Госпожа Пак

************** Час пик. Улицы, наполненные бесконечным потоком проезжающих машин, вовсю раскалялись полуденным солнцем. Местные жители старались не выходить без острой нужды хотя бы до вечера, боясь получить солнечный удар. Сеул летом казался похожим на адскую сковороду. Благо, на двадцатый этаж «Park Motors» не проникали ни раздражающие шумы автомобилей, ни обжигающие солнечные лучи. В кабинете директора корпорации стояла абсолютная тишина. Сегодняшний день оказался чуть ли не первым за последний месяц, когда в расписании не было всевозможных совещаний, деловых встреч и подобных корпоративных мероприятий. С умиротворённо закрытыми глазами, откинувшись на спинку кожаного кресла, расслабленно сидел за своим столом Пак Чимин. Временное затишье позволяло подумать о делах насущных. О подписании новых многомиллионных контрактов, о завтрашнем онлайн-совещании с американским филиалом, о субботнем обеде с влиятельными друзьями отца, о том, что уже две недели обещает матери заехать хотя бы на минутку в гости, и даже немного о том, как нерадивая жена не ночует дома. Задумываясь о последнем, пепельноволосый мужчина вяло потёр пальцами переносицу. Он привык спать на диване в гостиной последний месяц, но иногда, повинуясь какому-то непреодолимому желанию, мужчина приоткрывал дверь общей спальни и проникал внутрь. В конце рабочего дня, когда в голове уже не оставалось никаких мыслей, пепельноволосый стоял над кроватью и засунув руки в карманы брюк, нечитаемым взглядом смотрел на спящую жену. По необходимости, укрывал её одеялом, а после, покидал пределы комнаты и шёл расстилать одинокий диван. Вчерашняя ночь была не исключением. Вернувшись домой как обычно далеко за полночь, Чимин бесшумно подошёл к дверям собственной спальни. После работы мозг уже плохо соображал и Паку хотелось увидеть что-то умиротворенное, что-то красивое и успокаивающее. Прошмыгнув внутрь, мужчина подошёл к кровати. Единственным источником света оставалась луна, что активно пробивалась через стёкла балкона. Замерев у просторной постели, Чимин невольно нахмурил брови. Руки привычно скользнули в карманы, а губы поджались в тонкую линию. Кровать оказалась заправлена и пуста. Ни намёка на то, что девушка могла находиться в квартире. Пак прикрыл уставшие веки, потирая переносицу. Мысль о том, где и с кем сейчас могла бы быть его благоверная пришла сразу же. Тяжело вздохнув, Чимин откинул голову назад, впивая глаза в потолок. Он смотрел вверх какое-то время, но на душе не было ничего….ни злости, ни гнева, ни желания крушить всё вокруг. Единственное, что ранило его сердце это печаль и тоска, а ещё усталость. Мужчина слегка дёрнул уголком губ, вновь прикрывая глаза. — Ты сволочь, Пак Чимин, — прошептал пепельный, — грёбанный эгоист. Самоуверенный кретин. Мужчина упал спиной на кровать, раскидывая руки и ноги в стороны, словно морская звезда. Его взгляд вновь впился в ночной потолок, но стеклянные глаза смотрели будто сквозь. — Как ты так можешь, м? — его голос был ровным, и будто требовал ответов. Но вместо них сыпались лишь новые вопросы, — из-за тебя столько людей страдает. Чёртов эгоист. Перестань уже думать только о себе и дай им свободу. Тяжёлый выдох разнёсся по комнате. — Бесстыже стоять между двумя возлюбленными это тебе большой минус в карму, Пак, — коротко хохотнул мужчина, поворачивая голову к прикроватному столику. Не менее минуты он разглядывал его содержимое, а затем лениво приподнялся и схватил одну вещь, тут же возвращаясь в положение лёжа. Рамка с фотографией… Их свадебный день. Микаэль в шикарном белоснежном платье и он, с неподдельной улыбкой. На лицах некая нервозность, но в глазах плясали огоньки. Чимин аккуратно провёл пальцем по девичьему силуэту, прикусывая губу. Шикарная… Ей безумно шло платье невесты. Её глаза искрились, но она не до конца понимала, что происходит. Откинув рамку на кровать, Пак нахмурил брови. — Надо было тогда всё закончить… — мужчина резко оттолкнулся с постели, принимая сидячее положение, и упираясь локтями о колени, — сейчас бы не было этого пиздеца. Оставь уже их в покое. Чимин рывком поднялся и засеменил на кухню. Зайдя в тёмное помещение, пепельный потянулся к одному из шкафчиков. Несколько полок было заставлено дорогущим алкоголем, и это именно то, чего сейчас так требовала его душа. Схватив излюбленный виски, мужчина прошёл к столу, и не церемонясь, налил себе полный стакан. С небольшими передышками Пак влил в себя всё его содержимое, заметно морщась. Громко стукнув тарой по столу, пепельный вытащил гаджет из заднего кармана брюк. Яркий дисплей телефона в ночи на мгновение ослепил мужчину. Одной рукой заходя во вкладку «Сообщения», второй Чимин налил себе ещё один стакан янтарного алкоголя. Приложив виски к губам, Пак выбрал получателя и открыл сенсорную клавиатуру. *Отец, я уже некоторое время думал об этом. Надеялся, что будет лучше…но лучше не стало. Хочу чтобы ты знал. Мы с Микаэль очень ценим и уважаем Вас, именно поэтому просто согласились на всё это. Ведь по сути, мы с ней знакомы с рождения, и нам ничего не стоило бы прожить всю жизнь вместе, зная, что так мы исполним долг перед нашими родителями. Так оно и задумывалось…. Но, я так не могу, отец. Больше не могу и не хочу… Дай разрешение на наш развод! Ведь мы трое очень несчастны. Каждый из нас хочет того, чего не имеет. Мне нужна девушка, что будет любить меня всей душой. Или….