, ни что такое Медери, ни чем подделка отличалась от реального Доминуса. Если терпимостью, то оправдывать эти радужные надежды брата Доминус не собирался. — Я спросил, где доспех, который я купил тебе, — Доминус чуть оскалился. Ну же, гордец! — Возможно, здесь он мне не нужен, — тщательно выбирая слова, проговорил Минимус. Отлично, он отвлекся и готов ссориться… — Возможно, — процедил сквозь оскаленные зубы Доминус, — альтмод тебе здесь тоже не нужен? На что ты стал похож?       Температура в пузыре света подскочила на пару градусов вверх — отлично! — и вслед за ней вскочил на ноги Амбус-старший, драматично вцепившись когтистыми руками в край письменного стола. Давай, держи напряжение… — Что с тобой сделали! — надрывно воскликнул он. — Где вся твоя броня! — Прекрати! Я сделал это сам! — срывающимся голосом выкрикнул Минимус и тоже вскочил, ударив обеими ладонями о стол; диск со всем нелицеприятным содержимым подпрыгнул и уехал куда-то за клавиатуру. Так держать! — Стал моноформером?! — гневно крикнул Доминус, указующим перстом чуть не касаясь изъяна на груди младшего брата. — Спорю, что найду у тебя на спине шрам! — Ты уже проспорил! И ты стал непроницателен, если считал, что я по собственной воле лишил бы себя тактического преимущества трансформации!       Четыре миллиона лет, а ниточки у марионетки все те же, и все так же легко было довести младшенького до кипения: нужно было только бить по больному, а это Доминус умел лучше всего. — Еще хуже: ты сам лишил себя половины брони! — Возможно, тебе стоило больше интересоваться моей жизнью еще ДО ВОЙНЫ, — Минимус сжал кулаки, словно готовый в любой момент перемахнуть через стол и броситься на брата. — Моя броня при мне! Все, с чем я выкован, ни грамма больше или меньше. Я сменил альтмод, еще когда служил в Авангарде Прайма. Куда бы я по твоему спрятал эти УШИ?! — он выразительно обвел руками то место на плечах, которое у Доминуса занимали вышеупомянутые лисьи уши. — Я слишком… — «мелкий», но этого он никогда не сказал бы вслух. — Мне было НЕКУДА добавлять новые альтмоды и не выглядеть как идиот! И потом, они мешались под доспехом… — Что ты вообще такое?       Минимус молча оттолкнулся от пола, словно хотел сделать сальто на месте; белая броня, недостаточная даже, казалось, чтобы полностью прикрыть зеленый внутренний слой металла, раскрылась веером и защелкнулась одним отточенным, как танец, движением, полностью скрыв минибота. — Но это же какая-то КАПСУЛА, — страдающим голосом пожаловался Доминус и по-кошачьи толкнул покачивающуюся в воздухе «капсулу» ладонью. — Это ховеркар, — не менее страждущим голосом отозвалась «капсула», — как тот самый ДОСПЕХ, который ты мне купил! — Твои прекрасные хвост, уши, — не сдавался Доминус, — маска… — Из них вышли прекрасные корпуса для роторов!..       Капсула коснулась стола; Минимус даже не вышел, а буквально вывалился из альтмода и гибко стек обратно в офисное кресло. Лицо у него было мрачнее самой темной тучи. Необходимость защищаться не от внешних сил — от собственного брата! — он и забыл, каким измочаленным это оставляло его каждый раз. Как же давно они в последний раз общались мирно! Еще задолго до войны, совсем молодыми, в случае Минимуса — слишком молодым и испуганным, чтобы ссориться всерьез…

