Свобода жизни

      Проснулась — как будто из-под воды вынырнула. Всё было размыто, в ушах гул, в горле сухо, а тело… тело как будто чужое. Тяжёлое, натянутое, как после аварии.       Ну да. После аварии.       — Мисс Майерс?       Женский голос. Кто-то наклонился надо мной. Медсестра.       — Вы в порядке? Вам больно?       Я медленно моргнула. Свет резал глаза. Всё вокруг белое и шумное.       — Вы помните, что случилось?       Что-то мелькнуло. Шоссе. Фары. И холодный асфальт.       — Кажется… машина…       — Вы попали в крупную аварию, — сказала она, не слишком подробно. — Фура въехала в легковушку, и вы оказались на обочине, недалеко. Вас доставили вместе с другими пострадавшими.       Я сглотнула. Внутри всё ныло.       — Повреждений немного. Сотрясение, пара ушибов и трещина в ребре. Но в целом — вам повезло.       Да уж. Сплошное везение.       — Один из пострадавших хотел бы поговорить с вами, — добавила она уже у двери. — Сказал, что чувствует ответственность.       Ответственность. Мило.

***

      Он вошёл тихо. Почти на цыпочках. Я узнала его сразу. Хотя не должна была. Он выглядел не так, как в последний раз. Гораздо уставшим.       Он остановился на пороге, будто не был уверен.       — Дженнифер Майерс?       Я посмотрела на него. Немного перекосило от боли в боку, но я сдержалась.       — Не спрашивай.       Он опустил взгляд, кивнул.       — Хорошо.       — Как ты себя чувствуешь?       Я обвела комнату глазами. Бинты, капельница, белые стены, которых терпеть не могу.       — Больно. Но порядок.       Он кивнул. Сел на край кровати. В глазах — осторожность.       — Мы были на охоте. Все вышло из под контроля. Пришлось бежать. Я не успел среагировать.       Я молча смотрела на него.       — Главное, — добавил он, — что ты жива.       — Ну, тут мнения разнятся.       Он чуть усмехнулся, но потом быстро посерьёзнел.       — Мы с отцом и Дином. Тут, в больнице.       — Вы нашли отца?       — Что-то вроде. Дин… в коме.       Я отвела взгляд. Как будто сжалось что-то внутри.       — У меня был рюкзак. Сумка.       — Да, я её поищу.       Он встал, но замер, прежде чем выйти.       — Я правда рад, что ты… ну, в сознании.       Я выдохнула.       — Я тоже. Наверное.       Сумку он принёс минут через пятнадцать. Я поблагодарила.       Когда он ушёл, я достала старую футболку, натянула джинсы — через боль, но лучше, чем в больничной сорочке.       Хотела посидеть. Остаться. Но воздух был слишком густым, а мысли — слишком громкими.       Я вышла в коридор. Просто пройтись. Просто вдохнуть.       Дверь в палату была приоткрыта. Не специально — просто больничные двери редко закрываются до конца.       Я шла медленно, прислушиваясь скорее к себе, чем к звукам. Но потом — услышала.       — Мы не можем ей доверять, — грубый, резкий голос. Я замерла.       — Она просто попала в аварию! — Сэм. Его голос я узнала сразу. В нём была злость, напряжение, обида.       — Охотница одна, рядом с нами, в тот самый момент, когда мы почти выследили демона. Ты правда веришь, что это совпадение?       — Она пострадала! — выплюнул Сэм. — Ты ведёшь себя, как будто она демон!       — Я веду себя как охотник.       — Нет. Ты ведёшь себя как одержимый. Как человек, который видит подозрение в каждом встречном.       Пауза. Затем тихо, почти глухо, Джон добавил:       — Желтоглазый не останавливается. Он ищет кого-то.       Мир внутри меня словно задрожал. Жёлтые глаза. Его голос. Пальцы, холодные, обжигающие. "Кто ты? Откуда ты?"       Я сделала шаг назад, машинально. И тут — удар. Мягкий, но ощутимый. Я наткнулась на кого-то.       — Осторожно.       Сэм. Он вышел из палаты — и врезался прямо в меня.       — Прости, — выдохнула я. — Я… не хотела. Просто… случайно услышала.       Он смотрел на меня с удивлением, но не злился.       — Тебе вообще можно вставать? — обеспокоенно.       