хотя бы не станет предпочитать мне другого. И это не Микаэль. Я не могу и не хочу больше её удерживать. Она должна быть счастлива. Она заслуживает этого, как никто другой. Если её счастье в Чонгуке, то пускай они будут счастливы вместе. Я знаю, он не даст её в обиду. Он также безумно влюблён в неё, как и она в него. Даже если мне суждено прожить всю жизнь в одиночестве, я хотя бы буду знать, что двое моих близких людей счастливы.* Чимин залпом осушил второй стакан. Зарычав словно раненный зверь, мужчина нервно растрепал свою отлично уложенную шевелюру, вытворяя на голове творческий беспорядок. — Ну давай же, слабак, просто отправь сообщение, и наконец покончи с этим, — скривившись, Пак прорычал сквозь стиснутые зубы. Большой палец упрямо завис над яркой кнопкой «Отправить». Чёртова трусливость тормозила мужчину, и он не понимал, сколько ещё ему необходимо выпить дабы поставить жирную точку в этой истории. Гаджет в руке неприятно затрещал, когда пальцы слишком сильно сжали телефон. — Да пошло оно всё к чёрту, — рьяно выкрикнул мужчина, стирая написанное сообщение, в отместку печатая новое. *Отец, есть серьёзный разговор. Дело касается меня и Микаэль. Позвони мне, как прочитаешь* Большой палец уверенно нажал на нужную кнопку, и как только пепельный убедился, что сообщение отправлено, телефон полетел на дальний край стола. — Ну что за жизнь?! — бросил мужчина, устало ложась щекой на прохладную поверхность стола. ************ — Кхм, господин Пак, может кофе? Приятный голос выдернул Чимина из вчерашних воспоминаний, и заставил открыть глаза. Хани стояла прямо перед директорским столом и внимательно глядела на босса, приподняв уголок губ. Выглядела она, как всегда безупречно. Причёска, макияж, приятная улыбка. — Может, — отстранённо кинул Пак, расплывчато глядя на девичье лицо. Хани идеальна, если бы идеальные люди существовали. Не спорит, не ругается, а в глазах всегда плохо скрытое обожание. Если бы Чимин верил в любовь, он мог бы сказать, что Хани, как минимум, влюблена в него. Его деньги? Нет, они ей не нужны. Секретарша не мало зарабатывает в его огромной корпорации. А ещё, она умна. Знает, где нужно промолчать. В отличии от его супруги, которой палец в рот не клади — откусит по локоть. Всматриваясь в лицо сотрудницы, Чимин размышлял насколько сильно могла бы измениться его жизнь — без ругани, конфликтов, безразличия, и, в конце концов, измен. Хани могла бы однажды родить ему наследников, в которых он и души не чаял бы. И напоследок, она никак не была бы связана с его братом…. — Хани, — тихий голос директора заставил остановиться девушку, которая собиралась покинуть кабинет чтобы сделать кофе. Блондинка слегка удивлённо взглянула на мужчину, приподнимая изящную бровь. Она прекрасно видела, что состояние господина Пака в последнее время оставляло желать лучшего, но никак не смела вмешиваться в его личные дела. Особенно, после неудачной встречи с его женой. И девушка была уверена, что именно последняя являлась причиной его подавленного настроения. — Хани, — вновь повторил мужчина, будто подготавливаясь к тому, что скажет, — кхм, что ты делаешь сегодня вечером? Ни одна мышца не дернулась на лице блондинки, и с виду могло бы показаться, что она полностью равнодушна. Но на самом деле, внутри у неё всё зашевелилось. Красавица понятия не имела, о чём собирался говорить дальше её начальник, пусть даже попросит всю ночь работать не покладая рук, но сердечко невольно затрепетало. В голове мимолетно пронеслось напоминание о том, что один из небезызвестных банкиров Сеула пригласил её на свидание, и именно сегодня они собирались встретиться. — Ничего особенного, — уверенно ответила девушка, слегка пожав плечом. — Тогда, — Чимин облизал пересохшие губы, заглядывая в чужие глаза, словно пытаясь отыскать в них поддержку, — поужинаешь со мной? Сердце блондинки пропустило несколько жизненно важных ударов, отчего нервно запульсировало где-то в горле. Девушка проглотила неожиданный комок. Одна сторона — сторона любопытной лисы — так и вопила спросить про жену. Не будет ли против «многоуважаемая» госпожа Пак? Или они ей не скажут? И не придётся ли после этого ужина покупать парик, ведь ещё одной стычки с истеричкой её волосы не выдержат. Но, в конечном итоге победила другая сторона — та, которая готова была без единой мысли отдаться этому мужчине. Мужчине, чьё лицо она представляла каждый раз, когда спала с другими. — С удовольствием, господин, — сдержанно кивнув, Хани опустила глаза. Наблюдая за девичьими попытками скрыть восторженность, Чимин слабо улыбнулся. — Я заеду за тобой, — объявил мужчина, выпрямляясь в кресле и притягивая к себе первую попавшуюся папку с документами, — можешь идти. Внезапно посерьёзневший Пак дал понять, что разговор закончен и обсуждать больше нечего. Они встретятся вечером, директор сам за ней заедет, и он лично её пригласил. О чём ещё может мечтать влюблённая девушка?! Глуповатая улыбка расцвела на девичьем лице, благо мужчина всё равно на неё не смотрел. Развернувшись на каблучках, Хани довольно зашагала на выход. Только потянувшись к металлической ручке, блондинка испуганно отскочила, когда входная дверь в кабинет директора резко распахнулась. Внутрь, словно к себе домой, ввалился развесёлый Чонгук. Напевая под нос какую-то новомодную песенку, парень в белой рубашке озарил