веточка лаванды

Чимин врывается неожиданно, что-то кричит, кидает стопку одежды на кровать, а ты ничего не понимаешь, зато Чонгук соображает быстро, подскакивает с кровати, хватает вещи, которые принес Чимин, и сует их тебе, сам одевается быстро. Ты видишь среди вещей бронежилет и понимаешь, что просто так никто тебе его не выдаст, значит произошло что-то по-настоящему плохое. Слышишь вой сирены, одеваешься быстро, тебе не привыкать одеваться на скорость, волосы собираешь в хвост, обуваешь ботинки, которые Чимин «любезно» кинул у кровати, и киваешь Чонгуку. Вы выходите из комнаты. В коридоре паника, солдаты бегут с одного конца в другой, слышны звуки стрельбы и крики. Чонгук крепко сжимает твою руку, ловит винтовку, которую Чимин подкидывает, проходя мимо, и вы выбегаете из этого корпуса в другой. Кругом пыль, вой сирены и целый микс различных запахов альф и омег, смешанных с кровью, это неприятно чувствовать, но некуда деться от этого. Чонгук не отпускает твою руку, как бы тяжело не было бежать среди толпы. — Что происходит? — кричит Чон, чтобы Чимин его услышал. — Эти ублюдки выследили нас, когда была последняя вылазка. Напали с северного крыла, подожгли его. — Блять! — Был отдан приказ уезжать отсюда, — Чимин сверлит тебя презрительным взглядом, когда вы забегаете в лифт с несколькими солдатами, которые сопровождают вас. Кто мог выследить тех, кто выслеживал врагов?.. Ты стараешься не обращать внимания на взгляд Чимина, который у тебя в подкорке еще с первой встречи в подвале, в котором он тебя пытал. Он смотрит на тебя пристально, осматривает внимательно, с ног до головы, а потом переводит взгляд на Чонгука. Он тебя ненавидит, презирает, хочет уничтожит, чтобы такие твари не ходили по земле, ведь для него ты — враг, который был причастен к гибели его товарищей, и гореть тебе в котле, да только ты стоишь перед ним почти невредимая, Чонгук держит тебя за руку, а Чимин ничего сказать не может по этому поводу. — Они из-за тебя нашли нас, сука! — Чимин подлетает к тебе, хватает за шею и прижимает к стене, вырывая твою руку из руки Чонгука. — Дрянь! Нужно было прикончить тебя сразу! — Чимин! — Чонгук пытается оттащить друга от тебя, но его отталкивают к противоположной стене. — Я убью тебя, — рычит парень, смыкая пальцы на твоей шее, давит сильно, отчего ранка на шее начинает кровоточить, щипать, но ты стоишь смирно, не просишь отпустить, не говоришь, что тебе больно. — Так убей. Чимин замирает. Замирают все, смотрят на вас двоих. Чонгук, что поднялся с пола, смотрит то на Чимина, то на тебя, медленно шагая к нему. Острое лезвие прямо у его горла, а он не может двинуться, потому что малейшее движение — смерть от потери крови. Чимин ослабляет хватку на твоей шее, тихо выдыхает, продолжает смотреть в глаза. На твоем лице проскальзывает безумие, которое замечает Чонгук. — Т/и, — произносит он. — Чего же ты не убиваешь такую дрянь как я? Вы же хотели поймать подрывника и вытянуть информацию, со вторым не получилось, но сколько пушечного мяса бегает там, а? Выбери любого и играй с ним, сколько душе угодно, а со мной ты уже поиграл, Чимин-и, — тянешь но имя, склоняя голову вбок и убираешь от его шеи нож, прячешь его в свой карман. — Мы приехали, — кто-то из солдат перезаряжает винтовку и выходит из лифта, сразу начиная огонь. Как тебя поведут через весь этот ужас? Ты видишь, как солдаты один за одним, падают замертво, пытаются бороться за свою жизнь, а Чонгук тащит тебя вдоль стены, пресекая все попытки остановиться. Чимин отстреливается вместе с другими солдатами, прикрывают вас. Чонгук заводит тебя за угол, но ты толкаешь его к противоположной стене, Чимин догоняет вас, останавливается рядом с Чонгуком. — С ума сошла? — Она ебанутая, — отвечает Чимин. — Цитрусовый, твоего мнения никто не спрашивал, — шипишь в ответ и наклоняешься к убитому парню в черной форме. Он лежит на полу у твоих ног, запрокинув голову назад, держит в руках винтовку, а тебя интересует его лицо под маской. Садишься на корточки возле него, стягиваешь маску и на долю секунды замираешь, задерживаешь взгляд на его щеке. Два глубоких шрама, образующих крест, красными полосами уродуют симпатичное лицо парнишки, что не по своей воле попал сюда, не по своей воле начал убивать и умер. — Т/и, — Чонгук зовет тебя, но его голос звучит где-то далеко, будто ты под толщей воды, через которую звук не проступает четко и разборчиво. — Т/и! — Родную душу увидела. Ты скользишь взглядом по его лицу, пачкаешь пальцы в его крови, когда забираешь из его рук винтовку и ищешь по карманам патроны. Тебе сейчас плевать, что думает Чимин, плевать, что он уже целится в твою голову, а Чонгук пытается