my heart knows only you

Ночь Праздника Морских Фонарей существовала во фракталах на задворках сознания Венти, меланхолия и тоска перетекали одна в другую при мысли о воспоминаниях. Это был настолько неприятный момент, что вскоре после того, как двое вернулись в гавань, Архонт покинул Ли Юэ. Венти пытался отвлечься обычным наслаждением музыкой, вином и путешествиями, но куда бы он ни шел, какие бы песни ни исполнял, как сильно бы ни напивался, ничто не могло удержать его от воспоминаний о том грубом промахе, который он допустил. Потому что это была ошибка, не так ли? Все это, начиная с того момента, как Венти ступил на постоялый двор Ваншу, играя свои ритмичные песни и веселые мелодии, и заканчивая тем, что он заметил Адепта, наблюдающего за ним с балкона со скучающим выражением лица, но живыми и заинтересованными глазами. Было ошибкой после этого приставать к таинственной фигуре, подколоть его, представляясь, и быть достаточно пьяным, чтобы чувствовать себя очарованным его язвительными репликами и грубым отношением. Было ошибкой настаивать на встрече с ним, когда он объявил, что уходит, держаться за его руку, пока он не скажет Венти, раздраженно вздохнув, что вернется в гостиницу через некоторое время, и если он действительно так сильно хочет его видеть, то может приходить каждый день, пока они не встретятся снова. Сяо, конечно, имел в виду это как отталкивающий ответ без искреннего ожидания увидеть Венти снова. Но бард подумал, что спонтанное изменение маршрута не повредит, и решил остаться. По крайней мере, остаться здесь, пока ему не надоест — и это тоже было ошибкой. Как бы то ни было, Венти не скучал во время своего пребывания в гостинице. Каждый вечер он играл для гостей, видя, как много душевных переживаний было отторгнуто его великой «музыкальной библиотекой», и никогда не уставал встречаться с людьми и слушать их истории. Сколько людей приходило и уходило, всегда был кто-то новый, к кому он мог подойти со всей своей харизмой и вопросами. Это заняло достаточно много времени, чтобы Венти почти забыл, зачем он здесь и кто отверг его столь долгое пребывание. Когда он, наконец, решил уйти, это было вечер перед тем, как Сяо появился вновь. — Ты все еще здесь, — сказал он, и глаза его чуть расширились, когда Венти неторопливо вышел на балкон, как и в первый раз. — Конечно, — ответил Венти с сияющей улыбкой. — С тех пор я бываю здесь каждый день, ты же знаешь, — хмыкнул он в ответ. Их встреча, во всех ее золотых и розовых оттенках заката, который окрашивал небо, обрамляющее Сяо в то время, выжгла себя в самой ткани существа Венти. Даже если бы он растворился в этот самый миг, превратившись в легкий ветерок, гуляющий по пустыне, он все равно унес бы с собой саму суть момента, когда их глаза встретились. Каждый раз, когда Венти приходил к нему, он чувствовал себя спрятанным в своей собственной вселенной, нетронутой Тейватом и всем остальным в ней. Как будто солнце вставало и садилось только для них, только для того, чтобы обозначить продолжительность дней, которые они провели вместе. Даже в те времена, когда Венти натыкался на Сяо в разгар его ярости, разрушающей саму землю, чтобы уничтожить массу своенравных существ, мир, казалось, принадлежал им и только им. Поразмыслив, он понял, что ночь праздника была своего рода признанием, признанием в выражении, а не в словах. Признанием в любви, которая, несмотря на всю свободу, которую стремился воплотить Венти, теперь была заключена в тайниках его сердца. Хотя он хотел не торопиться и дать Сяо и себе немного пространства, для него было невозможно оставаться вдали вечно. В тишине поздних ночей и раннего утра, когда больше не было отвлекающих факторов, в которых усталый ум Венти мог утонуть, все, казалось, напоминало ему о Сяо. Как тень, привязанная к его фигуре, упорно держащаяся на периферии его зрения. Не было никакой возможности остановить то, как Венти мчался к переломной точке посреди своего горя, его решимость разбилась на горькие осколки, которые не могли сделать больше, чем тащить его обратно к Ли Юэ, а потрепанные чувства хвостом. Как и раньше, Сяо было нелегко найти. Было бы проще, если бы Венти мог заранее уговорить его быть в определенное время в определенном месте. Убедить его было редкостью, так как Сяо был не из тех, кто подчиняется чужим требованиям