***

» — Итак! Вместо того, чтобы быть уважаемым медиком на борту Магнатитана, ты предпочел стать нищим медбратом в Безнадеге? — Ненадолго, Минимус.»       Он промолчал тогда, не зная, что и ответить. Взятый еще щенком прямо с хотспота, юный Минимус не знал ничего, не виделся ни с кем, кроме принявшего их чужого титана и немногих его обитателей. Непривычные грязь и холод переулков Безнадёги выбили его из колеи, агрессивные и в большинстве своем неисправные боты вселяли оправданный ужас. — Я сам себе хозяин!       Доминус принял боксерскую стойку и сделал пару пробных ударов, словно танцуя с невидимым противником. О, теперь жители трущоб дважды задумаются, прежде чем сунуться к нему! В новом доспехе он возвышался над Минимусом, точно башня: высокий, статный, хоть и чудно выглядящий без альтмода. — Мне нечем заплатить за «мишуру», — сказал он тогда тюнеру Ар-Муру, пока Минимус изподтишка разглядывал его — такого же замызганного и продрогшего, как они все, звероформера-кота. — Сделай из меня врожденного калеку, моноформера, собирай из последнего хлама, краску мешай из остатков, но мне сейчас же нужен доспех! Сможешь?       Ар-Мур смог: и тогда, и после, когда поднявшийся уже в статусе и достатке Доминус заказывал у него полноценный доспех для Минимуса. Выдуманное же «увечье» Амбус-старший силой воли и харизмы сделал своей особенностью, изюминкой: «никто», ставший всем сразу, универсальный ученый в духе не впавших еще в немилость Шоквейва и Джиаксуса… *** — Оно того стоило? — спросил его Минимус. — Та судьба, которую ты выбрал для нас — за нас обоих? — Каждое мгновение. — Тогда пожалуйста, пойми… — он положил обе ладони на ровный белоснежный нагрудник, — я тоже ни о чем не жалею. — Кто был нашим первым жилищем? — Доминус буравил брата тяжелым взглядом. — Мне необходимо знать. Это тот самый титан? — Ты действительно не помнишь. — Минимус! Мою память словно просеяли через мелкое сито — половины не хватает. — Хорошо! Что же… Досточтимый бот, на борту которого мы находимся — Селестус из Дома Максимусов. Это НЕ тот самый титан. — Ты ЗНАЕШЬ, о чем я спросил, — теперь уже пришла очередь Доминуса нетерпеливо сжать кулаки. — Я отвечал на твой запрос, дословно, — парировал Минимус. О, он тоже отлично помнил, как довести брата до белого каления! — ЧЬИМИ мы были?!       Минимус глянул ему прямо в глаза со странным, мрачным весельем: — Волей иронии… Мы должны были стать партнерами Ультра и Дельта Магнусов.

***

      Судьба, предназначенная им с самого дня ковки. Дельта — приближенный Новы Прайма, лидер Авангарда, хранитель Матрицы Лидерства, — его строгий брат Ультра Магнус и их Дом — Магнатитан. Братьев-лисов обучали всему, что могло пригодиться в хозяйстве хорошему миниботу, так называемые три буквы «у»: уборка, украшение, управляющий делами. Острый ум их не остался незамеченным, и вскоре Минимус учился на юриста, Доминус — на врача: личные, ручные специалисты, в случае чего легко умещавшиеся в трейлер или кабину их куда более крупных женихов… — Оникс, — постановил Дельта, через плечо указывая большим пальцем на свернувшихся в один пестрый клубок лисят. Минимус тогда не понимал еще политической подоплеки этих слов, но слышал все отлично: Дельта Магнус попросту не умел говорить тихо, его голос разносился по залам, точно гудок парохода. — Я назову его Оникс! — Дельта, — тяжело вздохнул Ультра Магнус. — Что? По цвету подходит! — Он даже не черный, а темно-зеленый. ОЧЕНЬ темный зеленый, — Ультра никогда не бранился вслух, но все лицо и даже фигура недвусмысленно говорили, что пора бы братцу придержать лошадок, и Дельта отлично его