Моя прекрасная ошибка

Их бурный улетный секс не обошелся без последствий. Еще не было и девяти часов вечера, смена Джина была еще в самом разгаре, а он еле таскал свою задницу. Но даже мысль об этом заставила Джина улыбаться.  «Я с трудом тащу свою задницу. Ту самую, которую Намджун практически всю прошлую ночью обхватывал руками… а потом и все утро.» Чимин заметил мечтательное настроение друга. — О, Боже! У тебя был секс с Хосоком? — Ты о чем вообще? Чимин чуть ли не бросил свой поднос на стойку рядом с каким-то незнакомым парнем, который сразу же заинтересовался их разговором. — Ну, я же вижу по твоему лицу. Обычно оно у тебя всегда такое… — Пак так сморщился, что можно было подумать будто у него острый приступ боли, — …встревоженное и напряженное. А теперь нет. — Он хлопнул по плечу парня, который пил пиво. — Вот скажи, я прав? У него ведь явно такой вид, будто он с кем-то трахался. Парень внимательно осмотрел Джина. — Пожалуйста, — сказал Джин парню, — не обращайте на него внимания. Джин направился в другой конец бара, где не было посетителей. Чимин последовал за ним и сел на пустой высокий стул у стойки. Вернувшись к работе, Джин вытер стойку, пытаясь не обращать на друга внимания, но Чимин продолжал наблюдать за ним с глупой улыбкой. Вздохнув, Джин остановился и прямо посмотрел на Пака. — Ну, что? — Ты действительно ничего не хочешь мне сказать? — Это совсем не то, что ты думаешь. — Значит, с Хосоком на самом деле что-то было. Выкладывай! — Мы с Хосоком вчера ужинали. — Вот! Я знал, что что-то было. У тебя на лице написано, что ты весь будто купаешься в любви или вожделении. Джин очень надеялся, что именно вожделение заставляло его трепетать каждый раз, когда он думал о Ким Намджуне, потому что любовь была бы совершенно ни к чему в этой ситуации. К счастью Джина, Чимин принял его застывшее лицо со сверкающими глазами за подтверждение последнего. — Секс хорошо влияет на тебя. Джину повезло, что в этот момент в бар вошла пара и села за столик, предоставив омеге временную отсрочку от допроса Чимина. Хоть Пак и был болтуном, Джин знал, что он никогда не выдаст ни одного из его секретов — поэтому от того, чтобы все рассказать, Джина удерживало совсем другое. Как бы глупо это ни звучало, Джин просто хотел сохранить то, что произошло между ним и Намджуном, для себя одного. Джин не собирался ломать себе голову и анализировать происходящее. Он просто решил оставаться в своем собственном, беззаботном блаженстве так долго, как только получится, не желая думать о последствиях. Впрочем, это вряд ли продлится достаточно долго. Около девяти часов Джин взбивал «Космо» в серебряном шейкере, погруженый в свои мысли, когда услышал голос Чимина, невероятно удививший омегу. Он говорил тем певуче-кокетливым голосом, из которого большинство омег вырастают в осознанном возрасте. — Приве-е-тик, — пропел Пак. — Интересненько, что привело тебя сюда сегодня? Джин поднял глаза и увидел в конце бара Хосока, снимающего куртку. Чувство вины бросилось омеге в лицо, заставив вспыхнуть.  «Черт подери! Ну почему я не ответил днем на его сообщения? » Он помахал Джину рукой, и омега жестом показал, что будет через несколько минут. Ничто не удерживало Кима от того, чтобы подойти к нему, поэтому ему пришлось придумать несколько причин. Джин налил клиенту пива и болтал с ним так долго, как только мог, затем предложил рассчитать парня, который еще и не собирался уходить. Больше у омеги клиентов не было, поэтому он уже собирался отойти от столиков, когда увидел, что Чимин направляется к бару. «Надеюсь, у него есть заказ на напитки.» — Иди, отдохни. Я тебя заменю. — Чимин подмигнул. — И, кстати, у меня нет никаких причин заходить в кладовую, если вам нужно уединение. Чувство вины переросло в панику. Когда Джин посмотрел в сторону бара, Хосок