остановить его, пока ты заряжаешь магазин и поворачиваешься к парням. Встаешь на ноги, смотришь на Чимина, потом на Чонгука. — Расслабь булки, цитрусовый, я не промахиваюсь, — подмигиваешь парням и выходишь первой. У тебя цель появляется с первого выстрела, который производит твоя винтовка, а потом один, еще и еще. Чонгук и Чимин догоняют быстро, отстреливаются, Чонгук снова хватает тебя за руку, тащит прямо по коридору, где стоит запах гари и смешавшихся запахов альф и омег. Вы выбегаете на улицу, где творится настоящий хаос, а у тебя заканчиваются патроны, ты бросаешь оружие на землю и вырываешь руку из хватки Чонгука, а потом срываешься на бег в противоположную сторону. Они не могли найти тебя сами, им нужна была наводка, координаты убежища, полное отсутствие страха и здравого смысла, а еще хорошая поддержка оружием. А парень с крестом на лице появился не просто так. Если он появился тут, значит он такой не один, значит это отряд, значит, что Юнги рядом. И ты хочешь его найти. Именно сейчас, убегая от Чонгука, не думая о последствиях абсолютно. У Чона в этот момент внутри вновь выстроившийся мирок рушится с колоссальной силой, так, что он не может пошевелиться, стоит смотря уже на опустевшую дорогу, по которой ты убежала, растворилась в клубах дыма. Упустил. Снова. Вокруг крики, кровь и смерть во всем ее обличии хаоса и ужаса, нужно отстреливаться, искать укрытие, чтобы добраться до эвакуационного транспорта, чтобы убираться отсюда прочь. А Чонгук стоит. Что-то взрывается, но ты устояла на ногах. Бежишь дальше, устраняя «кресты», принюхиваешься, пытаясь уловить хоть какой-то след Юнги и находишь. С каждым шагом запах становится все сильнее, ты ускоряешься, слышишь выстрел за своей спиной и голос Чимина. Цитрусовый злится, но тебе плевать. Видишь фигуру в клубах дыма и останавливаешься. Тебе хочется увидеть Юнги, именно его, но если это не он, то остается только пожелать Чонгуку выбраться отсюда. — А я уже забыл твой запах, — слышишь хриплый голос и вглядываешься в фигуру, выходящую из клубов дыма. Юнги, полностью облаченный в черное, медленно выходит из дыма, держит в руках по винтовке. На его лице привычный холодный взгляд и оскал, который всегда появляется, когда Юнги кого-то убивает. Ты давно к этому привыкла. Моргаешь быстро, а потом срываешься на бег и останавливаешься, когда вплотную подбегаешь к парню, окольцовываешь его шею руками, прижимаешься к нему — Я же говорил, что найду тебя даже на краю света, мелкая, — хрипло произносит Юнги. — Смотрю, ты нашла себе новых друзей. — Т/и, отойди от него! — кричит Чонгук, целясь Юнги в голову, на что Мин лишь хмыкает и не меняется в лице. Юнги наставляет на парней одну винтовку, а ты вздрагиваешь и напрягаешься всем телом, когда осознаешь, что за твоей спиной Чонгук, а Юнги никогда не шутит. Если целится, то убьет. Ты размыкаешь руки на его шее, поднимаешь на парня взгляд и понимаешь, что еще один чей-то шаг может послужить спусковым крючком для него. Юнги пришел за тобой, он поклялся всегда быть рядом, и он это выполняет. — Бросай оружие и поднимай руки, иначе снесу голову! — Чимин прицеливается, а ты понимаешь, что нужно что-то сделать, иначе убьют всех. — Юнги, — шепчешь ты, опуская руки с его шеи, сжимаешь в руках ворот его куртки. — Опусти оружие, — Юнги сводит челюсти, пропадает его оскал, а взгляд, что был направлен на Чонгука, теперь прикован к тебе. — Пожалуйста… — Как скажешь, милая. Юнги бросает обе винтовки на землю, поднимает руки и улыбается, переводя взгляд с тебя на Чимина. Альфа не боится его, хоть и безоружен теперь, а у Пака заряженное и готовое застрелить его. Чимин стремительно сокращает расстояние и подходит к Юнги со спины, сковывает руки Мина наручниками. Чонгук берет тебя за руку в области локтя, тянет немного назад, чтобы отошла от Юнги, на что Мин ухмыляется, не отрывая от Чонгука взгляда. — Нежнее, малыш, — Юнги краем глаза смотрит на Чимина, Пак специально дергает его руки, чтобы усмирить немного, но Юнги плевать. — Воу. Я припомню. — Заткнись! — рычит Чимин. — Нужно уезжать отсюда, иначе поляжем все. — Никто не найдет вас, детишки, я этих ребят на верную смерть привел, чтобы Т/и найти. Так что, можете их всех положить в стопочку и сжечь, все равно они ничего не скажут. — Заткнись. — Ладно, — с легкостью соглашается Юнги. — Ты в порядке? Чонгук проверяет тебя на наличие ран, обхватывает ладонями твое лицо, всматривается в него, в твои глаза. Ему плевать на Юнги, он все равно будет наказан за нападение, но сначала его поведут на допрос, чтобы узнать о целях, о сообщниках и о тех, кто может напасть. — Да, я в порядке. Ты не в порядке, но Чонгуку об этом лучше не знать.