и просьбам. Несмотря на это, Венти знал несколько мест, где он мог быть: места, куда они часто ходили вместе, просто ради удовольствия побыть в компании друг друга. Раз или два Сяо даже признал, что это были места, которые он посещал только тогда, когда приходил Венти. После того, как он не встречался с ним почти неделю, Венти начал задаваться вопросом, сможет ли он вообще найти Сяо. Он не думал, что Сяо избегает его — это было бы непохоже на него, ведь Сяо никогда не избегал каких-либо встреч. Настоящая сложность заключалась, скорее, в том, что у Венти не было возможности оценить, какое обязательство могло удерживать внимание Сяо в данный момент, куда оно его привело и как надолго. Хотя он и не был нетерпеливым человеком, но начинал чувствовать некоторую тревогу. Возможно, ему придется искать Сяо в какой-то другой точке и принимать обстоятельства такими, какие они есть. Может, со временем это будет менее болезненно. Оставалось еще одно место, куда Венти намеревался заглянуть. Это было не самое красивое из всех мест, что они пересекли друг с другом, но для Венти оно было особенным. Оно состояло из небольшого озера, окруженного выступом скалы, с цветами, усеивающими траву за ним. Местность вокруг поляны была густо заросшей деревьями, но между ними было достаточно места, чтобы любоваться чарующим видом неба. Венти и Сяо часто ходили туда по ночам, беседа между ними проходила непринужденно. Выйдя на поляну, Венти решил для себя не задерживаться надолго, в основном придя ради ностальгии. Это было особенно неподходяще в данный момент, так как ливень большой силы захватил местность незадолго до этого. Когда Венти посмотрел на тяжелые облака над головой, он задался вопросом, смогут ли они с Сяо когда-нибудь снова найти свой путь к комфортному общению — такому, какое у них было до того, как Венти зашел слишком далеко. Опустив глаза, Венти почувствовал, как все его тело вытянулось по стойке «смирно», и в то же время над головой разверзнулся гром. Сяо был здесь. Стоя на берегу озера, промокший с головы до ног, с копьем в руке, он был здесь. Венти с трудом верил, что это реально. Сяо не пошевелился, не повернулся на звук приближающегося Венти, но по тому, как его хватка внезапно сжалась на копье, прежде чем оно исчезло в пятнах света, он понял, что Венти был там. Его голос, резкий и ясный, прорезал шум бури. — Почему ты все время возвращаешься? — Что? — Венти почувствовал, как ударная волна прокатилась по его телу, почувствовал прерывистое дыхание, которое вырвалось из него после вопроса. Оно осело, уродливое и холодное, между ним и Сяо, в воздухе и явилось всем миром, который теперь был между ними. Так было со времен фестиваля. Хотя Сяо стоял спиной к Венти, напряжение в его выпрямленном позвоночнике и сжатых кулаках было легко заметить. Дождь безжалостно падал вокруг них и, казалось, трепетал в благоговении. Наступила мучительная тишина, которую не мог заглушить даже раскат грома. Плечи Сяо поднялись — вдох — и опустились — выдох. — Почему… — снова начал он голосом, созданным целиком из твердого льда, оторванного от поверхности горы. — Ты… — каждое слово было произнесено так, словно было его собственным предложением, его собственным вопросом, пробитым через какой-то барьер Сяо, который распадался на части. — Все время… — Венти чувствовал себя далеко отсюда, далеко от того, как впервые за много веков он боролся с силой, превосходящей его самого. — Возвращаешься? — последние слова, выдавленные и натянутые артикуляцией, практически задушили Венти. Он не считал себя тем, кого легко запугать, но вот он здесь, обремененный единственным вопросом о его присутствии. — Потому что, — он ответил с запыхавшейся честностью, голосом слабым и торопливым по сравнению с голосом Сяо. Он едва успел осознать, что говорит, как слова слетели с его губ. — Я хочу видеть тебя. Сяо повернулся к нему таким внезапным движением, что Венти даже вздрогнул. В его глазах была острая настороженность, а язык его тела был таким взволнованным, что Венти с тошнотворным осознанием понял, что он зол. — Зачем? — теперь его тон был повышенным, почти кричащим. Сяо всегда был таким спокойным, сдержанным и безразличным, что Венти и представить себе не мог, что он может стать таким. Это отдалось болью в его вновь испытываемом сердце. — Я… — он искал