кабинет своей лучезарной голливудской улыбкой. В одной руке он держал свёрнутые в трубочку документы, а вторую засунул в передний карман джинс. Когда ему на глаза попалась секретарша, улыбка Пака-младшего стала ещё шире. — О, Хани, дорогая, ты тут как тут, — нарочито громко воскликнул брюнет, склоняя голову набок, — всегда готова прислужить своему боссу. Какой ценный сотрудник. Счастье от предстоящего ужина на лице девушки испарилось сразу же. Скрестив руки на груди, блондинка с непроницаемой маской поглядела на младшего брата своего начальника. Не будь здесь Чимина, секретарша высказала бы всё, что думает про этого несносного мальчишку. И, кажется, Чонгук без слов обо всём догадался. Он усмехнулся, подходя ближе и наклоняясь к девичьему лицу. — Хочешь мне что-то сказать? Может желаешь послать меня куда подальше? — парень игриво вздернул бровь. Хани сжала губы в тонкую линию, прищуривая выразительные глаза. Эти двое откровенно недолюбливали друг друга. Ещё со времен, когда девушка работала на его отца, Чонгук относился к ней весьма пренебрежительно. Секретарша, в свою очередь, тоже не слишком жаловала молодого господина, но высказываться по этому поводу просто не могла. — Нет? Ничего? — разочарованно спросил Чонгук, ловя мимолетный девичий взгляд, устремленный в сторону Чимина, — ладно, тогда просто принеси мне кофе. Скучающе отталкиваясь с места, младшенький небрежно махнул рукой, проходя вглубь кабинета. Взгляд Хани ещё раз вернулся к Чимину, но мужчина будто ничего не слышал и не видел, полностью погрузившись в рабочие дела. Проглотив свою гордость, девушка поспешно покинула кабинет. Когда входная дверь закрылась, Чонгук плюхнулся на кресло напротив директорского. Кинув на стол свёрнутые документы, парень лениво потянулся. На его лицо вновь вернулась озорная улыбка. — Не понимаю, хён, зачем ты её держишь? Ладно отцу было жаль выкидывать дворняжку на улицу, но ты-то чего? — почесав гладковыбритый подбородок, всерьёз задумался брюнет, — неужели она так хорошо отсасывает, что ты готов терпеть её присутствие?! Чимин на это не ответил. Более того, он даже голову не поднял, полностью вовлекаясь в работу. Младшенькому это показалось несправедливым, и он раздражительно завыл своё излюбленное « Хё-ё-ё-ён». Тяжело вздохнув, Чимин откинулся на спинку кресла, устало глядя на брата, зная, что тот всё равно не отстанет. — Достаточно хорошо, — на выдохе ответил пепельноволосый, потирая переносицу. Чонгук прыснул со смеху, по-детски стуча себя по коленке. Рядом с ним Чимин и вправду чувствовал себя старшим, иногда даже слишком. В пепельном не хватало какой-то юношеской непосредственности, некой беззаботности. Зато этого сполна было в Чонгуке…и отчасти в Микаэль. *Видимо врут те, кто утверждает, что противоположности притягиваются. Подобное находит подобное…* Чимин закусил губу, глядя на довольного брата. Ему бы вернуть себя десятилетней давности. Того студента, любящего отрываться с Тэхеном на вечеринкам и стрелять у девчонок номера телефонов. Ха, это было так просто. Представительницы женского пола буквально таяли от чиминовых манер, смазливого личика, добрых шуточек и бешеной харизмы. Тогда всё было по-другому… Тогда не было груза ответственности в виде многомиллиардной компании семьи. Не было плотно расписанного графика дня. Не было жены, которая ни во что не ставит. И самое главное, не было этой чертовой пустоты…удушающего чувства одиночества. — Хён, эй, хён? Ты тут? Земля вызывает хёна, — приложив руку ко рту, словно рацию, забурчал Чонгук. — Не комкай, документы. Это тебе не туалетная бумага, — выйдя из своих мыслей, бесцветно бросил Чимин. Глядя как старший равняет немного помятые листы, Чонгук виновато поднял руки. Подсев ближе к столу, брюнет упёрся локтями о деревянную поверхность, заглядывая брату в лицо. — Хей, Чимин-и-хён, всё в порядке? Ты какой-то слишком хмурый. Ну, в смысле, даже больше чем обычно. Голос Чонгука звучал поистине взволнованно. Братья всегда были довольно близки. Всегда делились последним. Всегда доверяли друг другу свои тайны. По иронии судьбы, они даже подругу детства делили на двоих. Чимину было стыдно скрывать от брата свои внутренние переживания. Ему хотелось выплеснуть эмоции, нажаловаться на родителей, пристыдить жену за то, что бегает к другому, наорать на самого Чонгука за то, что он и есть тот другой. Раньше он бы так и сделал. Раньше всё было по-другому…они были другими. — Я в порядке. Просто устал, — единственное, что выдал Чимин, поднимая глаза на младшего. — Я, конечно, всё понимаю, работа, обязанности, ответственность и так далее… — Чонгук поджал губы, неожиданно для обоих мужчин беря за руки брата, — но твоё здоровье и эмоциональное состояние для меня важнее всего. Если есть что-то, что тебя гложет, пожалуйста, поделись со мной. Чонгук смотрел в глаза брата так искренне, что у Чимина засосало под ложечкой. Захотелось рассказать про сообщение отцу, про его намерение наконец-то осчастливить брата, про скорый развод и возможность для Чонгука полноценно быть со своей возлюбленной. — Это из-за М… — повисший вопрос Чонгука оборвал его громко звонящий гаджет. Раздражённо цокнув языком, брюнет отпустил руки брата и вытащил из кармана телефон. — Мино? Да…что? Уже? Он на месте?..