Я покачнулась. Не потому что слабость — просто мир закрутился от слишком резких воспоминаний.       — Просто… воспоминание. Неприятное.       Пауза. Мы стояли почти вплотную, и я сама не поняла зачем спросила:       — Сэм…Вы говорили о Жёлтоглазом?       Он словно оцепенел. Медленно кивнул.       — Почему ты спрашиваешь?       Я сглотнула.       — Я… пересекалась с ним. Один раз. Не знаю, зачем я ему. Он… что-то искал. Что-то спрашивал. Я вырвалась. Еле.       Парень нахмурился, взгляд стал острым.       — Подожди… а тебе сколько лет?       — Двадцать.       Сэм кивнул, будто сделал для себя какой-то вывод.       — Понятно… А что ему нужно было? Ты… не знаешь?       — Нет. Я до сих пор не знаю.       Он кивнул, будто сделал для себя какой-то вывод.       Подожди… зачем ему это? — мысль кольнула, не давая покоя.       — А зачем ты спросил про возраст?       Сэм отвёл взгляд, чуть дёрнул плечом, будто отмахнулся:       — Да так… неважно. Пойдём, — сказал тихо.       Он медленно выдохнул.       — Ты не знаешь, зачем?       — Нет. Я до сих пор не знаю.       Пауза. Он отвёл взгляд.       — Пойдём, — сказал тихо.       Я шагнула было за ним, но остановилась.       — Сэм… твой отец давно его ищет?       Он обернулся.       — С того дня, как он убил нашу маму. Мне тогда было шесть месяцев. Он охотится на него больше двадцати лет.       Мир чуть покачнулся.       — Тогда… может быть, это один и тот же.       Он не ответил. Только посмотрел. Долго. Я ждала, что он скажет. "Я верю тебе."       Но он просто кивнул.       И пошёл вперёд.       А я осталась немного позади. Как всегда.       Коридор вновь наполнился тишиной. Сэм шёл впереди, я — позади, будто тень.       И только в голове стучало: Жёлтоглазый ищет кого-то. А я — рядом с теми, кто тоже ищет его.       У палаты он замедлил шаг. Я осталась чуть позади, давая ему пространство. Он оглянулся, будто проверяя — и всё ли в порядке со мной, и одновременно — можно ли продолжать. Я кивнула. Он вошёл первым.       Я задержалась на секунду, вдохнула больничный воздух — и шагнула внутрь.       Дин лежал без движения. Белая простыня, капельница, ровный ритм мониторов — всё казалось слишком аккуратным, почти ненастоящим.Лицо бледное, спокойное. Как будто просто спит.       Я опустила взгляд. Видеть его таким было… неестественно. Будто это не он.       Сэм сел рядом, положил руки на колени. Плечи напряжены, как струна. Он долго молчал.       — Мы охотились на него, — вдруг тихо сказал парень. — На Жёлтоглазого. Думали, почти взяли… Почти…       Он посмотрел на меня, как будто только сейчас вспомнил, что я здесь.       — Мы гнались за ним. И в этот раз он… сбежал. А потом — авария. — Пауза. — И ты оказалась рядом. Я не знаю, как, Ань. Почему именно ты.       — Я тоже, — прошептала я. — Я… просто бежала с очередной охоты. Ненавижу попутки поэтому шла пешком . И тут вдруг — свет , удар и темнота.       Сэм смотрел на меня с такой тишиной в глазах, будто вслушивался не в слова — в меня.       — Это может быть совпадение, — сказал он. — А может, и нет. Но я знаю одно — ты не похожа на ту, кто работает с демоном.       Я чуть усмехнулась — устало, почти болезненно.       — Спасибо, конечно, — пробормотала. — Хотя звучит, как комплимент на охотничьем жаргоне.       Он слегка улыбнулся. Но потом снова серьёзность. Тень.       — Мы не знаем, как всё связано. Но это не значит, что ты виновата. Что-то происходит — и ты в этом не одна.       Я молча посмотрела на него. Первый раз за долгое время мне действительно не хотелось спорить.       Я посмотрела на него, и в этот момент в кармане завибрировал телефон. Сердце чуть ёкнуло. Только один человек мог звонить мне сейчас.       Я достала старенький мобильник. На экране — "Эйса".       — Извини, — прошептала я и вышла из палаты, плотно прикрыв за собой дверь.       