понимал. — Окей, — он чуть сдал позиции, не готовый, однако, совсем отступиться от своей великолепной идеи. — Но согласись, ловко я завернул! И вообще, — проворчал он как бы себе под нос, но ничуть не тише прежнего, — наш Прайм сильнее его Прайма! Был. БЫЛ сильнее, — он постучал себя пальцем по груди, где за мощным «килем», у самой искры лежала Матрица Лидерства. — Истребитель ловок и остер на язык, но армией не командует, — скучным голосом констатировал Ультра и сунул большие пальцы за пояс брони. — Ладно, ладно, — взвился Дельта, — уел! Пускай будет Домициус, «ручной»… Домитус! Как тебе такое?       Еще свежа была в памяти громкая победа Новы и Гальватрона над Ониксом, Праймом зверей, его генералом Домициусом и союзником Нексусом, Праймом комбинации; место зверя — побежденного — было в самом низу общества, под пятой стандардформера, места же зверю крошечному и не в меру сообразительному, сродни прежним хедмастерам, не было порой вообще! Братьев Амбусов убили бы, может, еще протоформами — тайно, под видом несчастного случая: миниботы-звероформеры, да благородные, с зеленой искрой — где такое видано? Внимание братьев Магнусов, наверное, спасло им жизнь. Ультра Магнус тихо ухмыльнулся самыми уголками губ — большего не позволяли имидж и репутация. — Это имя не занято, — кивнул он, — и подобающе для звероформера, единственное дело которого — служить нашему благородному Дому.

***

— Авангард Прайма, — Минимус снова подался вперед, к брату. — Помнишь? Мы были слишком молоды, пропустили взлет «Ковчега», не видели Нову Прайма в лицо. Но Авангард остался, и Дельта — во главе его! Я не мог — понимаешь? — не мог позволить ему увидеть меня таким! Лисом. Малейшее ранение могло лишить меня доспеха, заставить раздеться в медблоке, компрометировать. Дельта ЗНАЛ, кто я на самом деле! «Ты мог оставаться в безопасности нашего дома», — сказал он мне как-то наедине. «Вместо этого ты подался на фронт?» «Совершенное мной не повернуть назад», сказал я. «Тобой, или твоим братом?» — «Я сам себе хозяин, сэр.» — И что Дельта? — «Нет», — сказал он, «нет, думаю, этого вспять не повернешь.» И, тише — он все пытался говорить себе под нос, у него никогда не получалось: «О, как ФЕЕРИЧЕСКИ жаль…» — Да, — Доминус нахмурился, вспоминая, — так он и говорил. — Я никогда, — Минимус зябко обнял себя за плечи, словно пытаясь спрятать грудную пластину, — не показался бы перед сослуживцами в моем врожденном альтмоде! Знаешь? Даже перед Родимусом, даже сейчас. — Потому что ты трус! — раздраженно рыкнул Доминус. — Трус?! — Минимус отчаянно всплеснул руками и вскочил, не в силах оставаться на месте, принялся мерить шагами полутемный офис. — Да, я сменил альтмод, но ты — ты просто сбежал, не попрощавшись ни со мной, ни даже с Ревайндом!       Доминус извернулся только верхней частью тела, следуя взглядом за беспокойно вышагивающим братом. Нет, в этом облике тоже было некоторое удобство, но только пока рядом не было ботов крупнее и опаснее… — Я вообще не удивлен, что ты угодил в ДЖД, — гневно бросил Минимус, — ты всегда шел по трупам! — И что? Думаешь, мне было легко? Я всего лишь стремился к лучшему! — «Что»?! Ты всегда решал за нас! Ты не спрашивал меня, хочу ли я бежать из Дома Магнусов! За два дня до церемонии единения ты раскопал эту чертову статью… — «О носителях и других курьезах», Фарма et al. — Ну хоть ЭТО ты помнишь! Прочел и целый день истязал меня какими-то медицинскими тестами — — Да! Потому что должен же кто-то стоять за аппаратурой! Мы достаточно схожи, чтобы из результата твоих обследований вывести, что мы оба… — Способны неделями ночевать в грязи и трухе? Питаться… — Минимус осекся, — ты всегда шел по трупам. Первая жизнь, которую ты отнял, та крыса, которую ты принес мне. Как ты узнал, что она не разумная, как мы? — Элементарно! Я не знал. К тому же, она не просила пощады. — А если бы просила?! — Это не важно. — Это важно для меня! — Минимус на секунду остановился, чтобы бросить на брата гневный взгляд, и снова принялся вышагивать по комнате. — Это, — медленно проговорил Доминус, пепеля его ответным взглядом, — тоже не важно. Наша способность «носителей», жизнь этой крысы, ее топливо были нашим билетом на свободу. — Твоим! Ты всегда решал за других, — как бы ни сдерживался Минимус, но и его терпение подходило к концу, и в голосе слышался плохо подавляемый рык. — Ради своей гордости ты выкинул нас на улицу, в самый рассадник криминала, ты потратил единственные деньги на доспех и заставлял меня… «Охотиться», так ты называешь это? — Это научный термин! — Закон называет это каннибализмом! — Это Я охотился, — опасно прошипел Доминус, — ты сидел в логове и жрал, что дают! — Вот именно! Ты пытался воспитывать меня, как щенка, до самой войны, и теперь пытаешься… А тогда исчез! Ты знал, что Ревайнд умеет хранить секреты, и все же ушел, не попрощавшись! Он чуть с ума не сошел, пока искал тебя!       Бесцельные круги наконец привели Минимуса обратно к офисному креслу, и он хлопнулся туда так, что едва не опрокинулся. Доминус поднял на него взгляд тяжелый и тягучий, как расплавленный металл: — Это Я чуть не сошел с ума, Минимус. Моя психика катилась под откос, искра начала отторгать мой доспех — не саму вещь, а всю ее форму, личину, которую публика звала «Доминус Амбус». Все ошибки и ожидания, связанные с ней, тащили меня на дно, мне жизненно необходима была новая страница в жизни. В любой день я мог проснуться парализованным! Что я должен был сказать Ревайнду, увидь он меня настоящего? «Прости, но все виденное тобой — каждый обрывок мыслей, каждый интимный момент — лицедейство, тщательно приготовленная заранее ложь»? — «Аскетический кибертронец», — выплюнул Минимус. — «Наслаждение лишь отвлекает от правды!» Бездна, да разве инфоконнект создан для того, чтобы ты обманывал партнера ради своего удовольствия! — Я написал это не потому, что достиг совершенной аскезы, а потому, что всей искрой стремился к ней! — Но не преуспел и вместо того спутался с ДЖД?! И не говори, что Праул ЗАСТАВИЛ тебя, Праул тебе не указ, он не мог вынудить тебя делать ЧТО-ЛИБО ВООБЩЕ — в первую очередь совершать убийства, жуткие настолько, что я мог бы перечислять обвинения тебе неделю кряду… Или взять одного из ДЖД себе в новые партнеры!       Доминус опустил глаза: не виден ли лежащий на столе диск? И, поднявши взгляд, столкнулся с укоризненным взглядом брата. Попытка отвлечь его, удачная вначале, дала полный круг; серьезного разговора было не избежать. — Фортресс Максимус — мой преемник на посту Хранителя Договора Тайреста, я его супервизор. Все, что проходит через него, в ближайший миллион лет сразу попадает мне на стол. Максимус допрашивал, — Минимус остановился, словно вспоминая, — Максимус, совместно с главным медиком Ферст Эйдом и при свидетельстве медика Цереброса, допрашивал и досматривал участника Дивизии Правосудия Десептиконов, с кодовым именем «Каон».       