Чёрт, я скоро буду. Шумно выдохнув, парень поднялся со стула, пряча телефон обратно и теребя пальцами волосы на затылке. — Хён, я…мне надо бежать. Господин Ли прислал подрядчика и нам нужно обсудить все детали новой поставки. Видя поникший взгляд младшего, Чимин негромко хмыкнул, слегка усмехаясь. — Иди уже, психолог. Тут ты мне не поможешь, а там без тебя никак. Зная, что его любимый хён так и не поделился с ним своими возможными проблемами, Чонгук почувствовал себя крайне дерьмово. Напускная усмешка старшего лишь усугубляла ситуацию. Время не стояло на месте и нужно было уезжать. Чонгук, шагая спиной к выходу, наставил указательный палец на брата. — Значит так, хён, хочешь или нет, но на эти выходные ты мой. К чёрту твою работу, мы пойдём в тир, а потом выпьем по кружке тёмного в самом крутом пабе города, понял? И это не обсуждается. Наблюдая за тем, как после своего уверенного диалога Чонгук врезался спиной в закрытые двери и наигранно скривился от боли, Чимин впервые за целый день искренне засмеялся. Его грела перспектива провести время с младшим братишкой. В такие нечастые моменты он забывал про своё одиночество, наслаждаясь компанией беззаботного Чона. Ни секунды не сомневаясь, Чимин тут же кивнул, напрочь забывая, что наверняка на выходных у него запланировано куча мероприятий. — Хорошо, братец. Только если ты наконец свалишь и дашь мне поработать, — деланно громко выкрикнул довольный Чимин. Обменявшись смешливыми взглядами, Чонгук схватился за ручку двери, попутно доставая вновь пиликающий гаджет. Настроение Чимина заметно поднялось после беседы с братом, но одна единственная деталь, что ненароком всплыла в его голове, мгновенно потушила весь энтузиазм. — Чонгук, — не поднимая глаз, позвал мужчина. Младшенький, что успел ответить на звонок, обернулся на новоиспеченного директора, приподнимая вопросительно бровь. — Микаэль…она…пускай позвонит мне, ладно? — продолжил пепельноволосый, напряжённо сглатывая. Чонгук, что успел приоткрыть дверь, услышав имя девушки, моментально захлопнул её. — Мино, я задержусь. Начинайте переговоры без меня. Игнорируя недовольные выкрики своего подчинённого, Чон сбросил звонок, пряча телефон в карман. Косясь на неподвижно сидящего с опущенной головой брата, он бесшумно подошёл к его столу. — Что там про Микаэль? Услышав голос Гука совсем близко, Чимин резко поднял голову, вбирая в себя побольше воздуха. Ему не хотелось поднимать эту тему, но стойкое нежелание оставлять всё как есть подталкивало его не молчать. — Просто хочу поговорить с ней. Пускай не переживает, я не буду её ругать. Она уже взрослая и отдаёт себе отчёт в том, что делает. — А что, Вы уже успели поссориться и друг с другом не разговариваете? — скептично выгнул бровь младшенький, — я бы мог помочь, но не хочу быть испорченным телефоном. Чего сам ей не позвонишь? Чимин беззлобно хмыкнул, закусывая губу. — Вряд ли она ответит на мой звонок, — прошептал про себя мужчина, а после громче бросил, — просто когда приедешь домой, передай ей, что нам надо поговорить. Чонгук заметно нахмурил брови, а глаза его сузились до тонких полосок. Парень окинул брата нечитаемым взглядом, и выдал первое, что пришло на ум. — Так ты хочешь чтобы я заехал к Вам домой? Чего сразу не сказал? Тебя сам чёрт не понял бы, — с негодованием выкрикнул Пак-младший, разводя руки в стороны, — хён, не думал приходить домой пораньше? Так ты даже сможешь застать свою жену неспящей, и не придётся просить брата о помощи. Чонгук, довольный своим взрослым советом, снисходительно похлопал старшего по плечу. Парень был уверен, что странный разговор исчерпан и он ещё успевает на встречу с подрядчиком, но холодный взгляд Чимина и его едва заметно раздувающиеся ноздри стали тому весомым опровержением. — Гуки, скажи честно, я похож на дурака? — спокойным голосом с ноткой стали спросил пепельноволосый, сканируя брата глазами-рентгенами. От былой улыбки Пак Чимина не осталось и следа. Его полные губы поджались в тонкую линию, и Чонгук уже ни раз видел подобное, когда присутствовал на крупнейших заседаниях компании, где старший брат холодно отчитывал провинившихся сотрудников. Неприятный ком подступил к горлу Чона. Он внезапно почувствовал себя маленьким мальчиком, которого ругают за провинность. И если в детстве всё было по делу, то сейчас молодой человек не понимал, что такого сделал, чтобы разозлить брата. — Хён, я не понимаю о чём ты… — Чёрт, — Чимин громко ударил по столу кулаком, подрываясь с кресла, и устремляя на младшего затравленный взгляд, — да разве я запрещал Вам видеться? Скажи, я хоть раз обвинял тебя в том, что ты бессовестно трахаешь мою жену? — Пак-старший перехелился через стол и ухватил Чона за воротник рубашки, резко притянув его к себе, — Гуки, разве не я дал добро на Ваши грёбанные отношения, лишь бы Вам двоим было хорошо? Голос мужчины отдавал сталью, но нотки дрожи выдавали его эмоциональную нестабильность. Чимин сам от себя такого не ожидал, не говоря уже о Чонгуке, который шокировано смотрел на брата округлившимися глазами и упирался руками о стол дабы не завалиться на него. Впервые в жизни любимый хён казался до ужаса пугающим…тот хён, что оберегал его всю жизнь, не позволяя другим и косого взгляда бросать на брата Пак Чимина. — Хён, твою мать, что ты несёшь… — выкрикнул взбудораженный Чонгук, не веря собственным ушам. Чем больше младший увиливал от прямых ответов, тем больше кровь в жилах Чимина закипала. Ему хотелось разукрасить лицо брата кровавыми подтеками, отыграться на нём, использовать как живую грушу. И когда желание начало затуманивать рассудок, пепельноволосый резко отшатнулся, напуганный собственным безумием. Он отскочил от стола, чуть не перевернув сзади стоявшее кресло. Глубоко дыша, мужчина подошёл к панорамным окнам, упираясь одной рукой о перегородку между ними, а второй закрывая лицо. В лёгкие не поступал кислород, и Чимин, не церемонясь, небрежно распахнул белоснежную рубашку, оторвав несколько верхних пуговиц. *Боже, что со мной происходит? Что я за монстр такой, что готов был избить собственного брата, свою родную кровь?..