улыбнулся, не подозревая, что омега покрылся холодным потом. — Вообще-то ты не мог бы помочь мне кое с чем на кухне? Брови Чимина озадаченно приподнялись. — Разумеется. — Встретимся там через минуту. Только налью Хосоку что-нибудь выпить. — Хорошо. Но ты ведешь себя очень странно. — Просто иди туда. — Ладно, как хочешь. Джин глубоко вздохнул и наконец подошёл к дальнему концу стойки бара, где сидел Хосок. Заставив себя улыбнуться, он сказал: — Вот это сюрприз. Не ожидал, что ты придешь. — Надеюсь, сюрприз приятный? «Если бы он только знал.» — Ну, конечно, — соврал Ким. — Мне просто нужно еще кое-что сделать. Что будешь пить? Как обычно? — Да, пожалуй. Спасибо. Каким-то образом омеге все же удалось смешать джин с тоником, который предпочитал Хосок, ничего не пролив, и подать ему с улыбкой. — Вот, держи. Скоро вернусь. Чимин ждал его на кухне. — Что происходит? Десять минут назад ты порхал по облакам, а теперь, с той минуты, как появился Хосок, ты вдруг выглядишь совершенно несчастным. Я так понимаю, ты его не ждал. Джин ходил взад и вперед. — Нет, не ждал. — Но что тебя беспокоит? Разве ты не хорошо провел время вчера вечером? — Да, все было хорошо. — Джин потер лоб. — Понимаешь, мы с Хосоком пошли поужинать. Мы и правда хорошо провели время, но я был немного в замешательстве, поэтому решил пораньше пойти домой. — И это все? Я мог бы поклясться, что еще совсем недавно ты пребывал в блаженном состоянии, которое бывает после хорошего секса. — Так и было. — Кажется, я что-то пропустил? Джин остановился и посмотрел на друга. — Вчера после ужина я переспал с Намджуном. — Что? Намджун … ты имеешь в виду профессора Кима? Джин кивнул. — Ничего не понимаю. Я думал, ты ужинал с Хосоком. — Именно так. А потом я поехал домой. Днем мы с Намджуном на работе поссорились… ну, вроде того. Когда я вернулся домой после свидания с Хосоком, Намджун уже ждал меня. Он хотел поговорить. У нас вышел еще один спор и… Чимин усмехнулся. — Секс после ссоры — это самое лучшее, что может быть. Трахни меня так же яростно, как ненавидишь. — Но что мне теперь сказать Хосоку? — Ну, он ведь ничего не знает, кроме того, что ты пошёл домой и лёг спать, верно? — Скорее всего. «Хорошо ему рассуждать, у него ведь никогда не было секса с Намджуном. Притворяться, что ничего не произошло, — это все равно что пытаться съесть всего один чипс из полной пачки.» — Лгун из меня… сам знаешь. — А ты и не лги. Если он попытается поговорить о ваших отношениях, просто скажи, что ты на работе и не хочешь обсуждать это здесь. Отложи разговор до тех пор, пока не будешь готов. И даже если ты решишь, что хочешь остаться с Хосоком просто друзьями, совершенно не нужно говорить ему ничего лишнего. Джин глубоко вздохнул. — Ты прав. Я веду себя как законченный идиот. Я чувствую себя виноватым, вот в чем дело. — Тебе абсолютно не в чем себя винить. Ты взрослый одинокий омега. Ты что-нибудь обещал Хосоку за ужином? — Нет. Я сказал ему, что мне нужно подумать. — Значит, все отлично. — Чимин успокаивающе положил руки Джину на плечи. — Ты не сделал ничего плохого. Просто потрать минуту или две, чтобы привести свои мысли в порядок, а затем вернись туда и веди себя как омега, который не сделал ничего плохого. — Ладно, постараюсь. — Все хорошо? — Думаю, да. Чимин вернулся в бар, а Джин еще минуту собирался с мыслями. Друг был абсолютно прав. У Джина нет никаких причин чувствовать себя виноватым, а Хосок понятия не имел, что произошло прошлой ночью. «Я могу это сделать, — уверял я себя. В конце концов, ненадолго выбросить Намджуна из головы не так уж и сложно.» Джин глубоко вздохнул и распахнул дверь в зал, чувствуя себя гораздо спокойнее и увереннее. До того момента, пока… Джин посмотрел туда, где сидел Хосок, и увидел рядом с ним еще одного человека. Это был Намджун собственной персоной.

