Часть 12
18 июля 2022 г., 12:29
Как Мисаки и ожидала, все были удивлены в какой-то степени. Это тешило ее самолюбие — это то, чего она хотела.
Как Мисаки и ожидала, одноклассники с гневом, отвращением и презрением смотрели на неё. Не только из-за вчерашнего случая, но и из-за того, что Мисаки больше не та.
Мисаки для всех запомнилась, как человек, готовый помочь всем, а не человек, который разбрасывается оскорблениями на право и на лево. Это пугало.
На удивление, Мия стойко прошел мимо нее, даже не взглянув, хотя было видно, что тот волнуется. С чего бы?
На удивление, урок прошел хорошо. Учитель спокойно объяснял тему ученикам, а они слушали его в неком напряжении, что было для него странно.
Мисаки лениво писала что-то в тетрадь, понимая, что может в любой момент заснуть. Надо было ей всё-таки послушать заботливых Джейкоба и Дилана и поспать немного. Но нет! Она же упертая, как баран. Зато сейчас ещё чуть-чуть и клюнет носом, даже несмотря на малоноющую лодыжку.
После звонка Мисаки выбежала в туалет, чтобы освежиться и прогнать свою сонливость, что довольно сильно ей мешает. Только не в школе. Только не там, где может появиться ее отец и тренер. Ведь наверняка ему сообщат о визите дочери после нескольких уроков.
Из крана мгновенно хлынула холодная вода, благодаря которой, налив в сложенные «тарелочкой» ладони, плеснула ее себе на лицо, повторяя это несколько раз. Смело посмотрев на свое отражение в зеркале, Мисаки старательно избегает взгляда на глаза, смотрит куда угодно, лишь бы не в дно океана. Лишь бы спастись от холода, от мрака. Лишь бы спастись от отца и себя.
— Трудно удерживать на поводке вторую «себя».
* * *
После процедуры в туалете Мисаки встретила в коридоре около своего класса Хаюми. Видимо, ее ждали преднамеренно. — Мисаки… — Като резко обратила на бывшую связующую внимание. — Чего тебе, а? — она была не намерена что-либо от капитана команды, устремляя безразличный взгляд на нее. Хаюми не могла понять — когда ее бывшая подруга смогла так измениться. Некогда светлая девочка превратилась в кусок льда и гнева. И ведь не было никаких предпосылок… кроме отсутствия на тренировках после проигрышей. Точно. — Это из-за Фудо-сана и Оосава-сана, так ведь? — Хаюми хотела получить отрицательный ответ, не могли же взрослые за ее спиной что-либо промышлять. Она — капитан команды, как никак. Мисаки поняла, что Като ничего не знает — значит тренер не удосужился даже вчера рассказать ей. Это подло — скрывать информацию от человека, который ведёт за собой команду, собирающуюся пройти на национальные. Последний шанс упущен, и виной стали разборки между взрослыми и Мисаки, а также и сама Мисаки, подставившая волейболисток. Никто этого не ожидал, особенно Хаюми. — Пока вы ходили красивыми и чистыми, с меня не сходили синяки и растяжения, — с ядом выплюнула Мисаки, не желая разъяснять ситуацию. Она посмотрела на Хаюми как можно более холодно и безразлично. И только сейчас понимает, что как подруга была далека от нее самой, когда Джейкоб и Дилан сами разузнали информацию и сами помогали чем могли. Пока Като не обращала на недельные пропажи и внимание — думала, мол, характер, обида из-за проигрыша и тому подобное. Она сама не хотела рыться в ее грязном белье, думая, что расскажет, если захочет. Конечно. — Ничтожная команда, — Мисаки отвела взгляд, прикрывая глаза, но успела уловить беспокойные зеленые глаза Джей… нет, ей показалось — всего лишь Мия. — Во всем виноваты вы. Отец был прав. Мисаки с усмешкой улыбнулась, мгновенно открывая глаза, понимая, что чуть не уснула перед всеми. Нельзя. — Мисаки, если бы ты мне сказала… — То, чтобы ты сделала? — она нервно рассмеялась. — Что? Скажи мне, чтобы ты сделала?! — Хаюми не могла ничего ответить и отвела наконец взгляд, смотря на опешившего Мию, не понимая, почему тот начал крутиться вокруг Мисаки. — Правильно — ничего. Разговор окончен. — Мисаки развернулась, но не успела и шаг сделать, как кое-что вспомнила. — И да, я в другую старшую школу перейду. Встретимся ещё либо на межшкольных, либо на национальных. Звонок на урок прозвенел лишь тогда, когда Мисаки уже была в раздевалке, переодеваясь на физкультуру. Пожалуй, самую неудачную на данный момент — Мисаки будет не в состоянии сдавать нормативы. Но надо превозмогать себя — так говорил отец. Но возможно ли это, когда перед глазами все расплывается, а ноги еле держат, руки дрожат? Мисаки решила это проверить, уже стоя в линейке перед учителем, точнее перед его пятном. Он дал команду бежать по кругу три минуты, о чем услышала Мисаки как сквозь толщу воды, и то — запоздало. Все одноклассники видели, как Мисаки было откровенно хреново — ее бледное лицо, мешки под глазами очень и очень сильно выделялись, приковывая хоть секундный взгляд. Но никто не смел что-либо сказать — никому не хочется получить от нее ещё большую порцию оскорблений или пощёчины. Но… Мия следил за ней по указанию Джейкоба, с которым уже успел в школе попереписываться по телефону JaDi, тщательно скрывая надпись на задней крышке. После пяти метров Мисаки почувствовала, как тело вмиг стало ватным, и ноги не выдерживают ее, а глаза окончательно закрываются. Ещё бы мгновение, и она упала бы на деревянный пол, но Мия успел ее поймать. Единственное, что успела услышать Мисаки перед тем как упасть в обморок, был беспокойный голос Мии. — Тебе же говорили.* * *