что ты сделала со мной?* — Хён, — тихий голос Чонгука разрезал удушающую тишину. Он не спешил подходить ближе, всё ещё прибывая в некой прострации. Его большие глаза совсем не моргали, глядя на вздымающуюся спину старшего брата, в страхе, что тот снова может внезапно накинуться. Чонгук видел, что пепельный не в себе, и ему хотелось унять братскую боль, перенять его страдания и усталости, даже не смотря на то, что чуть не получил от своего любимого хёна. — Забудь, что я сказал, — мысли младшего перебил хриплый тембр Чимина, — не хочу слышать её голос. Да и видеть её нет никакого желания. — Микаэль? — Чонгук непонимающе переспросил, медленно и аккуратно сдвигаясь с места и приближаясь к окну, — что она такого наделала? — Пускай заберёт свои вещи днём, когда меня не будет дома, — проигнорировал вопрос брата Чимин, равнодушно глядя вниз, на снующих туда-сюда людей, что с высоты птичьего полёта казались не более чем мелкими сошками, — в твоём доме хватит места для Вас двоих. Я поговорю с отцом, он не станет препятствием. Я позвоню своему юристу, и когда документы будут готовы, ей останется их только подписать. Хладнокровно брошенные предложения ещё больше взорвали мозг Чонгуку. Если до этого он мало что понимал, то сейчас и подавно. Более уверенно подойдя к брату, брюнет, положив руку на плечо старшего, насильно развернул его лицом к себе. Глаза Чимина теперь ничего не выражали, словно и не было этой стычки, из-за которой у Чона до сих пор сердце колотилось как сумасшедшее. — Чимин-и-хён, послушай, я не знаю, что такого Мики должна была натворить чтобы ты захотел выгнать её из дома, но подумай дважды, ладно? — лицо Чонгука выражало неподдельное беспокойство, на что пепельный отвёл глаза в сторону, — чтобы там ни было, всё можно исправить, слышишь? Чимин хмыкнул, возвращая не верящий взгляд брату. Чон вёл себя так обеспокоено, что мужчина на мгновение усомнился в своём решении. — Что ты чёрт возьми несёшь, Гук? Я тут пытаюсь исправить наши жизни, сделать тебя счастливым. Ты наконец сможешь быть с ней, и даже не придётся отчитываться передо мной. Хотя Вы итак этого больше не делаете. — Не делаем? — удивлённо переспросил Чон, заглядывая глубоко в глаза брату, пытаясь наконец понять, что здесь происходит, — наверное, это потому что мы с Ми уже около месяца не виделись. Мне не о чём перед тобой отчитываться. Громкий смешок Чимина и закинутая в раздражении вверх голова, дали понять брюнету, что он ближе чем думает к развязке. — Гук, ты снова пытаешься сделать из меня дурака. Я же сказал, что разберусь с отцом, можете больше не прятаться. — Да кто прячется, хён? — теперь пришла очередь младшего взрываться, — что ты вообще тут устроил? Не поделили что-то с Мики, а меня сделали крайним? — прокричал разгневанный младший, — ты хочешь что-то решить? Хорошо, тогда давай сейчас же поедем к Вам домой и устраним все проблемы. Я, если честно, тоже устал от всего этого. Сначала Мика, которая напрочь игнорирует меня последнее время, а теперь ещё и ты, со своими непонятными обвинениями. Ну же, давай, поехали. Чонгук дёрнул хёна за локоть, пытаясь сдвинуть того с места и подтолкнуть к двери, но Чимин, будто каменное изваяние, застыл на месте. Его брови нахмурились, а верхняя губа неосознанно дернулась. — Думаешь я тебе поверю? — как-то тихо, совсем приглушённо спросил сбитый с толку старший, — Думаешь я поверю, что эту ночь она провела не у тебя? На какое-то время в кабинете повисла удручающая тишина. Чимин не мог сфокусировать взгляд на чем-то одном, бегая глазами сначала по полу, а затем возвращаясь к людям на улице. Зато взгляд Чонгука ни на секунду не покидал лица брата. — Постой, хён, — младший наконец начал что-то понимать, выпучив и без того большие глаза, — Микаэль не ночевала дома? Что? И ты молчал? А если с ней что-то случилось? — Тише, Гуки, не кипишуй, — Чимин выставил одну руку вперёд, в попытке остановить словесный поток брата, второй потирая переносицу, — Значит, она была не у тебя. Чонгук активно закивал головой, напоминая ребёнка, которого оправдали за несовершенную провинность. Растрепав ладонью свою тёмную макушку, парень приоткрыв рот, вопросительно посмотрел на старшего. — Она может быть у Мирэ? Надо сейчас же позвонить Кимам. — Нет, — Чимин поджал губы, мотнув головой, — я сегодня говорил по телефону с Джуном и Тэ. Она точно не у них. Чонгук нервно вытащил гаджет из заднего кармана джинс и набрал выученный наизусть родной номер. Короткие гудки и холодный голос робота с брошенной фразой «Абонент находится вне зоны доступа сети», запустили целую волну неприятных мурашек по коже. Младший перевёл напряжённый взгляд на брата: — Чёрт, у меня плохое предчувствие. Если Чонгук казался взвинченным, то лицо Чимина оставалось непроницаемым, при