способ ответить, но не знал, что сказать. — Потому что я… — ну, не то чтобы он не знал, что сказать, скорее он чувствовал, что не может сказать Сяо всю правду. Правда, в конце концов, ранила Венти намного больше, чем когда-либо мог Сяо, даже если бы он сам довел до конца Архонта Анемо, как он и сделал со многими Архонтами много веков назад. — Ты что? — Сяо уже направлялся к Венти, но прошло всего несколько шагов, прежде чем он оказался так близко, что второй почувствовал тепло его дыхания. Несмотря на нервную энергию, бурлящую в нем, Венти стоял на месте, не двигаясь и встретившись взглядом с Сяо. Он оглядел его, оценивая его внешность: пряди волос, прилипшие к лицу, отражение затуманенного света на влажной коже, напряженное выражение. Огромной силы стоило протянуть руку, чтобы пальцы нашли запястье Сяо и мягко сжали его. — Потому что, — голос Венти был ровным, даже если он чувствовал что-то другое, — мне нравится проводить время с тобой. Это, казалось, только запутало Сяо, его лицо сморщилось в замешательстве. — Почему? Венти хотелось дергать себя за косы и рвать на себе волосы. Как бы он ни восхищался человеком с любознательной натурой, это был не тот предмет, о котором он хотел быть распрошенным. Он нахмурился, глядя на Сяо с еще большей свирепостью, чем раньше. — Почему ты все время мне позволяешь? Сяо отстранился, на его лице ясно читалось удивление. Он выскользнул из рук Венти, когда тот отвернулся, и Венти почувствовал пустоту в своей руке, как будто она была живой и поглощала рассеивающееся тепло, которое только что было под его ладонью. — В этом нет никакого смысла, — отрезал Сяо. — Что значит «нет смысла»? — в груди Венти всколыхнулась тревога, разочарование подступило к горлу, как желчь. Он не ожидал, что сам рассердится, но между словами Сяо и непрекращающимся пульсом бури, окружавшей их, Венти чувствовал себя раздраженным до безумия. — Как я и сказал, — Сяо снова посмотрел на него, выражение его лица исказилось в усмешке. — Для меня нет никакого смысла позволять тебе вернуться. Это то, что от меня не зависит. — Значит, — кулаки Венти теперь были сжаты, тело отражало ту же строгую манеру, которой часто придерживался Сяо. — Если бы ты больше никогда меня не увидел, тебя бы это не беспокоило? Наступившая тишина могла бы расколоть море. Поскольку Венти не мог вынести ее продолжения, он крикнул в открытый воздух: — Ведь меня — да! Сяо молчал, уставившись на него. Венти продолжил, не в силах сделать ничего другого. — Если бы я никогда больше тебя не увидел, — его голос дрожал, он был на грани срыва. — Если… Если ты исчезнешь, и я никогда больше тебя не увижу, это будет иметь для меня значение. Сяо отступил на шаг, отворачивая лицо, но никуда не ушел, не ушел, как, в ужасающий момент, думал Венти. Теперь снова стало тихо; даже дождь, казалось, падал с большей нежностью в коленопреклонении. Это тянулось до бесконечности, пока не перестало существовать, и Сяо, глядя в небо, тихо сказал: — Я и не думал… — О чем? — Что ты вернешься, — последовала пауза. — После праздника. Венти моргнул, желая протянуть руку, чтобы прогнать мимолетные эмоции, которые омрачали голос Сяо, но не смог. — И да, так бы и было. — Было что? Затем он посмотрел на Венти, сдвинув брови. Это было самое болезненное зрелище, которое Венти когда-либо видел. — Это бы меня беспокоило. Вдох. Два. Три. Венти сделал резкий шаг в сторону Сяо, чьи глаза скользнули по его фигуре… — Правда? — Да, — ответил Сяо. Он отвел взгляд. Это затишье в разговоре наступило с гораздо меньшей силой, чем предыдущее. Во всяком случае, в нем было что-то более мрачное, и у Венти возникло ощущение, что он находится на грани понимания чего-то, чего раньше не понимал. — Венти, — внезапно начал Сяо, и Венти вздрогнул, выйдя из задумчивости. Его кожу покалывало, так как Сяо редко звал его по имени. Плечи Сяо, казалось, поникли. Он выглядел усталым, и Венти никогда не видел его таким. — Я не понимаю тебя. — Что? — Я не понимаю, — говорил он медленно, с трудом выговаривая каждое слово, — твоих чувств. Теперь Венти отвернулся, чувствуя, как краснеет, а по шее ползет жар. Смущение не давало ему говорить, и он молча проклинал себя за то, что вообще высказал свои чувства, даже если это было сделано импульсивно. Сяо продолжал: — Я не понимаю, почему ты это чувствуешь. — Довольно, — выдохнул