После полученного сообщения Джейкоб начал названивать Мие на телефон JaDi, на котором, к несчастью, не был выключен звук. Он заверещал на весь медпункт, грозясь разбудить Мисаки, ещё, конечно же, не пришедшую в себя. Прошло всего лишь минут пятнадцать от силы. Мия начал паниковать, нажимать на кнопки громкости, чтобы отключить мелодию, но вызов не сбросить. Чертыхнувшись, он быстрее выбежал в коридор, уже проведя по экрану и принимая входящий вызов от Джейкоба, волнующийся о возлюбленной, и аккуратно закрыл дверь, стараясь опять же не разбудить. Но… Мисаки сквозь сон услышала эту мелодию. Эту. Чёртову. Мелодию. So shine bright… Это точно были они — Джейкоб и Мисаки. …tonight… Чуть менее года назад. …you and I. Это исполнение, этот припев стоял на звонке у всех… у кого есть телефон JaDi. Сон, как рукой, сняло. Но глаза яростно были против пробуждения, отказываясь предоставлять четкую картину белого потолка. Запах медикаментов бил в нос — она в медпункте, соответственно. Протерев глаза, Мисаки, успев уловить силуэт Мии — какого-то черта именно Мии, — внимательно прислушивалась к разговору за дверью. — Ты ее чуть не разбудил, слизень! … Успел поймать, не волнуйся. … Накинуться может? Буду осторожно держать ее за ручки, чтобы со мной ничего не произошло, тут тоже не беспокойся. Мисаки хотелось рассмеяться в голос, но не стоит отвлекать от разговора Мию, ведь Джейкоб, наверняка, ему ещё не всё сказал. Все же тихий смешок вырвался с небольшой хрипотцой. Но почему именно Мия?.. Мисаки застыла. Уже не до смеха. Почему? У нее в голове ни одной нормальной и обоснованной причины, почему Мия имеет доступ к JaDi. Надо бы вставать, засыпать в школе очень плохо, но стоило Мисаки напрячь мышцы, как по телу волнами прошлась боль. Она издала тихий полустон от боли, но все же приняла сидячее положение, осматривая медпункт. Рядом нашлась школьная сумка. Очень удачно. — В смысле — следи, чтобы не колола его? Черт. Мисаки, перестав обращать внимание на боль, вскочила с места, подбегая к сумке. Руки тряслись, но в мгновение уже нащупывали во внутреннем кармане сумки желанный морфин, который ей любезно достал Джейкоб. Даже без рецепта от врача. Шприц с морфином оказался у нее, завораживая своим видом, но стоило Мие резко открыть дверь, как Мисаки сразу переключила на него свое внимание, сжимая в руках свое «спасение». — Не надо, — осторожно сказал парень, выставляя руки вперёд и потихоньку продвигаясь вглубь комнаты. — Думаешь, ты меня остановишь? — Мисаки едко улыбнулась, большим пальцем поддевая и убирая колпачок со шприца, уже предвкушая любимый эйфорический момент. — Двинешься, и я расковыряю себе кожу этой гребанной иголкой. В ее голосе сквозила лишь одна уверенность, из-за чего Мия и шагу больше не сможет сделать, лишь бы Мисаки чего не удумала ещё. «— Я ей иногда подгоняю морфин, вот и вчера подогнал. Так что следи, чтобы не колола его.» Мия провалился — проиграл. Неприятное чувство захватило его, пока Мисаки, расплывшись в самодовольной улыбке, ввела шприц внутримышечно и потихоньку вводила морфин. — Я не буду разбираться, как ты узнал о JaDi и познакомился с Джейкобом, — сказала она, когда выкинула использованный предмет в урну рядом со столом, — но, наверняка, ему что-то надо от тебя. Мисаки улыбнулась уголком рта, не понимая, что же Джейкобу надо от ее возлюбленного. Если только он… Она еле заметно повертела головой, сгоняя свои мысли. Он не мог, это невозможно узнать. — Это мне кое-что надо и нужно от него, — неожиданно, но с опозданием сказал Мия, когда Мисаки, подхватив свои вещи, уже хотела шагнуть за порог медпункта. Любопытство заиграла в ней. Что же надо подростку от состоявшегося парня? Разве что денег или помощи в чем-то. — Деньги исключены, — начала она, не поворачиваясь к Мие, — он не даёт взаймы с тем, кого недостаточно знает. В чем же тебе помощь понадобилась? Мия думал, что ей ответить. Соврать? Сказать правду? Непонятно, как она отреагирует на нее. — Ты мне нужна, — смело ответил он, после недолгих раздумий, резко разворачиваясь. Мисаки удивилась, снимая с себя маску величия. Она? Нужна? Серьезно? Мисаки рассмеялась. Это же немыслимо. — Спустя такое количество времени? — теперь уже она повернулась, смотря на серьезного Мию, в глазах которого начало проявляться осознание. — Прекрасная ложь. Жаль, что я не смогла поверить в неё. Пошел-ка ты нахуй, Мия. Мия застыл. Мисаки и такое сказать? В связи с последними событиями это вполне возможно. Но это уже не та Мисаки, которую он помнит — не светлая, не добрая. И, пожалуй, было прискорбно. Он не думал, что человек может так измениться за столь короткий срок. А менялась ли она?