том, что внутри него смешались абсолютно разные эмоции. Облегчение. То, что он почувствовал сразу же, как только узнал, что Микаэль ночевала не у его брата. У мужчины будто свалилась гора с плеч. Недоумение. Почему у неё выключен телефон? Даже Чонгука не поставила в известность о своём местонахождении. Пепельноволосый спокойно подошёл к своему рабочему столу и взял гаджет с деревянной поверхности. Пробежав тонкими пальцами по сенсору, мужчина прижал телефон к уху. — Хён, кому ты звонишь? На вздёрнутые брови младшего Чимин тактично промолчал, прислушиваясь к длинным гудкам. — Алло, сынок? Гук услышал доносящийся по ту сторону связи спокойный женский голос. Сощурив глаза, парень внимательно наблюдал за бесстрастным лицом брата. — Здравствуйте, тётушка. Я Вас не отвлекаю? — голос Чимина заметно смягчился. — Нет, что ты, милый. Я всегда рада поболтать со своим любимым зятем, — в трубке послышался мелодичный смешок. У Чимина не впервые промелькнула мысль о том, что приятный голос супруги достался ей от матери. — Как Вы поживаете, тётушка? Как здоровье? Отец говорил, что Вы пропустили семейный ужин в прошлое воскресенье, с Вами всё хорошо? — лицо Пака никак не менялось, но голос был пропитан искренней заботой. Как бы мужчина не относился к Микаэль, но её мать он безмерно уважал. — Ох, давление скакнуло. Ничего страшного, бывает. Не переживай, сынок. А у тебя как дела? Ты же должен быть на работе? — Да, всё верно, — Чимин кивнул, будто женщина могла его видеть, — я…у меня возникла небольшая проблема…касаемо домашних дел, — Пак-старший несколько раз запнулся, пытаясь казаться ни разу не подозрительным, — я в этом ничего не смыслю, так что мне нужна помощь Микаэль. По ту сторону связи послышалось приглушённое хихиканье, в то время как в офисе директора накалённая обстановка не спешила сбавлять обороты. — Ох, Чимин-и, боюсь, что твоя жена тоже мало что смыслит в домашних делах, — беззлобно пошутила женщина. — Да-а, знаю, — неуверенно протянул пепельноволосый, кидая быстрый взгляд на застывшего словно статуя брата, — но я всё же хотел бы с ней посоветоваться. Не могли бы Вы передать ей чтоб перезвонила когда сможет? На короткое мгновение в телефоне повисло молчание. Прежде чем ответить, женщина как-то неопределённо замычала. — М-м, милый, а ты потерял её номер? Тогда давай я продиктую его тебе и ты сам ей позвонишь. Она наверняка сейчас дома, хм, а может и поехала к отцу на завод, — воодушевлённо заключила госпожа Ли, после добавив, — и да, Чимин-и, будь добр, попроси её позвонить Сане. Она мне еще на прошлой неделе обещала поговорить с сестрой, но видимо у неё сейчас есть дела поважнее. А ещё лучше, если Микаэль наконец приедет к нам домой, я соскучилась. Не видела свою дочурку больше двух недель, и по телефону у неё голос каждый раз был немного странным. Хм, у Вас там всё хорошо? Чимин молчал, медленно фильтруя полученную от тёщи информацию. Его губы приоткрылись, слабо изгибаясь в беззвучной речи, прежде чем он таки заговорил, откашливая слегка охрипший голос. — А, да, конечно, тётушка. У нас всё хорошо, не волнуйтесь. Наверное она просто устала, ничего страшного, — затараторил мужчина, планируя побыстрее завершить разговор, — кхм, я ей всё передам. Ещё раз, не волнуйтесь. Ко мне пришли. Всего доброго, до свидания. — Чим… Госпожа Ли не успела и слова вставить, как Пак уже нажал на красную сенсорную кнопку. Его телефон небрежно упал на стол, а сам мужчина на время затих. Его голова была абсолютно опустошена, ни одной путёвой мысли не находилось. — Хён, — пепельноволосый медленно повернул голову на тихий голос брата, — надо звонить в полицию. На Чонгуке и лица не было. Его затуманенный взгляд чётко давал понять — парень в панике. Брюнета чертовски пугала неопределённость. Чимин упёрся ладонями о стол, склоняя низко голову. — Надо подумать, — пробормотал старший, — мне надо подума… Его бесцеремонно перебила стандартная мелодия собственного телефона. Заторможено кинув мимолетный взгляд на гаджет, Чимин намеревался его проигнорировать, не желая отвлекаться от зудящих мыслей. Его мозгу потребовалось не меньше нескольких секунд, чтобы сфигурировать у себя в голове имя, крупными буквами высветившееся на экране дорогого смартфона. *Микаэль* Мужчина тут же спохватился, хватая мобильник в руки и незамедлительно отвечая на звонок. — Ми, черт возьми, где ты? Алло. Ми? Чимин значительно повысил тон, чего делать совсем не планировал. Более того, за всю короткую семейную жизнь он лишь несколько раз откровенно кричал на супругу, и то, только потому что она его спровоцировала. И после такого скандала, добившись своей цели — вывести мужчину на несвойственные ему эмоции, Микаэль сполна упивалась горячим пылом Чимина в постели. По ту сторону связи слышалась лишь оглушающая тишина. Ни звука, ни шороха. Пепельноволосый оторвал телефон от уха, и внимательно всмотрелся в экран, гадая, а не привиделось ли ему на нервах имя жены. Нет. Именно она ему звонила. — Алло, Микаэль, не молчи. — Что происходит, хён? — взволнованный Чонгук подошёл максимально близко к брату, в надежде услышать голос родной девушки. Но вместо девичьего тонкого, из динамика донёсся мужской хриплый смех. Чимин моментально напрягся, сильнее сжимая телефон в руке. — Ми… Ми, звучит хорошо, — насмешливо хмыкнул глубокий голос, явно смакуя на языке женское имя, — интересно, если я буду