***

Чимин увидел, что Ким застыл в дверях, и подошёл к Джину. Его глаза были вытаращены от волнения. — Ты знал, что кто-нибудь из них придет сюда? — Нет. Похоже, они оба решили меня удивить. Черт, черт, черт. И что мне теперь прикажете делать? — Ладно. Давай подумаем об этом спокойно. Ты все еще не сделал ничего плохого. Хотя очевидно, что ты будешь чувствовать себя крайне неловко, когда пойдешь туда, и вести себя будешь соответственно. — Очевидно. — Хосок знает, кто такой Намджун? Джин покачал головой. — Нет. Не думаю. — А как насчет Намджуна? — Он знает, кто такой Хосок, по фотографии на стене в моей квартире. Полагаю, он узнает его, если уже не узнал. — Отлично. У меня есть план. — Слава Создателю. — Тебе придется пойти туда и повести себя так, будто ничего не случилось. — И ты называешь это планом? Какой это, к черту, план? — Единственный, который у тебя есть. Вернись за стойку, поздоровайся с Намджуном, а потом… я буду все время рядом, чтобы вмешаться, если понадобится. Взгляд Джина метнулся туда, где сидели двое мужчин. Намджун обернулся и пристально посмотрел на омегу. Его лицо было при этом совершенно непроницаемым. Джина затошнило. Ему нестерпимо захотелось пойти за стойку, взять бутылку все равно с чем, выпить ее залпом и убраться отсюда к чертовой матери через черный ход. Чимин ухмыльнулся и покачал головой, догадавшись, о чем Джин думает. — Мы можем выпить, когда все закончится. А сейчас просто резко сорви пластырь с раны и иди туда. Возможно, все не так уж плохо. Чимин протянул ему листок с заказом напитков. — Третий столик хочет выпить что-нибудь легкое. Так что ты будешь занят с ними, по крайней мере, в течение нескольких минут. Выругавшись себе под нос, Джин взял листок с заказом. — Держись поблизости. Чимин весело улыбнулся. — Непременно. Не могу дождаться этого шоу. Джин погрозил ему пальцем. — А знаешь, это все твоя вина. — Моя вина? — Если бы ты отличал синий цвет от коричневого, я бы не стал в тот вечер набрасываться не на того парня. Возможно, наши отношения с Намджуном не взяли бы такой крутой старт с самого начала и не вышли бы за рамки профессиональных. Чимин взял Джина под руку. — Ну что ж, не стоит благодарности, обращайся. А теперь пойдем. Джин занялся заказом напитков на противоположном от Хосока и Намджуна конце стойки бара. Джин старался не смотреть ни на кого из них, но в конце концов любопытство взяло верх, и он обнаружил, что они оба молча наблюдают, как он смешивает коктейли. Джин нервно помахал им рукой, продолжая слишком долго встряхивать напиток в шейкере. Потом вытер стойку и спросил двух других посетителей, не нужно ли принести им что-нибудь еще. Больше Джин ничего не мог придумать, и, поскольку две пары глаз продолжали пристально следить за ним, у Джина не осталось выбора, кроме как столкнуться с неизбежным. Джин глубоко вздохнул и направился к другому концу стойки. Поскольку он уже поздоровался с Хосоком, то сначала посмотрел на Намджуна. — Привет. Не ожидал, что ты заглянешь сюда. Он искоса бросил взгляд на Хосока, потом посмотрел на омегу. — Да. Видимо, мне следовало заранее позвонить, чтобы зарезервировать место. «Вот черт!» Хосок, не подозревая о личности Намджуна и истинном значении его слов, беззаботно рассмеялся. — Да это же бар для стариков. По вечерам здесь пусто. Я прихожу сюда только ради красавца за стойкой. Мускулы на челюсти Намджуна напряглись. Джин указал на пустой стакан Хосока. — Хочешь еще? — Разумеется. — Он кивнул на Намджуна. — И налей моему другу, хочу его угостить. Намджун пристально посмотрел на Джина. — Нет, благодарю. Мне, пожалуй, уже пора домой. — Он резко поднялся, и ножки табурета скрипнули по полу, когда он отодвинул его в сторону. — Возвращайся домой целым и невредимым, Сокджин. И в следующее мгновение Намджун исчез. — Что не так с этим парнем? Как я понимаю, он тут завсегдатай? Джин взял стакан Хосока со стойки. — Да так, заглядывает время от времени. Давай налью тебе еще. Чимин встретил его на другом конце. — Что, черт возьми, случилось? — Ничего. Намджун ушел. — Потому что ему что-то сказал Хосок? — Нет. Он просто ушел. — Значит, он вот так просто оставил тебя с парнем, с которым у тебя когда-то были отношения и который хочет эти отношения снова вернуть? Джин понимал, что Чимин не хотел причинить ему боль, он всего лишь сказал правду, и эта правда омегу очень больно задела. Потому что дела обстояли именно так. Намджун вышел из игры. Он не собирался бороться за Джина. Он не собирался участвовать ни в чем, кроме того, что у них уже было, а у них был просто секс. А что касается всего того, что он напридумывал… что ж, Джин просто принимал желаемое за действительное.