Доминус ожидающе смотрел на него: за скучными юридическими формулировками обычно следовало самое интересное, только вот в этот раз гром и молнии должны были разразиться над его, Доминуса, головой, и оправдываться он не хотел, но кто его спрашивал? — Скажи мне сам, или я не поверю, — конечно, Минимус верил, потому что голос его перешел на истеричный фальцет. — Ты ЧТО его ЧТО?! — Его камеру искры. Подписал, скальпелем, — кратко бросил Доминус. — Инстинкты взыграли, признаю, доволен? — Это не то, о чем я… уф, — Минимус неуютно поежился. — Да ты мог спалиться в тот же день! Он мог специально тебя развести! — Но не стал! Мы уже слишком… спутались, как ты говоришь, самыми разнообразными обещаниями. Это была МОЯ идея, Минимус, мой подарок и моя правда в одном элегантном решении. — О, Господи Праймас и Ведущая Рука… — И это прекрасно вязалось с моей ролью «Воса»! Да и пара миллионов лет в ДЖД не проходят бесследно. Я уже давно не тот, кого знали ты или даже Ревайнд. — Вижу! — Подарок и правда! Понимаешь? Он мой партнер перед богами и законом, я доверял и доверяю ему на сто процентов! Я знаю, что всё здесь на камеру, ты видел, что я могу с ним делать. Он не сдал меня, не пытался увидеть, что за имя я начертил, не показывал никому! — Кроме команды Луны-1, — кивнул Минимус, — в качестве пропуска к тебе, пару дней назад, и назвал неправильное имя. Шайн, «лоск» — обман. Это ТОЖЕ, — это слово он подчеркнул особенно, — лишь подтверждает мои слова: ты шел и идешь по трупам. Не думал, что когда-то услышу от себя такое, но… Ты даже в ДЖД нашел себе самого слабого и уязвимого, чтобы выгоднее смотреться на его фоне! — Надейся, что он не слышал этих слов. — Нет, серьезно! Фабричник? Звероформер? Ты не искал потенциального перебежца, — другой на месте Минимуса бы торжествовал, но в его оскале не было ничего, кроме чистого гнева. — Ты просто боялся больших парней! Отыгрываешься на слабых… Тезарус, Гелекс — они тебе не по зубам. Это ты — трус, ты СДРЕЙФОВАЛ! — Да что ты знаешь, мальчишка! — взревел Доминус. Внезапная догадка осенила его, всплыла из смазанных воспоминаний с Некроворлда и до сих пор — с какими такими большими парнями водился в его отсутствие младшенький! — и Доминус, не задумываясь, швырнул эту догадку прямо в лицо брату: — Ты просто завидуешь, что не можешь оставить себе СВОЕГО военного преступника! — Кто сказал, что он МОЙ… — задушенным фальцетом пискнул Минимус прежде, чем понял, что выдал себя с потрохами. Мегатрон — предатель и автобот, убийца собственных верных подчиненных! Бронированая махина не хуже покойного настоящего Ультра Магнуса, абстрактная зеленая искра рядом с разоблаченным Минимусом! Партнер — за это Амбус-старший не мог ручаться, — или ухажер… — Доминус! Богов ради, ты САМ военный преступник!       Что бы ни попытался съязвить в ответ Амбус-старший, его слова перекрыл крик: резкий, хлесткий и протяжный, никак не связанный с речью лисий вой. Минимус кричал, некрасиво оскалившись и топорща гладкие пластины автомобильной брони, и прекратил только, когда Доминус завыл в ответ, наклонившись над столом так, что чуть не соприкасался носами с планомерно доведенным до истерики братом. — Допрос окончен, — пытаясь перебить нарочно воющего Доминуса, выкрикнул Минимус. — Вы свободны!       Вой оборвался. Доминус аккуратно зацепил младшего брата когтем за воротник и притянул еще ближе, в насмешливое подобие объятий: — А ты, — прошептал он, — нет.