Коридор вновь встретил меня тишиной. Больничный свет был холодным, почти лунным. Я нажала на кнопку "принять", поднесла телефон к уху.       — О, она жива! Значит, конец света не сегодня.       — Не сегодня, — вздохнула я. — Только пара синяков, ничего критичного.       — Ты их коллекционируешь, что ли? — проворчал он. — Я тебе сколько раз говорил — проверяться, держаться на связи, не соваться одной куда не надо.       — Эй, я не совалась. Просто… ну, вышло так.       — Как обычно.       Я улыбнулась. Легко. Только с ним так получалось.       — Я, кстати… кажется, вышла на след. Того самого.       Молчание на пару секунд.       Потом — резкий, почти обиженный голос:       — Ты серьёзно? Ты вышла на демона. И даже мне не сказала?       — Я пока не уверена. Это просто зацепка. Ниточка. Я сначала хотела проверить. Как только будет что-то конкретное — ты узнаешь первым, обещаю.       — Вот что значит «доверие». Вот она — благодарность за все те разы, когда я вытаскивал тебя из жоп мира.       Я невольно усмехнулась.       — Не бухти . Я тебе только что все рассказала.       — Ага. По факту, когда я сам позвонил.       — Спасибо, что позвонил, Эйса. Правда.       — Да кто бы тебе ещё звонил. Береги себя, Ань. Если что — звони. Я не так далеко, как тебе иногда кажется.       — Угу — и ты береги себя, Эйс.       Я нажала на отбой, но ещё несколько секунд не убирала телефон от уха.

***

      В больничном коридоре стояла тишина, только где-то далеко слышались голоса и шаги. Я шла медленно, стараясь размять затёкшие ноги и сбросить напряжение.       — О, она жива! Значит, конец света не сегодня, — до сих пор звенело в ушах.       Эйс... хоть кто-то верит, что я всё ещё могу выкарабкаться.       Я как раз проходила мимо палаты Джона, когда оттуда донёсся громкий, резкий голос:       Я уже сделала пару шагов по коридору, как впереди раздался резкий, громкий голос:       — Что ты сказал?!       Дверь резко распахнулась, и Сэм выскочил почти на бегу. Я не успела среагировать — он врезался в меня плечом, сбив с ног. Чуть не упала, но он успел подхватить.       — О, чёрт. Прости. Ты в порядке?       Я кивнула, хватая воздух.       — Всё нормально. Что случилось?       — Дин... он подал знак, — быстро выдохнул Винчестер. — Я знаю, как это звучит, но... он здесь. Он пытается связаться с нами.       Сэм отпустил меня, шагнул назад.       — Я за спиритической доской.       И исчез за углом.       Дин… здесь.       Я осталась стоять на месте, растерянная. В палате позади воцарилась короткая пауза, потом низкий голос Джона:       — Заходи, раз уж здесь.       Я осторожно шагнула внутрь. Джон полулежал на кровати, руки сцеплены на груди, лицо напряжённое. Он посмотрел на меня тяжёлым взглядом — без приветствия, без лишних слов.       — Демон охотится за тобой, — не спрашивает, утверждает.       — Да, — кивнула.       — Что ему нужно? — голос был твёрдым, без эмоций.       — Хотела бы я знать, — сказала спокойно, но внутри всё сжалось.       Он молчал. Смотрел. Я не отвела взгляда. Но внутри всё сжималось — оттого, как он смотрел. Словно вглядывался, выискивал трещину. Будто хотел понять: что во мне не так?       Я выдержала. Не опустила взгляда. Не позволила страху вырваться наружу. Хотя он был. Очень даже.       — Это не случайно, — тихо сказал он, скорее себе, чем мне. — Ты оказалась рядом не просто так.       Я замерла, чувствуя, как по спине пробежал холодок.       — Вы… думаете, это он нас свёл? — слова сорвались сами собой. — Но зачем демону, чтобы мы встретились?       Он не ответил. Только сжал челюсти, будто для себя сделал какой-то вывод, и отвернулся к окну.       — Смотри в оба, девчонка, — бросил глухо. — Этот демон так просто не отпускает.       Слова повисли в воздухе, как окончание разговора. Джон больше не смотрел на меня, и стало ясно — для него я в палате будто перестала существовать.       