Венти, стиснув зубы. — Тебе не нужно рисовать мне картину. Не обращая на него внимания, Сяо сказал: — Послушай меня. Венти упрямо отвел глаза, но успокоился. Он мог бы полететь на Луну и обратно, если бы Сяо попросил его об этом, даже несмотря на все свои страдания. — Мне кажется, ты меня переоценил. На это Венти поднял голову. — Переоценил? — Наверняка, я не самый… — глаза Сяо сузились в нерешительности, — идеальный объект для твоей привязанности. — Я- — Я совершенно уверен, что тебе подошел бы кто-то более… добросердечный и щедрый. — Это не- — Это похоже на то, — продолжал он, снова обрывая Венти, — что ты лелеешь преданность морю или небу и хочешь, чтобы оно в свою очередь испытывало такую же преданность к тебе. Венти услышал эти слова, и они тяжелым грузом легли ему на грудь. Это было совсем не то, что он хотел услышать. — Я… — в голосе Сяо снова прозвучала неуверенность, и только когда Венти поднял на него глаза, он закончил свою мысль. — Я не… Разделяю твою преданность, не совсем, но я… — Не… Совсем? — Венти прищурился, пытаясь подавить семя надежды, пробивающееся на передний план его сознания. Сяо смерил его тяжелым взглядом, но в нем не было враждебности. — Я могу признать, что пребывание в твоем присутствии подарило мне опыт, которого у меня еще не было. — Например? Глаза Сяо сузились. — Отдых. Гортанный смех вырвался из Венти, ощутившийся как гравий наряду с сырым чувством, покрывающим его горло. — И…? — И поэтому, — Сяо бросил взгляд в сторону, — неправда, что я не нахожу никакой ценности в нашем совместном времяпровождении. Это откровение повергло Венти в замешательство. Он не знал, что с этим делать, и не был уверен, к чему клонится разговор. Он уже начал думать, что Сяо собирается попрощаться с ним, но теперь… — Ну, тогда… — начал он, но был совершенно не в духе и не знал, что ответить. Плечи Сяо сгорбились — едва уловимое движение, которое Венти чуть не пропустил. Затем он шагнул вперед, сокращая расстояние между ними, и осторожно взял руку Венти в свою. Он едва держал его, согнув пальцы и нависнув так, что почти не прикасался, но этого было достаточно, чтобы разум Венти стал полностью статичным. — Я не хочу, — его голос стал низким, теперь, когда он был гораздо ближе, — чтобы ты уходил. Он смотрел на их соединенные руки, но услышав слова Сяо, которые поразили его, как молния, вскинул голову. Венти глядел на него широко раскрытыми глазами, в то время как выражение лица Сяо было напряженным. — Хорошо, — тихо сказал Венти. — Я никуда не денусь. Сяо, казалось, хотел сказать что-то еще, но промолчал. На мгновение его взгляд переместился вниз, на их руки, а затем снова на Венти. — Тебе нравятся такие вещи, не так ли? — А? — Венти почувствовал, что краснеет. — Вот это, — сказал Сяо, сжимая его руку. — Разве это не другой вид смертного жеста? — Я… Полагаю? — теперь Венти задавался вопросом, сколько из его манер и наклонностей было унаследовано от его нахождения в мире смертных. Теперь ему казалось таким естественным тянуться к кому-то, когда он чувствовал в этом необходимость, и со временем он забыл, что такая нужда не приходит таким же образом к тем, кто не испытывает ее регулярно, бессмертный человек или нет. — Я никогда не понимал, почему ты это делаешь, — задумчиво произнес Сяо, его взгляд приобрел другое выражение, — Но это так… Венти подождал, пока молчание не перешло в неловкость. — Так…? — Комфортно, — наконец сказал Сяо немного сдавленным голосом. — По крайней мере, временами это утешает. Венти и представить себе не мог, какое облегчение он испытает, услышав эти слова. Они стояли молча, буря миновала, и только шум леса вокруг них возвращался к жизни. — Знаешь, я был удивлен, — рассеянно начал Венти. Он пристроил свою руку в руке Сяо так, чтобы он действительно держал ее, вместо того, чтобы еле прикасаться, как это было раньше. — Найдя тебя здесь. То есть после того, что случилось. Сяо посмотрел на него с нейтральным выражением лица, только изогнув бровь, когда Венти сдвинул их руки вместе. — Конечно, — шепотом ответил Сяо. — С тех пор я бываю здесь каждый день. Хотя бы на мгновение, Венти чувствовал, что может примириться с тем, как обстоят дела между ними. Даже если Сяо еще раз ясно дал понять, что после всего, что сказано и сделано, они все еще находятся в разных мирах.