называть её Ми, она станет более податливой?! Услышав каждое размеренное слово, Чонгук нахмурив брови, посмотрел на брата, открывая рот и планируя что-то сказать, но холодный голос старшего не оставил ему и шанса. — Кто это? — Хм, а как ты называешь её в постели? — незнакомец успешно проигнорировал вопрос Чимина, продолжая и дальше вещать что-то совсем непонятное братьям Пак, — хочу попробовать на практике, но боюсь, что без твоей помощи малышка Ми расцарапает своими коготками мне всю спину. Хотя знаешь что? — хриплый смешок мужчины пробрал холодным потом по спине пепельноволосого, — я в общем-то и не против. Чиминов кулак, что покоился на столе, сжался настолько, что костяшки в мгновение побелели, неприятно захрустев. Волна гнева широкими ступенями поднималась вверх, грозясь взорвать служащее годами верой и правдой идеальное самообладание. — Не знаю кто ты, но не забудь поблагодарить Бога за то, что он надоумил тебя сказать мне это по телефону, а не лично, — ледяным тоном отчеканил Пак-старший, сверля глазами одну точку на стене. — Я атеист, — безразлично бросил незнакомец, начиная едва слышимо копошиться. Терпение Пака доходило до своей границы. Из-за напряжения и совершенно неспокойной ночи он не мог до конца сообразить, является ли этот звонок какой-то зацепкой к его жене или же кто-то решил так неудачно пошутить. Выпалив раздражённое, — «Послушай, ублюдок, у меня нет настроения…». Не договорил Чимин, когда услышал неожиданный женский плач. Совсем не истерику, скорее хлюпанье носом и тихое завывание. Такая маленькая деталь, такой пустяк, то, что так легко спутать. Но душа Чимина моментально покинула тело, без вариантов узнавая в этих едва различимых всхлипах свою жену, подругу детства и единственную девушку, что безнаказанно топчется по его сердцу. — Микаэль, — не более чем шёпот, ведь на большее не хватило сил. — Давай, дорогая, поздоровайся со своим ненаглядным, — ехидно бросил всё тот же низкий голос. Чимин неосознанно задержал дыхание, вслушиваясь в происходящее на другом конце связи. Сначала до боли знакомые всхлипы, а затем девичий вскрик, и у Пака бешено забегали глаза. — Пусти…отпусти м-меня… Чи-чимин… Жалобное хныканье брюнетки плюс возня на фоне, и вот уже содержимое поверхности директорского стола безжалостно летит на пол. — Сукин сын, оставь её, — прорычал в динамик Чимин, до боли сжимая челюсти, — если ты хоть пальцем её тронешь, клянусь, я …. Ноздри Пака гневно раздувались как у разъярённого быка. В жилах начала закипать кровь, а температура воздуха в кабинете значительно повысилась. Такое состояние невольно напомнило ему о неприятной встрече на этом самом месте около месяца назад. То же напряжение, тот же повод злиться, те же противные ощущения, и тот же холодно-безразличный чёртов голос. Голос… — Тварь, — не веря прошептал Чимин, поднимая взор затуманенных глаз на брата, — это же ты. Чёртов ублюдок. Мин, мать его, Юнги… Брови Чонгука тот же час насупились. Парень крепко зажмурил глаза, пытаясь что-то вспомнить. Тщетно. Пак-младший впервые слышал это имя, но реакция старшего ясно дала понять, что это не развод и дело дрянь. Из динамика телефона отчётливо послышались хлопки в ладоши, а после и громкое хмыканье. — Поздравляю, Пак. Ты разгадал тайну века, — ядовито проронил теперь уже не незнакомец, — надеюсь, сейчас ты понимаешь, что слушать стоит внимательно. — Что тебе надо, урод? — Чимин нервно закусил губу, поглядывая на растерянного брата. Чонгук мало понимал, что происходит и потому молча указал жестами на телефон. Пепельноволосый всё понял сразу же, включая на гаджете громкую связь и кладя его на стол. Братья словно коршуны обступили смартфон, внимая каждому шороху, что исходил из вне. — Урод? — едкая усмешка Мина и его низкий тембр волной захлестнули стены директорского кабинета, — не думаю. Иначе, твоя красавица-жена не смотрела бы на меня прямо сейчас таким проникновенным взглядом. Тихий женский всхлип в очередной раз болезненно сжал паково сердце. Невольно перед глазами возник образ измученной девушки, с гематомами и заплаканным лицом. — Ещё раз повторю, — обессиленно тихо обронил Чимин, — чего ты хочешь? — Чего я хочу? Хм-м, а ты подумай. Пепельноволосый мягко прикрыл глаза, абстрагируясь от внешнего мира и пытаясь вспомнить зачем Мин приходил месяц назад к нему в кабинет. В голове как назло всё смешалось. Пак и думать забыл о подозрительном госте, игнорируя все наставления отца. *Сынок, не позволяй статусу застелить тебе глаза. Всегда найдётся тот, кто посчитает себя достойней, и не побоится указать тебе на это. Будь благоразумен, сын. Держи всё под контролем, и никогда не недооценивай врагов* — Сотрудничество, — Чимин прикрыл глаза, сводя брови на переносице, — Значит, ты похитил мою жену только потому, что я отказал тебе в сотрудничестве?! Больной ублюдок. — А я бы назвал себя гением, — лениво заявил Мин, мучительно медленно растягивая слова, — ведь это со мной сейчас твоя красавица-жена, это меня ты слушаешь, не смея перебивать, и в конце концов, именно я поставлю тебя на колени, Пак Чимин. Пепельноволосый бесшумно выдохнул, напрочь опустошая лёгкие. — Согласен, — голос мужчины осел, становясь таким же хриплым, как и у собеседника, — я согласен, Мин. «Park Motors» будет сотрудничать с твоим заводом. Радуйся, ты добился своего. Из динамика телефона послышался басистый смех, жёстко