Я задержалась на секунду и тихо вышла.       Коридор встретил тишиной и приглушённым светом. Вечер уже опускался на больницу. Я шла медленно, чувствуя, как усталость наваливается с каждой секундой.       Прошёл год.       Год в этом мире — и я так и не узнала, зачем здесь оказалась. Кто меня отправил. Почему. Не то чтобы я всё это время искала. Слишком часто просто выживала. Помогала другим. Охотилась. Пряталась. И всё чаще — старалась не думать.       В палате было полутемно, только у окна слабый свет от фонаря за стеклом. Я прислонилась к косяку, будто не могла заставить себя войти. Всё тело болело после аварии… хотя, скорее всего, просто от самой моей жизни.       Я села на койку. Села — и тут же улеглась, будто тело не могло больше держать напряжение. Амулет под рубашкой кольнул кожу — якорь. Миг — и веки закрылись.       Я не спала. Просто задремала.Точнее, ушла вглубь, где ни прошлого, ни будущего — только тяжесть на груди и дрожь в животе.       Не знаю, сколько прошло времени.       Разбудил меня стук в дверь. А потом в палату заглянул Сэм.       — Ой, прости.       — Ничего, я не сплю, — быстро протараторила я, глядя на виноватого парня.       — Я доску принес , — показал он ее в руке. — Пойдешь?       — Да-да.       Я вскочила, слегка крякнув от боли, и двинулась за Сэмом.       Мы вернулись в палату Дина. Охотник сразу опустился на пол у кровати, раскладывая спиритическую доску, словно делал это десятки раз. Я осталась у двери, не решаясь приблизиться. В полумраке всё казалось нереальным: неподвижный Дин на койке, холодная лампа над изголовьем, доска на полу… и Винчестер, сосредоточенный до предела.       — Ну что… попробуем, — тихо сказал он, делая глубокий вдох и кладя пальцы на указатель.       В палате повисла тишина, только приглушённый гул больницы где-то далеко.       — Дин… — голос Сэма прозвучал глухо и осторожно. — Дин, ты здесь? Ты слышишь нас?       Пауза.       Я уже хотела выдохнуть, что, наверное, это глупо… как вдруг указатель едва заметно дрогнул.       Сэм затаил дыхание, и я тоже.       Медленно, будто нехотя, стрелка поползла к «ДА».       — Господи… — выдохнул Сэм, чуть улыбнувшись. — Наконец-то объявился, без тебя такая скука, Дин.       Я почувствовала холодок в животе и сделала пару шагов вперёд, не сводя глаз с доски.       — Так… — охотник сглотнул и посмотрел на доску. — Что ты хочешь сказать?       Стрелка заплясала по буквам, складываясь в слово: О-Х-О-Т-А.       — Охота?.. — Сэм нахмурился. — Какая охота? Дин, ты в больнице. Какая еще охота? Ты хоть знаешь, что с тобой?       Стрелка снова дёрнулась. Я невольно сделала шаг ещё ближе, сердце колотилось в груди. Голова пошла кругом — и я осторожно присела рядом, опираясь на плечо Сэма.       Стрелка медленно вывела слово: С-М-Е-Р-Т-Ь.       — Смерть… — выдохнул охотник, его голос сорвался на шёпот. — Она пришла за тобой?..       Мурашки побежали по моей спине. Я вжалась в его плечо, стараясь не выдать, как тяжело дышать.       — Естественную смерть нельзя остановить… Боже… — Сэм опустил глаза, и на секунду его плечи безвольно осели, будто под тяжестью безысходности.       — Нет… нет, нет, — резко покачал головой, пальцы крепче вцепились в доску. — Выход должен быть. Отец обязательно что-нибудь придумает.       Он уже собирался убрать руки, как стрелка вдруг дёрнулась и заметалась по буквам.       — Что?.. — парень вскинул голову, голос стал резче. — Дин, что ты хочешь сказать?       Стрелка остановилась на букве Д.       Потом Е.       Потом М…       Сэм побледнел.       — Демон?..       Я почувствовала, как внутри всё сжалось до болезненного комка.       Стрелка скользнула дальше: О-Х-О-Т-А.       — Охота… — Винчестер сглотнул. — Демон охотится… На кого?       Я выдохнула едва слышно, почти не веря, что сказала это вслух:       — На меня.