В их любви больше часовых поясов, чем поцелуев

на серых настенных часах стукнуло 11 утра. -стоп, сколько? — вскрикнул фигурист — мне к 12 нужно срочно быть на награждение в двореце спорта! пиздец. -спокойно, успеем, главное не начинай нервничать. спешить начнёшь, народ посмешишь, или как у вас в россии говориться, — с ухмылкой сказал волейболист. -всё, хватит меня успокаивать! собирайся, ты со мной. кодзуме подошёл и крепко обнял плисецкого. тот же, расстаял в объятиях парня. его решительность, его сияние ума — это сексуально. умные люди возбуждают. волейболист протянулся к шее юры. он почувствовал горячие руки на своей талии. аккуратно оставив след мокрой дорожки языка на части тела плисецкого. кенма по-кошачьему оскалил зубы и наконец, обжигающими губами коснулся шеи плисецкого. юра, нежно, словно рыча, стонал в уши кенмы. сейчас фигурист был, казалось на пике удовольствия, эмоции окутывали парня. эндорфин в его крови сейчас поднят на максимум. «черт, японец, что же ты со мной делаешь. " — кенма, мы опо. — такси уже ждёт, — шёпотом промурчал кодзуме на ушко юры и отстранился от обжигающего тела парня. «и откуда он так научился, кенма вроде такой невинный.» на улице как обычно дождь. пара подъехала к дворцу. опавшие гнилые листья коричневых оттенков, бушующий восточный ветер, ворошивший тонкие, уже промокшие волосы парней. тёмное, затянутое серыми тучами небо, передавала всю дружелюбность питера. «здесь согреет меня только он и его объятия.» и вот. посреди улицы стоит обшарпанное, жёлтое здание, кажется советского построя. белые, облезшие от дешёвой краски, колонны, некоторые окна во дворце выбиты, скрипящие двери. всем видом дворец нагонял чувства грусти и отчаяния. желания заходить в него не было. кодзуме выглядит подавленым, россия — не его страна, в отличие от юры. плисецкий любил эту атмосферу, романтику своей родины. патриотизма от него, хоть отнимай. спортсмены зашли в здание и сразу направились в точку назначения. -здравствуй, юра. ты чуть не опоздал, бегом переодеваться! — с повелительным тоном встретил плисецкого тренер -ну, не опоздал же, и хорошо. этот парень идёт со мной. — юрий с недовольным тоном буркнул эту фразу и тыкнул в сторону кенмы. тренер яков ничего не успел сказать или добавить, плисецкий уже мчиться в раздевалку. кодзуме едва успевает за юношей, дыхание нарушилось и отсутствие крепкой физической формы дают о себе знать. уже в раздевалке, кенма наконец присел на лавочку и восстановил дыхание. юра посмотрел на него достаточно оценивающим взглядом. плисецкий снимает необъятное, чёрное худи и неаккуратно кидает его. влюблённость кодзуме будто взросла до уровня солнца над землёй. стройный, мускулистый, бледнокожий парень, с парой тёмных засосов на шее и около ключицы, стоит посреди раздевалки и смотрит в глаза кенмы. тот же, поедая юру глазами рассматривает его тело. каждый сантиметр, каждую деталь, он готов поцеловать его прямо сейчас, прямо там, где захочет. это интимное молчание прерывает фигурист. -чего пялишься? — с дерзостью задал вопрос юра. -аа… ээ. изви… точнее, юра, ты прекрасен, я обожаю всего тебя, каждую часть твоего тела, твоей души. — на лице кодзуме появляется лёгкий румянец после сказанного. юрий смотрел на парня расплываясь в хитрой ухмылки. -пора выходить, выходить за золотом, — с уверенным тоном сказал плисецкий. -болею за тебя, буду ждать на трибунах. — продолжил кенма -не сомневайся во мне, я — одержу эту победу, и другой речи не может идти. -ни на секунду, юрий, слышишь, н и к о г д а. — по буквам проговорил последнее слово волейболист. наконец, 3 участника выходят на лёд, где будет вручение: юрий плисецкий, отабек алтын и юри. после скучной болтавни и интриг, переходим к долгожданному финалу. на трибунах повисло тревожное молчание, фанаты каждого участника напряглись, веря в победу своего фаворита. первое место в финале турнира занимает…