режущий чиминов слух. Хриплые вибрации прошли мелкими мурашками по коже братьев Пак, предчувствуя что-то нехорошее. — Ты так ничего и не понял, да, дружище? — послышался лязг металла, шелест бумажной пачки и вскоре ровный выдох. Юнги затянулся сигаретой, выпуская большие кольца дыма, — думаешь, я одолжил себе Микаэль просто потому что хочу посотрудничать с тобой? Голос Мина пропитался издёвками, добивая тем самым напряжённого Чимина. Пепельноволосому казалось будто он вернулся в детство, но совсем не в своё, а в то, где он неожиданно встретился с соперником старшеклассником, который умнее его и сильнее. От ситуации в которой он никогда не был, Пак ощущал себя крайне паршиво. — На что ты готов пойти ради Микаэль? — зловещим голосом Мин озвучил такой каверзный и одновременно жуткий вопрос, — готов обменять свою жизнь на её? Юнги выдохнул сигаретный дым прямо девушке в лицо, отчего та закашлялась. Прикрыв пощипывающие глаза, Микаэль не успела заметить, как Мин поднёс тлеющий окурок к её шее. Брюнетка вскрикнула от неожиданности, когда почувствовала пекущий ожог на чувствительной коже. Горячие слезы хлынули не задумываясь. Со сжатыми челюстями Чимин молниеносно ухватился за смартфон, чтобы прорычать только одну фразу. — Чёрт возьми, я готов, только не трогай её. Какое-то время в динамике телефона слышалась лишь тишина, которая разбавлялась жалобным всхлипыванием девушки. Чимину это терзало душу, и те же мучения он видел на лице Чонгука. — Мне не нужна твоя никчёмная жизнь, — наконец безэмоционально кинул Мин, громко выдыхая, — нужна только твоя корпорация. Перепишешь на меня «Park Motors», даю тебе на это три дня. Место и время встречи пришлю тебе в последний день. Если тебе дорога жизнь твоей принцессы, никто об этом не узнает. Если приведешь за собой хвост или наведешь на меня копов, будешь ещё долго собирать свою жену по кусочкам на окраине города. Решать только тебе, Пак, стоит ли она того?! — Чимин, не на… — измученный выкрик Микаэль прервали громкие гудки. В кабинете директора повисла гнетущая, почти загробная тишина. Когда экран телефона потух, парням бы впору выдохнуть, но никто из них не решался даже сглотнуть. Первым тишину нарушил Чонгук. Брюнет неосознанно зарылся рукой в свою шевелюру, поднимая стеклянные глаза на брата. — П-почему ты не сказал? Почему не признался отцу, что у тебя были проблемы? Чимин, всё ещё не веря в происходящее, невнятно покачал головой. — Я….я не знал, что до такого дойдёт. — Блять, — несдержанно выкрикнул Чонгук, выпячивая свои покрасневшие от долгого неморгания глаза, — так не бывает. Мы ведь не в кино. Я не верю. — Хватит, Гук. Мне надо подумать, — не повышая голоса, Чимин оперся кулаками о стол, глядя в одну точку на стене. Пак-старший, несмотря на эмоциональную бурю внутри, внешне выглядел гораздо спокойней младшего. Младшего, который точно не планировал молчать после всего, что услышал. В скором темпе подлетев к брату, Чонгук схватился за воротник белоснежной чиминовой рубашки, оскаливая такие же белоснежные зубы. — Подумать? — выкрикнул брюнет, чуть ли не впервые мечтая втащить старшему брату, — да он похитил Микаэль, чёрт тебя дери. Кто знает, что этот ублюдок может с ней сделать, пока ты тут будешь думать. — Что ты предлагаешь? — абсолютно спокойно и даже хладнокровно переспросил Чимин, не отбрасывая от себя руки младшего. — Чёрт, надо идти в полицию, — тут же затараторил Чонгук, теряя всякое терпение, — и сообщить отцу. Нельзя сидеть сложа руки, надо действовать. Пепельноволосый тяжело вздохнул, прикрывая глаза, и одновременно кладя ладони на плечи младшего. Сжав пальцы на твердой, накачанной коже, мужчина пытался успокоить Чонгука, растворить его панику. — Нельзя, — полушепотом произнёс Чимин, — этот человек не шутит. Как только кто-то кроме нас узнает об этом, он не задумываясь убьёт Микаэль. Ты этого хочешь?! — Конечно же нет, хён, — тут же вспылил Чонгук, отпихивая от себя брата и отступая к окну, — ты….ты должен отдать ему корпорацию. Ему было нелегко такое сказать, но именно это оказалось единственным решением, и потому ответ брата брюнета очень удивил. — Не могу. Чонгук не веря вытаращил и без того большие глаза. Ему не послышалось?! — Не могу, Гук-и. Это дело всей жизни нашего отца. Это не то, что так легко можно отдать другому, — подавленно вещал Чимин, глядя на шокированного брата, — я… Гук…у меня нет на это права… — Но жизнь Микаэль на кону, — взревел брюнет, злобно раздувая ноздри, и снова возвращаясь к столу, подходя к брату вплотную, — да чёрт, хён, я знаю, что ты злишься, знаю, что ты её не любишь. Но она твоя подруга, ты знаешь её с самого рождения. Что ты скажешь господину Ли? Как будешь смотреть в глаза её матери? — лицо Чонгука начало краснеть от злости, — хён, посмотри на меня, и скажи, что тебе плевать на Микаэль! Чимин весь эмоциональный монолог брата казалось и не дышал вовсе. Ему было также нелегко, как и младшему. Но в отличии от Чонгука, Чимин привык всё держать в себе. Подняв тяжёлые веки, пепельноволосый посмотрел на брата, роняя всего два ничего незначащих для брюнета слова: — Прости, Гук-и. Это стало последней каплей для Чона. Он дергано отшатнулся от старшего, беспомощно мотая головой. Больше его здесь ничего не держало. Как только за младшим гулко захлопнулась входная дверь, Чимин рухнул на своё кресло, зарываясь пальцами в пышную шевелюру. — Ми….